Доверие - лучшая награда любви

/Пov Author/
— О, ты приехала? Я как раз хотел позвонить тебе, чтобы ты приехала быстрее, — фальшиво улыбаясь девушке, которая только что зашла в номер гостиницы, парень не подавал виду, что он говорит ложь.
— Тэхён, что случилось? Зачем такая спешка? — девушка не поняла этой фальшивости, но была рада поехать сюда. Ей обещали сюрприз. Тэхён сам первый раз делает шаг, чтобы встретиться с ней. Все их свидания и встречи всегда организовывала она сама. А тут вдруг парень сам вызывает её на свидание. Как же не прибежать, как только можно?
— У нас будет очень красивый романтический ужин на берегу моря, страсть и сюрприз, — в этот раз, не обманывая девушку, сам увлёкшись, произнёс Ким и подмигнул в конце.
— Правда? Мне не терпится всё это увидеть! — уже прыгала от счастья, говорила Йерин.
— Вот и хорошо, — как бы стараясь не показать своего отвращения, обнимая девушку, которая прибежала к нему на руки после прыжков от радости. К счастью, в этот момент позвонил его телефон, и, сделав это причиной, он оторвался от рук, которые не так уж легко держались за его шею. Он должен потерпеть ещё немного — ещё немного, и всё закончится. Он сможет вернуться к своей подруге Цзыюй.
— Алло, слушаю, — серьёзным голосом проговорил он, поднимая входящий вызов.
— Тэхён, хён, у нас всё готово. Мы уже видим несколько судов, которые пришли несколько часов назад. Наверное, не весь груз ещё не приехал, так как до вечера ещё есть много времени.
— Хорошо, ты иди туда, куда я отправлял тебя, потом встретимся, — ответил на звонок брат Чимина.
— Не переживай, я уже предупредил начальника, и теперь иду к Ыну, — сказал Чихён и отключил телефон. После завершения звонка Тэхён не вернулся к девушке, от которой еле выбрался, и отошёл на несколько шагов, чтобы лишний раз не контактировать с Хан. Он просто присел на диван, который стоял в комнате.
— Ты чего туда сел? — надувая губы, девушка сама подошла к парню и села на его колени.
— Прости, я просто хотел немного поиграть в телефоне, так как испортили момент, — через боль в голосе слегка показав зубы, проговорил Ким.
— Мы можем его снова создать, — сказала Хан, играясь с передними пуговицами рубашки Тэхёна. Такой расклад не нравился Киму. Он взял девушку за руки и аккуратно убрал её руки.
— У меня нет настроения. Я, пожалуй, прогуляюсь на улице, а ты готовься к свиданию. Я не буду мешать, — кое-как убрав девушку с колен, Тэхён быстро вышел из номера, не заметив, что оставил свой телефон там же.
***
/Пov Author/
— Зачем ты пришла? — парень, открывший дверь и увидевший, кто пришёл, сразу задал этот вопрос.
— Я хотела убедиться, что ты уже приступил к работе. А то мне не совсем верится, что ты так просто согласился, — девушка выглядела крайне спокойной, хоть и ненавидела приходить к своему брату.
— Не волнуйся, я уже почти нашёл её место, где она живёт. Но вот странно, её только один раз видели выходящей оттуда. Наверное, это не то место, — прокатив глазами, парень пустил девушку в дом, параллельно рассказывая, что он нашёл.
— Она живёт со своими подругами, если туда заходили несколько девушек, то это и есть то место, — без особого приглашения девушка присела на диван в гостиной. — Ну и срач у тебя тут. Ты когда-нибудь убираешься дома? — она взяла нос пальцами, закрывая путь вздоху от неприятного запаха.
— Между прочим, никто не приглашал тебя сюда. Это ты сама пришла, так что никаких претензий, — не обращая внимания на бардак вокруг, он тоже присел на диван. — Она была единственной девушкой, входящей в тот дом. Я нашёл это место, потому что позавчера она после работы приехала именно туда, и больше в компанию она не ехала. Мне знакомый помог проследить машину от её места работы. И да, он сказал, что она вышла из машины не с девушкой, а с парнем, — Пэк немного придвинулся к столешнице, чтобы открыть закрытый ноутбук. Когда он включился, на экране показался дом Чимина.
— Подожди, это дом моего парня, — Юна сразу узнала дом и тоже приблизилась, у неё начали играться нервы от исходящей ситуации. — Видео есть? — сквозь зубы и уже сжимая кулак, Юна спросила, продолжая смотреть на экран, где виден передний двор дома Чимина.
— Да, — Пэк просто нажал пробел, и картина начала шевелиться. В следующие секунды на видео появилась машина Чимина, который остановился перед зданием дома. Юна всё больше и больше сжимала кулак и зубы. На видео показывалось, как Чимин открыл соседнюю дверь, чтобы помочь Розэ выйти из машины. Они, разговаривая, вошли в дом. — Ты смотри, там ещё одно видео. У меня звонок, — сказал брат Юны, вставая с места, чтобы ответить на звонок. Ведь он не хотел, чтобы все его дела узнала сестра. Мало ли что она проболтается. Юна, в свою очередь, залипла на экран с разгневанным лицом, как будто, если так сделать, то попадёт именно в видео и прибьёт Чеёна до смерти. Видео закончилось, Пэк и не думая, вышел из вкладки, чтобы найти следующее. В папке, где находились два видео, она нажала на второе. В отличие от первого, это видео было снято уже утром или днём. Она не смотрела на время, только понимала, что это следующий день после вечернего ролика. На экране снова был дом Чимина и припаркованная перед ним машина. Через несколько минут после начала видео из дома снова вышли Чимин и Розэ вместе. Они, ничего не говоря, сели в машину и уехали, кто знает куда. Нервы у Юны уже были на пределе. Она, жмуря глаза и сжимая зубы, выключила видео. В это время к ней подошёл брат.
