18
Над городом клубились облака, несущие плотный туман. Происходящего на крыше он не скрывал, лишь окутывал все вокруг дымкой. Здания теперь казались столпами приглушенного света, сияние луны потускнело, и, спрятанная за облаками, она походила на гаснущую лампу. Осколки хрустального гроба поблескивали как ледышки, и Лилит окружало бледноватое свечение
Джису не могла больше смотреть, как Сехун пьет кровь Ину. Видно же, ему противно... и он превозмогает отвращение ради нее, Джису, и отчасти ради Тэхена. Она знала: следующий этап ритуала - смерть Сехуна
Вампир отдаст свою кровь и погибнет, как часто погибают обескровленные вампиры
Сехун умрет, и Джису потеряет его навсегда - по собственной вине
Джису чувствовала, как держат ее руки Тэхена, как мягко и ровно бьется его сердце. Вспомнила ступени перед Залом Договоров, как шелестели опавшие листья, и как целовал ее Тэхен. Тогда она тоже слышала биение сердца любимого, и стучало оно в унисон с ее собственным
Тэхен не ушел, он где-то здесь. Он как Ину, запертый в хрустальном гробу. Надо лишь дотянуться до него, вызвать
Лилит пристально следила за тем, как Сехун пьет кровь. Позабыв о Джису
- Тэхен, - прошептала она. - Я не могу смотреть...
Она прижалась к нему спиной, будто желая поуютнее устроиться в объятиях, и притворно поморщилась, когда нож коснулся шеи
- Тэхен, прошу, убери нож. Он тебе не нужен. Я ничего тебе не сделаю
- Зачем...
- Не хочу смотреть на них. Хочу видеть твое лицо
Тэхен глубоко вдохнул, дрожь пробежала по его телу, как будто он боролся с чем-то внутри себя. Плавным быстрым движением, на какое способен лишь он, удерживая Джису левой рукой, Тэхен убрал нож за пояс
В груди дрогнуло. Можно бежать! Нет, Тэхен расслабился всего на мгновение - вот он опять держит Джису обеими руками. Разворачивает ее к себе лицом.
Его пальцы прошлись по спине, по дрожащим голым плечам
Не видя больше Сехуна и демоницы, Джису, однако, чувствовала их присутствие, и по спине пробежали мурашки. Джису посмотрела на Тэхена, вгляделась в знакомые черты лица: в то, как падают на лицо пряди, в шрамы через скулу и висок, в ресницы, в глаза цвета бледно-желтого стекла... Вот в чем дело. Внешне Тэхен прежний, только взгляд изменился, стал тусклым, невыразительным. Сквозь его глаза Джису будто заглядывала в пустую комнату
- Я боюсь, - сказала она
Тэхен погладил ее по плечу. По нервам пробежали искорки, и Джису с отвращением поняла: тело еще помнит прикосновения любимого
- Я не дам тебя в обиду, - пообещал Тэхен
Джису посмотрела на него в упор. А ведь он верит в собственные слова. И неважно, что они расходятся с делом. Лилит отобрала ответственность за поступки и намерения
- Ты ее не остановишь, - предупредила Джису. - Она меня убьет, Тэхен
Он покачал головой
- Нет, не убьет
Подавив желание вскрикнуть, Джису тихо и спокойно ответила
- Я знаю, Тэхен, ты здесь. Настоящий ты. - Она плотнее прижалась к нему. Пряжка ремня впивалась ей в талию. - Борись с ней...
Зря она это сказала. Тэхен напрягся, в глазах у него полыхнула боль, агония загнанного животного. Миг - и она сменилась твердостью
- Нельзя
Видя страшное, пугающее выражение у него на лице, Джису вздрогнула
- Тебе холодно? - спросил он тоном настоящего Тэхена, и горло Джису болезненно сдавило спазмом
Пусть холод и заботил ее меньше всего, Джису кивнула
- Можно я к тебе под куртку спрячусь?
Тэхен кивнул, позволяя рукам Джису обвиться вокруг его талии. Город погрузился в тишину, словно упрятанный в зловещую ледяную призму. Даже свет от соседних зданий исходил мертвенный и холодный
Тэхен дышал медленно и ровно. При каждом вдохе руна на груди у него пульсировала, разгоралась ярче. Какая же она отвратительная, будто пиявка, присосавшаяся к телу и вбирающая все, что есть хорошего, саму суть Тэхена
Логан говорил, что можно разрушить Знак: «Если исказить рисунок, его сила уменьшится или вовсе сойдет на нет. Порой во время боя противник пытается опалить или срезать с Охотника кожу. Именно чтобы лишить его Знаков»
Неотрывно глядя на Тэхена, Джису сказала себе: забудь обо всем, забудь о Сехуне и о ноже. Сейчас самое главное - то, что ты скажешь
- Помнишь, что ты говорил мне в парке? - прошептала Джису
Тэхен удивленно посмотрел на нее сверху вниз
- Что?
- Ты перевел для меня одну фразу с итальянского: любовь - сильнее всего на свете, она самая могущественная сила в мире
Тонкая морщинка залегла у Тэхена на переносице
- Я не...
- Еще как помнишь. - Аккуратнее, осторожней. Джису никак не могла избавиться от напряжения в голосе. - Помнишь. Любовь - сильнее всего, как в Аду, так и на Небе. Значит, она выше могущества Лилит
Безрезультатно. Тэхен смотрел на Джису как глухой. Говорить с ним было все равно что орать во чрево темного пустого тоннеля
Тэхен, Тэхен! Ну отзовись же!
