Сладкий Обман

*Фум*

"Я так понимаю, что один ты спать не ляжешь?" – спросил Фум у своего мышонка, после их возвращения из больницы.

"Угу", - сонный голос брюнета и закрывающиеся от усталости глаза все еще боролись с напавшим сном, не желая оставлять любимого одного убираться.

"Хорошо, доедай и идём спать", - потрепав любимые темные волосы младшего, Фум взял за руку Рама и повел в спальню.

Удобно расположившись на кровати, блондин почти сразу обнял мышонка, и нежно поглаживая его по голове, сам стал проваливаться в сон, убаюканный тихим посапыванием младшего.

Бзззз-бзззззз

Легкую вуаль сна рассеяла вибрация телефона, эхом разлетавшаяся по темной комнате. Фум быстро поднял телефон, чтобы не разбудить спящего на его груди Рама, а затем посмотрев на имя звонившего, аккуратно переложил мышонка на мягкие подушки и покинул спальню.

"Что случилось? Я же запретил тебе звонить на этот номер!" – шепотом, но холодным приказным тоном отчитывал Кэндимэн свою правую руку – Чарти.

"Ты же знаешь, что без серьезной необходимости, я бы не стал тебе звонить на этот номер", - так же холодно отчитался Чарти.

Нужно признать, что эти двое были словно родные братья, холод и расчетливость, как основное блюдо, а в качестве приправы безжалостность и безразличие к окружающим. Хотя была и разница, Фум продолжал оставаться в тени, используя интеллект, Чарти же, хоть и не был обделен умом, предпочитал использовать оружие и физическую силу, чем и заслужил возможность стать лицом Крипи.

"Что случилось?" – вышел в кухню блондин, дабы не будить спящего в спальне младшего.

"Господин Бадин вновь просит приструнить Гарпий. Тебе не кажется это странным? Это уже пятый раз за полгода", - в голосе Чарти было слышно недоверие к бывшему начальнику.

"Так зачем ты звонишь мне? Возьми парней и сделай как все предыдущие четыре раза...", - нет, Фуму не было все равно на это, он прекрасно понимал, что задумал его «заботливый старший».

"Ты что, правда не понимаешь?! – повысил голос Чарти, но быстро пришел в себя. – Извини...".

"Мы оба прекрасно понимаем, что он просто стравливает нас с ними, потому что не может напрямую завладеть нами. Я скоро буду, решим где и когда устроим воспитательную порку нашим маленьким гарпиям", - телефонный звонок был завершен, и Фум, оглядевший гостиную, находящуюся в полном беспорядке после бурной ночи, сделал глубокий вздох, на секунду позволив вернуться в тот момент, когда произнес самые неожиданные для себя слова, исходящие из глубины своего ледяного сердца.

Приятное тепло вперемешку со страхом растекались по бледному телу, наполняя его прелестями любви, но на смену Фуму словно по щелчку пальцев появился Кэндимэн и в миг развеял всю сладость, заполонившую мысли.

Возвращаясь в спальню к мышонку на телефон Фума вновь поступил звонок, но в этот раз уже от Чая и решив быстро ответить, блондин не стал покидать комнату, в которой через сон, мышонок слышал некоторые обрывки фраз.

"Да, я скоро буду. Пока ничего не предпринимайте..."

"Рам? Рам, я отъеду по делам...", - тихо прошептал блондин спящему мышонку и, поцеловав в макушку, покинул полигон, направляясь в дом Крипи.

Понимая, что когда Рам проснется и не обнаружит любимого дома, то он начнет волноваться и звонить, а это было бы совсем не кстати, поэтому решив предусмотреть этот момент, Фум отправил сообщение любимому, сообщая, что у него появились срочные дела и он пока не знает во сколько сможет вернуться.

Свернув с освещенной улицы в полную темноту, Фум продолжил путь по небольшой тропинке, уводящей юркий цивик в глубину леса. Большинство живущих в этом районе хорошо знали, что эта тропинка ведет к тупику в чаще леса, а еще, что там якобы обитают призраки, поэтому никто в здравом уме не совался туда, дабы не накликать на себя беду. Вот только они не знали, что эта маленькая на вид тропинка, спустя время превращается в нормальную дорогу, ведущую к черному входу дома Крипи. Именно так приезд Кэндимэна был скрыт от чужих глаз. Запарковав машину в гараже, Фум быстрым шагом прошел в свой кабинет, где уже на излюбленных местах сидели Чай и Чарти, дожидаясь блондина.

