Глава 63
Меленин был шокирован прочитанным. Он был одновременно рад и зол, но больше всё же удивлён.
Мел
Хорошо, когда?
Мел
И где?
Киса
В самолёте, завтра в восемь вечера.
Мел
Хорошо.
Парня удивляло всё. Он не мог понять почему в самолёте, а не в базе. Почему в восемь, это довольно поздно. Решив дождаться вечера и идти домой. Уже поздно, а Женя давно ушла. Не сидеть же ему здесь с Антиповым.
На следующий день.
У Жени.
Дома было просто офигеть как хорошо. Потому что придёшь после школы и на тебе даже лица нет. А я безумно не выспалась сегодня, поэтому моим главным решением после школы было - это поспать. Я правда сомневаюсь, что тем самым буду чувствовать себя бодрее и лучше. К тому же где гарантия, что после этого дневного сна я смогу спать ночью? Но люди же как то спят так каждый день, значит и у меня получится. Так как я особо никуда не хожу, то и сегодня никуда не спешила. Мы с мамой смотрели сериал «Хор» он очень лёгкий и интересный. Теперь я не очень уверена, что уйду спать.
Больше всего меня беспокоило состояние мамы. За эти пару дней она очень похудела. Её лицо всегда бледное, а руки холодные. Она выглядит не так, как подобает здоровому человеку. Мне страшно за неё. Они явно что то от меня умалчивают, но я надеюсь, это потому что ничего страшного нет. Но глядя на маму, создаётся впечатление, что всё плохо и серьёзно. С каждым днём она всё худее и худее, на её лице уже появились выпады в зоне скул. Она каждыми днями кашляет без конца и сидит вся худенькая и прозрачная как воск.
— Мам, — начала я. Она сразу отвлеклась от телевизора и посмотрела на меня. Её глаза впали внутрь, она выглядела на прямую болезненно, что навело на меня страх. — Мам, что с тобой происходит? — в ужасе спрашивала я.
— Всё хорошо, Жень, а что? — спрашивала мама как ни в чём не бывало.
— Ты вся худая! Лицо бледное, руки холодные и ты ещё спрашиваешь, что не так? — возмутилась я. Мне не нравилось слушать её ложь. — Я всё равно всё узнаю, поэтому лучше сказать, что с тобой происходит? — переспросила я.
— Ладно тебе, заладила. — отмахнулись она и встала с дивана. Вдруг она пошатнулась и схватилась за голову. Я тут же спохватилась и кинулась к ней. Подхватив маму на талию я начала звать Олега.
— Олег! — кричала я брату, еле удерживая маму на руках. Она потеряла сознание, а я перепугалась до смерти.
— Что случилась? — обеспокоено забежал старший. Увидев меня с мамой на руках, он не медля помог и перехватил её себе на руки. Как только я освободилась, то сразу же набрала скорую помощь. Протараторив адрес и причину я вновь вернулась к маме. Мы ждали с Олегом так до приезда скорой.
— Нужно привести её в чувство! — предлагала я сразу. — Что вообще происходит последнее время? — возмущалась я и убежала на кухню за спиртом. Вернувшись я обмакнула вату в спирт и вдалеке прошлась вдоль дыхательных путей мамы. Одна ноздря резко задёргалась и мамины веки зашевелились. Глаза вдруг разлепились, это выглядело тяжело словно веки и вправду приклеились друг к другу. — Мамуль...? — вглядывалась я в её лицо. — Ты как? В норме? — спрашивала я. — Голова не болит? — уточняла я. Мне кажется я закидала её вопросами, но меня мучало беспокойство. Она медленно и часто моргала, пытаясь прийти в себя, хрипло дышала. Её губы были пересушены и совсем не имели красивого нежно розового оттенка. Глядя на неё и оценивая её состояние я разозлилась окончательно. — Олег, что происходит!? — настойчивее и громче сказала я.
— Ты можешь успокоиться и помолчать, а? — грубо на взводе выжал сквозь зубы Олег. Сердце забилось в тревожности гораздо быстрее. Я решила оставить вопросы на потом. Меньше всего мне сейчас хотелось попасть под горячую руку брата.
