[ Часть 2] Цветочек

Цинь Цин ворвался в дверь кабинета Чжэн Цяосуна, и Бай Ши последовал за ним.

Чэнь Цзысину не хватило смелости, поэтому он спрятался за дверью и высунул голову, чтобы заглянуть внутрь.

Он увидел, что Цинь Цин проигнорировал серьезно выглядящего помощника и, как само собой разумеющееся, обхватил господина Чжэна за шею на глазах у всех. Он прижался к нему и стал что-то кокетливо ворковать и ластиться.

Конечно же... за топ-ресурсы, на захват которых другим людям приходилось тратить бесчисленные усилия, Цинь Цину, нужно лишь сказать несколько слов мольбы.

Это не справедливо.

Тени под его глазами бессознательно сгустилась, а ревность и печаль разрывали хрупкое сердце. Чэнь Цзысин отвел взгляд и прижался телом к стене рядом с дверью.

Он закрыл глаза и попытался прогнать негативные эмоции из своего сердца.

Бай Ши сидел на диване в кабинете, с невозмутимым лицом, улыбаясь тонкими губами, но в его глазах таилось огромное недовольство при взгляде на двух сблизившихся мужчин.

Чжэн Цяосун поднял руку, желая убрать руку Цинь Цина и оттолкнуть ее, но не решался приложить силу, когда его пальцы обхватили тонкое запястье юноши.

Он позволил Цинь Цину обнимать себя и бросил изгоняющий взгляд на помощника, который стоял в стороне с неловким выражением лица.

Помощник тут же положил контракт и ушел, проходя мимо Бай Ши, он почтительно поприветствовал "генерального директора Бай", а выйдя за дверь, увидел Чэнь Цзысина, прижавшегося к стене, и не мог не нахмуриться.

- Процедуры увольнения здесь не проводятся, - тихо сказал он.

- Нет, нет, нет, я не увольняюсь. Цинь Цин сказал, что не позволит мне уйти. - Чэнь Цзысин в панике открыл глаза.

Помощник оглянулся и увидел, как Чжэн Цяосун встревоженно, но беспомощно смотрит на Цинь Цина, и спокойно сказал:

- Тебе повезло иметь начальника, слова которого работают.

Помощник отвернулся и тихо ушел.

Чэнь Цзысин на некоторое время замер, прежде чем выдохнуть, и в его ясных глазах снова появились тени.

Да, слова Цинь Цина действительно работали. Господин Чжэн положил на стол лучшие "пироги" в индустрии развлечений, чтобы тот выбрал. Никто другой не смог бы иметь его удачу за несколько жизней.

В офисе Цинь Цин лежал на плече Чжэн Цяосуна, его нежные губы прижимались к уху мужчины и он сладко говорил:

- Говорю тебе, мое актерское мастерство сейчас настолько возросло, что я могу привлечь внимание публики. Я обещаю не опозорить тебя. Не откроешь ли ты мне черный ход? Чжэн Цяосун? Господин Чжэн? Папочка Чжэн?

Последнее "папа" было подобно искре, чуть не обжегшей Чжэн Цяосуна.

Его сердце пропустило удар, уши заложило, а кровь закипела. В груди забурлила необъяснимая, но сильная пульсация, а также чувство безнравственного возбуждения.

Чжэн Цяосун был настолько растерян, что хотел холодно и безжалостно оттолкнуть Цинь Цина, но руки не слушались его. Казалось, что его мозг и тело разделились.

Его правая рука все еще крепко держала тонкое запястье Цинь Цина, которое изначально он хотел убрать, но теперь это стало своего рода заточением.

Он поднял острые брови и строго спросил:

- Цинь Цин, то что я говорил тебе вчера, сегодня ты уже забыл?

Юноша замер и осторожно выдохнул в ухо Чжэн Цяосуна:

- Я не забыл. - Он моргнул большими глазами, темные зрачки скрывали робкую, липкую эмоцию, из-за чего преподать ему урок было очень сложно.

Чжэн Цяосун снял очки и беспомощно вздохнул.

Бай Ши посмотрел на них темными глазами, затем достал сигарету зажег ее, и, нахмурившись, сделал глубокую затяжку.

Черт, он злился все больше и больше, просто сидя здесь! Можно ли называть "папа" просто так? Это заставляет людей чувствовать себя странно!

Бай Ши выпустил клуб дыма, его глаза загорелись двумя темными огнями.

Если Цинь Цин назовет его папой, он сможет дать ему что угодно!

