Бонус
***
- Эта набережная похожа на ту, из фильма, - рот Исина не замолкал ни на минуту, - помнишь, когда корабль отправлялся?
- Помню-помню.
- Тебе нравится? Красиво?
- Да не волнуйся ты так. Всё мне нравится. Поверь, если что-то меня не устраивает, я об этом прямо говорю.
- Угу.
Мы гуляли по набережной уже час. В правой руке я несла мягкого медведя (не люблю игрушки, но этот очень даже миленький) и воздушный шарик в виде сердца, а в левой – ванильное мороженое. Исин болтал без умолку, постоянно смешил меня, часто не нарочно, он просто сам по себе такой потешный. Говорит, сбивается, забывает, что хотел сказать, или просто зависает, глядя на меня с чуть приоткрытым ртом. У меня уже скулы от смеха сводило.
- Давай я понесу, - он потянулся к моему медведю.
- Я сама, - сильнее прижала к себе игрушку, - на, шарик понеси.
Вот так и прошёл наш первый совместный вечер: я и он, медведь и воздушный шарик.
***
- Сегодня ровно неделя, как мы, - он взял побольше воздуха и выдохнул, - встречаемся. Поэтому я решил, что нам надо развивать наши отношения. Как ты на это смотришь?
Я специально задумчиво прикусила губу, дабы помучить Исина. Самой мне уже хотелось не то, что начать развивать, а вполне уже дойти до логической кульминации. Ну, вы понимаете, о чём я? Целую неделю я, кроме него, других мужчин не видела. Впору на стену лезть или кидаться на прохожих, но мы договорились, что торопиться не будем. Сначала душа, а потом всё остальное.
Я страдала...
- Ну? – Исин даже моргать перестал, ожидая моего ответа.
- И что ты предлагаешь?
- Я... я хочу... - и нерешительно, сначала едва касаясь пальцами, всё же протягивает руку и легонько сжимает мою ладонь. – Что... что чувствуешь? Тебе неприятно?
- Приятно, - сжимаю его пальцы в ответ.
Его рука тёплая и сухая, в то время как у меня ладони от непонятного волнения становятся влажными.
- Это хорошо, - довольно улыбнулся Исин.
- Наверное, - пробормотала я.
***
- Ты входишь в святая святых, - закрыла ему ладошками глаза. – Помни об этом.
- Ты мне уже целую лекцию прочла о том, какая мне оказывается честь посетить твою квартиру, - засмеялся Исин.
- Эй! Это всё очень серьёзно!
- Конечно-конечно, Ваше Величество! Я постараюсь своим дыханием не осквернить сие святое место, - пафосно, растягивая слова, сказал он.
- Я тебя сейчас выгоню! – остановилась в коридоре.
- Я хочу увидеть твою спальню! – он в предвкушении потёр ладони.
- Зачем?
- Затем. Не задавай глупых вопросов. Идём, - и сделал шаг через порог последнего закрытого кусочка души.
***
- Это странно...
- Что? – Исин закрыл кухонный шкафчик, в котором негласно проводил инвентаризацию.
- Чужой человек ходит по моему дому. Это странно...
- Тебе неприятно?
- Не знаю, - пожала плечами. – Не могу разобраться.
- Если я сяду, - и он тут же плюхнулся на табуреточку, - тебе хочется меня выгнать?
- Нет. Треснуть по лбу – это да, но не выгонять, - честно сказала.
- Ну, это уже хорошо, - он встал. – А если я возьму что-нибудь из холодильника? – тут же открыл его и сунул туда любопытную голову. – О! Банан. Я съем банан. Тебе не жалко?
- Нет.
- Отлично, - на ходу очищая фрукт, Исин двинулся в зал. Прошёл его и переступил порог спальни. – А если я сделаю так? – и с размаху упал на мою кровать.
- Эй! – воскликнула.
- М-м-м, она вкусно пахнет, - он уткнулся носом в подушку.
- Ты мне покрывало помял!