— Мааам, — протянула я спустя время. — Ты меня слышишь? — тихо спрашивала я у неё. Глаза медленно переплыли в мою сторону.
— Всё нормально... — съедая слова, перебирала губами мама. Она выглядела так словно только проснулась, похоже на человека полностью потерявшего энергию.
В дверь громко и резко постучали. Я сразу поняла, что это та скорая помощь которую мы вызывали. Максимально быстро я рванула в коридор и открыла им дверь.
— Здравствуйте! — в спешке сказала я. Меня все проигнорировали, надеюсь это потому, что они спешили помочь моей маме. Быстро зайдя в комнату, двое мужчин даже не собирались начинать осмотр. Они увидели маму в лежачем состоянии и решили вынести её.
— Заболевания есть? — быстро и неожиданно спросил один из них.
— Рак. — так же быстро ответил Олег. После услышанного уши словно заложило, а «рак» эхом раздался ещё раз пять. Сознание поникло, разум затуманился. От осознания и шока я не смогла устоять на ногах. Ноги подкосились и согнулись в коленях, сзади меня было кресло на которое я без сил свалилась. Вокруг было шумно, все торопились, врачи выносили маму, Олег помогал, а я словно выпала из жизни на пару секунд, которые длились для меня целую вечность.
— Женя! — кликнул брат, потряхивая меня за плечо. Только после этого я очнулась. — Вставай! Маму увозят нам надо ехать! — говорил он громко и грубо, приводя меня в чувство.
Мало соображая и не отойдя от новостей, я не осознанно встала с кресла хватаясь за локоть Олега. Проходя по комнатам дома я дошла до двери и уже не помню как надела верхнюю одежду. Дальше я была уже в машине Олега и мы ехали в ту же больницу куда только что отвезли маму.
— Олег... — тихо сказала я. С глаз текли солёные капли, я даже не могла контролировать этого. Они сами по себе накопились и буквально вырвались за границы глаз. Он крепко сжимал руль машины и смотрел строго на дорогу, боясь взглянуть на меня. — То что ты сказал... — пыталась повторить я. Олег шумно выдохнул через нос.
— У мамы рак. — твёрдо говорил он, вбивая в голову суровую реальность. Слова ударили по больному. — Она не хотела тебе говорить, прости. — не показывая эмоций говорил он.
— Прости!? — вскинула я, наконец повернув на него голову. — Как можно было не сказать мне об этом!? — начинала я.
— Мне тоже тяжело, ясно! — сорвался Олег.
Повернувшись он гаркнул на меня, поднимая руку от чего я вжалась в кресло. Но после я взглянула в его глаза и увидела слёзы. Я никогда не видела его слёз, мне казалось это не для него, что он не умеет плакать, но сейчас его лицо выражало огромную внутреннюю боль. Он тоже не контролировал её прохождение наружу. Не глядя на меня долго, он сразу отвернулся. Вытрав слёзы с глаз он так же холодно продолжил следить за дорогой. А я думала лишь о маме и больше ничего у него не спрашивала. Мне хотелось плакать. Много, много плакать. Только по приезду в больницу я стёрла с лица слёзы. Я не хотела показывать их маме. Даже не представляю как она себя чувствует, а мои слёзы и жалость к ней только ухудшат ситуацию. Нужно просто уделять ей больше любви и ласки. По приезду в больницу, мы узнали мамину палату и сразу направились к ней.
— Куда вы? — спросил врач. Выставив руку вперёд, он упёрся ладонью в грудь Олега, тем самым останавливая его.
— Мы к Ольге Соболевой. — отвечал брат.
— Ей нужен покой. — сообщил доктор. — Пройдёмте ко мне в кабинет. — пригласил нас врач и мы последовали за ним. — Присаживайтесь, пожалуйста. — вежливо указал мужчина на стулья. Присев за свой стол напротив нас, он продолжил. — Почему она была доставлена в больницу только сегодня? — задался вопросом он.
— Нам не давали назначения лечь в палату. — объяснял Олег.
— Вы понимаете, что она серьёзно больна? — начинал врач повышать голос. — Какой придурок осматривал вас!? — продолжал мужчина.