— Это дом моего парня, и она осталась в его доме целый вечер. Ты же понимаешь, что ты не должен это так просто оставить?! — в её взгляде читалась вся ненависть в сторону Розэ. Как же она сейчас хочет найти её и прибить или просто убить. Нет, она не будет её убивать, это слишком просто. Она должна сожалеть, что нахмурила парня Пэк.
— Я ничем тебе не обязан, и это не мои проблемы. Так что не рычи мне, — брату совсем не понравился тон девушки, в котором она начала говорить.
— Ладно, но ты же избавишься от неё, да? В этот раз просто сделай так, чтобы её смазливое личико больше не могло в жизни на что-либо пригодиться. Чтобы проходящие мимо убегали от страха от её уродства. Чтобы она не выходила из своего дома, стесняясь показывать своё лицо людям. Уберу её красоту с лица, с которым она соблазняет моего парня. Она ещё будет жалеть о содеянном, — из глаз Пэк, как будто выходили огни, пока она говорила. Она уже представляла уродливое лицо Пак.
— Как пожелаешь, но я не буду отчитываться перед тобой за мои действия. Я сам знаю, где, как и когда делать, что хочу, — так не пойдёт, если сейчас не предупредить сестру, она придумает себе какие-то пытки для девушки, и это совсем не интересно, и выгоды парень не получит от этого. Так что он решил просто заранее поставить точку на этом.
— Просто проследи, чтобы она стала уродливой. Ненавижу её рожу, — резко встала Юна с дивана, в котором до сих пор сидела, и направилась к выходу. — Как раньше, ты это делаешь, думаю, так же много денег получишь. Я постараюсь добить тебе ещё деньги от моего парня, если мне понравится результат, — уже с ухмылкой проговорила она, не оборачиваясь назад к брату.
— Не волнуйся, она уже завтра будет у меня на руках. И по этому поводу я получил звонок, — проговорил Пэк напоследок, пока его сестра не вышла из дома.
***
Разгневанный парень, проходя через бесчисленные коридоры, направлялся в определённый кабинет. Он не мог найти человека, которого ищет сейчас дома. Почему он должен был ехать в офис сегодня, когда каждый день сидит дома? Это заставило его искать дольше, не получая ответы на свои вопросы. Люди по пути останавливались и кланялись в знак приветствия, но Мин не обращал внимания на никого. Он с бешеной скоростью двигался к кабинету, чтобы убедиться во всём, что слышал. Ему ещё будет нужен этот поток энергии, но он не думает замедляться. Ведь выводы, которые он делал всю свою жизнь, могли быть неправдой или просто выдумками. Так получается, его отец обманывал его всю жизнь? Он ведь верил ему как никому другому. Он гордился тем, что он сын такого прекрасного человека, всю жизнь обижался на мать, потому что она не такая, как его отец. Вот так вот все представления о его личности могут рушиться за мгновение? Наверное, нет. Юнги не верит в это. Он не верит, что его отец его обманывал. Может, он не говорил всю правду, или вообще всегда молчал об этом, но никогда не обманывал его. Ведь правда, он никогда не говорил ничего плохого о его матери. Как может быть так, что вся жизнь Юнги наполнена ложью, или же это всё было построено на лжи?
Наконец добравшись до нужной двери, даже не обращая внимания на секретаря, который хотел предупредить человека внутри или просто сообщить, что отец Юнги находится внутри, он прошёл мимо, ничего не говоря, и с большой силой открыл дверь кабинета, зашёл внутрь, а за ним дверью с громким хлопком закрылся. До этого момента никто никогда не видел такого поведения Юнги, особенно в своей компании, тем более рядом с отцом. Никто не припомнит, чтобы отец и сын когда-либо ругались. Что же произошло сегодня, раз сын в таком состоянии? Люди, находившиеся в холле у кабинетов для глав компании, смотрели на него с недоумением. Они переглядывались, спрашивая друг друга, что вообще происходит, но ни у кого не было ответа.
— Отец! — заходя в комнату, произнёс Мин, увидев своего отца, который работал за столом.
— Что случилось? — удивлённо встал с места Мёнсу. Он впервые видел такое выражение лица своего сына, и это настораживает не меньше.
— Почему ты никогда не рассказывал, почему она ушла? — Юнги, еле дыша от быстроты, с которой зашёл сюда, говорил, но было понятно, что ему трудно не из-за нехватки воздуха, а из-за того, что ему больно на сердце, ему больнее из-за того, что его чувства, растущие от ненависти, проливают на сердце чёрную краску. Он чувствует себя преданным, как никогда. Он думал, что его уже давно предали, и он привык к этой боли.
— О чём ты, сынок? Успокойся и присядь, — обеспокоенно показал на кресло отец, сам же обойдя стол, подошёл к креслу напротив и присел.
— Я говорю о Чон Мисоне, — чуть отдышавшись, Мин смог произнести слова яснее, но произнесённое с ненавистью сквозь зубы имя отняло ясность.