- Я потом поправлю. Ух, она удобная, - Исин подпрыгнул, сидя на кровати. – Лучше, чем моя.
- Пф, естественно.
- Заберём её.
- Что? Куда?
- Когда будем жить вместе, спать станем на твоей кровати, - сделал он вывод, аккуратно пристраивая шкурку от банана на прикроватной тумбочке.
- А кто сказал, что я буду с тобой жить? Мы две недели встречаемся, за руки держимся, а ты уже мою кровать себе мысленно прописал. Ну, и наглец!
- Кто-то же из нас должен думать о будущем? – он спокойно пожал плечами. – Не ворчи, - притянул меня к себе, по-прежнему сидя на кровати. – Мы целых две недели вместе, - поднял голову и посмотрел мне в глаза, - а мне кажется, что так было всегда, много-много лет.
Странно, но и у меня было это чувство. Я словно всегда заранее знала, как он отреагирует на то или иное слово или дело. Всего две недели...
- Надо двигаться дальше, - провела ладонью по его щеке. Я смотрела на него сверху вниз: чёлка шоколадных волос, что постоянно лезет ему в глаза, широко распахнутые и ожидающие чуда глаза, приоткрытые губы...
Губы...
И нет никаких мыслей... Непоколебимое спокойствие и гармония внутри...
И непреодолимое желание коснуться этой нижней припухшей губки.
И я не сдержалась. Наклонилась и легонько поцеловала призывно распахнутые уста. Чуть отстранилась проверить, не упал ли он в обморок, и тихо спросила:
- Я тороплюсь?
- Нет, в самый раз, - и притянул к себе, разрешая мне узнать, каковы на вкус его ванильные губы.
***
- Ты уверена, что мы не торопимся? – кряхтел Исин, таская мои коробки в машину.
- Нет. Мы вместе почти месяц. Мне надоело волноваться, позавтракал ты с утра или нет, выпил ли витамины и не заснул ли опять под телевизором. А что? Ты не хочешь, чтобы мы...
- Хочу! – бросил чемодан на землю и тут же кинулся обнимать меня. – Я за тебя волнуюсь. Будь моя воля, я бы тебя к себе в первый же день забрал.
- Я к тебе не переезжаю. Просто хочу попробовать... пару дней, выходные, - уткнулась ему в шею. Заметила, что обнимать его так приятно, что можно целый день вот так простоять.
***
- Исин, - приоткрыла дверь в его комнату. Он лежал на кровати с ноутбуком на животе.
- М? Пить? Есть? Холодно? Жарко? – поставил ноут на тумбочку. – Ещё чего-то хочется?
- Хочется, - кивнула и отвела взгляд.
- Чего?
- Исин, - мелкими шагами приблизилась к кровати. – А, Исин, - присела на сиреневое одеяло. – Мне страшно там одной спать.
- Как? Ты же одна жила в квартире. И в прошлый раз тебе было не страшно, - насупил брови.
- А сегодня страшно, - капризно прервала его. – Стресс и всё такое.
- Думается мне, что во всём виновато «и всё такое»... - он потянулся ко мне и чмокнул в губы. – Стало легче?
- Совсем чуть-чуть, - прищурилась.
- Ясно. А так? – и поцелуй стал глубже.
Я пододвинулась ещё ближе и обняла его за шею.
- Может... - он попытался отодвинуться.
- Не может, - и заткнула его поцелуем.
Ну, сколько, в самом деле, можно терпеть?
Пробежалась пальцами по плечам, коснулась груди. Чёртова майка! Раздражённо дёрнула вырез. Ладно, будем брать медленно, но настойчиво. И улыбнулась в поцелуй.
Я первой касаюсь губами шеи, целую за ушком. В награду получаю судорожный вдох и мурашки, что чувствую языком на его коже. Он, как хороший ученик, возвращает всё в двойном размере. Целует так сладко, касается так нежно, что хочется плакать от разрывающих сердце чувств.