"Есть какие-нибудь подробности от Бадина?" – почти с порога спросил блондин, обращаясь к Чарти.

"Нет, лишь только то, что Гарпии опять нарушили границы", - отчитался Чарти.

"А про цветочка не спросишь?" – влез в разговор Чай, ведь он совсем недавно вернулся из кондо, где несколько часов разговаривал с убитым горем парнем.

"Он в порядке?" – не отрывая глаз от документов на столе, спросил блондин.

"Да..."

"Ну и отлично", - ему было сейчас все равно, ведь он прекрасно понимал, что Чай лучший вариант, который у него был, чтобы разобраться с этим навалившимся детским садом.

"Чарти, подготовь людей на завтра, вечером съездим «Строфадские острова» и навестим наших мифических существ. На этом все. Чай иди отдыхать, а я с Чарти хочу еще кое-что обсудить", - с нажимом в голосе провожал друга Фум.

"У вас есть секретики от меня? Как так? Ладно он, - ткнул пальцем в блондина Чай, - но ты то куда? Запомни, осьминожка, будешь хранить от меня секреты, я тебе позже это припомню".

"Иди давай в свою комнату, я скоро приду", - холодно ответил Чарти, давая понять, что сейчас совсем не время для игр.

Когда дверь в кабинет захлопнулась, Чарти подошел к большому окну и смотря сквозь него на темное небо, произнес: "Думаешь он попытается избавиться от Чая?"

"Он попытается избавиться от всех нас, но не напрямую, ведь это привлечет внимание «Адских псов», а он явно не хочет потерять такую защиту", - повернулся на стоящего у окна друга Фум.

"Тогда Чай останется завтра дома, я прикажу парням присмотреть за ним. Ты поедешь?" – продолжал спокойную беседу Чарти.

"Да, но как всегда посмотрю со стороны..., - смотря на часы в телефоне, блондин понял, что сегодня не вернется на полигон, а значит ему нужно предупредить мышонка. – Возвращайся к себе и отдохни, завтра будет тяжелая ночь".

Темные глаза, смотрящие на ночное небо, переметнулись на блондина, и мужчина кивнул. Чарти всегда знал, что развитие Крипи однажды приведет к тому, что другие будут посягать на их территорию и дело, но не ожидал, что это произойдет так быстро.

Когда три года назад Бадин сообщил ему, что хочет предоставить возможность своему племяннику начать собственное дело, контролируя развитие Крипи, но боится отправить одного и поэтому просит Чарти присмотреть за ним, мужчина сразу согласился, ведь это давало ему возможность отдалить Чая от дяди. При первой же встрече в доме Крипи Фум предположил, что это не попытка помочь племяннику со стороны дяди, а прекрасная возможность в удобный момент избавиться от единственного родственника и всех близких ему людей, коими являлись Чарти и малыш Чаоу, последовавший за братом в новую банду. Чарти тоже это понимал, поэтому сразу предложил Фуму обратную сделку, сообщив, что будет предан ему и расскажет все что знает о делах Гарм в обмен на свободную жизнь для брата и Чая, на что получил быстрое одобрение. Именно эта честность, хладнокровие и продуманность со стороны взрывного Чарти подкупила блондина, который со временем признал, что именно этот длинноволосый шатен больше подходит на роль главаря банды чем он сам. И с согласия Чарти, они так и поступили, выдвинув именно его как публичного Кэндимэна, пока настоящий прятался в тени и получал доступ к нужным для развития ресурсам.

Проводив взглядом Чарти, Фум набрал на телефоне выученный наизусть номер и стал ждать.

"Да...", - тихо ответил парень на другом конце провода.

"Прости, что разбудил тебя, просто хотел предупредить, что не вернусь сегодня домой. Встань, закрой двери и включи сигнализацию, а потом ложись обратно спать. Хорошо?" – прозвучал мягкий голос Фума.

"Хорошо...", - все так же тихо, но хрипло ответил парень.