- Ты можешь защищать меня, повинуясь Лилит, - не сдавалась Джису. - Так лучше для всех
Она сильнее вжалась в его грудь. Живот свело спазмом, радость мешалась с ужасом. Джису обнимала одновременно и Тэхена, и совершенно незнакомого человека. Но тело его отзывалось: сердцебиение ускорилось. Какие бы чары ни применила Лилит, он все еще желает Джису
- Я прошепчу тебе кое-что. - Джису коснулась губами щеки Тэхена. Вдохнула аромат его кожи, такой родной и знакомый. - Слушай
Джису призывно запрокинула голову. Когда Тэхен нагнулся, она выхватила у него оружие из-за пояса и полоснула по груди. Он вскрикнул - не от боли, от удивления. На рубашке, из-под поврежденной руны, проступила кровь. Зажав рану, Тэхен уставился на Джису ошарашенным, полным искренней боли взглядом
Лилит завопила. Сехун во все глаза уставился на Джису. Тыльной стороной ладони он утирал губы; на белую рубашку с подбородка капала черная кровь
- Тэхен! - пораженно взвизгнула демоница. - Держи ее, хватай... приказываю...
Тэхен не стронулся с места. Посмотрел на Джису, на Лилит. На свою окровавленную руку и снова на демоницу. Сехун попятился, и вдруг его согнуло пополам; он упал на колени. Отвернувшись от Тэхена, Лилит приказала
- Поднимайся, вампир! - Вернув себе самообладание, она приблизилась к Сехуну - Встань! Ты выпил кровь Джина, теперь отдай свою
Попытавшись сесть, Сехун снова упал, и его вырвало. Кашляя, он плевался черной маслянистой жидкостью. Еще тогда, в Идрисе, кровь Ину показалась ему похожей на яд. Лилит отвела ногу, желая ударить Сехуна, и тут ее отбросила назад неведомая сила. В ночном воздухе над крышей разнесся крик. Не слова - клекот, похожий на совиный, полный чистейшей ненависти и гнева. Человек на такой неспособен. В уши Джису будто вонзились острые осколки стекла
- Оставь Сехуна! - закричала девушка. - Ему плохо, разве не видишь? Ему плохо!
И тут же пожалела. Лилит медленно обернулась, глядя на Тэхена холодно и повелительно
- Я предупреждала, До Тэхен, - звенящим голосом произнесла демоница. - Не выпускай девчонку из круга. Забери у нее оружие
Джису забыла, что сжимает в руке нож. Она замерзла, пальцы занемели, но гнев - злоба на Лилит, на все - придала сил и вернула руке гибкость. Джису бросила нож под ноги Тэхену. Тот непонимающе уставился на клинок
Лилит утратила человеческий облик; губы превратились в тонкую красную линию, глаза почернели
- До Тэхен, ты слышал меня, и ты мне подчиняешься
- Подбери, - сказала Джису Тэхену. - И убей - меня или ее! Выбор за тобой
Тэхен медленно поднял оружие
* * *
Сыльги - с Сандалфоном в одной руке и хативарой в другой - успела положить шестерых
За свою жизнь она перебила множество демонов, однако сражение с сектантами пугало сильнее. Они нападали вместе, сплоченно, подобно жуткому серому приливу - жуткому, потому что двигались последователи культа молча, с необыкновенной силой и скоростью. И они совсем не боялись смерти. Сыльги и Айрин криками велели им отступать, но служители Лилит продолжали атаки безмолвной ордой, бросаясь на Охотников в самоубийственном безумии, как лемминги бросаются со скалы. Нефилимы пятились к большой комнате с пьедесталами, и на крики выбежали Дэцзюнь с Цзыюй. Дэцзюнь - в обличье волка, Цзыюй - как человек, выпустив когти
Сектанты будто не заметили их появления - все перли и перли, падая один за другим под ударами стали и когтей. Хлыст Айрин рассекал воздух и плоть, разбрызгивая тонкие фонтанчики крови. Цзыюй, ослепленная яростью, вошла во вкус - вокруг нее лежал уже добрый десяток поверженных сектантов. Ее когтистые руки по самые запястья обагрились кровью
Вот один сектант кинулся на Сыльги, выставив вперед руки. Капюшон не давал разглядеть его лица, Сыльги не поняла, мужчина это или женщина. Она просто вонзила противнику в грудь Сандалфон, и тот издал хрипловатый крик боли. Мужчина. Хватаясь за грудь, он упал; края дыры на толстовке занялись пламенем. Не в силах смотреть, что клинок серафимов творит с людьми, Сыльги отвернулась