- Ты без всякого стеснения назвал меня папой? - хрипло отругал Чжэн Цяосун.

Цинь Цин моргнула своими красивыми большими глазами и тут же поправился:

- Тогда я буду звать тебя названным отцом?

*а вот интересно выходит, 干爹 - gāndiē - крёстный отец, покровитель, попечитель, названый отец, эвф. разг. спонсор, папик

Чжэн Цяосун: "..."

Бай Ши глубоко затянулся сигаретой. Твою мать! Этот мальчишка все прекрасно понимал!

Видя, что Чжэн Цяосун ничего не говорит, Цинь Цин снова спросил тоненьким голоском:

- Как насчет того, чтобы звать тебя названым отцом?

996, сидевший рядом с Бай Ши, внезапно мяукнул и похвалил: "Хотя ты самый глупый Цинь Цин, с которым я когда-либо работал, ты определенно тот Цинь Цин, который лучше всех знает, как соблазнять взрослых мужчин! Титул Донжуан у тебя в днк?"

Цинь Цин опустил голову и закатил глаза, в выражении его лица скрывалась доля гордости. За четыре года работы в индустрии, какие только тактики он не видел! Он был очень хорош в этом!

Тело Чжэн Цяосуна начало гореть, а во рту появилась сильная сухость. Если он не оттолкнет Цинь Цина, то физическая реакция, которую трудно скрыть, поставит его в неловкое положение.

Он нахмурился, убрал руку юноши и нетерпеливо приказал:

- Встань напротив моего стола!

Цинь Цин издал едва слышный возглас и послушно обошел стол с противоположной стороны. Он знал, когда нужно атаковать, и, естественно, знал, когда нужно остановиться.

Бай Ши скрестил ноги и быстро затянулся, его кадык перекатывался вверх и вниз, как будто он подавлял какие-то жгучие эмоции.

Чжэн Цяосун заметил взгляд Бай Ши на Цинь Цина. В этом взгляде было много холода, но в то же время он таил в себе странный огонь, словно дикий зверь, нацелился на свою добычу.

Чжэн Цяосун бросил на Бай Ши предупредительный взгляд, и в его сердце зародилось беспокойство, переходящее в ярость.

Его личная территория была нарушена, а между двумя свирепыми зверями это недопустимо.

Бай Ши рассмеялся низким раскатистым смехом, откинул свое мощное тело на спинку дивана и с наслаждением выдохнул дым. Как он мог отступить из-за одного лишь угрожающего взгляда?

Цинь Цин не заметил скрытого напряжения между двумя мужчинами. Он лежал на огромном письменном столе, и черное дерево оттеняло его белоснежную, полупрозрачную кожу.

Тонкие руки поддерживали его мягкую верхнюю часть тела, лицо улыбалось, как цветок, и он походил на невероятно красивую, хрустальную куклу.

- Чжэн Цяосун, я хочу быть Чжу Наньланом*! - взволнованно крикнул он.

* я не нашла ничего по этому поводу или тут опечатка в оригинале, возможно намек на Чжу Илуна, известного актера.

Какого черта? Что это за Чжу Наньлан? Чжэн Цяосун потерял дар речи.

- В прошлый раз я просил тебя сыграть важную роль второго плана в фильме Чжу Чэньфэна. Позже ты покинул съемочную площадку без разрешения и отказался играть. Как ты думаешь, Чжу Чэньфэн захочет принять тебя в этот раз? - Чжэн Цяосун устало потер межбровье.

Он никогда не видел более капризного ребенка, чем Цинь Цин.

Ожидающая улыбка застыла на лице юноши.

- Ты все еще помнишь, что сказал тебе Чжу Чэньфэн, когда я забирал тебя со съемочной площадки? - снова спросил Чжэн Цяосун.

Ожидание сменилось разочарованием.

- Помню, - тихо пробормотал Цинь Цин, - я не нарочно.

- Съемки были в полном разгаре, а ты ушел никого не предупредив. Твой телефон оказался выключенным и ты пропал на неделю. И ты говоришь, что сделал это не нарочно? - холодно сказал Чжэн Цяосун, откинувшись на спинку стула.

В тот раз он заплатил высокую цену, чтобы помочь Цинь Цину навести порядок.

- Семья Чжу Чэньфэна занимается политикой, а его мать - бизнесом, и бизнес ее очень большой. Он не похож на других режиссеров, он может сам принимать все решения по своим фильмам. Мне не так-то просто пристроить кого-то.

