Глава 4
Полдня я уже трудился без устали. Я понимал, что мне нужен перерыв, но каждый раз, когда останавливался, в мыслях всплывало сегодняшнее утро, и я всячески пытался это отогнать. Работа всегда держала меня в тонусе, не давала расслабиться. Когда я погружаюсь в неё или в любое дело, которое беру на себя, ничто не может отвлечь меня или сбить с пути. Я всегда добиваюсь своих целей, следую продуманному плану, просчитывая всё настолько далеко, насколько могу. Честно говоря, даже отдых у меня чаще всего запланирован — сначала задачи, потом всё остальное. Но сегодняшний день стал для меня первой преградой на этом чётко выстроенном пути, той, что невозможно забыть, потому что она уже оставила след. Однако я знаю, что нет такой проблемы, с которой бы я не мог справиться.
— Привет, дружище, — поднимаю глаза и вижу, как входит Алекс. Вид его, честно говоря, оставляет желать лучшего. Небось всю ночь где-то шлялся.
— Привет, — я осматриваю его еще раз и говорю, – Где тебя так жизнь потрепала?
— Что так плохо выгляжу? Мне казалось я всегда неотразим, — усмехается он.
— Ключевое слово - кажется. Я серьезно, что с тобой? Где ты был? Выглядишь не очень. Ты что подрался? — его губа разбита, небольшая ссадина на лбу, но так кажется все цело.
— Спасибо за комплимент, но я в полном порядке. Да, возможно я конечно и хватанул вчера немного лишнего, но этот урод сам виноват. Клянусь, если б он еще хоть слово сказал в ее сторону, я б его своими руками задушил, а поверь я был близко, - зашипел он. Боже я точно проснулся сегодня? Сначала то утро, теперь Алекс.
— Ты... ты защищал девушку? — я прижмурился задавая вопрос, потому что тут явно был не типичный случай. Нет, Алекс, конечно, не из тех, кто ищет отношений, и точно не равнодушный придурок, позволяющий причинять вред людям, но, если на его глазах причиняют вред, особенно девушке, надерет задницу даже не моргая. Но тут явно что-то другое... Мне кажется, или в нем заиграло собственничество? - И кто же она?
— Хм, — он прочистил горло и продолжил. – Это не важно. Просто не мог слушать как он ее оскорблял, ничего такого, - клянусь в его поведении есть причина. Я знаю своего лучшего друга как свои пять пальцев. Еще не было случая, чтобы ему было не по себе и он хотел избежать разговора. Но я сделал вид, что не заметил этого и решил не продолжать тему. Позже вернемся к этому.
— Я понял, — вздохнул я. - Но ты готов сегодня работать? Осталось не так много, но твоя помощь мне очень даже пригодится.
— Да, конечно. За это можешь вообще не волноваться. Не бойся, мой мозг не пострадал.
— Очень на это надеюсь, — ухмыльнулся я и уже хотел продолжить как звонок телефона меня прервал. Посмотрев кто звонит, я понимал, что пора все-таки ответить на звонок. – Погоди минутку, отвечу и продолжим.
— Не вопрос, пока сгоняю за кофе.
Он убежал, а мне от разговора с матерью не убежать. Выдохнув, я поднял трубку.
— Да мам, — ответил я сухо.
— Привет сынок. Как ты? — тоскливо спрашивает она.
— Тебе правда интересно как я?
— Не говори так. Ты же знаешь, что это правда. Ты моя сын в конце концов. Когда ты приедешь домой? Тебе столько времени не было в Милане. А с тех пор как ты вернулся, ты еще не был дома. Я скучаю, - ее голос дрожит. Я молчу и не знаю, что ответить.
— Нейтан, скажи что-нибудь, — она прервалась, тихо вздохнула, как будто она боялась произнести эти слова, но все же продолжила. - Я люблю тебя. Помни это. Может я и была плохой матерью, но мне никогда не было на тебя плевать, - она на грани слёз, но моё сердце не сжимается от этого. Возможно, я не тот, кем они хотели бы меня видеть. Нужно было думать об этом раньше. Меня воспитывали не так как привыкло большинство детей. Первый ребенок. Для большинства родителей первый ребенок - это как хрупкая драгоценность, с которой обращаются так нежно и бережно, что можешь только смотреть и боишься даже дышать возле него, чтобы не навредить. Но не в моем случае. Во мне они всегда видели наследника, для отца это было крайне важно, и воспитание мне дали соответствующее. Отец всегда твердил как важна дисциплина, саморазвитие, образование и прочая хрень, что поможет мне обеспечить успешное будущее, как он переживает за мое будущее и, конечно же, как он будет горд, когда я сначала присоединюсь к семейному бизнесу, а затем замещу его на посту президента компании, когда придет время. Но в тот момент мне все это не было нужно, мне нужна была семья.