— Зачем тебе это знать? — нахмурился господин Мин, поняв, что его сын мог узнать правду. Он всегда старался, чтобы Юнги не узнал болезненное прошлое своей матери, чтобы тот не был уязвим из-за этого. Ведь это не подходит сильному мужчине — иметь слабую сторону. Он сам жалел, что был слишком мягким по характеру, страдал из-за этого и не хотел, чтобы его сын стал таким. Он хотел, чтобы Юнги вырос сильным человеком с твёрдым характером. Да, он никогда не говорил ничего плохого о матери, потому что знал, что она не виновата, но говорить правду тоже не собирался. Он избегал этого разговора. К счастью, Юнги сам не спрашивал ничего и делал выводы про себя, а он не вмешивался.
— Зачем мне? Я хочу знать. Я никогда ничего от тебя не спрашивал. Но расскажи мне сейчас, правда ли, что она не оставила меня? — уверенный взгляд Юнги, направленный прямо в глаза отца, заставил Мёнсу кивнуть. Юнги, который шагнул ближе к отцу, почти подошёл к креслу, в которое его посадил Мёнсу. Он присел, поглощённый мыслями, и взглянул на отца с надеждой в глазах, будто ждал, что его кивок означает совсем другое, не то, что он подумал.
— Она была вынуждена так поступить, — прозвучал голос отца. Хоть он сказал это всего за секунду, слова повторялись в голове Юнги ещё несколько минут.
— Почему... — только это смог произнести Юнги. В его голове было слишком много вопросов, но он не знал, какой задать.
— Я тоже в начале думал, что она нас бросила, но через несколько лет я узнал, что это не так. Я не верил ей, не хотел слушать о ней долгие годы, оберегая тебя и себя от всех новостей о ней. Но потом я встретился с Мисон, и она рассказала мне всё. С того момента я больше не запрещал присылать тебе новости или контактировать с тобой. Но ты сам не хотел с ней общаться, и я не мог этому помешать.
— Почему она не сказала правду с самого начала, чёрт возьмись! — Юнги не мог контролировать свой гнев на отца, на мать и, самое главное, на себя. Ведь это он сам виноват, что не слушал её столько лет. — Вы понимаете, как мне жилось все эти годы? У меня до сих пор перед глазами тот момент, когда вы ругались... Потом она сказала, — он еле удерживал ком в горле, чтобы не пролить эти чёртовы слёзы, которые всё больше и больше лезут на свободу, — Она сказала, что я самая большая ошибка в её жизни и ушла? Как вы думаете, я должен был относиться после этого к человеку? — слёзы всё-таки прокатились по глазам Юнги, но он как можно быстрее убрал их с лица. Он не хочет плакать. Плакать из-за женщины, которую он ненавидел всю жизнь, и сейчас ничего не изменилось, всё как прежде останется на своих местах.
Господин Мин никогда не видел эту сторону своего сына, его уязвимую сторону. От этого стало плохо не Юнги, а самому отцу. Между ними наступила долгая тишина. Юнги, который уже сказал всё, что смог, что терзало его сердце, просто сидел и обдумывал все вопросы, которые он хочет задать.
— Что бы ты сделал, если бы кто-то угрожал твоей жизни, сын? Как думаешь, что чувствует человек, когда столько времени приходят тебе фотографии с твоим ребёнком вблизи, а ты ничего не можешь сделать? Как ты думаешь, какое могла быть реакция Мисон? — отец тоже начал поднимать голос, не обращая внимания на слёзы и пытаясь не дать слабину. Если сейчас не расскажет всю правду, отвлекаясь на сына, то он опять сделает свои выводы, и такого откровенного разговора может и не быть. Ещё хуже — он может отвернуться и от него, потому что все эти годы ничего не говорил ему. — Она хотела мне всё рассказать, я это помню так же отчётливо, как что ел вчера на ужин. Она начала говорить уже об этом случае, чтобы мы с ней нашли какой-нибудь способ, но она не успела. Я помню, как она сказала: «Гонён, он сегодня подошёл к Юнги», но после этого у неё закружилась голова, и она едва не упала в обморок. Но это я такой дурак — ничего не понял. Это я сказал, что у меня новый бизнес. Понял только, когда было совсем поздно. — Господин Мин склонил голову, обдумывая те тёмные дни в их жизни и понимая, что его вины в этом немало. — Я не мог рассказать правду даже после того, как узнал сам. Я не знал, как это сделать. Сказать тебе, что тебя хотели похитить, когда ты был маленьким? Ты бы ещё больше ненавидел мать из-за этого.
Мёнсу хоть и повысил немного голос и без остановки говорил, но его тон был довольно спокойным. Он в надежде, что сын тоже успокоится и услышит всё, что он скажет, пытался держать себя в руках и прекратить этот разговор, потому что ему это было неприятно. Он уже знал, что другого выхода нет.
— Ты сейчас обвиняешь меня в том, что мной же угрожали? Я же тоже человек, был довольно взрослым, когда ты узнал правду, чёрт возьмись! Мог бы рассказать! Если бы я и не поверил, хотя бы попытался понять или слушать тебя! — Но Юнги не мог успокоиться, несмотря на усилия отца. С каждой секундой он всё больше злился. — Как ты мог не знать, что изнасиловали твою жену, прямо перед твоим носом в твоём доме?
Юнги злился, потому что всего этого не произошло бы, если бы не взаимное понимание его родителей.