Спину полоснула резкая, жгучая боль. Позади Сыльги сжимал в руках зазубренный кусок арматуры еще один культист: без капюшона, мужчина, такой худой, что скулы чуть не протыкали кожу. Зашипев, служитель Лилит вновь атаковал. Отпрыгнув, Сыльги ударом ноги с разворота выбила оружие из рук противника. Тот попятился и, чуть не споткнувшись о труп товарища, бежал
Секунду Сыльги колебалась. Культист уже почти достиг двери. Надо его догнать, иначе предупредит остальных или приведет подкрепление. Но Сыльги устала, ее вымотали убийства людей. Они, может, и одержимы, может, и не люди больше, вот только от этого не легче. Сыльги уже начинало подташнивать
Что бы сказал Чимин? Известно что. Сыльги прежде билась с существами вроде сектантов Талто - все человеческое из них высосал демон-покровитель, оставив жаждущую крови оболочку, которая медленно умирала в агонии. Таких не спасти, не вылечить и не вернуть. Сыльги услышала голос Чимина, как если бы маг стоял рядом: «Убивая их, ты даруешь им подлинное милосердие»
Заткнув за пояс хативару, Сыльги побежала за культистом - вылетела сквозь дверь в пустой коридор. Открылись двери дальнего лифта, и звоночек прозвучал в тишине тревожным сигналом. Из коридора в разные стороны вело несколько дверей; мысленно пожав плечами, Сыльги выбрала одну наугад
Она оказалась в лабиринте небольших комнат, едва заставленных мебелью: наспех возведенные стены из гипсокартона, из дыр вываливаются пучки разноцветных проводов. Клинок серафимов отбрасывал неровный световой рисунок. Уловив движение, Сыльги прыгнула на звук и, опуская Сандалфон, заметила красные глазки и серую шерсть. Маленькое тельце юркнуло в дыру у плинтуса. Сыльги скривилась. Здесь еще и крысы обитают
Наконец она вышла в просторную комнату - меньше, чем помещение с пьедесталами, но повместительнее предыдущих - и наткнулась на стену из окон, местами закрытых картоном
В одном из углов, возле открытого трубопровода, пошевелилась тень, и Сыльги осторожно двинулась к ней. Может, глаза ее подводят? Нет, в углу явно человек: сгорбленный, в темных одеждах. Руна ночного видения чуть ожгла кожу; прищурившись, Сыльги подошла поближе к... стройной женщине, босой, прикованной к трубе. Она подняла голову, и в бледном свете, льющемся через окно, блеснули белокурые локоны
- Сыльги? - не веря собственным глазам, произнесла женщина. - Бэ Сыльги?
Розанна
* * *
- Тэхен. - Голос Лилит прозвучал как удар хлыста по голой коже. Джису вздрогнула. - Приказываю...
Тэхен отвел руку - Джису сжалась, крепя дух, - и метнул нож в Лилит. Пролетев через крышу, клинок вонзился демонице в грудь. Лилит потеряла равновесие, поскользнулась на плитке. Ругаясь на неизвестном наречии, она вновь обрела равновесие и выдернула нож. Шипя, оружие - наполовину съеденное едкой кровью - упало на площадку
Вихрем развернувшись к Джису, демоница спросила
- Что ты с ним сделала? Что?! - Еще миг назад просто черные, глаза у нее полезли из орбит и превратились в маленьких змей. Вскрикнув, Джису чуть не споткнулась о низкую живую изгородь. Именно такой она видела Талто в воспоминаниях Итуриэля: змеи вместо глаз, грубый голос, отдающийся эхом. Демоница наступала...
Дорогу ей преградил Тэхен, прежний, настоящий. Он будто пылал огнем праведного гнева, как Разиэль в ту злополучную ночь у берега Лин. Свет клинка серафимов белым огнем отражался в золотистых глазах; из прорехи в рубашке капала кровь. И смотрел Тэхен на Лилит, как смотрели бы ангелы в день восстания из ада
- Михаил, - произнес Тэхен, и клинок засветился ярче. То ли от гнева Джейса, то ли от заключенной в имени архангела силы. Ослепленная на мгновение, Джису отвернулась и заметила Сехуна. Тот, скорчившись, лежал подле гроба
Сердце сжалось от боли. Что, если кровь Ину отравила Сехуна? Печать не защитит от яда, потому как Сехун добровольно принял его. Ради нее, Джису. О, Сехун...
- А-а... Михаил. - Смеясь, Лилит наступала. - Воевода Божьей рати. Я знавала его
Тэхен поднял клинок над головой, такой яркий, что, наверное, весь город видел его свет, лучом прожектора пронзающий небо
- Не подходи, - велел Тэхен
Как ни странно, демоница остановилась
- Михаил поверг моего возлюбленного демона Самаэля, - призналась Лилит. - Отчего, Охотник, ваши ангелы столь холодны и беспощадны? Почему карают всех, кто не подчиняется им?
