Его правда
День складывался хуже некуда.
На перемене ты столкнулась с парой слизеринцев — грубых, насмешливых, которым доставляло удовольствие поддевать тех, кто был слабее. Обычно ты предпочитала молчать, не ввязываться, но сегодня они явно не собирались отставать.
— Что это за книжный червь шляется по нашим коридорам? — один из них вырвал у тебя книгу, лениво перелистнул страницы и бросил на пол.
Ты наклонилась, чтобы поднять её, но второй слизеринец резко перегородил путь.
— Смотри, как дрожит, — хмыкнул он. — Может, ей просто нужен повод, чтобы расплакаться?
Слова обжигали. Ты чувствовала, как в горле встаёт ком, но выдавить хоть что-то не могла.
И тогда за спиной раздался знакомый голос.
— Серьёзно? — холодно, отчётливо. — Два идиота против одной девушки? Это максимум ваших амбиций?
Слизеринцы вздрогнули. Обернулись — и сразу осеклись.
Драко стоял позади, руки в карманах мантии, взгляд ледяной. Даже его ленивое выражение лица не оставляло сомнений: он зол.
— Малфой, мы... мы просто... — начал один из них.
— Просто идиоты, — перебил он спокойно. — Проваливайте.
Они переглянулись и, не рискнув возразить, поспешили исчезнуть за углом.
⸻
Ты подняла книгу и прижала её к груди, не решаясь поднять взгляд. Сердце стучало в висках. Он... защитил тебя?
— Спасибо, — едва слышно произнесла ты.
— Не благодари, — отрезал он. — Я просто не люблю смотреть на глупые сцены.
Ты всё же подняла глаза. Его лицо было отстранённым, но в серых глазах мелькнуло что-то — усталость, тень напряжения.
— Но всё равно... — начала ты.
— Послушай, — перебил он резко, шагнув ближе. Его голос стал тише, но от этого — только тяжелее. — Не строй иллюзий. Я не твой герой. И уж точно не тот, на кого стоит надеяться.
Ты застыла.
— У меня есть своя жизнь. Свои обязательства. И своя любовь, — он произнёс это слово так, будто оно жгло. — Та, ради которой я готов потерять всё. До последнего дыхания.
Сердце сжалось.
— Так что не смотри на меня так, — продолжил он жёстко. — Между нами ничего не может быть. Никогда.
Он развернулся и ушёл, оставив после себя тишину, которая давила сильнее любого слова.
⸻
Ты стояла в пустом коридоре, вцепившись в книгу так, будто она могла удержать тебя от падения.
Тебе хотелось кричать, плакать, но внутри была лишь пустота.
Он спас тебя.
И тут же разрушил.
А в голове снова звучало его признание: «Та, ради которой я готов потерять всё...»
И впервые ты почувствовала, что твой страх превращается во что-то гораздо более опасное — в боль, от которой нет спасения.