Чжэн Цяосун махнул рукой в жесте выдворения.

- Уходи, не думай об этом ресурсе. Чжу Чэньфэн не согласится. Ему нужны люди с настоящими актерскими навыками, а ты уже давно в его черном списке.

Цинь Цин, лежавший на столе, медленно выпрямился и побледнел.

Чэнь Цзысин, который прятался за дверью, вдруг высунул голову и заглянул в кабинет. Все обиды, нежелание и сетования на несправедливость в этот момент сменились спокойствием.

Оказывается, у Цинь Цина тоже есть кое-что, чего он не может получить.

Чэнь Цзысин втянул голову и медленно приподнял уголки губ.

Чжэн Цяосун беспомощно посмотрел на Цинь Цина.

Первоначально ясные глаза парня теперь стали влажными, как будто он собирался заплакать, а глазницы покраснели.

Чжэн Цяосун смягчил тон и утешающе сказал:

- У меня есть кое-какие ресурсы. Давай я оценю их и найду подходящие для тебя. Режиссер Чжао, режиссер Чжан, и режиссер Го готовятся к новым драмам, там обязательно будут выдающиеся роли.

Цинь Цин поник и покачал головой. Ему нужны были не ресурсы, он просто хотел получить награду.

В уголках рта Чэнь Цзысина появилась горечь, тени в его глазах рассеивались и собирались, постепенно приобретая уродливые очертания. Все те несколько режиссеров, которых упомянул господин Чжэн, были великими режиссерами, чей статус не уступал статусу Чжу Чэньфэна. Цинь Цин оставался Цинь Цином, даже если он потерял один пирог, он все равно мог получить больше пирогов, чем другие могли себе представить.

Разве в состоянии другие сравниться с ним?

Сидя на диване, Бай Ши быстро докурил сигарету.

Он раздавил окурок в пепельнице и сказал хриплым голосом:

- Цинь Цин, почему бы тебе не побаловать меня?

Цинь Цин в замешательстве обернулся.

Взгляд Чжэн Цяосуна внезапно стал острым.

- Назови меня папой и я исполню твое желание, - Бай Ши сцепил пальцы, а в его улыбке скрывалась нотка поддразнивания.

Замешательство на лице Цинь Цина переросло в гнев.

- Кто хочет называть тебя папой! Ты пытаешься использовать меня в своих интересах! - Он бросился к Бай Ши, запрыгнул на диван и своими тонкими руками схватил Бай Ши сзади за шею.

Бай Ши протянул руку, чтобы поддержать его под мясистые ягодицы, чтобы тот не соскользнул со спины, и сказал с улыбкой:

- Я не шучу. Если назовешь меня папой, я попрошу Чжу Чэньфэна дать тебе роль.

Цинь Цин застыл, вися на спине Бай Ши как коала.

996 запрыгнул на спинку дивана, уклоняясь от потасовки двух людей, и напомнил: "Он серьезно. В сценарии не только Чжэн Цяосун давал ресурсы Чэнь Цзысину, но и Бай Ши. Его связи и сила не уступали связям Чжэн Цяосуна. Иногда ресурсы, которыми он снабжал Чэнь Цзысина, были даже лучше, чем те, что предоставлял Чжэн Цяосун."

Цинь Цин пришел в себя, укусил Бай Ши за ухо и тихо спросил:

- Ты серьезно?

Бай Ши повернул голову вбок, и кончик его носа почти коснулся кончика носа Цинь Цина.

Теплые дыхания переплелись друг с другом, и запахи сосны, цветов и молока в одно мгновение слились воедино, превратившись в неоднозначный аромат.

- Конечно, я говорю правду, - голос Бай Ши стал более глубоким и хриплым, - в прошлом я несколько раз спасал Чжу Чэньфэна, когда он снимал фильм в зоне боевых действий на Ближнем Востоке. Если я попрошу, он не откажет. Скажи, какую роль ты хочешь?

Бай Ши беззаботно улыбнулся. То, что не мог сделать Чжэн Цяосун, он мог сделать с легкостью.

- Я еще не читал сценарий и не знаю, какую роль выбрать. Подожди пока я выясню и тогда скажу. Бай Ши, ты такой красивый! Я обожаю тебя! Как ты можешь быть таким классным!

Цинь Цин получил то, что хотел, и сладкие речи полились без остановки.

Бай Ши взял его за тонкое запястье и сказал с легкой улыбкой:

- Назови меня папой.

