Запах греха

 Я начинаю осознавать всю ситуацию, куда и к кому попала. Почему именно я? Разве я мало настрадалась за все мои 23 года? Может мне не стоит сопротивляться и принять всё как есть? Ведь может это и есть моя судьба и так будет лучше для всех. Эти люди хранят много тайн и чем больше они скрывают от меня, тем интереснее мне становится. Эта как игра в шпиона, узнать чужие секреты и скрыться с места преступления. 

После последнего нашего разговора, мы больше не разговаривали. По пути домой я уснула в машине. 

За окном стояла глубокая ночь. Луна ярко освещала дороги. В доме горел приглушённый свет. В горле ужасно сушило. Я спустилась вниз, чтобы налить себе воды. Со стаканом воды в руках, я направилась обратно. Меня остановили мужские голоса в глубине дома. я не слышала кто и о чём говорил. Решив пойти на звуки, я увидела приоткрытую дверь. Убедившись, что за мной никто не следит, я прошлась по маленькому тёмному коридору и встала у ещё одной двери, за который и доносились голоса.

- Хватит указывать, что мне делать! - повысил голос Хантер. Послышался приглушённый удар. В щели приоткрытой двери я увидела большую комнату, в которой находился боксёрский ринг, скамейка, на которой лежало полотенце и стояла бутылка, боксёрская груша в углу, по которой бил Хантер с огромной силой, чтобы выплеснуть свою ярость. Спиной ко мне стоял мужчина в сером пиджаке. Это был Эрнест, с который я познакомилась утром. 

-  Отпусти её, - спокойно сказал мужчина. Послышался ещё один удар. Они говорят обо мне?

- Нет! - прорычал Волк. - Это не твоё собачье дело Нест, займись своей работай.  

- Это и есть моя работа! Томазо не остановится ни перед чем. Если не мы её отдадим, то он сам её заберёт и тогда пострадает не только Николь, но и вся семья! Ты рискуешь жизнью десятки людей ради одной девчонки! - стакан выскользнул из моих рук и разбился на мелкие осколки, ноги окутала прохладная вода. Сердце бешено стучало. Тело не слушалось и я не могла пошевелиться. Дверь распахнулась. Эрнест хмуро на меня смотрел. Он тяжело вздохнул и подошёл ко мне ближе. Мужчина поднял меня в воздух и перенёс в комнату. Видимо что-бы я не поранилась. Я стояла как потерянная в пространстве и смотрела на то, как Эрнест собрал все осколки в руку и ушёл. 

- Тебя не учили, что подслушивать не хорошо? - я обернулась на голос Хантера. Пот стекал по его лицу и груди. Руки были перемотаны чёрным боксёрским бинтом. Он отпил воды из бутылки и бросил её на пол. Волк инстинктивно приближался ко мне, как хищник к своей добыче. Я упёрлась спиной в стену, но не отводила глаз от хищника. Его глаза были чёрными. 

- Потренируешься со мной? - он протянул мне перчатки. Хантер видел, что я напугана, поэтому старался говорить спокойно. Он взял меня за руку, я напряглась и Хантер ослабил хватку. Он старательно затягивал липучки, оборачивая мои запястья, я почувствовала, как вес перчаток начинает оседать на руках, словно признак новой силы. Пальцы внутри немного ёрзали, непривыкшие к плотному, замкнутому пространству. Сначала чувствовалась неловкость, скованность движений, но постепенно приходило осознание, что теперь мои руки - это больше, чем просто руки.          

- Идёшь? - спросил он. Я небольшими шагами шла за ним.

- Что.. я должна делать? - произнесла я, глядя на то, как мой противник одевает перчатки. 

- Нападай, - он ударил себя по груди и встал в стойку. Сердце колотилось так, словно хотело вырваться из груди. Боксерские перчатки казались неподъёмными гирями, и каждый взмах отзывался гулкой болью в плечах. Я стою на ринге напротив настоящего мафиози, от одного взгляда которого кровь стынет в жилах. Он ухмыляется, а я пытаюсь изобразить на лице хоть что-то, напоминающее уверенность. Ноги дрожат, как осиновые листья на ветру. Я делаю неуклюжий выпад, перчатка со свистом рассекает воздух, но до цели не доходит. Он легко уклоняется, и я чувствую себя полной идиоткой. Пытаюсь снова, на этот раз целюсь в корпус, но удар получается слабым и каким-то жалким. Он даже не пошатнулся. Стыд и страх смешиваются в голове, образуя гремучую смесь. Я понимаю, что это мое первое и, скорее всего, последнее 'выступление' на ринге против такого противника. Собрав всю свою решимость в кулак, я сделала выпад, пытаясь попасть ему в челюсть. Опять мимо! Я крутилась вокруг него, как волчок, выбрасывая перчатки, но все мои атаки казались какими-то детскими хлопушками. Чувствовала, как щеки горят от стыда и напряжения. Смех заполнил ринг. Я снова рванулась вперёд, стараясь хоть как-то его задеть, но он перехватил мою руку, словно играючи, и в следующее мгновение мир перевернулся. Я даже не успела понять, что произошло, как оказалась на настиле. Он навис надо мной, его тёмные глаза изучали каждое моё движение. Внезапно Хантер наклонился и прикоснулся к моим губам. Это был грубый, требовательный поцелуй, лишённый нежности. Я попыталась сопротивляться, но вскоре почувствовала, как во мне просыпается странное, незнакомое чувство. Мои губы ответили на его поцелуй. 