- Не думал, что ты у нас поборница свободной воли, - ответил Тэхен. Услышав сарказм в его голосе, Джису окончательно убедилась: он вернулся. - Может, мы тогда свалим с крыши? Я, Джису, Сехун? Что скажешь, демоница? Ты больше не управляешь мной, я не обижу Джису, и Сехун тебе не подчинится. Все кончено. Что до этого куска гнилого мяса, который ты пытаешься воскресить... советую избавиться. Он не вернется, да и срок годности истек. Скоро запашок появится
Лилит перекосило. Она сплюнула Тэхену под ноги, и слюна - сгусток черного пламени - обратилась змеей. Гад, раззявив пасть, пополз к Тэхену, но тот раздавил его и кинулся на демоницу. Клинок полыхнул белым светом... и прошел мимо. За мгновение до удара Лилит тенью растаяла в воздухе и воплотилась за спиной у Тэхена. Лениво ударила его в грудь раскрытой ладонью, и нефилима отбросило назад
Выронив Михаил, Тэхен ударился о бортик крыши с такой силой, что стена пошла трещинами. Падение оглушило его
Ахнув, Джису бросилась подбирать клинок. Лилит опередила ее - схватив девушку тонкими ледяными руками, отшвырнула в сторону, прямиком в живую изгородь. Джису сильно оцарапалась о ветки и порвала платье. Встала и увидела, как Лилит рывком поднимает Тэхена на ноги
Демоница оскалилась, обнажив черные, блестящие, словно металл, зубы
- Хорошо, что ты стоишь, юный нефилим. Хочу убить тебя, глядя в глаза, а не ударить в спину, так как ты - мое чадо
Тэхен провел по лицу рукавом, и ткань пропиталась кровью из длинного пореза на щеке
- Он тебе не чадо, не сын. Ты для него просто донор. Праматерь магов... - Отвернувшись, он сплюнул кровью. - Ты вообще никому не мать
Змей в глазницах Лилит свело судорогой. Выбравшись из кустов, Джису заметила: у каждого из гадов по два собственных, горящих красным, глаза. Борясь с тошнотой, Охотница смотрела, как змеи скользят взглядом по телу Тэхена
- Разрезать мою руну надвое. Как грубо, - сплюнула Лилит
- Зато эффективно
- Тебе не победить меня, До Тэхен. Может, ты и величайший из нефилимов этого мира, но я - не просто высший демон
- Тогда сражайся. Я и оружие тебе дам. Себе возьму клинок серафимов. Один на один, посмотрим, кто кого
Лилит медленно покачала головой, ее волосы разметались подобно черному дыму
- Я старейшая из демонов, я не мужчина. У меня нет гордости, не подловишь. Плевать мне на единоборство, это слабость твоего пола. Я - женщина, для меня все средства хороши, если хочу добиться желаемого
Демоница презрительно отшвырнула Тэхена. Вернув себе равновесие, он поспешил подобрать мерцающий Михаил
В ту же секунду с поднятых ладоней Лилит сорвались две полупрозрачные тени. Тэхен и тот поразился, когда они, приземлившись, обрели плотную форму рычащих собак: поджарых, с мерцающими красными глазами, чем-то похожих на доберманов-пинчеров
- Гончие ада, - выдохнул Тэхен. - Джису...
Не успел он договорить, как один из псов прыгнул на него с диким воем, широко раскрыв зубастую, как у акулы, пасть. Вторая псина атаковала Джису
* * *
- Розанна. - Голова у Сыльги пошла кругом. - Ты здесь откуда?
Глупость сморозила. Сыльги чуть не хлопнула себя по лбу. Не хватало еще предстать дурой в глазах бывшей девушки Чимина
- Это все Лилит, - тихим, дрожащим голосом ответила вампиресса. - Ее служители ворвались в Святилище. Оно ведь не защищено от вторжения людей... и нелюдей. Культисты разорвали мои оковы и принесли меня сюда. - Она побряцала цепями, которыми ее приковали к трубе. - Обращались со мной как с животным
Присев, Сыльги заглянула Розанне в глаза. Синяков не заметила, и правильно: следы побоев заживают на вампирах чересчур быстро. Зато волосы слева покрывала корка запекшейся крови
- Предположим, я тебе верю, - сказала Сыльги - Что нужно от тебя Лилит? Она вроде не особенно интересуется вампирами
- Знаешь, за что Конклав арестовал меня? Должна был слышать
- Ты убила трех нефилимов. Чимин сказал, ты якобы совершала преступления по приказу... Лилит?
- Если скажу, отпустишь? - Нижняя губа вампирессы дрожала. Розанна смотрела на Сыльги умоляющим взглядом зеленых глаз. Черт, красивая! Наверное, точно так она смотрела когда-то на Чимина. Вот бы ее встряхнуть
- Могла бы, - ответила Сыльги, поразившись холодности в собственном голосе. - Выбор у тебя невелик. Я оставлю тебя на милость Лилит и уйду. Какая мне разница, что с тобой станет?
- Большая, - низким голосом произнесла она. - Чимин тебя любит. Он не полюбил бы человека, способного бросить кого-то в беде
- Он и тебя любил
Вампиресса задумчиво улыбнулась
- Наш Чимин учится на своих ошибках
- Послушай, - предложила Сыльги, раскачиваясь на каблуках. - Открой мне правду, и я тебя освобожу. Потом отправишься к Конклаву, они гарантируют лучшее отношение, чем Лилит
Глянув на цепи, Розэ ответила
- Конклав заковал меня, Лилит заковала. Так какая между ними разница?
- Выбор за тобой. Либо веришь мне, либо Лилит, - сказала Сыльги, отлично понимая, что блефует
Выждав несколько напряженных секунд, вампиресса ответила
- Что ж, ладно. Если Чимин верит тебе, тогда и я доверюсь. - Она гордо вскинула голову, пытаясь сохранить остатки достоинства. - Лилит пришла ко мне - не я к ней, заметь! - и предложила сделку. Обещала помочь свергнуть Ким Самуэля - в обмен на услугу
- Убить нефилимов?
- Лилит нуждалась в их крови. Впрыскивала кровь нефилимов и демонов матерям, пыталась повторить эксперименты Дантэ. Ничего не вышло. Дети родились уродами и вскоре умерли. - Заметив отвращение во взгляде Сыльги, вампиресса поспешила оправдаться - Мне не говорили, для чего нужна кровь нефилимов. Я не святая, но и невинных не убиваю
- И тем не менее на сделку согласилась. Могла бы отказаться
Розэ устало улыбнулась
- До моих лет дожить можно, лишь если умеешь вовремя заключить верный союз. Не только с теми, кто силен, но с теми, кому веришь, - и тогда обретешь силу. Отвергни я предложение Лилит, она бы меня убила. Демоны по природе своей не очень-то доверчивы, и Лилит решила бы, что я, даже пообещав молчать, выдам Конклаву ее планы на убийство нефилимов. Лилит для меня куда опаснее твоих родичей, потому я и согласилась
- Согласилась убивать наших?