- Не говори мне называть тебя папой*, я буду называть тебя отец*! - Цинь Цин немедленно отбросил свои твердые моральные устои.

в первом случае - 爸爸 - bàba - зачастую только папа, отец, но есть употребление как папочка.

во втором случае - 爹 diē - отец; папа, но можно использовать и как папочка.

Чжэн Цяосун, сидевший в стороне, больше не мог этого выносить. Если присмотреться, то можно было заметить, что вены на его висках вздулись и слегка пульсировали.

Чэнь Цзысин, который прятался за дверью, закрыл глаза и спрятал черный туман в глазах, который стал слишком густым, чтобы растаять. Он тоже хотел сыграть роль в фильме режиссера Чжу, даже если это будет пушечное мясо без реплик.

Но кто даст ему шанс?

- Цинь Цин, иди сюда, - холодно сказал Чжэн Цяосун.

Цинь Цин, висевший на спине Бай Ши, убрал улыбку, а выражение его лица стало слегка нервным. Он слышал, что Чжэн Цяосун начинал злиться.

Юноша тут же отпустил Бай Ши, спрыгнул с дивана и настороженно подошел к столу.

- Бай Ши, выйди, мне нужно поговорить с Цинь Цином наедине, - сказал Чжэн Цяосун.

- Я уже подписал соглашение о неразглашении, что ты хочешь ему сказать, что я не могу услышать? - Бай Ши протянул руку и взял 996, лежавшего на спинке дивана.

996 почти задохнулся от мощной большой руки, схватившей его, и попытался вырваться, но был придавлен, чуть ли не насмерть.

Мяу, почему аура у второго главного героя столь же сильна, как и у сына судьбы?

- Цинь Цин, я хочу поговорить с тобой о твоей тете, - Чжэн Цяосун повернулся к Цинь Цину.

Лицо юноши побледнело, и он тут же повернулся и попросил:

- Бай Ши, пожалуйста, выйди.

Бай Ши на этот раз не возражал, поджав тонкие губы, он кивнул и ушел.

Чжэн Цяосун отложил очки в золотой оправе и раздраженно потянул за галстук.

Бай Ши уже дошел до того, что стал подчиняться Цинь Цину? Это опасный знак. Кто еще, кроме Бай Ши, может защитить Цинь Цина? Этот извращенец неизвестно где скрывался и кто кроме Бай Ши мог гарантировать безопасность Цинь Цина?

Чжэн Цяосун задумался и, к своему удивлению, не смог найти лучшего кандидата.

Он подавил раздражение в сердце и посмотрел на Цинь Цина темными глазами.

- Ты называешь папой того, кто дает тебе ресурсы. Так я тебя учил? Так тебя учила твоя тетя? Если бы дух твоей тети на небесах следил за тобой и видел, как ты распутно себя ведешь, думаешь, она была бы счастлива?

Этот выговор слово за словом, предложение за предложением, поразил Цинь Цина в самое сердце.

Он на мгновение остолбенел, побледнев лицом, а глаза его увлажнились от раскаяния.

- Мне, мне больше не нужен этот ресурс, - юноша стыдливо опустил голову.

Чжэн Цяосун все еще чувствовал себя несчастным.

- Тебе нравится Бай Ши? - по какому-то странному стечению обстоятельств он вдруг задал такой вопрос.

- Нравится. Он хороший и может меня защитить, - кивнул Цинь Цин.

Из-за пророчества 996 он признал Бай Ши своим духом-защитником.

Сердце Чжэн Цяосуна заколотилось, а раздражение усилилось.

- Тогда что означает твоя любовь ко мне? Ты не хочешь отказываться от безбедной жизни, которую я тебе обеспечиваю? Пристаешь ко мне, чтобы и дальше получать от меня ресурсы?

Юношеские чувства непостоянны. Хотя Цинь Цин уже достиг совершеннолетия, он был слишком хорошо защищен с детства, и его характер созрел поздно, ничем не отличаясь от детского. Его любовь. Действительно ли это любовь?

Чжэн Цяосун не был уверен.

Оттолкнуть Цинь Цина и позволить ему научиться быть независимым, по его мнению - это лучший способ решить все проблемы.

Цинь Цин внезапно поднял глаза и слегка дрожащими глазами посмотрел на Чжэн Цяосуна.

Он не мог поверить, что тот, кто ему так нравился, мог так рассуждать о его искренности.

Нравится роскошная жизнь? Чтобы получить ресурсы?