— Я знал, Мисон валялась на полу, когда я пришёл домой. Я до сих пор помню её состояние. Она не могла шевелиться. Как я могу не знать про это? Я тогда был очень зол, на себя. Но моей злости не хватило, чтобы защитить её и наказать ублюдка Гонёна за содеянное. У него на руках была настоящая власть. Ничего не помогло. — Руки Мёнсу задрожали от воспоминаний о состоянии его бывшей жены, как будто он сейчас держит её в своих руках, пытаясь привести в сознание. Он с дрожащими руками наклонился вперёд, чтобы налить себе воды из графина, стоящего на столе напротив. Юнги это видел, он видел, как дрожат руки отца. Он понимал, что вспоминать такие вещи — это неприятно.
— Отец, ты сейчас совсем не похож на человека, которого я знал, как отца, — сказал внезапно Юнги спокойным голосом. — Отец, которого я знаю, был сильным мужчиной. Как ты можешь оправдываться, что у них была власть, в то время как учил меня, что власть — не самое главное? Как ты не мог выложиться на все сто?
В его голосе слышались все горечи из сердца. Мёнсу закрыл глаза, чтобы успокоиться.
— Твой отец был настоящим трусом, вот почему я хотел тебя воспитать не похожим на меня, — не открывая глаз, произнёс мужчина. — Может, мы могли бы быть сейчас вместе, если бы Мисон не узнала, что она не беременна. Я не знал до последнего, что она была в положении, пока она не рассказала сама спустя столько лет. Ты бы знал, как я жалел, что не догадывался об этом сам, хоть и замечал, как у неё менялось состояние. Я ведь мог бы принять малыша, мы могли бы решить этот вопрос вместе, но она решила, что она не достойна моей любви и ушла от нас. Она не хотела, чтобы мы ещё больше её ненавидели, чтобы её уход не казался таким болезненным. Это тоже я узнал потом. — Голос всё больше и больше уменьшался, можно было понять в этом столько сожаления о потерянном времени. Юнги ничего не ответил, просто заключил свою голову под свои руки, склоняя её, и просидел в кресле долго и молча.
— «Сестрёнка, как дела?» – сообщение пришло на телефон Джису, когда она сидела с подругами на доме Розэ, смотря фильм, чтобы поднять настроение. Она посмотрела на экран гаджета и на мгновение замерла. С каждым новым взглядом она всё больше жалела, что вообще взглянула на экран. Лучше бы она не услышала звук сообщения и не заглядывала в телефон, который лежал рядом на диване. Но она даже не предполагала, что это напишет именно он. «Что он хочет от меня? Зачем написал?» – вопросы терзали её голову. Хотя она и не сохранила его номер, одно слово «сестрёнка» было достаточно. Джису сразу поняла, кто это. Вдруг ей стало холодно, как будто она проглотила большой кусок льда, и всё внутри замёрзло.
— Кто написал, онни? – спросила Чеён, лежащая на коленях у старшей и уплетающая попкорн, не отрываясь от экрана. Она заметила, что что-то не так, потому что Джису взяла телефон в руки, чтобы ответить, но потом перестала двигаться, словно замерла. Даже её дыхание, казалось, исчезло.
— А? Никто, это спам, – быстро ответила Джису, приходя в себя от вопроса. Но в душе она продолжала колебаться – стоит ли отвечать или нет?
Долго думать она не стала. Просто бросила телефон обратно на диван. Она не должна позволять этому человеку расстраивать себя. У неё и так хватает проблем. Джису решила просто отдохнуть, расслабиться. Она закрыла глаза на мгновение, пытаясь успокоиться и забыть о брате, сосредоточив внимание на подругах и фильме. Но как только она открыла глаза, то поняла, что не забыла. В её голове не появлялось ничего, кроме мысли о сообщении. Она наблюдала за фильмом, но это было не важно, кадры просто менялись, а в голове только одно: сообщение. И вот снова этот зловещий звук. Джису посмотрела на телефон, как будто ожидая очередного сообщения.
Она медленно потянулась к телефону, боясь снова взять его в руки.
— «Не ответишь? Я знаю, что прочитала моё сообщение. Ну как хочешь. У меня для тебя был подарок. Но раз тебе не интересно, я не буду рассказывать» – сообщение снова вызвало у Джису волну тревоги. Она не понимала, чего хочет от неё этот человек. Она жила спокойно, пока его тень не начала её преследовать. Когда же она сможет жить спокойно, не думая о том, что он тоже живёт в этом мире, дышит тем же воздухом?
Джису решила снова не отвечать. Но она уже знала, что сегодня ей будет трудно уснуть.
Звук сообщения снова прозвучал, но на этот раз оно пришло не на её телефон, а на телефон Манобан. Этот звуковой сигнал снова напугал Джису. Розэ заметила её реакцию и посмотрела на неё с недоумением. Джису попыталась улыбнуться, но взгляд Розэ продолжал требовать объяснений.
— Чеён, всё решено. Мой секретарь уладил всё. Завтра в час дня вылетаем, – сказала Лиса, привлекая внимание Розэ и отвлекая её от настойчивого взгляда на Джису. Джису облегчённо вздохнула, но всё равно знала, что ей предстоит выяснить, почему снова появился Винчан. Всё остальное она решит завтра, после того как проводит подруг в аэропорт.
***
— Здравствуйте, – поклонился парень, входя в кабинет своего будущего тестя.
— Привет, Чонгук. Заходи и садись, – сказал Манобан, как всегда с холодным голосом. Но этот холод не действовал на Чонгука.
— Зачем вы меня вызвали? – Чонгук не хотел быть здесь. Он должен был найти Лису, попросить прощение и наладить их отношения. Он знал, что снова заставил её плакать, и это он никогда не простит себе.