"Мышонок, ты в порядке? Мне стоит волноваться?" – Фум сам не осознавал, что даже малейшее изменение голоса его мышонка заставляли его беспокоиться.

"Нет, все в порядке, просто я спал...", - хриплый голос продолжал волновать сердце блондина до такой степени, что он был готов сорваться обратно на полигон, но здравый смысл его останавливал.

"Тогда отдыхай. Я заеду к тебе завтра, перед возвращением в кондо".

"Хорошо..."

"Рам?"

"М?"

"Я тебя люблю...", - кому предназначались эти слова сейчас было не понятно, толи мышонку, которого разбудил блондин, толи самому Фуму, который с каждым разом все больше осознавал, что у него появилась некая необходимость в этом светлом парне.

"Угу..." – если бы он только знал, что крупные слезы сейчас катятся из больших кофейных глаз...

***

Весь следующий день Фум провел в небольшой личной лаборатории в доме Крипи, откуда его буквально силой вытаскивал Чай для принятия пищи. В те дни, когда настоящий Кэндимэн присутствовал в доме, люди в нем пропадали, словно боясь встретиться с ледяными глазами, кроме двоих бесстрашных друзей.

Где-то в середине дня, блондин сделал несколько попыток дозвониться до Рама, но тот так и не ответил, поэтому он отправил сообщение, написав, что уже вернулся в кондо из-за того, что ему нужно было сделать срочный отчет на практику. На самом деле, Фум понимал, что у него просто не будет времени на долгое общение с младшим, поэтому постарался как можно безболезненно объяснить это, но спустя несколько часов, Рам все же сам позвонил, отвлекая блондина от сборов.

"Алло, Рам, что-то случилось?" – взволновано спросил холодный голос, пока руки пролистывали новую порцию документов на поставку сырья для конфет, но ответа не последовало, лишь тихое дыхание.

"Алло?" – отложив бумаги, Фум чуть серьезнее отнесся к звонку.

"Здравствуй, Пи'Фум. Прости, я только вернулся с трека и увидел твои звонки и сообщения", - начал тараторить Рам.

"Все в порядке, мышонок, я так и понял, когда не дозвонился, поэтому и написал сообщение. У тебя все хорошо? Ты справишься один или может прислать к тебе Чая на помощь?" – идея отправить Чая на полигон хоть и была случайной, но не самой плохой.

"Не нужно, Пи'. Ты итак оторвал его от Чарти, попросив присмотреть за Мале. За это ему передавай огромное спасибо. Я справлюсь, тем более папа вернулся, и я не один", - голос слегка дрожал, что не могло остаться не замеченным блондином, но тот списал это на усталость после произошедших событий.

"Хорошо, тогда я спокоен, что ты под присмотром...", - в этот момент дверь кабинета распахнулась и в нее влетел разодетый в яркий костюм Чай.

"Фум, все готово, нам пора...", - позвал Чай, но увидев обращенный к нему злой взгляд и телефон возле уха, парень поднял руки в знак извинения и покинул комнату.

"Прости, мышонок, мне пора, я позвоню тебе завтра после практики, хорошо?" – побыстрее решил закончить разговор блондин в надежде, что его мышонок ничего не услышал.

"Угу. Доброй ночи, Пи'Фум..."

"Сладких снов, Рам".

Повесив трубку, Кэндимэн, вооружившись на всякий случай одним пистолетом, покинул дом Крипи, направляясь в выбранное для наблюдения место.

Фум рассчитывал, что все пройдет так же, как и обычно – небольшая потасовка между двумя группами и все, минимум пострадавших со стороны Крипи, ведь Гарпии обычно не устраивали жестких побоищ, но все пошло не по плану почти сразу.

Заняв пост наблюдения, находясь совсем недалеко от места переговоров, блондин стал дожидаться приезда своих людей. Спустя обговоренные десять минут, две черные машины остановились на небольшой площадке возле густого леса, где их уже поджидали сыны Гарпий.

Вот только ИХ всех в прямом смысле поджидали...