Цинь Цин покачал головой, его глаза покраснели.

- Как такое возможно? - с трудом подавив желание расплакаться, медленно произнес он, - моя любовь к тебе обыкновенная. Я люблю твои глаза, люблю твой нос, твой рот, твое лицо, всего тебя и каждую часть по отдельности.

Цинь Цин постарался широко раскрыть глаза и неподвижно уставился на Чжэн Цяосуна.

Если бы он мог, то хотел бы вскрыть свою грудь и вынуть сердце, полное любви.

Чжэн Цяосун был захвачен этими глазами, полными слез. На мгновение он не смог найти слов, чтобы ответить на это пламенное признание.

Он вдруг почувствовал крайнее раскаяние за свои необоснованные домыслы и вопросы. Стоящий перед ним на грани слез Цинь Цин был прозрачен, как хрусталь, и любой мог увидеть его насквозь с первого взгляда.

В его влажных глазах, на дрожащих губах и бледных щеках были написаны три слова: "я люблю тебя.".

Чжэн Цяосун смущенно отвернулся, не осмеливаясь смотреть дальше.

Он закрыл глаза и с силой потер межбровье.

Цинь Цин достал из бумажника карточку, положил ее на стол и молча вышел из кабинета.

Он понимал, что за короткое время ему не удастся изменить подозрения Чжэн Цяосуна. Только полностью оставив этого человека и полагаясь на собственные силы и достигнув успеха в карьере, он мог открыто сказать: "я люблю тебя", просто так, а не из-за чего-то другого.

Когда Чжэн Цяосун открыл глаза, перед ним никого не было.

Когда Цинь Цин уходил, он специально шел тихо, чтобы не побеспокоить уставшего мужчину.

На огромном столе аккуратно лежала карта - это дополнительная карта, которую Чжэн Цяосун открыл Цинь Цину. Все расходы на жизнь Цинь Цина шли отсюда.

Еще день назад он боролся за право пользоваться этой картой, но всего через день сдался.

Эти слова действительно очень ранили его. Что может быть нечистого в юношеской привязанности? Четыре года совместной жизни всегда порождают зависимость и привязанность.

Чжэн Цяосун не должен был судить Цинь Цина по сердцам других людей.

Цинь Цин другой.

Угрызения совести постепенно усиливались, отчего у Чжэн Цяосуна разболелась голова. Он уставился на дополнительную карту, его глаза постепенно становились свирепыми.

Спустя какое-то время он выругался и смел карту со стола. Он понимал, что сказал что-то не то, но Цинь Цин ушел и у него даже не было времени извиниться.

- Сяо Лю, пришли мне сценарий Чжу Чэньфэна прямо сейчас. Я хочу его прочитать, - Чжэн Цяосун нажал кнопку вызова на стационарном телефоне.

Он признал свое поражение! Каким бы сложным человеком ни был Чжу Чэньфэн, он поможет Цинь Цину получить значимую роль.

Помощник быстро принес сценарий в кабинет.

- Ты уже прочитал его? - Чжэн Цяосун пролистал сценарий.

Помощник кивнул:

- Прочитал.

- Есть ли подходящая роль для Цинь Цина?

Помощник вежливо сказал:

- Господин Чжэн, это отчасти боевик. Сниматься в таких фильмах довольно тяжело.

В прошлый раз, когда Цинь Цина отправили в съемочную группу Чжу Чэньфэна, там тоже снимали сцены драки. Маленький предок не выдержал боли и сбежал после нескольких сцен, чем вызвал беспокойство начальника Чжэна. Шеф Чжэн не забыл же об этом, верно?

- Какие персонажи не принимают участие в боевых сценах? - продолжал спрашивать Чжэн Цяосун.

- У персонажей, которым не нужно сниматься в сценах боя, будет много эмоциональных сцен, - осторожно напомнил помощник.

Цинь Цин совсем не годился для съемки эмоциональных сцен! Режиссер Чжу не стал бы использовать его, даже если бы его избили до смерти!

Головная боль Чжэн Цяосуна усилилась, он попытался надеть очки, чтобы скрыть усталость, но понял, что они упали на пол и разбились.

Сегодняшний день просто отстой!

- Выбери роли, которым не нужно сниматься в боевых сценах. Упорядочи все, а я прочитаю позже, - Чжэн Цяосун отложил сценарий и беспомощно вздохнул.

