ДКНП

Глава 25

Всё! Теперь точно никакого настроения нет! Лучше бы дома осталась. Если бы знала, что так выйдет, точно бы к Никите не поехала. Я сидела в его комнате, а где был сам парень, не знаю. Но работает телевизор, значит, наверное, он в гостиной. Вот и пусть там сидит. Когда я достала телефон, чтоб написать Лере, очень неожиданно в комнату зашёл парень. Он таким тихим был, что от страха я даже вздрогнула.

— И что, ты теперь обижаешься? — Никита лёг рядом и положил свою руку на мою.
— Да, — ответила я и убрала свою ладонь с кровати.
Я сидела, оперившись о спинку кровати и поджав под себя ноги.
— И что я тебе сделал? — Никита приподнялся и стал накручивать на свой палец мои волосы.
— Поставил перед выбором: либо моя гордость, против которой я никогда не смогу пойти, либо ты. Вот.
— Я причём тут я, если поругалась ты с папой?
— А притом, что ты сказал: «Если ты не помиришься с человеком, который тебе жизнь подарил, ко мне можешь не подходить».
— Ну, это ведь не значит, что я тебя брошу.
— А что это значит?! — я приподняла бровь.
Никита вздохнул, сел в тоже положение, что и я, и стал настаивать, чтоб я села к нему.
— Ну, иди ко мне, — Никита тянул меня за руку, а сил сопротивляться вообще не было, и поэтому я села к нему на таз.
— Просто давай пока отпустим этот разговор до завтра и проведём хорошо время вместе, — рука Никиты оказалась на моей резинки и стянула её с волос.
— Никита, я вообще-то специально хвост себе сделала, — я отобрала у него резинку, но потом ничего не успела сделать, так как он очень нежно поцеловал меня.
Настолько нежно, что я растаяла и просто отпустила все проблемы.
— Ты обещаешь? — сквозь поцелуй спросил парень.
— Что? — покусывая его губу, спросила я в ответ.
Никита сразу прервал поцелуй и серьёзно сказал:
— С папой помиришься что.
— Никита! — воскликнула я. — Сам сказал, чтоб мы перенесли этот разговор на завтра.
— Мне просто покоя это не даёт. Как можно с собственным отцом не разговаривать и обижаться уже четыре, сука, месяца?
— Успокойся.
— Обещаешь? — снова спросил парень.
— Никита.
— Милена, — голос Никиты был строгим. — Ради меня. Пожалуйста.

Я отвела в сторону голову. Я не знаю. Я не могу обещать, зная, что не выполню. Вы можете хоть убить меня, но чтоб я через гордость свою перешагнула... Просто никогда и ни за что на свете. Даже если это будут собственные родители. Это выше моих сил.
— Я не могу обещать, потому что могу не сдержать слово.
— А ты возьми и сдержи.
— Я так не умею, пойми меня! — я ударила Никиту в грудь.
— Драться не обязательно.
Я закрыла лицо руками. Я не знаю, как ещё ему объяснять. Я просто не могу! Я убиться готова, но признать свою не правоту — никогда.
— Милена, успокойся, — Никита убрал мои руки с лица. — В этом ничего нет страшного. Если ты первая пойдёшь на примирение, ему станет стыдно, что это сделала дочь, а не папа. Понимаешь? Просто извинись и уйди, а дальше он сам пусть что хочет, то и делает. Твоя задача просто сказать «прости» и всё, я от тебя отстану. Хорошо?
После слов Никиты я немного успокоилась. По правде говоря мне и самой это всё надоело. Ладно, попробую. Но если не смогу, буду знать, что на такое я не способна.
— Хорошо, я попробую, — тихо сказала я.
— Ну вот и хорошо, — на лице Никиты появилась улыбка, и он прижался ко мне, после чего последовал ещё один очень нежный и трепетный поцелуй.
Минут через десять из положения, сидя, мы перешли в более удобное, и Никита оказался надо мной.
— А теперь я сделаю тебе приятно.
— Яна сказала, что папа тебя кастрирует.
— А он ничего не узнает, верно? — Никита чмокнул меня в губы и стал задирать кофту, что была на мне.
— По-моему тут и так всё понятно.
— Вот именно. И мы уже давно два взрослых человека, делаем, что хотим и как хотим, — после этих слов я оказалась без кофты.
Затем по очереди мы освободили друг друга от одежды.