— Я вызвал тебя из-за Лисы, – сказал Манобан, не меняя тона. Он знал, что Чонгук ищет её, и поэтому решил поговорить с ним, чтобы поставить точку в этом вопросе и избежать недоразумений в будущем. Если его дочь не хочет свадьбы, её не будет. И если это так, он немедленно расторгнет все контракты, которые они заключили. Было бы лучше, если бы здесь был и мистер Чон, но это мужские дела, и он не хотел вовлекать других людей, не имеющих отношения к ситуации.
Чонгук молча присел на предложенный Манобаном стул и начал внимательно слушать его. Он был рад хотя бы малейшей информации о Лисе. Он уже обыскал весь город, проверил дома Розэ и других девушек. Он не знал, где она могла быть. Даже обзвонил все гостиницы, но не нашёл ни следа.
— Лиса сейчас дома Пака, – начал Манобан, замечая, как Чонгук сразу напрягся. Он был готов вылететь, чтобы увидеть Лису.
— Но я не позвал тебя сюда, чтобы ты отправился к ней, – резко добавил Манобан. Он выглядел серьёзно и устрашающе. – Я забрал её из вашего дома вчера, и я хочу объяснений, почему она плакала? – Его взгляд был убийственным, он пристально смотрел в глаза Чонгуку.
— Мы вчера с ней поссорились, вот почему она плакала. Я должен пойти к ней и извиниться, – сказал Чонгук, вставая, но его остановил Манобан.
— Стой! Ты не поедешь к ней! – твёрдо сказал Манобан, и Чонгук снова сел на место. – Ты думаешь, что имеешь право ехать к ней, после того как так с ней поступил? Она не хочет выходить замуж. Вот почему я вызвал тебя сюда, чтобы сказать, что свадьбы не будет, и ты больше не имеешь права на мою дочь. – Чонгук не мог сказать ни слова, он сидел с открытым ртом. В его голове мелькали все счастливые моменты с Лисой: её красивая улыбка, танцы, её дерзость и озорство. Он не мог допустить этого. Он должен быть с ней, он не мог представить жизни без неё.
— Такого не может быть, – вырвалось из него, не понимая, почему его будущий тесть говорит такие вещи.
— Может быть. Она мне лично сказала, что не хочет этой свадьбы и не может жить с тобой, – сказал Манобан, не скрывая своего недовольства. С самого начала он не одобрял Чонгука, но решил выдать свою дочь за него, потому что не мог найти более достойного кандидата. Однако сейчас, когда всё пошло наперекосяк, он не собирался отдавать свою дочь человеку, который не заслуживает её.
— Нет, нет, нет! Этого не может быть. Я не верю в это. Я должен услышать это от неё лично. Она меня любит, такого не может быть, – Чонгук продолжал качать головой, не желая принимать реальность.
— Я не позволю тебе подойти к ней. Не надейся. Теперь можешь идти, – сказал Манобан, отворачиваясь от Чонгука и возвращаясь к своим делам. Чонгук сидел, не понимая, что происходит. Он просидел ещё несколько минут в кресле, затем встал и с трудом покинул кабинет.
Он шагал, как пьяный, едва держа равновесие. Лицо Лисы не покидало его сознания, и он не знал, что делать дальше. С трудом добравшись до своей машины, он сел в неё, но не заводил. «Как это не будет свадьбы? Не будет моей свадьбы с Лисой?» – эти вопросы крутились в его голове. Что пошло не так? Когда всё изменилось? Он стал прокручивать в памяти все события, все ссоры. Он ведь хотел защитить честь Лисы, объявив о свадьбе. Он хотел показать всем, кто её обижал, что она только его, и никто, кроме неё, не имеет на него права. Он хотел показать это всем, кто злил её, даже девушке, которая устроила всю эту бурю. Да, всё это началось из-за Роми! Если бы не она и её шпионство, никто бы не узнал об их отношениях, и всего этого не случилось бы. «Этому всему виновата Роми!» – промелькнуло в голове Чонгука, и его охватил яростный гнев. Он сразу включил машину и поехал в сторону университета. Он сам разберётся с этой дурацкой ситуацией и наказание для Роми не заставит себя ждать.
***
Наступил глубокий вечер, солнце скрылось за горизонтом моря три часа назад. Ещё немного, и планы Пака и Ким должны сработать. Нужно немного подождать. Чимин уже целый день ходил здесь нервный, не понимая, почему они пришли так рано, если они собирались только сейчас приступить к работе. Хотя, наверное, это правильно — они должны убедиться, что товар приедет именно сюда сегодня, к правильным людям. Это, конечно, заслуга Тэхёна, который узнал всю информацию через девушку. Хотя она почти не имела отношения к этим поставкам, она являлась ключевым звеном в нахождении клиентов. Они это давно поняли, и Тэхён настоял на том, чтобы она тоже была схвачена вместе с этими людьми. Ким никогда не говорил, как Йерин находила людей, и всегда избегал этого разговора. Когда Чимин спрашивал, какой план насчет девушки, он отвечал, что разберется с этим сам. Он как будто хотел скрыть что-то, и это могло бы выйти наружу, если он поделится этим с кем-то. Чимин же просто доверял своему другу и был готов поддерживать его, несмотря ни на что.
— «Хён, они почти приплыли. Сейчас корабль приближается к борту» — такое сообщение пришло на телефон Чимина. Пак, в свою очередь, переотправил его Тэхёну, чтобы тот начинал действовать.