— Скажите уже что нужно делать. — Олег тоже был на нервах. Он переживал не меньше нашего. Вся эта напряжённость с главным врачом только усугубляла положение, невозможно было вынести всего сразу.
— Что делать, что делать... — тихо повторял тот, кидая ручку из рук. — Ничего уже не сделаешь. — сказал он расстроенно. — Регулярно будем делать химиотерапию, но она ничем не поможет. Только продлит срок жизни... Не больше. — пояснял врач.
— Когда можно будет её увидеть? — спросила я. Это единственное чего я хотела сейчас. Увидеть маму, её улыбку, услышать её смех, который даёт понять, что всё хорошо. Но разве сейчас, что то может быть хорошо?
— Да хоть сейчас. — заявил доктор.
— А покой? — вскинул бровями Олег.
— Я про покой сказал, что бы вас остановить. — пояснил мужчина. — Вы вообще видели себя? — спросил тот. — Как будто с иглы вскочили! — ругался доктор. — Все обеспокоенные и неугомонные! — отчитывал он нас.
— А какими мы должны быть в такой момент? — возразила я. — Я вообще обо всём только сейчас узнала! Как мне оставаться спокойной? — продолжала я. Было обидно и больно, что я узнаю о таких важных вещах самой последней. На глазах навернулись слёзы, а веки так устали, что уже не было сил плакать, но слёзы всё текли. Я чувствовала что лицо, а особенно глаза уже опухли и покраснели. Кожа на лице горела, как и уши.
— Я конечно понимаю ваше состояние и его можно оправдать. — кивнул врач. — Но поймите, если бы вы заявились в таком виде к больной, что бы было? — задался он. — Вы представляете вообще, как она чувствует себя сейчас? Видеть наши слёзы ей вовсе не в радость! — продолжал мужчина. Он говорил строго, но все мы понимали, что он абсолютно прав. — Так что, сейчас, умываетесь, приводите себя в порядок, словно ничего и не было, ясно? — командовал тот. Мы лишь смирно кивали головой. — Дальше значит, — думал он. — Придёте к ней с нормальным таким, обычным настроением, хорошо? Не показывать свою скорбь и грусть. Это категорически запрещается! — поставил он запрет. — Всё это время вы должны дарить ей позитив, заботу и любовь! В общем исключительно положительные эмоции! — заявлял и сейчас на его лице читалась лёгкая улыбка. Всё потому что он давал искренние советы и поистине хочет, что бы мы морально помогли близкому человеку.
— К слову о времени... — через силу спрашивал Олег. Такой вопрос показался бы странным, но не сейчас и не при этих обстоятельствах. — Сколько... Как бы это сказать... — замялся Олег.
— Честно, мы не можем точно говорить, — прервал старшего врач, ведь видел как тяжело говорить это вслух. — Состояние запущено, я не хочу давать ложных надежд, поэтому когда скажу, вам не стоит обнадёживать себя и точно доверять срокам. Ей осталось два - три месяца, но повторюсь это не точно. Всё может произойти гораздо раньше, но мы будем делать всё, что бы отсрочить это как можно дальше. — говорил доктор.
— Хорошо... — тускло отвечала я. — Тогда мы можем идти? — спросила я.
— Да — ответил он коротко. Мы с братом робко поднялись со стула и направились к выходу.
— Значит, сегодня можно зайти? — уточнил Олег.
— Да, можно, но помните о моих правилах. — напомнил доктор.
— Обязательно. — кивнул Олег и мы вышли из кабинета.
— Слушай, Олег... — начала я неловко. Мне нужно будет уже совсем скоро идти в самолёт потому что Мел позвал, но я не знаю как туда собраться и настроиться. Может вообще не идти? Да. Так будет лучше.
— Что? — спрашивает братец.
— Нет, уже ничего. — поправляюсь я, а Олег кидает на меня непонятный взгляд, который я стараюсь просто игнорировать. Быстро достаю телефон и в темпе печатаю Мелу сообщение.
Женя
Не смогу прийти. Прости.
