A dangerous deal | Опасная сделка.

Грейвс вышла из комнаты, но не успела сделать и пары шагов, как ощутила чей-то пристальный взгляд. Коридор казался пустым, но напряжение висело в воздухе, словно кто-то невидимый внимательно наблюдал за ней.

— Ты действительно собираешься пойти ва-банк?

Она сразу узнала этот голос.

Виктор.

Он стоял у окна, слегка развернувшись в ее сторону. Высокий, уверенный, он держался расслабленно, но девушка знала — за этим спокойствием скрывается нечто большее.

— А если да? — склонила голову, изучая его выражение лица.

— Тогда мне любопытно, насколько далеко ты готова зайти.

Она не торопилась отвечать. Виктор всегда был тем, кто испытывает границы — чужие и свои. Он знал, как играть словами, как заставить задуматься, как посеять сомнения.

— Я думала, ты предпочитаешь работать в тени, — делая шаг ближе. — Неужели ситуация настолько интересная, что ты решил вмешаться лично?

Его губы тронула лёгкая усмешка.

— Когда Хантер Синклер начинает доверять кому-то, это всегда заслуживает внимания.

— Ты слишком хорошо его знаешь, чтобы верить в такое.

— Верно, — Виктор чуть наклонил голову. — Но именно поэтому я и хочу понять, что он в тебе увидел.

Ливи скрестила руки на груди.

— И?

— Пока не решил, — он задумчиво провёл пальцами по подбородку. — Но знаю одно: если ты решила войти в эту игру, выхода уже не будет.

Грейвс почувствовала, как внутри поднимается напряжение.

— Ты предупреждаешь или угрожаешь?

— Даю выбор. Пока он у тебя есть.

Она знала, что Виктор не говорит просто так. Если он здесь, значит, он что-то задумал.

— И что, если я решу идти дальше?

— Тогда тебе придётся понять, кому ты действительно доверяешь.

Посмотрев прямо в его глаза.

— Доверие в таких играх — слабость.

— Иногда слабость — самая опасная сила, — он чуть улыбнулся.

Дама почувствовала, как в животе зародилось беспокойство. Виктор никогда не играл в открытую, но сейчас он словно давал ей понять: она уже в его поле зрения.

Голубоглазая сделала шаг назад, не сводя с него взгляда.

— Мы ещё поговорим, — пообещал он, прежде чем отвернуться.

Оливия глубоко вдохнула.

Она сделала свой ход.

Но что, если эта партия была гораздо сложнее, чем ей казалось?