Стоило только Чарти приблизится к главному сыну Гарпий, как прозвучал громкий выстрел, сопроводивший свинцовую пулю, застрявшую в стройном плече мужчины. А дальше начался хаос, Крипи наставили оружие на Гарпий, те сделали тоже самое, вот только последовавшая лавина пуль настигла их совсем с другой, третьей стороны, участники которой очень удачно скрылись за деревьями. Несколько человек было убито, несколько ранено, когда Фум скомандовал Чарти через наушник об отступлении.

Понимая, что ни Крипи, ни Гарпиям с такими темпами не удастся уйти живыми, Кэндимэн не раздумывая завел двигатель своей машины и ринулся вперёд, выставляя черный трансформер в качестве щита. Осознавая, что этого недостаточно, он опустил пассажирское окно и кинул в сторону деревьев световую гранату, увеличивая шансы попавших в эту западню людей вернуться в свои дома.

Когда яркая вспышка сработала, ослепив прятавшихся в засаде нападавших, Чарти не раздумывая бросился в лес и, прислушиваясь к разозленным голосам, стал четко выпускать пули, поражая свои цели. С каждым выстрелом голоса затихали, поглощая безжизненные тела темнотой густого леса, в конце концов оставив лишь тяжело дышащего Чарти из плеча которого безостановочно струилась кровь.

"Чарти, хватит! Они все мертвы, возвращаемся", - холодная рука Фума опустилась на здоровое плечо друга, заставив того резко развернуться и приставить пистолет ко лбу блондина.

Стальные глаза даже не дернулись, продолжая пристально смотреть в глаза Чарти, наполненные яростью.

"Прости", - сделав пару глубоких вдохов-выдохов, но не убрав пистолет ото лба, сказал мужчина.

"Ты можешь закончить все сейчас, и вы с Чаем вернётесь к Гарм, - спокойно говорил Фум. - Но будет ли там так безопасно, как обещал тебе Бадин?".

Фум доверял Чарти, хотя прекрасно знал, что Бадин предложил ему жизнь Чая в обмен на жизнь Кэндимэна, когда придет время и вероятно, это время уже подходило.

"Давай возвращаться домой, Чай наверно уже с ума сходит", - наконец опустив пистолет, Чарти направился прочь из глубин леса к стоящей черной машине.

Всю дорогу до дома они провели молча и лишь когда ворота дома Крипи закрылись за их машиной, Фум повернулся к раненному и спросил: "Тебе не было страшно?"

Выбившиеся из хвоста на затылке темные волосы спадали на глаза, но даже так, Фум рассмотрел в них некий отблеск душевной боли: "Если ты спрашиваешь, боюсь ли я умереть, то мой ответ - нет. Но я очень боюсь оставить его одного...".

Да, Чарти давал Чаю полную свободу в своих действиях, и даже если бы тот захотел переспать с кем-то, то Чарти ничего бы на это не сказал, потому что чувство, которое он испытывает к этому сумасшедшему - больше чем просто любовь, это какая-то иная безумная форма любви.

"Идём, вон он уже на пороге тебя дожидается", - слегка улыбнувшись блондин обошел машину и помог другу покинуть ее, облокачиваясь на твердое плечо Кэндимэна.

Касемчай, стоящий на пороге в цветной шелковой пижаме и босиком, не раздумывая бросился к идущим к дому парням. Ненависть и желание убивать отражались на его лице, а с каждым шагом, приближающим его к новоприбывшим, становилось понятно, что целью этих эмоций был никто иной как Фум.

"Чай!"- выступил вперёд, защищая блондина, Чарти, понимая, что на эмоциях его дорогой Чай может совершить необдуманный поступок. Так и вышло, потому что цветной бульдозер словно пёрышко, одной рукой оттолкнул раненого осьминожку, упавшего на землю, и с силой схватил Кэндимэна за воротник.

"Ты говорил, что это небольшой конфликт..., - шипел сквозь зубы Чай, - так откуда взялось оружие?"

Резкий взмах холодной руки, звонкий хлопок от пощечины, красная горящая щека и Чай, сидящий подле осьминожки.

"Не забывайся, Чай!" - склонился над мужчинами Кэндимэн, но почти сразу замолчал.

Смотря в широкие от ужаса глаза Чая, в голове Фума неожиданно всплыло лицо его милого мышонка...

"Интересно, были бы его глаза наполнены такой же болью и страхом, если бы он узнал, что меня ранили?"