Забрасываю телефон обратно, в свою небольшую спортивную сорочку и спешу быстро перебирать ногами, что бы не отстать от Олега. Мы направились по больничным туалетам, что бы привести себя в порядок. Олег выглядел таким же заплаканным. Для меня это было в новинку, видеть его слёзы было удивительно. Но больно. Больно от того, что он плакал от ужасающей причины. Лучше бы я никогда не видела его слёз, они и в правду многого стоят. Умывшись и обтерев лицо о бумажное полотенце я взглянула на себя в зеркало. Фальшиво улыбнувшись, я заметила каждую мелочь на лице. Видела красные пятна оставшиеся на щеках из-за слёз и стресса. Заметив то, что скрыть не удалось, я почувствовала себя жалкой и вспомнила все причины слёз. Глаза снова защипало, а губы скривило в истерике. Я сразу вскинула руками и махала ладонями у лица создавая эффект ветра, пытаясь как бы высушить слёзы. Отвернувшись от зеркала, что бы больше не заплакать, я принялась вытирать слёзы бумажным полотенцем и успокаивать себя. Немного посидев, упёршись о раковину, я успокоилась. Громкий стук в дверь отвлёк меня и я сразу очнулась. Это был Олег, видимо он закончил раньше и заждался меня снаружи. Выходя я вновь прислонила холодные руки к лицу, что бы «остыть».
Мы направились к маминой палате. Всю дорогу, проходя через этот длинный, казалось, вечный коридор, я пыталась настроить себя на позитивную мысль. С улыбкой вышагивая к палате я выглядел максимально странно и даже жутко.
— Что с тобой? — нахмурился Олег, когда остановился у двери палаты. Я сразу оборвала себя.
— Просто, пытаюсь сделать лицо попроще. — объясняю я. Олег с усмешкой смотрит на меня и выдаёт:
— Лучше ничего не делай... — фыркнул парень и открыл дверь палаты. Свет исходящий из палаты ослепил меня и я прищурила глаза. На улице весна, уже вечер, солнце садиться, а палата на первом этаже, но с настроением всё плохо. Это не та весна и не тот май о котором я всегда мечтала.
— Мам... — тихо сказала я глядя на неё. — Как ты?.. — спросила я, присаживаясь на стульчик у кушетки. Сразу же наткнулась на осуждающий взгляд Олега. Отбросив эти вопросы я потеряла вообще все слова и вопросы.
— Нормально, Жень, не переживай. — ответила мама, с лёгкой улыбкой на лице. Я не верю в то, что она улыбается. Она делает это что бы нам не было грустно, но она вовсе не должна заботиться о нас. Сейчас самое главное - это её состояние. — Ты знаешь... да? — спросила она.
— Да, мам, знаю. — твёрдо отвечала я. — И мне обидно, что ты умолчала об этом. — сказала я правду. Олег продолжал осуждать меня взглядом, но мне плевать. Я говорю как есть и не собираюсь врать маме. — Мы поможем тебе, мам, всё будет хорошо. — искренне говорила я, поцеловав её руки. Не знаю, возможно ли это, но я верю и хочу верить в то, что она вылечится и мы осуществим мечту, слетаем на море.
Мой телефон в сумке резко завибрировал, так как стоял на беззвучном режиме. Отвлекаясь, я достала его и увидела на экране блокировки множество сообщений от Мела, а так же один пропущенный. Разблокировав мобильный я открыла переписку.
Мел
Что?
Мел
Нет, Жень
Мел
Ты должна прийти!
Мел
!!!!
Парень буквально спамил мне, а после понял, что я не отвечу и позвонил. Но что там такого важного?
— Мамуль, ты не обидишься если я уйду, я не надолго, честно! Очень постараюсь успеть до конца посещений! — говорила я.
— Я не обижусь Жень, но прийти ты уже не успеешь. — ласково улыбнулась она. — Посещения до восьми. — сказала она. Я поняла, что мне как раз это подходит, но восемь часов совсем скоро и мне надо успеть добраться до самолёта.
— Спасибо, мамочка, тогда я побежала! — смачно чмокнув маму в щёку я в спешке вышла из палаты. Даже не знаю, что там на лице у Олега...
Вечер. 20:00. Заброшенный самолёт.
— Мел, я надеюсь у тебя правда что то важное потому что я пошла ради этого на большие жертвы. — поднимаясь говорила я, глядя в пол.