Отец... От него такое поведение было ожидаемым: он растил преемника для своего бизнеса. Не могу сказать, что он был холодным и бездушным — он многому меня научил, и я благодарен ему за это. Он никогда не посмел бы поднять на меня руку и были моменты, когда я так им восхищался. Ведь он добился таких высот с самых низов, просто встретив нужных людей на своем пути. Когда я начал приходить к нему на работу, я бы мог сказать, что мог смотреть вечно не только на огонь и воду, но и как мой отец работает. Думаю, это все-таки повлияло, что я окончательно не взбунтовал, отказавшись от должности в компании. Я просто влюбился в то, что он делает и не смог бы это все так оставить. Мне бы даже просто стало жаль его трудов и стараний. Но как же мне хотелось отцовского внимания, заботы, простой, искренней любви. Я знал, что он сдержан в эмоциях, и возможно я мог бы думать, что он не умеет их проявлять потому как попросту не знает как. Он вырос в детдоме, и я могу догадаться каким вырастает там человек. Да бывает по-разному, но предполагал, что отец попал именно в ту негативную полосу. И что поэтому ему так сложно с проявлением их по отношению ко мне, пытался оправдать его действия, но с матерью он был совершенно другим. Неужели я не заслуживал того же?
А мать... Чёрт, я думал, что матери — это сама забота и тепло, что они любят, лелеют, оберегают. Но моя мать была такой же, как отец. Она поддерживала его методы воспитания, не задумываясь о моих чувствах. Сначала я бунтовал, но в какой-то момент просто закрылся и перестал сопротивляться, и это была их вина. Со временем они стали вести себя иначе и даже мне казалось начали проявлять чувства ко мне, но момент был утрачен. Разве нельзя это было делать изначально? Или они думали, что это меня испортит? Но как говорится, за что боролись на то и напоролись. Она потом не раз говорила, что думала, будто поступает правильно. Но теперь уже поздно что-то менять. Меня уже не переделать и не перевоспитать.
— Я заеду, — выдавил я из себя эти слова, не смог больше. Даже как-то странно, но с отцом мы больше поддерживали контакт, несмотря на его поведение, чем с мамой. Думаю, бизнес все-таки удержал связь между нами.
— Я очень буду ждать тебя. Я люблю тебя, сынок. Дай знать, когда будешь ехать, я приготовлю твою любимую лазанью, - почти плача сказала она.
— Хорошо. Я наберу. Пока мам, много работы – холодно ответил я и отключился.
Еще какое-то время я просидел так в раздумьях. Мне нужно было немного прийти в себя и продолжить работу. Я положил голову на стол и стал помалу успокаиваться. Хорошо. Так надо найти Алекса и решить несколько рабочих моментов в компании. Да, придется немного попотеть, учитывая, что у меня все еще существует второй бизнес. Когда я был управляющим в филиале Катании, на Сицилии, было гораздо проще совмещать два дела, тем более, что родной братец не остался в стороне. Он младше меня на четыре года, но в управлении бизнесом начал разбираться уже с подросткового возраста. Думаю, если бы не он, то вынужден согласится, что одному было бы сложнее совмещать. Я открыл свой первый клуб еще когда находился в Милане и работал под руководством отца. Это было одновременно спонтанное и взвешенное решение. Мне хотелось иметь что-то свое, возможно даже неосознанно хотел быть похожим на отца. Слушая о том, как он создавал свое детище, я уже задумывался о том же, мне хотелось создать свое, несмотря на наш семейный бизнес. Спонтанное, потому как мне очень внезапно пришла идея выкупить один убыточный ночной клуб, он был на грани банкротства, и я сделал из него конфетку. Только всем известно — мало иметь свое дело, нужно иметь еще и мозги для его развития. Изначально все было в тихую, но вскоре я рассказал о своей идее отцу. И знаете, я даже не удивился его реакции. Нет, он конечно же говорил мне, что я его копия и как он мной гордится, но то как он переживал, что я не смогу быть по максимуму вовлечен в семейное дело, а когда я займу его должность — это будет доволи сложно. Знаю, он хотел сказать невозможным, но как я уже говорил, с годами он поменял тактику и боялся лишний раз меня задеть, чтобы не было слишком резко. С чего вдруг беспокоится о моих чувствах сейчас? Но мой отец знал, что я не отступлю. Если я что-то решил, должны быть очень и очень веские аргументы, чтобы я изменил свое мнение. В итоге он даже пытался мне помочь, но большую часть сделал мой младший брат Леон. С его мозгами все вышло изумительно. Я предложил ему стать партнерами, но он отказался, сказав, что просто помог старшему брату. Но когда мне пришлось на долгое время переехать в другой город, чтобы взять на себя управление новым филиалом компании, речи о том, чтобы он управлял Миланским вообще не шло. Да он и не сопротивлялся долго на этот раз, я знал, что он любит эту нишу и будет чувствовать себя как рыба в воде. Он скромен, но у него есть характер, и он никогда не переступает через людей, чтобы добиться своего. И когда он решил, что, став со мной совладельцем клуба, перетянет одеяло на себя и каким-то образом меня при этом использует, мне хотелось сильно встряхнуть его мозги, вставив их на место. Объяснив ему что именно так и сделаю в следующий раз, если он еще раз выкинет что-нибудь подобное. Он усмехнулся, обнял меня и сказал, что исправится. Ну и конечно же согласился управлять клубом. К тому времени он уже как раз закончил учебу и был готов к новому этапу своей жизни. Я даже удивился, что отец дал ему свободу выбора, у меня такой роскоши не было. Хотя по правде говоря, если бы я не любил архитектуру и все, что создал отец, ноги моей бы здесь не было. В итоге Леон занял место управляющего в нашем клубе в Милане, в то время как я взял на себя полное управление филиалом компании. Но и, разумеется, я не оставил свой клуб в стороне, бросив все на своего брата, хотя я также знал, что это место в надежных руках. Сейчас же будет все гораздо сложнее. Но разве это меня когда-то останавливало? Правильно, никогда. Все со временем уляжется, а сейчас пора вернутся к работе.