Эта мысль зародила в ледяном сердце некое зерно сомнения в том, что он делает все правильно, но раздавшаяся вибрация телефона быстро вернула блондина обратно.

"Он как чувствует... ", - произнес Фум, потирая виски, ведь имя на его мобильном гласило, что это мышонок звонит ему.

Недолго поразмыслив, блондин постарался успокоить свой голос и ответил на звонок.

"Почему ты еще не спишь, мышонок?" – голос был мягким, как сладкая карамель, что совсем не совпадало с картинкой, которая происходила на самом деле.

"Я просто не могу уснуть... Я тебя отвлекаю? Ты занят?" – шепотом тараторил мышонок.

"Немного... Скажем так, провожу работу над ошибками...", - с каждым словом голос становился холоднее.

"О, прости, тогда я быстро. Ты поел?" – забота этого наивного парня согревала глыбу льда, заменяющую Кэндимэну сердце, настолько, что блондину с каждым разом становилось все страшнее и страшнее, что если однажды, он больше не услышит эту заботу в голосе, то его мир перестанет существовать.

"Да, мышонок, я поел. Чай принес нам ужин...", - Фум перевел взгляд на сидящего на земле друга, поглаживающего осьминожку по растрепавшимся волосам.

"Значит ты не один, хорошо, что Чай всегда готов прийти на помощь. Передавай ему привет".

"Ты можешь сам ему передать, он рядом сидит", - на этих словах блондин протянул телефон другу, который с опаской принял его.

"Мышонок... ты чего не спишь в этот поздний час?" – голос дрожал, но все равно старался быть беззаботным.

"Не спится. Пи'Чай, присмотри пожалуйста за Пи'Фумом вместо меня, а то он со своей практикой забудет об отдыхе, а я не хочу, чтобы он заболел. И ты сам, долго не сиди на холодном, а то можешь заболеть".

"Что? Ты о чем, Рам?" – голос дрогнул, словно слова, сказанные мышонком, попали в самое яблочко, а сам Чай резко поднял голову на блондина.

"М? Аааа, просто ты вечно сидишь на полу в квартире Пи'Фума, а он достаточно холодный. А ты, о чем подумал?" – детский заботливый голос Рама с каждым словом становился холоднее, наводя непонятную дрожь на Чая.

"Нет, я ни о чем не думал. Хорошо, я позабочусь о нем, не волнуйся и ложись спать. Доброй ночи, Рам", - продолжая скрывать страх и ярость, старался говорить мягким голосом Чай.

"Доброй ночи Пи'Чай. Можно мне Пи'Фума?" – спросил мышонок.

"Да? Точно все в порядке, мышонок?" – заговорил Фум значительно мягче чем в начале.

"Все хорошо, Пи'... Пи'Фум, посмотри на небо...".

Блондин запрокинул голову, устремив стальные глаза к синему небу, по которому оставляя легкий отголосок своего существования, падали небольшие звезды.

"Звезды падают...", - произнес Фум, даже не подозревая, что не только звезды, но и слезы падали в этот момент.

"Угу... Загадай желание..., и я тоже..., - дав пару минут тишины на желание, Рам продолжил, - что ты загадал?"

"Если расскажу, оно не сбудется", - улыбнувшись, ответил блондин, все еще наблюдая за небом.

"Я думал ты не веришь в подобное".

"Не верю, потому что мы сами творцы своих желаний, а пожелал я, чтобы мы с тобой никогда не расставались", - мягко произнес старший, признаваясь себе, что где-то в глубине души хотел бы испытать то, что сейчас испытывал Чарти, видя, как его любимый был готов разорвать на маленькие кусочки того, к кому боится прикоснуться сам Бадин.

"А что загадал ты?" – с интересом спросил Фум.

"Я? Я загадал..., - и сделав глубокий вдох, парень продолжил, - ... загадал быть для тебя самым важным на свете...".

"Разве не ты говорил, что нельзя рассказывать, а то не сбудется... Хотя это не важно, ты итак самый важный в моей жизни".

"Тебе завтра рано вставать, ложитесь спать, я больше не буду вас отвлекать. Доброй ночи Пи'Фум", - шмыгнув носом, решил завершить разговор мышонок, которому уже давно была пора спать.