- Членов Круга. Они изводили мой род, да и твой, кстати, тоже
- А О Сехун? Он здесь при чем?
- Союзник-светолюб никому не помешает. - Розэ пожала плечами. - О Каиновой печати я узнала из своих источников: кое-кто из прихвостней Самуэля по-прежнему мне верен. Из нежити немногие знают о Печати, и потому Сехун невероятно выгодный партнер
- Лилит он нужен по той же причине?
Глаза Розэ округлились. На бледном лице проступили темные жилки, словно узор из трещинок на фарфоре. От голода вампиры дичают, потом лишаются сознания. Чем старше кровосос, тем дольше может протянуть. Интересно, как долго не питалась Розэ?
- О чем ты? - спросила вампиресса
- Она призвала Сехуна, они оба где-то здесь, в здании
Секунду помолчав, Розэ разразилась смехом
- Вот ведь ирония. Лилит не говорила мне про светолюба, и я не говорила о нем ей. В итоге же выходит, что мы оба хотели его заполучить. Лилит Сехун нужен ради крови светолюба: в ней и нежить, и нефилим. Сехун очень пригодится. Лилит планирует обряд крови
- Она не сможет ему навредить, - в замешательстве проговорила Сыльги. - Каинова печать...
- Демоница найдет выход. Она же Лилит, Сыльги. Праматерь магов, давно живет на свете
Сыльги встала
- Тогда пойду выясню, что она затеяла
Бряцая цепями, вампиресса попыталась встать на колени
- Т-ты... обещала освободить меня
Обернувшись, Сыльги произнесла
- Нет, я обещала выдать тебя Конклаву
- Оставишь меня здесь, и ничто не помешает Лилит добраться до меня раньше нефилимов. - Розэ напряженно откинула с лица волосы. - Прошу, Сыльги. Умоляю
- Кто такой Джунги? - невольно спросила Сыльги и ужаснулась
- Джунги? - Непонимание на лице Розэ быстро сменилось изумлением. - Ты подслушала нашу с Чимином беседу?
- Частично. - Сыльги осторожно выдохнула - Джунги мертв? Чимин говорит, с тех пор минуло много времени
- Знаю, что тревожит тебя. - Голос Розэ сделался мягким, мелодичным. Позади нее, в окна, Сыльги видела огни пролетающего над городом самолета. - Первоначальное счастье прошло. Ты думала о настоящем моменте, позабыв о будущем, и вот поняла: ты состаришься и умрешь, а Чимин будет жить дальше. Вы состаритесь не вместе, порознь
Сыльги представила себе пассажиров в самолете, как они смотрят на город, словно на россыпь мерцающих алмазов. Сама она никогда не летала самолетами и потому не могла вообразить, что чувствует пассажир: одиночество? отстраненность? оторванность от мира?
- Ты не знаешь наперед, - ответила Сыльги вампирессе. - Не знаешь, как мы состаримся
Она снисходительно улыбнулась
- Пока ты красива, но какой станешь через двадцать лет? Через сорок? Пятьдесят? Будет ли Чимин по-прежнему любить твои синие глаза, когда они поблекнут? Твою нежную кожу, когда время прочертит в ней глубокие борозды? Твои руки, когда они сморщатся и ослабнут? Твои волосы, когда они поседеют?..
- Заткнись. - Сыльги устыдилась того, как надтреснуто прозвучал ее голос. - Заткнись, поняла? Слышать ничего не желаю
- Твоя жизнь может пойти иным путем. - Подавшись вперед, вампиресса посмотрела на нее блестящими глазами. - Что, если я скажу: стареть вовсе не обязательно? Не надо умирать?
- Вампиром я становиться не желаю! - гневно воскликнула Сыльги. - Даже не думай предлагать. И под страхом смерти не соглашусь
На долю секунды Розанна скривилась. Овладев собой, она ответила
- Я не то имела в виду. Просто может быть иной путь для вас двоих не расставаться
Сыльги сглотнула. Во рту сильно пересохло
- Говори
Подняв закованные в цепи руки, Розэ напомнила
- Освободи для начала
- Нет, сперва секрет
Вампиресса покачала головой
- Не дождешься. - Выражение ее лица и голос сделались тверды как мрамор. - Кроме свободы, ты ничего предложить не можешь. Я - могу, но просто так не отдам
Застыв в нерешительности, Сыльги вспомнила предупреждение: «Розанна - умелый интриган и опытный манипулятор»
Чимин, Чимин... Что же ты о другом не предупредил? Однажды Сыльги проснется и поймет: она уходит туда, куда Чимин за ней не последует. Ведь они изначально разные. Бессмертные не клянутся в любви до гроба
Она сделала шаг навстречу Розэ, еще один. Взмахнула клинком и со всей силы ударила по цепи. Освобожденная, Розэ с победным видом подняла руки
- Сыльги. - У входа стояла Айрин: хлыст, руки, платье - все в крови. - Ты что здесь делаешь?