День уже было подходил к концу. Удивительно, что еще не ночь. Я глянул на часы, было около семи вечера. Мы дорабатывали последние штрихи, и я был невероятно горд проделанной работой. Важно только, чтобы понравилось заказчику. Я был уверен, что, придя домой настолько измотанным, приму горячий душ и усну глубоким сном до самого утра. Боги, мечтал об этом даже не знаю сколько времени. Но тут раздался звонок от моего секретаря.
— Да, Стелла? — Синьор Харрис, у вас входящий звонок от вашего брата.
Черт, какого он через моего секретаря со мной связывается?
— Соедини.
— Уже, — она переключила звонок и отключилась.
— Ну и чего это вдруг ты со мной связываешься через моего секретаря? — спросил я сразу как звонок соединился.
— И тебе привет, дорогой братец. Я тоже рад тебя слышать, — черт не хотел его задеть, но его тон четко дает об этом знать.
— Прости, привет. Просто неожиданно. Почему ты мне лично не набрал?
— А тебе разве можно дозвонится? Все равно, что в рельсу. Что с твоим телефоном?
— А что с ним? Погоди проверю, — я потянулся за телефоном. — Вот черт, разрядился. А я-то думаю, чего он не разрывается. Прости брат, не заметил.
— Бывает. Потому я собственно и связался через Стеллу, — он на секунду замешкался, но спросил. — Хм, ты планируешь приехать домой? — конечно же мама уже успела как бы невзначай пожаловаться.
— А что должен? – сердито спросил я.
— Она ждет тебя. В конце концов мы все тебя ждем, — я знаю, что пытается нас примирить, но у него это слабо получается.
— Если ты имел ввиду себя, то мы можем и у меня встретится.
— Нет, Нейт, не только себя. Есть еще мама и Камилла, — смешно, не думаю, что эти двое рады мне. По крайней мере Ками открыто мне заявляет, как устала от меня и моего контроля. Только это ей ничего не даст. Я всегда буду ее оберегать, и, если какой ублюдок посмеет причинить ей вред, он подпишет себе смертный приговор, по крайней мере, полноценным он уже не будет. И ей пора уже это понять.
— Кстати о Ками, я завтра с ней встречаюсь. Обещал заехать с утра.
— Уверен она будет тебе рада, — смеется он.
— Это сейчас была ирония?
— Ни в коем случае, — на этот раз он пытается сдержать смех, я чувствую. — Только пожалуйста, помягче с ней, — уже серьезнее говорит он.
— Постараюсь. И это... я заеду домой, но мне надо время.
— Понимаю. Но может ты все же заскочишь в клуб, посмотришь как тут обстоят дела?
— Почему нет, но только ради тебя. Я уверен клуб в лучших руках. Но ты прав, мне любопытно, - клуб действительно не нуждается в моей проверке, я доверяю брату больше чем кому-либо. Но я буду рад заглянуть, чтобы повидать Леона, я правда скучал по нему.
— Ты мне льстишь, но я буду очень рад тебе. Ладно, я побегу, у меня еще встреча. Увидимся.
— На связи, — говорю я и разъединяюсь.
Закончив все свои дела, я немного выдохнул. Напомнил еще раз Камилле о своем визите, на что в ответ получив лишь эмодзи среднего пальца, усмехнулся и вскоре покинул офис, впервые не среди ночи.