"Сладких снов, мышонок. Желаю тебе увидеть меня во снах", - можно сказать, что блондин пожелал кошмаров своему любимому.

Завершив телефонный разговор, Фум снова погрузился в рабочие мысли и склонившись над друзьями, все еще сидевшими на холодной, покрывшейся первой росой земле, произнес: "Еще раз ты поступишь так же необдуманно, как сегодня, я собственноручно тебя прибью".

Кому предназначались эти слова, трудно было понять, потому что холодные глаза словно смотрели сквозь парней, вынудив их лишь растеряно переглянуться, примеряя сказанное на себя. Фум же быстро покинул улицу, вернувшись в дом, где так же быстро принял холодный душ, смывая с себя всю грязь, которая сегодня расположилась на его теле и в мыслях, а затем переоделся в свою любимую черную мантию и, сев в свой старенький цивик, покинул дом Крипи, оставляя позади лишь дым от сигареты и оцепеневшего Рама, все это время следившего за ним со стороны.

***

Утро понедельника наступило слишком рано, не дав возможности блондину насладиться сном, ведь домой он вернулся далеко за полночь, а на занятия нужно было явиться к восьми утра. Лаборатория, в которой Фум проходил практику была одной из крупнейших в городе и располагалась при областной больнице. И хотя корпус драг-дизайнеров, фармацевтов и прочих сотрудников этой отрасли находился позади остальных, блондин часто сталкивался с больными, поступающими в приемные покои, пару раз, его даже просили помочь, так как людей не хватало, а у практикантов должны быть обширные знания, в том числе и по оказанию первой медицинской помощи.

Добравшись до своего рабочего места и переодевшись в белый халат, Фум решил как обычно написать своему мышонку, ведь им предстояло целую неделю провести порознь, наслаждаясь лишь сообщениями и видео звонками.

«Доброе утро, мышонок. Еще только понедельник, а я уже скучаю по тебе»

Ответ пришел почти сразу, что удивило блондина, ведь он думал, что младший захочет поспать подольше.

«И тебе доброе утро, Пи'Фум. Я спал замечательно, потому, что мне снился ты. Не забудь пообедать и выпить витаминки, я проверю!»

Прохладный воздух от кондиционера заполнил лабораторию, пока увлеченный блондин утопал в своих любимых формулах и химикатах. Время в течении практики пролетало почти моментально и если бы не зов коллег на обед или изредка приходящие сообщения от мышонка, то блондин бы наверно сидел в лаборатории 24 часа в сутки.

"Нонг'Фум, на сегодня все, пора домой", - позвал голос коллеги заработавшегося парня, когда солнце медленно опускалось за горизонт, наполняя небо апельсиновыми лучами.

Как и каждый день после практики, Фум направился в кондо, откуда его должен был забрать Чай и направится в дом Крипи, где весь день проходил усиленный разбор полетов с Чарти. Но прежде чем это произошло, льдинка написала сообщение:

«Как твой день, мышонок?»

«Все хорошо, Пи'Фум. Дел на полигоне, как всегда много. Ты не забыл пообедать?»

Прочитав сообщение, непроизвольная улыбка расползлась по лицу блондина, осознав которую, он постарался прикрыть ее рукой, словно стесняясь себя самого.

«Спасибо, что заботишься обо мне. Я пообедал и уже возвращаюсь в кондо, сегодня практика закончилась раньше»

«Звучит здорово, значит будет время отдохнуть. Не переутомляйся, хорошо?»

«Конечно. Я почти приехал, позвоню тебе вечером, как обычно»

«Жду твоего звонка :*»

Получив последнее сообщение уже запарковав машину на парковке дома, Фум увидел ожидающего его Чая с небольшим пакетиком еды.

"Что ты тут делаешь? Разве мы договаривались встретится не через час?" – сменив легкомысленную улыбку на безразличие, спросил блондин.

"У меня сорвался полдник, поэтому я принес тебе пироженку..., - улыбнулся парень, протягивая вперед пакетик, - подожди, ты же не любишь сладкое, значит я сам его съем".