- Я... так... - Сыльги захлестнула волна стыда и ужаса. Она бессознательно шагнула в сторону, пытаясь загородить Розэ, не дать сестре увидеть ее
- Все мертвы, - мрачно сообщила Айрин. - Сектанты. Мы всех положили. Идем, пора искать Сехуна... - Она прищурилась - Ты в порядке? Какая-то ты бледная?
- Я освободила ее, - буркнула Сыльги. - Не надо было, просто...
- Кого освободила? - Айрин шагнула в комнату, и на платье отразились огни города, сделав ее похожей на призрака. - Сыльги, ты что несешь?
Под смущенным взглядом сестры Сыльги обернулась и... не увидела никого. Труба на месте, кусок цепи, чуть потревоженный слой пыли - и все. Розэ сбежала
* * *
Джису едва успела выставить перед собой руки. Гончая, будто ядро из костей и мяса, окутанное зловонным дыханием ада, свалила ее с ног. Тэхен рассказывал, как лучше всего защититься в падении, однако уроки вылетели из головы. Локти ожгло болью. Миг - и пес придавил ее лапами, покачивает уродливым, шишковатым хвостом, на кончике которого шипы, как на средневековой палице. Из бочкообразной груди пса донеслось мощное рычание, аж кости завибрировали
- Держи, не отпускай! - приказала псу Лилит. - Дернется - перегрызи горло!
Она выкрикнула приказы второй гончей - та боролась с Тэхеном. Сцепившись, они, как живая мешанина из зубов, когтей, рук, ног и лап, катались по крыше. Шипастый хвост хлестал по воздуху и плитам. Через боль Джису повернула голову и увидела, как демоница направляется к хрустальному гробу. Сехун по-прежнему лежал не шевелясь. Ину плавал в гробу, как утопленник. Молочная жидкость потемнела от его крови
Пес наклонился к лицу Джису и зарычал, от этого звука по телу прошлась волна страха - и гнева. Гнева на Лилит, на себя. Ведь Джису - Сумеречный охотник. Одно дело, если ты слыхом не слыхивала о нефилимах и тебя валит захудалый демон, и совсем другое - когда ты тренированный Охотник. Надо собраться
В парке Тэхен поучал: за оружие сойдет любой предмет. Своим весом адский пес грозил продавить грудину. Девушка, изобразив удушье, потянулась к горлу. Пес угрожающе зарычал, и Джису сорвала цепочку с кольцом, хлестнула ею по глазам гончей. Взвизгнув, тварь отскочила, давая шанс Джису подняться. Кольцо откатилось в сторону, цепочка выпала из руки. Глядя, как готовится к прыжку пес с окровавленной мордой, Джису хотела быстренько подобрать цепочку. Пес прыгнул...
Вспоров ночную тьму, в дюймах от лица Джису вспыхнул серебристый клинок. Голова собаки отделилась от туловища. Взвыв на прощание и растворившись в воздухе, пес оставил после себя черную опалину на плитке да вонь, присущую демонам
Чьи-то руки бережно подняли Джису. Тэхен. Сунув клинок серафимов за пояс, он держал ее... и смотрел странным взглядом: надежда, потрясение, любовь, тоска и гнев - все смешалось в нем. Рубашка на Тэхене порвалась в нескольких местах, покраснела. Куртка куда-то пропала, волосы пропитались потом и кровью. Некоторое время парень и девушка взирали друг на друга - Джису чувствовала, как сильно сжал он ей запястья, - а потом заговорили одновременно
- Ты... - начала было она
- Джису... - Не разжимая хватки, Тэхен вытолкнул ее за пределы круга. На тропинку, ведущую к лифтам. - Уходи! Беги!
- Тэхен...
Он судорожно вздохнул
- Прошу, уходи, - отпустил он ее. Достал клинок серафимов и развернулся к кругу
* * *
- Встань, - прорычала Лилит. - Поднимайся
Кто-то потряс за плечо, и голова взорвалась болью
Сехун вынырнул из темноты, открыл глаза и увидел над собой ночное небо, звезды, белое лицо Лилит. При виде змей вместо глаз вампир моментально вскочил на ноги
Его тут же вырвало, и Сехун чуть не бухнулся на колени, закрыв глаза, чтобы не тошнило так сильно. Прорычав его имя, Лилит взяла вампира за руку и повела. Во рту ощущался горький вкус блевотины и черной крови. Отрава растекалась по жилам, отнимая силы, жизнь. Заставляя дрожать всем телом. Череп будто весил сотню фунтов. Головокружение то отступало, то накатывало снова
Холодные пальцы отпустили руку Сехуна. Открыв глаза, он увидел перед собой хрустальный гроб. Ину так и плавал в потемневшей молочной жидкости: лицо спокойное, жилка на шее не бьется, сбоку у горла две темные дырочки
«Отдай ему свою кровь, - прозвучал в черепе гулкий голос Лилит. - Быстро»
Сехун насилу поднял взгляд. Перед глазами плыло; сквозь туман и темноту он попытался разглядеть Джису и Тэхена
«Клыками разорви запястье, - торопила демоница. - Напои Джина своей кровью. Исцели его»
Поднеся руку ко рту, Сехун подумал: исцелить? Нет, воскрешение - это нечто большее. Может, Лилит говорит про оторванную руку? Надеется, что она отрастет?
Клыки никак не желали обнажаться. Сехуна тошнило, какая тут еда! Он чуть не рассмеялся безумным смехом...