/Pov Чимин/
Наконец настал тот момент, которого мы ждали так долго. Недалеко от места, где я сейчас сижу, пью кофе, пытаясь хоть как-то пригреться от морского холода, к порту приплыло судно. Сейчас зима, и ещё находиться в такую холодную погоду рядом с водой можно легко заболеть. Я не участвую в этом, так как мой дорогой друг и брат совсем не оставили мне заданий, но раз я так хотел всем сам убедиться, они позволили мне просто наблюдать издалека.
Вокруг того самого судна с каждой минутой добавлялись люди и начали ждать определённого приказа от босса, который ещё не приехал на место. Чихён должен был быть рядом с ним. Но долго ждать не пришлось, так как они приехали в машине сразу, когда я подумал о них. Так вот как выглядит этот придурок. Хорошо, теперь это его последнее гуляние на свободе, а дальше будет только смотреть через жизненную решётку. Всё прошло очень быстро: люди, которые собрались перед судном, составляли около десяти человек, включая моего брата и их босса. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, и от него осталась только полоска красного, а на улице уже почти ничего не видно, хоть и не так уж и поздно. Люди как будто смешались с воздухом, можно увидеть их только, когда подойдёшь близко.
То, что я увидел, было еле видным, но я смог это всё разглядеть. Собравшиеся люди обсуждали что-то, но потом Чихён и бос отошли немного дальше. Походу, мой брат и в правду вошёл в его доверие, раз так близко ходит с ним. Они наблюдали, как остальные начали разгружать товары с судна на грузовик, который приехал. Теперь осталось только, чтобы Тэхён смог вовремя подойти. Я быстро написал ему, чтобы он поспешил, что через несколько минут они всё-таки показались. Рядом с ним девушка, которая просто висит на его руке, походу, сестра босса. Я будто смотрю фильм, но вот только не слышно, что они говорят, жаль. Надо было позвонить Тэхёну, чтобы я тоже мог их слышать.
Люди, которые грузят товар, наверное, почти закончили, потому что машина уже почти полная, но если подъедет ещё одна машина для стольких же грузов, то их определённо надо немедленно отправить за решётку. Так теперь Тэхёну надо оттуда убраться, а то мало ли, его тоже спутают и заберут вместе с этими людьми. Я хотел написать ему, но не пришлось, потому что он сам начал отходить от этого места. Они не общались до этого с людьми, которые работали. И девушка тоже не показывала, что она знакома с этими людьми. Но после того как Тэхён ушёл оттуда, под каким предлогом, я не знаю, но девушка сразу же подбежала к моему брату и к её брату. Они выглядели так, будто ругаются. Их жестикуляции руками точно не из-за любви, это ясно.
— Ну что, как идёт шоу? – вдруг послышался знакомый мне голос рядом, и кто-то присел на соседний стульчик.
— Это надо у тебя спросить. Ну каким предлогом убежал? – я слегка посмотрел на Тэхёна, чтобы ещё раз убедиться, что это он, потом вернул свой взгляд на эпицентр событий.
—Там всё идёт по плану – сообщил он, а я всего лишь кивнул. Потом, после нескольких минут, ничего не стало видным из-за полицейских, которые окружили их. Копов было очень много, что было немного странновато. Ведь утром было только двое, потому что они не верили нам.
— Почему их так много? – я спросил у Тэхёна, он сразу понял, о чём я говорю.
— Они, просидев в засаде, поняли, что информация достоверная, вот почему позвали подкрепление – объяснил он мне. Это хорошо, что всё прошло так гладко. Теперь наконец я могу спокойно вернуться в Сеул, и Чихёну ничего не грозит. Но мне сейчас совсем не хотелось садиться за руль, и, наверное, Чихён тоже устал. Лучше снять тут сегодня комнату и переночевать, а завтра утром уже обратно.
***
Джин вышел из кабинета отца, чувствуя, как усталость сдавливает его грудь. Он облокотился на стену, пытаясь хоть немного разгрузить своё тело, но мысли не давали покоя. Всё происходящее сегодня запутывало его ещё больше.
В памяти всплыл тот момент, когда Енджи внезапно подошла к нему и поцеловала. Он был шокирован. Всё произошло так быстро, что у него не было ни времени, ни сил оттолкнуть её. Её губы прикоснулись к его, и это ощущение было настолько настойчивым, что он не мог избежать этого. Он попытался отстраниться, положив руку ей на талию, надеясь, что это даст ему шанс вырваться, но она, похоже, не собиралась отпускать. Он с усилием вырвался из её хватки, сделав шаг назад.
Чувства смешались в его голове. Он знал, что не должен был позволить себе это. Он обещал себе, что не будет повторять ошибки прошлого, но что-то в Енджи всё-таки заставило его усомниться. Он не хотел обманывать Джису, но всё, что произошло, теперь висело между ним и ней.
Он обхватил голову руками, пытаясь понять, что ему делать. Как мне рассказать ей? — этот вопрос не покидал его. Всё, что он знал точно, — он не может скрывать это. Джису заслуживает правды, но он не был готов её сказать. Боялся, что потеряет её, что она не сможет простить. А что, если она не поверит, что это была ошибка? Он ведь сам не был уверен, что это была просто ошибка.
Он достал телефон и посмотрел на экран. Её имя светилось на экране, но он не мог отправить сообщение. Текст не сходил с его губ, но слова не выходили. Он просто стоял, глядя на её контакт, и чувствовал, как сердце бьётся всё быстрее. В конце концов, он положил телефон обратно в карман, тяжело вздохнув. Его сознание было туманным, и он не знал, как теперь идти дальше.