Касемчай говорил так, словно вчера ночью ничего не произошло, вот оно воздействие конфеток на человека с диагнозом пограничное расстройство личности. Данное расстройство достаточно редкое явления, встречающееся примерно у 10-20% всего населения планеты и характеризующееся нестабильностью эмоций, часто погружающих своего владельца в крайности, начиная с неконтролируемого гнева, сменяясь истерикой, приправленной сумасшедшим смехом, ну и напоследок, словно вишенка на торте – горькие безостановочные слезы, и все это может произойти за пол дня. И лишь воздействие психотропных веществ позволяет Чаю находится где-то в центре этой эмоциональной звезды.

"Идем", - скомандовал блондин и пошел вперед, не оглядываясь на следующего по пятам Чая.

"Фум, что мы дальше будем делать с Гарпиями?" – нарушил тишину Чай, почти у самой двери в комнату блондина.

"Умолкни, - прошептал Фум, кивнув в сторону двери напротив. – Поговорим внутри, если ты так хочешь".

"Как думаешь, может мне стоит проведать цветочек? От него за сегодня ни одного сообщения и звоночка не поступило, может что-то произошло?" – крутя пакет с пирожным, спросил парень, посматривая через глазок на запертую напротив дверь.

"Не будь навязчивым...", - прошел в комнату блондин и, взяв чистую одежду, направился в ванную комнату.

"Ты про себя или него?" – только и успел крикнуть вслед Чай, и не получив ответа, по-хозяйски прошел в кухню и достал две кружки, блюдце, ложечку и кофе.

Конечно он прекрасно знал где что располагается, ведь в этом кондо он был частым гостем и даже не стеснялся пополнять запасы того, что приближалось к концу, не ограничиваясь чаем или сахаром, а доходя до покупки любимого ароматного кондиционера для белья Рама, тем самым выставляя блондина очень хозяйственным и ответственным человеком, каким тот конечно являлся, только в другой области.

"Кто звонил?" – заканчивая досматривать очередную серию любимого лакорна, спросил Чай, ведь он слышал, как Фум разговаривал с кем-то по телефону в спальне.

"Рам звонил, пожелал доброй ночи", - слегка улыбнувшись, вспоминая лицо своего мышонка, ответил блондин.

"А чего так рано?" – не оборачиваясь на друга и не замечая милую улыбку, спросил Чай.

"Сказал на полигоне было много дел, вот он за день и устал, короче все как всегда", - накидывая черную мантию на плечи и забирая у друга пульт, пояснил Фум.

"Бедный, может к нему кого-нибудь на помощь завтра отправить? А то он так совсем зачахнет с этой работой", - заботливо произнес Касемчай, выходя из квартиры вперед ее хозяина.

"Не нужно", - дверь была закрыта.

"М-м-м, из квартиры цветочка пахнет вкусной едой, теперь я точно спокоен что с ним все хорошо", - принюхавшись к манящему аромату, Чай сглотнул.

"Идем, нас Чарти ждет".

Оставшийся вечер в доме Крипи Фум в окружении самых верных ему товарищей, пытались выстроить будущий план развития событий для вывода из тени тех, кто устроил вчерашнюю перестрелку. И хотя все в том кабинете прекрасно знали, что команду «Убить» дал никто иной как сам Бадин, обвинить его напрямую Крипи не могли, да и пожаловаться им особо было некому, ведь дела мелких банд никому не интересны.

Выживает сильнейший... Или умнейший.

Вновь распрощавшись в первом часу ночи с обитателями дома, Фум вернулся в свое кондо, где, валясь от усталости, погрузился в глубокий сон. И хотя его легкая стадия педантичности семафорила о том, что он не может лечь спать не переодевшись, сегодня блондин проигнорировал ее наглым образом.

Следующие три дня прошли абсолютно по такому же сценарию, за исключением той небольшой разницы, что сообщения и звонки Рама стали реже, а тон голоса сменился с мило-мягкого на обижено-холодный.

"Как думаешь, он обиделся на меня за что-то?" – не выдержав, спросил Фум у единственного кому рассказывал о любовных проблемах своего маленького лживого мирка – Чая.

"Возможно, ты о чем-то забыл, - растянуто, словно напевая песню, пролепетал друг, облаченный в яркий костюм пижамного типа. – О чем-то ооооочень важном...".