Я знаю, что Мел был уже в самолёте, потому что чувствовала чьё то присутствие, но моя нога попала в дыру в полу и я застряла. Ко мне вдруг подбегает Мел и я даю ему руки, что бы он помог мне достать ногу. Тут, я чувствую, что руки не те, вернее чувствую чьи то родные руки. Медленно подняв взгляд, я вижу перед собой Ваню. Проморгавшись, я думала мне показалось. Нервно сглотнув я потеряла все слова и вопросы, которые когда то хотела ему задать. Глаза самовольно заслезились, но не скажу, я была так рада его видеть, сново касаться его. Он смотрел на меня через густую капну кудрявых волос, которые вечно закрывали ему глаза. «Ничего не изменилось» - хмыкнув подумала я. На меня через чёлку просвечивались тёмные глаза, от которых ноги подкашивались, но он держит меня, а моя нога намертво застряла в полу. Достав мне ногу, он продолжал держать меня за руки и чего то ждал. Но меня накрыла обида, за то, как он со мной поступил и за то, что я столько дней и ночей плакала по нему. Скинув его руки со своих, мой взгляд сменился на суровый и требовательный. Пройдя мимо него, я специально толкнула своим плечом его, и дойдя до сидений, присела.
— Забавно, — фыркнула я. Положив ногу на ногу, я легонько качала ей вперёд-назад.
— Жень, — начал Кислов. — Я хотел сказать... — я не дала ему договорить.
— Нет. — твёрдо сказала я. — Не извиняйся. — сказала я вдруг. — Я доверила тебе. Моя ошибка, не твоя. — произнесла я. — Поверила во всё это, а ты просто врал! — поднимала я голос. — Ты всегда врал! Зачем ты сделал это, а? — искренне не понимала я. — А сейчас, зачем пришёл? Я только начала нормально жить, без тебя! Ты либо появись и не исчезай, либо исчезни и не появляйся! — говорила я. Кислов слушал, но я видела в его скрытых глазах злость, агрессию. — Я скучала по тебе, и верила, что ты тоже. Но я без тебя не могла, а ты видимо, можешь. — сказала я не громко.
— Успокойся, пожалуйста. — вдруг говорит кудрявый. — Ты даже не выслушала меня. — сердито продолжает парень. Я лишь усмехаюсь.
— Да? А что мне слушать? — спрашиваю я. — Знаешь, сначала я думала, что у тебя проблемы или что то в этом роде. Оправдывала твой странный поступок и надеялась на лучшее. Но наконец до меня дошло! Тебе плевать, и всегда было плевать! Ты вспоминал обо мне только тогда, когда тебе было скучно! — на нервах говорила я. — Спасибо психологу, вправил мне мозги, может так и убивалась бы по тебе сейчас! — сказала я.
— Значит.. — задумался Кислов. — Ты ко мне больше ничего не чувствуешь, верно? — спросил он невзначай. Я сразу притупилась. Ответь положительно я не могла, ведь это лож. Я до сих пор люблю его, кого я обманываю? Но и сказать этого я тоже не могу. Хватит с меня унижений.
— О каких чувствах ты говоришь? — хмыкнула я. — После того, что ты сделал, у меня осталась только ненависть к тебе. — серьёзно говорила я. Вот что обида может сделать с человеком. Не смотря на свою огромную любовь и возможность вернуть всё, я говорю самые колкие слова, которые втопчут наши отношение в самое дно.
— Я не верю тебе. — ухмыльнулся Кислов. Меня возмутило его поведение. Я говорю ему о серьёзных вещах, а он продолжает улыбаться и показывать своё самолюбие. Ну конечно, как же я могу забыть Ивана Кислова. Это же гроза девчонок.
— Я тебе тоже. — заявила я. Мой ответ вовсе не звучал забавно и мы оба понимали о каком доверии идёт речь в моём случае. — Я не хочу больше тут находится. — говорю я и встаю с сиденья. Единственный путь на выход это через Кису, ни как иначе. — Пропусти. — безразлично говорю я, остановившись напротив него и стараясь не смотреть в глаза.
— Неа. — твёрдо произносит кудрявый, а у меня срывает колпак. Поднимаю на него глаза и хмурюсь.