- Не могу, - задыхаясь, произнес он. - Не получается
- Лилит! - взрезал ночь голос Тэхена
Зашипев, демоница обернулась. Сехун медленно опустил руку и попытался сфокусировать взгляд. Сначала он увидел размытое пятно света, пляшущее в воздухе. Вот оно оформилось в клинок серафимов в правой руке у Тэхена. Его Сехун видел четко, как далекий образ, выписанный на черном фоне: куртки нет, рубашка в крови, волосы спутаны, взгляд тверд и сосредоточен. Тэхен больше не походил на зомби или застрявшего в кошмаре лунатика
- Где она? - спросила Лилит. Змеи у нее в глазницах судорожно извивались. - Где девчонка?
Джису. Сехун поискал ее взглядом в тумане вокруг Тэхена. Мало-помалу зрение прояснялось. На плитках пятна крови, отпечатки лап, на ветках живой изгороди - клочья шелка. Сердце сжалось. Сехун быстро посмотрел на Тэхена: нефилим зол, очень зол, но не сломлен, как если бы с Джису что-то случилось. Так где же она?
- Она не при делах, - ответил Тэхен. - Говоришь, мне не убить тебя, демоница? Я отвечаю: запросто. Проверим, кто прав?
Лилит размытой тенью перенеслась на ступеньки, вот она была подле Сехуна и вот уже стоит над Тэхеном. Ударила наотмашь рукой - Тэхен поднырнул и с разворота рассек ей плечо. Из раны хлынул фонтан ониксовой крови. Вскрикнув, Лилит хотела поймать клинок: свела руки. Ладони ударились друг о друга с громоподобным звуком - все тщетно. Тэхен отскочил, размахивая перед собой оружием, и оно мерцало, будто дразня демоницу
Любой другой нефилим на месте Тэхена давно бы погиб. Розэ говорила: «Божественному нельзя противиться». Нефилимы - люди, хоть в них и течет ангельская кровь, но Лилит - больше чем просто демон
Сехуна пронзила боль. Он с удивлением заметил, как обнажились и вспороли нижнюю губу клыки. Боль, вкус крови словно пробудили вампира. Он начал медленно подниматься с колен, неотрывно глядя на Лилит. Демоница не замечает его, она полностью занята Тэхеном. Вот она, рыкнув, атаковала. Противники носились по крыше, словно два мотылька - быстрые, неуловимые. Даже вампирское зрение Сехуна не позволяло засечь всех движений, когда Тэхен и Лилит метались между тропинок, перескакивая через кусты. Лилит приперла Тэхена к низкому бортику солнечных часов, знаки на циферблате которого отливали золотом. Рук Тэхена Сехун уже не видел, они размылись, а демоницу словно окутывал световой кокон. Любого другого клинок Михаил давно порезал бы на лоскуты - Лилит же перетекала черной водой, дымом с места на место. Бился Тэхен без устали, и все же Сехун чувствовал в нем подступающее отчаяние
Свершилось. Лилит перехватила жестокий выпад - ее пальцы оплелись вокруг клинка - и дернула. Падая на плитки, капли ее крови превращались в крохотных обсидиановых змей. Гады спешно уползали в кусты
Взявшись за клинок обеими руками, Лилит приподняла его и, злобно усмехаясь, переломила надвое. Кровь подобно смоле стекала по ее худым запястьям. Отделенный от основной части кусок Михаила рассыпался белесым прахом. Тот, что остался в руке у Тэхена замерцал, как присыпанный пеплом костер
Лилит улыбнулась
- Бедный маленький Михаил. Он всегда был слаб
Тэхен тяжело дышал, сжав кулаки. Пропитанная потом челка липла ко лбу
- Может, перестанешь хвастаться? «Я знала Михаила», «Я знала Самаэля», - передразнил он демоницу. - Архангел Гавриил тебе прическу делал? Ты как из банды, где у всех библейские имена
Тэхен показывал отвагу. Думает, что Лилит убьет его. Потому так храбр, запальчив. Таким он хочет уйти, без страха, не упав на колени. Настоящим воином. Сумеречным охотником. Его песнь смерти - это шутки и колкости, притворная наглость; во взгляде - заносчивость. Почему Сехун прежде этого не замечал?
- Лилит, - словно проклятие, произнес Тэхен. - Я читал про тебя еще в школе. Ты проклята Небом, бесплодна. Роди хоть тысячу детей, и все они умрут. Вот в чем дело, да?
Талто невозмутимо сжимала сияющий темным светом клинок
- Поосторожнее, маленький Охотник
- А то что? Убьешь меня? - На порезы Тэхен внимания не обращал. - Валяй!
Нет. Колени подогнулись. Сехун упал, не успев сделать и шага. Глубоко вдохнул. Как хорошо. Хоть вампирам кислород и не нужен, все равно помогает. Ухватившись за пьедестал, Сехун поднял себя на ноги. В затылке пульсировало
Не успеть, времени не хватит: Лилит только и надо, что пронзить Тэхена зазубренным клинком. Чего тянет? Смотрит на Тэхена, не шевельнется
В глазах нефилима сверкнул огонек понимания; губы расслабились
- Ты не убьешь меня, - повышая голос, заметил он. - Сама говорила: я - противовес. Единственное, что держит его, - ткнул пальцем в сторону Ину, - на этом свете. Умру я - умрет и он. - Тэхен отступил на шаг. - Могу ведь и с крыши сигануть. Убьюсь, и всему конец
Лилит задергалась. Мотнула головой из стороны в сторону. Змеи в глазах извивались, будто ища направление ветра
- Где она? Девчонка, где она?
