Глава №28
— Ликси~
Феликс только ещё сильнее сопротивляется хватке.
Хён стискивает зубы. Он не хочет использовать свой Альфа-голос, но ему нужно сделать хоть что-то.
— Фел, остановись.
Реакция мгновенна; Ликс перестаёт бороться с ним, он встаёт и выходит из комнаты, пытаясь хоть как-то прийти в себя, он откидывается назад к стене коридора. Он в полном беспорядке, всё ещё тяжело дышит, раскинув ноги, и Хён хочет его так сильно, что больно отказывать. Но Фел этого не хочет. Это просто течка, и он должен помнить об этом. Ради них обоих.
Феликс долго моргает, глядя на него остекленевшими глазами.
— Хён?
Хёнджин отпускает запястья, когда кажется, что тот собирается остаться там, где есть. Его инстинкты кричат ему, чтобы он подполз к Феликсу, чтобы успокоить его Омегу, но он борется с ними.
— С тобой всё в порядке?
— Ч-что? — лицо феликса морщится в замешательстве, уголки его рта опускаются вниз. Хён очень, очень сильно старается сосредоточиться на его лице, а не на том, что происходит к югу от того места, где его шея исчезает в футболке. Его голос пронизан раздражительностью, когда он говорит. — Хён, пожалуйста, ты мне нужен.
Нервы, терпеть становится сложнее и сложнее смотря на жалобный взгляд младшего, терпение лопнуло.
Беря на руки дрожащие тело направляясь в спальню. Феликс откинулся на спинку когда Хёнджин забрался на него, чтобы не отставать от любовных забав. Рот Феликса открылся навстречу, и когда горячие губы парня коснулись его, мальчик издал хриплый стон оставляя дорожку из поцелуев вниз по подбородку и к его шее.
— Я люблю тебя..
Шёпот защекотал ухо.
— Я тоже тебя люблю, - пробормотал он в ответ и сжал его чуть крепче.
Как будто они были любовниками в течение многих лет, их тела естественным образом искали друг друга, приклеиваясь. Хёнджин приподнялся, и прижался к нему, создавая сводящее с ума трение, которое, как они оба недавно обнаружили, им нравилось.
— Чёрт... ‐ Феликс выругался, когда его твердеющий член напрягся под одеждой. И у второго дела обстояли не лучше; это можно сказать по тихим всхлипываниям, которые издавал Феликс.
Они оба знали, куда заведет их этот
поцелуй.
Хёнджин медленно поворачивается к Феликсу, ловя на себе его взгляд. Он медленно целует его, вкладывая в поцелуй всю свою заботу и любовь. Смотря на помятые простыни, запачканный живот и чувствуя как вспотел он сам, удовлетворённо выдыхает.
Хёнджин носом втягивает чужое имя благоухающим ароматом, целует линию челюсти и обводит пальцами острые рёбра. Феликс откидывает голову и тихо стонет. Хён цепляет зубами тонкую кожу шеи, широко мажет языком и отстраняется, ведёт вниз, к груди и целует, целует, целует везде, и всего.
Ликс цепляется ногтями за чужие плечи, обнимает за шею, ведёт носом по татуировке вверх, до самого уха, хнычет непонятные вещи и ощущает, как из-за приятного возбуждения его уносит куда-то очень далеко. Хён подхватывает его под голые бёдра, переворачивает на живот и давит ладонями на поясницу, чтобы прогнулся.
— Хён что будет между нами после? - Феликс спрашивает его, остаткой своего разума. Он боится, что Хёнджин после их ночи, может сбежать или бросить Феликса здесь одного. Не нужные в данный момент мысли, полезли в голову Феликса и он всё думает о том, что Хёнджин лишь пользуется им и потом когда получит своё, уйдёт от него, как говорила его мать.
Хёнджин подставляет смазанные пальца к напряженному сфинктеру, — что то это не совсем нужная тема для разговора, м? — он проталкивает внутрь один палец, щупает мягкие стенки и облизывает пересохшие губы, а Ликс просто не может перестать любоваться напряжёнными мышцами и венами всего тела.
Ликс жмурится, выдыхает и сжимает в кулаках простынь. Из глотки вырывает тихий стон, второй, третий. Хён трахает его пальцами, дышит через раз и хмурит брови, до синяков впиваясь в мягкую плоть пальцами свободной руки. Фел подмахивает бёдрами и смотрит слезливым, умоляющим взглядом, от которого внутри всё разом разлагается.
— Скажи, — Хёнджин наклоняется, мажет губами по красной щеке и смотрит хитрыми глазами.
Ликси сглатывает, тянется за поцелуем, прикрывает глаза и раскрывает рот в немом стоне.. Попал по простате. Другой, третий, четвёртый раз. У Феликса член болит и истекает смазкой, а Хёнджин продолжает смотреть хитро и издеваться, правильно.
— Трахни меня, п…прошу тебя! — вскрикивает и сжимается, а по щекам бегут слёзы острых ощущений.
Хён ухмыляется, вынимает из мягкого тела пальцы, разрывает зубами упаковку презерватива, раскатывает по своему члену и, перевернув на спину, закинув его ноги себе на плечи, резко входит. Феликс хрустит позвоночником, стонет на высокой ноте своего голоса и царапает простыни ногтями. Закатив глаза, он тянет хенджина на себя, укладывает ладони на его напряжённую спину и кусает собственные губы, стоит хенджпн начать двигаться в быстром темпе, втрахивая ликса в постель.
"Ли Феликс.. Ли Феликс.. Ли Феликс.."
В голове лишь это имя.
Феликс кусает за вену на шее, лижет красивые чёрные линии татуировки, вскрикивает и полосует ногтями широкую спину. Хёнджин точно, определённо точно сошёл с ума. Феликс сделал то, чего не удавалась никому — забрался в голову, сердце и душу.
Хёнджин приподнимает его за бёдра, кусает губы и трахает под другим углом, попадает по простате, и Феликс попросту захлёбывается слюной, всхлипами и стонами. Феликса пробивает на удовольствие, он плачет, тянет уголки губ в довольной, дрожащей улыбке. Хёнджин припадает зубами к шее, терзает укусами тонкую кожу и крупной головкой долбится по простате.
— Г-господи… — Феликс продолжал кричать пошлые выражения, совсем не соединяя язык с разумом. Не стесняясь ничего, он кричал во весь голос извращённые слова и Хвану это нравилось.
Феликс вскрикивает, прогибается в спине, кончает себе на живот и сжимает член Хёнджина в себе. От вида кончающего Феликса, Хёнджин глухо рычит, напрягает мышцы и, сцепив зубы между собой, достигает своего пика в пару толчков. Феликс прижимает тыльную сторону ладони к горячему лбу, дышит часто и облизывает губы. Его тело мягкое, податливое, расслабленное — тело, которое Хёнджин прижимает к себе, носом втягивая запах Феликса.
Этот запах дурманил и заставлял полностью отключить разум и поддаться звериным инстинктам. Хёнджин готовил был трахать это поддатливое тело и не прерывается ни на секунду.
Первый раз с Феликсом на столько поразил Хёнджина, что тот совсем наплевать на всё вокруг и на протяжении недели этой течки, имел Феликса во всех позах, в разных местах и в любое время.