Видя, что тот твердо решил отправить Цинь Цина в съемочную группу Чжу Чэньфэна, помощник мог только кивнуть. Неизвестно, сколько жизней Цинь Цин накапливал добродетель, чтобы в этой жизни иметь такого терпеливого и отзывчивого покровителя как господин Чжэн.

- Я разберусь с этим через час. - Помощник забрал сценарий и собрался уходить.

В этот момент телефон Чжэн Цяосуна завибрировал, это был только что отправленный WeChat, а появившийся на экране ник принадлежал Цинь Цину.

Чжэн Цяосун сразу же поднял телефон, чтобы проверить сообщение, а затем обратился к помощнику, который подошел к двери:

- Сообщи Чэнь Цзысину, чтобы он не занимался процедурой увольнения и продолжал следовать за Цинь Цином.

Помощник кивнул в знак согласия, все ясно понимая в своем сердце.

Этот WeChat определенно отправил Цинь Цин, чтобы заступиться за Чэнь Цзысина. Господин Чжэн - решительный и безжалостный человек, но когда дело касалось Цинь Цина, он становился мягким, как лапша. Неужели господин Чжэн играет в воспитание?

Ругаясь про себя, помощник открыл дверь кабинета и наткнулся на учителя Ляна, который собирался постучать в дверь.

Они обменялись несколькими словами любезностей, а затем прошли мимо друг друга.

Чжэн Цяосун немедленно убрал усталое выражение и с улыбкой спросил:

- Учитель Лян, у тебя ко мне какое-то дело?

- Цин Цин влюблен? - немедленно спросил учитель Лян.

Помощник, вышедший из кабинета, приостановился, внезапно напрягшись. Цинь Цин скрывал свою влюбленность от господина Чжэна? Господин Чжэн будет в ярости. Какой мужчина выдержит, если ребенка, которого он растил четыре года, просто так уведет другой?

Тон Чжэн Цяосуна действительно стал очень угнетающим.

- Почему ты так сказал? Ты с кем то его видел?

Тревога и раздражение, даже скрытый гнев прозвучали в его необычайно низком голосе. Не хватало только искры, чтобы он взорвался.

Помощник ускорил шаг и убежал.

Учитель Лян покачал головой:

- Я не видел, чтобы он был с кем-то близок, я просто догадался. Посмотрите на это.

Учитель Лян положил мобильный телефон на стол и нажал на уже подготовленное видео. На видео Цинь Цин стоял напротив Бай Ши и исполнял замечательную эмоциональную сцену.

- Этот ребенок внезапно стал просветленным, и его актерские способности стали очень яркими. Если это не влюбленность, то что заставило его так красочно играть?

Чжэн Цяосун ничего не сказал, он просто взял мобильный телефон и стал серьезно наблюдать за происходящим.

Напротив Цинь Цина стоял Бай Ши. Значит из-за Бай Ши он стал просветленным? Нет, любовь Цинь Цина к нему не была фальшивой, он так расстроился только что из-за его подозрений.

Тогда ...... он смотрел на меня сквозь Бай Ши? Слезы, радость, любовь и нежелание в его глазах - все это из-за меня?

Чжэн Цяосун опустил мобильный телефон, и его дыхание на несколько секунд остановилось.

Сердце учащенно билось, перекачивая горячую кровь в вены и разнося ее по всему телу. Тело Чжэн Цяосуна нагревалось, а ледяные угрызения совести били его с еще большей силой.

Как он мог раньше сказать эти слова Цинь Цину? Да даже безжалостный отказ был бы лучше, чем необоснованные подозрения.

- Господин Чжэн, я думаю, что Цинь Цин очень талантлив. Попробуйте найти для него несколько глубоких ролей, возможно он совершит прорыв, - убеждал учитель Лян.

- Я обязательно это сделаю, - Чжэн Цяосун откинулся на спинку стула и с сожалением закрыл глаза.

- Этот ребенок тоже очень талантлив и его стоит развивать, - открыл второе видео учитель Лян.

Чжэн Цяосун рассеянно взглянул и, поняв, что это помощник Цинь Цина, не стал смотреть дальше.

- Раз уж учитель Лян так оптимистично настроен по отношению к нему, пусть он подпишет контракт стажера. - Чжэн Цяосун очень ценил учителя Ляна и тут же поручил своему помощнику оформить перевод Чэнь Цзысина.

Это было как раз то, что нужно. Он хотел избавиться от всех людей в окружении Цинь Цина. Теперь появилась законная причина избавиться от Чэнь Цзысина, так что Цинь Цин не должен на него сердиться.

_______________