Усмехаясь, Тэхен утер с лица кровь и пот. Из разбитой губы на подбородок стекала карминовая струйка
- Забудь. Стоило тебе отвлечься, и я отослал Джису подальше. Вниз, где безопасно
- Лжешь, - прорычала демоница
Тэхен отступил еще на пару шагов. Бортик совсем рядом. Тэхен многое выдержит, но падение с сорокаэтажного здания вряд ли переживет
- Забываешь, нефилим, - произнесла Лилит, - что я видела твою смерть, видела, как Дантэ рыдал над твоим телом. И когда Ангел спросил Джису, чего она желает больше всего на свете, она выбрала тебя. Решила, будто вы единственные, кому сойдет с рук возвращение любимого с того света. Вы оба так думали. Дурачки. - Лилит сплюнула. - Вы любите друг друга - все это замечают с первого взгляда - столь сильно, что ваше чувство может как сжечь мир дотла, так и возродить его из пепла во всем блеске и славе. Нет, Джису никогда тебя не оставит. Особенно если ты в беде. - Запрокинув голову, она выпростала руку и сжала пальцы, как когти. - Она там
Раздался крик, и живая изгородь с одной стороны расступилась. Как ни цеплялась Джису ногтями за плитку, оставляя кровавые дорожки, неудержимая сила вытащила ее из кустов
- Нет! - вскрикнул Тэхен и замер на полушаге
Джису повисла в воздухе перед Лилит: босая, платье разодрано чуть не в клочья, золотистый цвет скрылся под пятнами крови и грязи, одна бретелька порвалась и болтается; волосы окончательно растрепались, глаза смотрят на Лилит с испепеляющей ненавистью
- Сука, - выругалась Джису
Лицо Тэхена превратилось в маску ужаса. Ведь он верил собственным словам, хвастая, будто Джису ушла, будто она в безопасности. Лилит перехитрила его и сейчас торжествует, ее глаза-змеи радостно извиваются. Демоница повела в воздухе руками, и Джису завертело, как марионетку. Дернула пальцами, и по Джису, рассекая платье и кожу, прошлась тонкая серебристая молния. Девушка вскрикнула, хватаясь за рану. На плитку алым дождем упали кровавые капли
- Джису. - Тэхен вихрем развернулся к Лилит. - Твоя взяла. - Побледневший, он сжал кулаки, так что побелели костяшки. - Ты победила, отпусти Джису, и бери меня... и Сехуна. Мы сдаемся...
- Сдаетесь? - Каким-то образом Лилит стала еще страшнее: змеи по-прежнему извивались у нее в глазницах, зато кожа натянулась и сияла, рот расширился, нос почти исчез. - У вас выбора нет. Вы меня жутко разозлили. Все вы. Подчинились бы сразу - может, я отпустила бы вас. Теперь и сожалеть поздно
Отпустив пьедестал, Сехун пошатнулся. Так, стоять. Теперь вперед, шаг за шагом. Казалось, он не ногами передвигает, а перетаскивает с места на место мешки с мокрым песком. Каждый раз тело отзывалось болью. Надо сосредоточиться на ходьбе, не думать о муках
- Убить тебя не убью, - сказала Лилит, - но Джису могу запытать до предела. Пока не утратит рассудок. У тебя на глазах. Есть вещи пострашнее смерти, Охотник
Демоница вновь дернула пальцами, и серебристая молния еще больше рассекла кожу Джису. Девушка дернулась, но не закричала. Зажав рот ладонями, она скорчилась, будто так надеясь защититься от пытки
Чуть не бросившись на Лилит, Тэхен в последнюю секунду заметил Сехуна - их взгляды встретились. На мгновение время остановилось: Джису так и висела в воздухе, Лилит занесла руку, готовясь обрушить новый удар, еще жестче, сильнее; Тэхен побледнел от боли и злости, однако в потемневших глазах нефилима Сехун прочел понимание
Тэхен замер
Мир поплыл, размываясь. Сехун прыгнул вперед, понимая две вещи. Первое: ему не успеть, рука Лилит уже наносит удар, и в воздухе у ее пальцев раскручивается серебристая нить. И второе: вампиры способны двигаться ошеломительно быстро. Сехун почувствовал, как рвутся мышцы ног и спины, как трещат кости ступней и лодыжек...
Он вскочил между Джису и демоницей в самый последний момент. Длинная серебристая нить бритвой рассекла грудь и лицо. В глазах полыхнуло от боли, и сам воздух рассыпался подобно мерцающим конфетти. Ночь пронзил потрясенный крик
- Сехун!
Джису
Замерев, Лилит посмотрела на Сехуна, на Джису - по-прежнему висящую в воздухе, - на свою опустевшую руку. Сделала долгий, неровный вдох
- Отмстится всемеро, - только и успела произнести она
Тьму над крышей разорвало нестерпимое сияние. Сехуну вспомнилось, как сгорают под лупой муравьи. С неба, пронзив Лилит, обрушился огненный луч. Демоница превратилась в пылающий белый силуэт: рот распахнут в немом крике, волосы завились миллионом зажженных нитей накала. Силуэт демоницы приобрел оттенок белого золота... и распался. Под ноги Сехуну, красиво и ужасающе одновременно, просыпались кристаллики соли