"Чаааааай, - с напором произнес блондин и увидев ехидную улыбку друга, понял, что тот точно знает, о чем забыла льдинка, - говори давай, не тяни".

"Что мне за это будет?" – не мог не воспользоваться моментом Чай.

"Что ты хочешь?" – Фум прекрасно понимал, что сейчас лучше поддаться на этот безобидный шантаж, незнание ответа на который может в будущем стоить ему намного дороже.

"Помнишь ту виллу, что мы присмотрели с Чаоу еще в школе для отдыха? – напомнил Чай и увидев кивок, означающий что блондин вспомнил, продолжил. - Хочу ее!"

"Да ты не охренел ли?" – Фум не был готов к такой откровенной наглости со стороны Чая, ведь обычно тот просил новую безделушку или очередной модный костюм из дорогой коллекции, но покупка виллы перешла все границы.

"А что такого? Это всего лишь маленькая вилла на побережье, как раз самое то, чтобы отдохнуть всем вместе, а еще отпраздновать...", - Чай не завершил предложение, играя на нервах блондина.

"Что? Что отпраздновать? – ожидание ответа убивало Фума, но в то же время заставило его задуматься. - Черт! Ну конечно, годовщина. Рам наверно хотел провести ее вместе, а я со своей практикой даже не обмолвился ему о ней. Он же теперь думает, что я забыл о ней или мне просто все равно...".

Касемчай, облокотившийся щекой на кулак, наслаждался редким шоу, когда холодный Кэндимэн волнуется о том, что его милый мышонок расстроился из-за забытой годовщины.

"Браво! Ты смог", - раздались громкие овации со стороны Чая.

"И что теперь делать? Она уже завтра, а у меня ничего для него нет", - сейчас Фум был самым обычным провинившимся парнем перед своей второй половинкой, отчего ему становилось некомфортно на сердце. Он сам начал путаться в своих желаниях и играх, забывая, что на самом деле ему было важно, а что стало.

"Нууууу, раз уж Рам уже думает, что ты забыл о годовщине, то игнорируй его завтра весь день, а после практики купи огромный букет цветов, тортик, шары и, захватив свое сердце в синей замшевой коробочке за бешенные деньги, рвани к нему домой. После такого огромного сапфира и парочки бриллиантов он точно тебя простит... Я бы простил... Если что, то это намек, как со мной мириться", - на последних словах подмигнул Чай.

"А это идея... ", - пробубнил блондин и уткнулся в свой телефон, листая странички цветочных мастерских в поисках самого шикарного букета для своего мышонка.

Весь оставшийся вечер парни потратили на то, чтобы собрать полный комплект в холодно-розовом цвете, объединяющим в себе двоих влюбленных. Согласно разработанному плану, Чай должен был забрать все заказанное на следующий день и привезти на квартиру блондина примерно в то время, когда сам Фум будет возвращаться с практики домой, чтобы сменить одежду и взять спрятанную замшевую коробочку, хранившую драгоценное сердце льдинки. Эту ночь Чай провел в комнате Фума, разговаривая с ним как с обычным влюбленным человеком, чем очень порадовал друга, который уже и не надеялся услышать от блондина слова об искренних чувствах к мышонку.

***

С самого утра Фум чувствовал себя как на иголках, его сердце бешено колотилось, когда он отправлял самое обычное сообщение своему мышонку, стараясь не выдать задуманный сюрприз. Рам же продолжал отвечать в своей обыденной в последние дни обиженной манере, мучая тем самым смягчившегося Фума. Но стоило ему только переступить порог лаборатории, как все безостановочные мысли замерли, впуская чистые страницы разума, готовые впитывать новую информацию на благо будущего.

Тик-Так...

Время пронеслось словно по щелчку пальцев и готовый к своей первой, хоть и пугающей его годовщине, Фум несся на сером цивике в кондо, куда примерно через полчаса должен приехать Чай с большим букетом цветов, шаров и любимым кремовым тортиком Рама.

Но того, что произошло дальше, Фум не ожидал...

"Я сделаю все что угодно, чтобы защитить тебя... Прости меня и подожди еще немного, я обещаю, что обязательно расскажу тебе правду..."