- Мешает, - хныкнула, дёрнув ещё раз его майку.
И вот она уже валяется где-то на полу. К ней летит мой халатик и его пижамные штаны...
Он кажется ванильным с ног до головы. Смущается под моим пристальным изучающим взглядом, а я не могу закрыть глаза, поглощая и отпечатывая в памяти каждую чёрточку этого тела...
Если бы я знала, что всё будет именно так, то схватила бы его уже тогда, в кафе, увидев безрукого официанта, уронившего поднос от моей красоты. Схватила бы, повалила на ближайшую горизонтальную поверхность и... Перестала бы смотреть по сторонам в поисках того самого...
***
- Где ты?!
- Я же говорил, что меня друг позвал на свадьбу, - оправдывался Исин по телефону.
- Да, вроде было такое, но давно.
- Нет, я вчера тоже говорил!
- До того, как мы вместе принимали ванну или после?
- Кх-кх... После.
- Солнце моё, когда я астрально уже в нирване, мне бесполезно говорить такие вещи! Так ты уже уехал?
- Да.
- Подожди! Разве не этот друг приглашал тебя на работу к себе?
- Этот.
***
- Ты куда? – окликнула меня Со Ён.
- Одолжи машину, моя в сервисе! – сложила ладони в молитвенном жесте.
- А что случилось?
- Исин уехал.
- И что?
- А вдруг он решит там остаться? А я так ничего и не сказала...
- Ну, ты и дубина. Держи! – и бросила мне ключи.
- Ты – лучшая! – послала ей воздушный поцелуй и выскочила из магазина.
***
Возле церкви маленького городка было много машин. И ни одного человека. Видимо, церемония уже началась. Я, тихонько скрипнув дверью, прощемилась внутрь. Привстала на носочки – Исина не видно. Батюшка что-то лопотал под тихую музыку, народ глазел на пару, стоящую на пьедестале.
- Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту, - и шквал аплодисментов.
Я, как ужаленная, металась за спинами людей, пытаясь хоть как-то разглядеть в толпе знакомую макушку.
- Извините, вы не видели Исина? – обратилась к пожилому мужчине.
- Исина? Улыбчивый такой, с ямочкой?
- Да!
- Да был здесь где-то. Вон, спросите его друга, - он кивнул на высокого парня, стоящего с кем-то у окна.
- Друга? Спасибо, - и кинулась к нему. – Я извиняюсь, - дёрнула его за рукав. – Ты – друг Исина?
- Да, а вы кто?
- А я его девушка. И, чтобы ты там сильно не рассчитывал, он к тебе на работу не пойдёт!
- Какую работу? – не понял парень.
- Не знаю, какую, но я его никуда не отпущу! Понял?
- Нет. Исин! – он махнул в толпу. – Иди сюда!
И к нам вышел мой официант.
- О! Привет, - он удивлённо захлопал ресницами. – Как ты тут...
- Я тебя люблю и никуда не отпущу! – выпалила на одном дыхании. – Понял?
- Э...
- В этот момент надо сказать, что ты чувствуешь, - покачала головой и подошла ближе.
- Ты уверена? Это точно не чувство собственничества или ещё чего?
- Конечно, ты только мой! И не смей строить глазки всяким там...
- Ты у меня самая-самая, - шепнул он и чмокнул меня в щёку. – Куда я денусь-то? Я хочу увидеть тебя рядом в белом платье.
- Ох... надо сказать, что ты меня любишь, а не делать мне предложение в толпе чужой свадьбы.
- Я люблю тебя и никуда не отпущу. Пусть лопнут от зависти все, что ты со мной, - прижался лбом к моему лбу. – И, кстати, на работу меня берёт не этот человек.
- Никакой работы в другом городе!
- Ну, вот, уже командуешь, - улыбнулся Исин.
- Другая работа только с условием, что я поеду с тобой, - обняла его крепко-крепко.
- На нас все люди смотрят, - прошептал Исин.
- Они завидуют, - и прижалась к его губам.