Джин снова взял в руки телефон, не в силах забыть этот момент. Его мысли возвращались к тому, как Джису однажды хотела поговорить с ним через видеозапись. Её слова звучали в его голове, словно эхо, и он не мог избавиться от ощущения, что между ними есть нечто большее. Она, как никто другой, хотела доверять ему. И он видел это — её искреннее желание открыться, верить в него и в их отношения. Но что он может ей сказать сейчас, когда в его сердце, помимо любви, полно сомнений и секретов?
Ты заслуживаешь правды, — думал он, — но сейчас не время для этого.
Он всё ещё помнил её взгляд в тот момент, когда она говорила о своих страхах и ожиданиях, так хрупкая и открытая. Он никогда не хотел причинить ей боль. Но теперь он был вынужден скрывать то, что произошло с Енджи, потому что знал — Джису слишком ранима, и она ещё не готова понять сложность его мира.
Джин устал от этой борьбы внутри себя. Это был их второй день отношений, и за такой короткий срок ему уже приходилось скрывать такую тяжёлую тайну. Каждый раз, когда он видел её, её глаза полные надежды, он чувствовал, как эта тяжесть давит на него. Она только начала верить в любовь, и он не мог быть тем, кто её разочарует.
Снова глядя на экран, он не мог сдержать чувство тоски. Он скучал по ней, несмотря на все сложности. Его рука дрожала, когда он начал набирать сообщение.
«Соскучился, Джису. Надеюсь, у тебя всё хорошо.»
Он замер на мгновение, думая, что писать дальше, но никаких других слов не появлялось. Он отложил телефон, чувствуя, как тяжело ему даётся каждое новое мгновение. Он знал, что всё это время его душа была разделена, и она не могла этого не почувствовать. Но он надеялся, что с каждым днём он будет сильнее, и сможет преодолеть все эти барьеры.
Он снова взглянул на экран телефона, снова и снова прокручивая её имя. Наконец, с глубоким вздохом, он нажал «отправить».
Ответ пришёл через несколько минут.
«Я тоже соскучилась, Джин. Как-то странно, правда? Но правда, не могу не думать о тебе.»
Его сердце немного расслабилось, но напряжение не ушло полностью. Он не был уверен, что сказать дальше. Поэтому написал просто:
«Я понимаю. Ты сегодня как? Может, сделаем видеозвонок, как ты хотела?»
Он тут же замер, ожидая её ответа. В голове всё переворачивалось — ведь это всё так ново для него, и он не знал, как правильно вести себя в такой ситуации.
Ответ пришёл быстро:
«Ой, Джин, я бы с радостью, но сейчас с девчонками, мы тут немного болтаем. Не могу их оставить, а то они обидятся. Может, позже? У нас сейчас не самые простые времена.»
Джин вздохнул, чувствуя лёгкое разочарование, но понимал, что она права. Не всегда можно всё оставить ради видеозвонка. Он снова написал:
«Понимаю, не проблема. Просто... хотел немного услышать твой голос.»
На несколько секунд он задумался, решая, стоит ли ещё что-то добавить, но решил не писать больше. Он не хотел навязываться.
Джин посмотрел на экран, чувствуя, как его сердце снова начинает учащённо биться. Ответ Джису был коротким, но ему хватило, чтобы понять, что она действительно заботится:
«Где ты сейчас?» — пришёл её вопрос.
Он быстро ответил:
«Только вышел из офиса. Направляюсь домой.»
Джин положил телефон в карман и продолжил путь к машине. Когда он уже садился в автомобиль, снова взял телефон и набрал сообщение:
«Как ты там?»
Ответ пришёл мгновенно:
«Всё хорошо. Только скучаю. Можешь прислать фото?»
Он улыбнулся, стараясь расслабиться. Это был такой обычный разговор, но в то же время он ощущал под собой скрытое напряжение, которое оба старались не упоминать. Джин подумал, что это ведь так странно — они всего два дня как начали встречаться, а уже такие неловкие моменты. Он положил руку на руль и, не раздумывая, сделал селфи, чтобы отправить ей.
«Вот так выгляжу сейчас», — написал он, добавив лёгкую улыбку на фото. Хотя, честно говоря, ему хотелось показать, что он сильный и уверенный, но внутри всё равно было что-то неопределённое.
Ответ пришёл быстро:
«Ты сегодня очень милый. Но немного усталый, да?»
Джин хмыкнул и написал:
«Да, немного. Но всё нормально. А ты как?»
Она долго не отвечала, и он уже начал думать, что разговор стих, когда её сообщение всё-таки пришло:
«Тоже немного устала. Но я справлюсь.»
Он почувствовал, как на его сердце снова лёг небольшой камень. Он хотел поговорить о том, что случилось утром, о том поцелуе с Ёнджи, но не мог. Он знал, что если сейчас начнёт об этом говорить, всё разрушится. Джису ещё так хрупка, и он не мог заставить её пережить это.
«Ты думал о чём-то? Настроение нет?» — спросила Джису через минуту, как будто почувствовала, что он что-то скрывает.
Джин замер, набирая ответ, но в итоге решил отложить этот разговор. Не сейчас. Не в этот момент.
«Нет, всё нормально, просто устал немного. Я думаю, нужно выспаться и всё будет хорошо.»