Никита в этот раз был, что ни есть самым нежным. Это было не страстно, а романтично. Как раз то, что мне было нужно. 
   Он попал прямо в яблочко. Каждое движение Никиты заставляло меня сильнее прижиматься к парню и двигаться к нему навстречу. Я сейчас с ума сойду! Точней уже сошла. И окончательно. И сделал это один парень. Всего один. Так метко он попал в моё сердце, что застрял там надолго. Хочу, чтоб навсегда, но это уже не мне решать.

— Никита! — крикнула я в губы парня, после его очередного движения, затем почувствовала, что он улыбнулся.

***

Через какой-то промежуток времени Никита оказался рядом со мной, а не надо мной и мы стали приводить дыхание в норму. У меня в горле пересохло, поэтому Никита сходил в кухню и принёс мне стакан воды. Я выпила всё до дна, и он унёс бокал обратно. Пока Никита ходил, я забралась глубже в одеяло, так как мне стало холодно. Никита оставляет на ночь одно открытое окно в кухне, и холодный воздух доходит даже до комнаты. Ужас.
— На улице похолодало, — в комнату зашёл Киоссе.
— Я заметила.
— Я закрыл окно, — он оказался со мной под одеялом. — Ты замёрзла что ли?
— Нет. Ты просто ушёл и тепло забрал, — ответила я.
— Ну тогда я всю ночь буду обнимать тебя, чтоб тебе было тепло, — Никита обнял меня и поцеловал в висок.
— Спокойной ночи, — улыбнулась я, ощутив руки парня на спине.
— И тебе.

Следующий день

Я думала, что самое ужасное уже позади, но ошиблась. Вам когда-нибудь приходилось от одной из самых близких подруг скрывать то, что вы встречаетесь с парнем, в которого она влюблена? Мне вот сейчас приходится! Я не могу с Никитой теперь даже просто разговаривать в университете. Сегодня Карина подошла с просьбой не общаться с ним, ведь она, видите ли, ревнует! Это нормально?! Я, конечно же, сказала, что я так не могу и не хочу портить якобы «дружеские» отношения с Никитой. Ей это, видите ли, не понравилось и она кажется, обиделась на меня. Боже... Как всё сложно. Свидетелей нашего разговора не было. Это было один на один.

— Саш, ты не знаешь, Карина обиделась на меня? — спросила, когда мы шли с последней пары. — Я сегодня несколько раз с ней заговорить пыталась, а она просто без ответа уходит.
— Ты только не говори, что я тебе сказала, — произнесла подруга. — Но она обиделась на тебя из-за Никиты.
— Почему? Что я сделала?
— Ну, типа ты знаешь, как он ей дорог и не хочешь помогать.
— О господи, — вздохнула я. — Спасибо, что сказала.
Я выдавила из себя улыбку и вот мы уже подошли к гардеробу, но он оказался закрытым, и мы столкнулись с остальной частью нашей группы.
— А почему закрыто? — спросила я.
— Не знаю. Это тётка куда-то ушла, — Никита подошёл ко мне, но я сделала шаг назад, ведь в нашу сторону смотрела Карина.
Мне кажется, она скоро проклянёт меня, ведь Никита постоянно подходит ко мне и проходу не даёт. Конечно, на её месте я бы тоже бесилась. И очень сильно, поверьте.
— Ты чего? — спросил парень.
— Потом поговорим, — ответила я и пошла к девочкам, где и стояла Карина.

Я снова пыталась заговорить с ней, но бесполезно. Ну и плевать. Пусть делает, что хочет. Флаг ей в руки. Через пятнадцать минут пришла гардеробщица и раздала нам нашу одежду. М-да уж, и где её носит? Пока я одевалась и разговаривала с Катей, думала о том, что так долго продолжаться не может и нужно что-то делать с Кариной.
— Ой, смотри, — Катя смотрела на мою спину.
Я обернулась и заметила, что Карина о чём-то разговаривала с Никитой. Так, мне уже это не нравится. Я решила подойти поближе и услышала небольшой отрывок их разговора.
— Я слышала, что ты Святу говорил, что свободен сегодня, — говорила она. — Может, прогуляемся?

Ага, даже так? Ну, понятно... Ну что же, Карина, я терпела и больше не намерена. Это была последняя капля...