Поцелуй углублялся, превращаясь в безудержный танец страсти. Хантер отстранился на мгновение, чтобы перевести дыхание, его взгляд прожигал меня насквозь. Я, задыхаясь, смотрела на него, не в силах отвести глаз. Его рука скользнула вниз, задирая футболку до груди. Горячая ладонь обожгла мою кожу на талии. Его губы нежно посасывали мою шею, оставляя следы. 

- Босс, у нас проблемы - в зал ворвался Марко, прервав нас. Хантер был в ярости. 

- Вышел! - рявкнул он. Марко незамедлительно выполнил приказ. Хантер смотрел на меня тяжелым взглядом. Глубокий и чувственный поцелуй на прощанье и Волк оставил меня одну на ринге. Кожу до сих пор жгло от его прикосновений. Мой разут будто в тумане.

***

Ночной воздух был прохладным, обволакивающим, словно шелк. Я присела на край бассейна, ощущая прохладную плитку под ладонями. Медленно, словно боясь спугнуть тишину, опустила ноги в воду. Вода была живой, играла серебристыми бликами в свете звезд, рассыпавшихся по небосводу мириадами бриллиантов. Высоко в небе, словно яркая стрела, прочертил линию самолет. Он летел куда-то далеко, в неизвестность, и в этот момент казался символом перемен, свободы, новых возможностей, которые манили и пугали одновременно. А вокруг, словно хор маленьких музыкантов, трещали сверчки. "Что ждет меня впереди?" - будто спрашивали они. Их монотонная, но успокаивающая мелодия, сливалась с тихим плеском воды, создавая особенную, магическую атмосферу. В груди рождалось странное чувство – смесь волнения и надежды. 

Я не понимаю, что я чувствую, точнее запуталась. Не понимаю смысла этой жизни, об этом мире я читала только в книгах, насилие, убийства, кровь - неужели и меня это ждет?

В доме загорелся свет и послышались голоса. Я встала и направилась на звуки. Мой взгляд зацепился за Хантера, и мир вокруг словно замер. Кровь. Его одежда, руки, даже лицо – все было испачкано кровью. Сердце бешено заколотилось.  Рядом стоял Марко, его лицо выражало явное беспокойство. 

- Может врача? – его голос прозвучал как эхо в моем оглушенном сознании. Слезы мгновенно навернулись на глаза, застилая картину перед собой. 

- Что случилось?! – паника срывалась с губ, голос дрожал. Я рванулась вперед, но замерла, не смея прикоснуться, боясь сделать еще хуже. Он медленно поднял руку, жестом показывая Марко, чтобы тот ушел. Марко оставил нас одних. Хантер сел на диван и начал, устало, расстегивать рубашку. На его теле виднелся глубокий порез. Я ахнула, прикрывая рот рукой.

- Нужно.. нужно обработать, - я подскочила, но Хантер схватил меня за запястье. 

- Успокойся, ничего страшного не произошло. - говорил он монотонным успокаивающимся голосом. Я замерла, - внизу шкафчика лежит аптечка. -  я принесла белый чемоданчик и открыла его. 

- Я могу чем-то помочь? 

- Когда нибудь зашивала раны? - на его улице появилась ухмылка. Я отрицательно мотнула головой. -  Тогда я сам справлюсь. 

Хантер, стиснув зубы от боли, окинул взглядом рану. Кровь лилась ручьем, пачкая его одежду. Медлить было нельзя. С привычной для него хладнокровностью он достал иглу с ниткой. Продезинфицировав инструменты, Хантер тщательно осмотрел рану, оценивая повреждения. Его пальцы, сильные и ловкие, быстро и точно соединяли края кожи, накладывая аккуратные швы. Каждый стежок был выверен и надежен. Лицо Хантера выражало концентрацию и решимость, ни малейшего намека на страх или боль. Завершив работу, он обработал место раны антисептиком. 

- Нужно перебинтовать, - сказала я, смотря ему в глаза. 

- Быстрее заживет, - Марко зашел в комнату, поставил на стеклянный столик стакан с темно - коричневым напитком. Хантер залпом опустошил содержимое.

- Мне кто-нибудь расскажет, что здесь происходит?! - повысила я голос.