Он увидел, что она прочитала сообщение, но не ответила. Возможно, она тоже что-то чувствовала, но так же старалась не затрагивать тему, которая могла бы разрушить всю их нарастающую близость.
Джин пару минут держал телефон в руках, думая, стоит ли продолжать разговор или остановиться на том, что сказал. Но его внимание привлекло новое сообщение от Джису.
«Ты что-то скрываешь?» — она осмелилась спросить, но в её словах не было злости, только любопытство, как будто она интуитивно чувствовала, что что-то не так.
Джин вдохнул пытаясь найти нужные слова. Он понимал, что скрывать это дальше не получится, но и обсуждать тоже не хотелось. Он так долго скрывал правду, и вот теперь она перед ним, и он не знал, как ответить.
«Да», — написал он, осознавая, как тяжело ему говорить эти слова. Он почти физически чувствовал, как это тяжело ложится на плечи. «Ёнджи сделала кое-что в университете. Но... я не хочу об этом вспоминать. Прошу, не спрашивай больше.»
Он отправил сообщение и закрыл глаза, ощущая, как внутри что-то ёкнуло. Он не знал, как теперь вернуться к обычной беседе. Всё, что он хотел — это успокоить Джису, но не был уверен, как это сделать.
Джин ожидал, что она снова напишет, что будет переживать, но вместо этого его телефон замолчал.
Прошло несколько минут, и Джису наконец ответила:
«Я понимаю. Ты не хочешь скрывать, но и говорить не можешь. Я поняла.»
Джин ощутил облегчение, но вместе с этим ему стало немного горько. Он знал, что Джису не будет настаивать, но она точно чувствовала его напряжение. Он был благодарен, что она не продолжила вопросы, но в то же время ему хотелось, чтобы он мог быть с ней более откровенным.
«Спасибо, Джису», — написал он, чувствуя, как это слово, казалось, выходит из него с большим усилием, чем обычно. «Я постараюсь всё исправить.»
И на этот раз, когда он снова положил телефон в карман, он почувствовал, что теперь между ними появилась ещё одна невидимая стена. Но, возможно, это была нужная стена, которая позволяла им двигаться дальше, не ломая то, что у них было.
***
Джису сидела на диване в гостиной, укрытая пледом, и смотрела фильм с подругами. Смех и разговоры девушек создавали уютную атмосферу, но её внимание было отвлечено. Она уже несколько минут смотрела на экран телефона, а сообщения Джина мелькали перед глазами.
Сначала она почувствовала лёгкое волнение, когда заметила, что он написал. Сердце замерло, и она с нетерпением открыла сообщение. Но как только её глаза встретились с текстом, она вспомнила тот момент утром — поцелуй с Ёнджи. Внутри сразу что-то ёкнуло, и она невольно сжала телефон в руках. Он с ней сейчас или с ней? Если он так сильно привязан к Ёнджи, зачем тогда писать мне? Все вопросы роились в голове, но она решила, что, возможно, лучше промолчать. Это могло быть не то, что она думает. Возможно, это всего лишь случайность. Но не могло же быть так, что он сразу вернулся к бывшей, ведь между ними всё-таки было что-то серьёзное.
Её глаза снова упали на экран, и Джин предложил видеозвонок. На лице Джису появилась лёгкая улыбка. Это было приятно — он запомнил, что она хотела видеозвонок. Это было мелкое, но важное подтверждение того, что он думает о ней, что он помнит её пожелания.
Однако, несмотря на свою радость, Джису почувствовала, как между ними образуется пауза. Как будто оба немного стесняются. Беседа продолжалась, но что-то неуловимое висело в воздухе. Джису снова задумалась, о чём он сейчас думает. Она не знала, можно ли теперь доверять тому, что она слышит. Может быть, ей всё-таки стоит спросить, скрывает ли он что-то? Ведь она не может просто игнорировать тот поцелуй с Ёнджи. Может, если спросить, он скажет правду, и всё станет ясно.
Но она побоялась вскрывать эту тему. Слишком много сложных вопросов, и не было уверенности, что ответ будет утешительным. Поэтому она решила не торопиться и спросила о чём он думает. Его ответ "просто устал" не дал ей успокоения, но и не расстроил. Джису подумала, что ему, возможно, сейчас просто тяжело. Рабочий день и все эти переживания. Но всё равно, что-то внутри настороженно тянуло её к следующему вопросу. Скрывает ли он что-то?
Не выдержав, она решилась: «Ты что-то скрываешь?» — в её словах была надежда, что он не будет скрывать ничего важного, что ответ будет честным.
Джин подтвердил что скрывает коез, но не стал говорить о поцелуе с Ёнджи. Он сказал, что она сделала что-то, что ему не хочется вспоминать. Эти слова сразу принесли облегчение. Это ответило на её вопросы. Он не захотел говорить об этом, но подтвердил, что был не в состоянии контролировать ситуацию. Значит, он не хотел этого. Это немного успокоило её сердце. Может быть, как она и предполагала, Ёнджи накинулась на него, и он просто не мог отстраниться.
В тот момент Джису поняла, что Джин не хотел рассказывать о поцелуе с бывшей девушкой перед ней. Это было нечто, что ему не хотелось обсуждать. Но он подтвердил, что что-то случилось между ними, и это было важным сигналом для неё. Он не хотел скрывать это, но, возможно, в его мире было неприлично обсуждать такие моменты. Джису понимала его, и это успокоило её душу.
Она поняла, что Джин не изменяет ей. Он не использует её. Ему можно довериться. Это было всё, что ей нужно было знать, и этого было достаточно.