Два года разлуки

На запланированную встречу я так и не пошла. Не смогла, не нашла в себе сил.

*******
У мамы обнаружили рак шейки матки. На поздней стадии это уже не лечится,исправить нельзя. Последние недели мы тупо ездили по всем больницам, в надежде на чудо. Чудо не произойдёт. Уже поздно . Почему она молчала? Наверняка, это невыносимо больно. Кем нужно быть,чтобы это терпеть , я была сильно зла на маму. Я даже не могу представить себе эту боль. А ещё больнее осознавать, что конец близок. Не только ей, но и нам - мне и папе. Больно осознавать,что и так уже понятно. От слова "онкология" тянуло холодом , плесенью и странным чувством умиротворения.Как будто человек,болеющим этим некрасивым словом,ничего не чувствует.

Сидя в больничном коридоре, укутанная в белый халат , голова начала кружиться. Руки немного тряслись, сердце билось реже, а уши заложило. Громкий топот обуви привёл меня в себя.

Мама Белова узнала недавно о болезни. Мне было жалко её тоже, у неё проблемы с сердцем. На днях она заходила в палату к матери, они долго о чем то беседовали. Были слышны только всхлипы и бормотание.

Фигура тихо опустилась на скамью. Тяжёлое дыхание резко сбивала моё умеренное .

-Ну и... сколько? - Саша осторожно задал вопрос. Я не могла говорить, от долгого молчания так бывает.

-Год, обещали. - почти шепотом ответила я, сглатывая скопившуюся жидкость в горле.

Он лишь кивнул головой, опустил еë на руки , замолчал. Теперь я не слышала его дыхания, слëзы жгли щеки. Дыхание сбилось, я старалась держаться, но не получилось. Всё эти дни только плакала, мне казалось, что уже всё выплакала. Но нет, слëзы текли с ещё большей силой. Холодная рука дотронулась до моего плеча, и сразу стала горячей.

Я больше не могла терпеть. Большими шагами направилась к окну, открыла и втянула свежий, слегка морозный воздух. На улице сновали люди, машины, дети. Вот как бывает удивителен мир : кто-то беззаботно шагает по улице, а кто-то доживает последние месяцы. Но я прохожих не виню.

Я не могла надышаться, лёгкие сжались, не пуская кислород. Пыталась вдохнуть больше, но как будто была ограничена. Лбом упёрлась в холодной стекло больничного окна. Это не сильно помогало.

Мне хотелось запереться в чулане, закрыться в шкафу, засесть в глухом, темном лесу, чтобы полностью окунуться в, теперь, тёмные закрома моей души.

-Может я могу.. - неуверенно начал Белов, но я его оборвала.

-Чем?! Поздно уже.. Ни чем помочь нельзя, так сказали. Колют что то, но... всё равно. - получилось грубо, глухо, надорвано.

Парень аккуратно развернул меня к себе лицом, прижал. Было так тепло, хотелось забыть обо всём. Я закрыла глаза и слушала осторожное сердцебиение друга. Он не забыл ни обо мне, ни о моей маме. Пришëл в самую трудную минуту, хоть немного облегчил мои страдания. Он знал о том разговоре с Космосом, знал , как мне это не нравится. Мне было правда противно от него, но что то держало. Двадцатилетняя дружба, наверно. Сейчас считаю его братом, нежели своей первой влюблённостью. Он не давал намёка на любовь :он дарил еë в чистом виде, по-братски нежную, а ещё крепкое плечо и заботу. Я всегда мечтала о старшем брате, а потом осознала, что он был всегда рядом.

-Спасибо. - прошептала я ему в грудь.

*********
Дома я смогла забыться. Занялась домашними делами. Папа стал часто пропадать на работе, а иногда приходить пьяным. Он никогда много не пил, но в этот раз, под его глазами пролегли тёмные круги, губы больше никогда задорно не подлетали вверх. Ему попало больше всего.

Перед глазами рисовалось лицо мамы, такое худое, бледное, на котором глаза уже не блестели. Она была похожа на папу. Говорят, что люди, любящие друг-друга, всегда похожи.

На этой встрече мне запретили с ней разговаривать, даже посмотреть было нельзя. Состояние ухудшалось, стремительно падали показатели здоровья, терапия не давала результатов.
______
Мы отказались от терапии. Время доживания сократилось. Вместо обещанного года, дали всего семь месяцев. Я перестала спать почти совсем. Меня хватало на весь день, но только под утро, я могла немного поспать. Мысли занимали голову, я стала сидеть дома сутки на пролёт. Что мне ещё делать? Совсем недавно уехала моя подруга -  Регина.

Саша ещё пару раз заходил ко мне, спрашивал о самочувствии, хотя и так было видно. Я совсем не хотела ни с кем разговаривать, а потом и вовсе уехала жить на дачу. Одна, только деревья-великаны вокруг, да лающие собаки. Они меня уже ни пугали, ни бесили. Мне было уже все равно на окружающие меня вещи. Я просто целый день втыкала в тихую даль, так и зовущую меня с собой. Длинные лапы дубов протягивались ко мне, хватали и тянули туда, где всегда тихо и спокойно. Где кукуют кукушки, кричат грачи, чирикают синички.

Я часто гуляла в лесу. Мне хотелось посмотреть, что там на окраине, правда ли там так хорошо, как шепчут мне дубы? Может показаться, что я схожу с ума. Нет, это не так. Я сильно полюбила природу, и она меня тоже. Мне нравится утром ходить меж деревьев, гадать, сколько же они здесь стоят? Они видели как строился мой дом, как мы сидели здесь по выходным и уплетали шашлыки. Как я гоняла голубей на поляне, как кидалась шишками в белок. Бедные белки...

А может не всë так плохо. Мне сказали, что жить нужно уметь так, чтобы удивлять всех. Я хотела бы выйти замуж, а ещё сына и дочку. Чтобы мы жили в теплом городке, с приветливыми соседями. Мне нравился Дрезден, там бы и хотела жить.

Воспоминания заменяли друг друга с большой скоростью. Я вспомнила Космоса, его голос и большие глаза. К нему у меня всегда были чувства теплее, чем к кому-то. Он всегда был весел, помогал чем мог. С ним безумно интересно, он отличный друг, очень преданный и смелый. А чего только его шутки стоят. Я соскучилась по нашим прогулкам летом, по Свете и Регине, поняла, что не могу оставить всё как есть.

Я должна идти дальше, но боль не утихнет. Не могу пойти ко дну из за смерти мамы. Это может показаться эгоистично, но это её судьба. Наши дни уже прописаны на какой-то бумажке, кто-то живёт дольше, кто-то меньше. Изменить это нельзя. Можно улучшить только условия жизни. Жить одним днём, попробовать всё, что хотелось бы, что никогда не пробовал.

Впереди предстоит учеба, о которой я так мечтаю. Внезапно я поняла, что мечтаю и о встрече с Косом. Столько вопросов у меня к нему, да и него найдётся что спросить, я уверена. Он умеет поддерживать, а мне это очень нужно. Мне нужен человек, который не только меня обнимет, скажет это заезженное " Всё будет хорошо ", но и сможет поставить меня на верный путь. Он таким являлся.

Эдуард Асадов

Радуйся каждому дню всегда.
Любому, едва только светом брызнет!
Ибо не знаешь ведь никогда,
Какой из них будет последним в жизни...

В голове пронеслись строки, которые я запомнила на всю жизнь.

Но как я могу жить, если частичка меня потеряла надежду на эту самую жизнь? Смогу ли я избавиться от навязчивого чувства мрака, смерти, отчаяния.