— Кислов, ты совсем придурок? — спрашиваю я. — Я смотрю мозги посеял где то, дак это не проблема, катись туда от куда пришёл и желательно больше не возвращайся! — продолжала я, с фальшивой ухмылкой на лице.
— Да-а-а? — вопросительно тянет он. — Может и вернулся бы, но боюсь ты этого не хочешь. — улыбнулся Киса.
— Ты серьёзно достал меня, Кислов! — уже не сдерживалась я. — Что за дерьмо? Ты свалил куда то не сказав мне ни слова! А потом, спустя долбанный месяц с хером вернулся и строишь мне глазки!? — в недоумении кричала я на него.
— А ты можешь перестать винить меня во всём, а? — хмурился парень, улыбнуться больше не было. Кажется, я тоже его достала. — Ты не знаешь ничего, ясно? Не знаешь почему я уехал и чего мне это стоило! Поэтому защёлкнись! — повышал он голос. На глазах навернулись слёзы, от обиды и страха. Не в силах больше оставаться тут, я не посмотрела на то, что он стоит впереди и быстро прошла, так же сильно толкнув его плечом. — Куда ты пошла? — в след говорил Кислов. Я открыла дверь самолёта, но держась за ручку она словно сама тянулась в ту сторону. Это был Мел, мы открыли дверь одновременно.
— Мел... — в слезах, тихо сказала я. — Ты.. Почему ты идёшь только сейчас? — спросила я.
— Да там... мама задержала, в общем так получилось! — в спешке говорил Меленин, попутно поднимаясь в самолёт. — Зато вы поговорили, не так ли? — улыбнулся он, смотря сначала на Кису, а потом на меня.
— Так ты знал? — ухмыльнулась я. — Конечно знал, но не сказал. Лучше же сюрпризом! — вскинула я руками. — Ну и как? Удался? — спросила я, глядя на Кислова. Он закатил глаза и упал на сиденье.
— Я так то тоже не знал, что ты тут будешь. — сказал Ваня. — Мне нужно было поговорить с Мелом. — продолжил он.
— Ааа! Дак если бы Мел меня не позвал, ты бы так и не объявился? — усмехнулась я. — Ясно! — сказала я. — Тогда хорошо вам по-го-во-рить! — выделила я последнее слово и собралась уходить.
— А зачем мне объявляться? Ты сейчас прекрасно доказала, что не хочешь меня видеть. — в спину сказал Кислов и я тормознула. Нужно было что то сказать, но я не знала, что говорить.
— Жень, останься. — попросил Егор. Выдохнув, я развернулась к ним лицом и прошла к Мелу, садясь рядом с ним.
— Ну, говори, — начала я, хлопнув ладошками по коленям. — Что ты там так хотел рассказать? — продолжала я. — Мы слушаем.
— В общем...
У Кисы.
За день до отъезда.
Вчера с пацанами немного выпили. Ну как немного? Достаточно. Ничего с бодуна не помню. В школу я сегодня конечно не пошёл, да и вообще, я вроде как уже неделю пропустил. Единственное я помню точно - мне нужно сегодня зайти к маме в парикмахерскую, она сказала, что мне пора постричься. Не то что бы я прямо хочу этого, но скоро лето, жарко наверное будет. Лениво поднявшись с кровати, я быстро оделся и взял с собой рюкзак, ведь после этого я пойду к пацанам. Не думаю, что их состояние лучше моего.
Уже у парикмахерской, когда я заходил, от туда на меня выбежал парень и чуть не столкнул с ног.
— Антипыч, твою мать! — выругался я. — Куда летишь супермен!?
— Да так, — почему то усмехался тот. — Важные дела. — продолжил он и быстро ушёл.
— Ага... — фыркал я, глядя на то как он уходит. — Деловой, сука.. — себе под нос бормотал я и зашёл в парихмахерскую. — Привет, Мам! — задорно сказал я проходя внутрь. — Здрасьте, тёть Оль. — поздоровался я с мамой Жени.
— Ой, Ванечка, я уже думала ты не придёшь. — говорила мама.
— Ага, она уже с ног до головы тебя отругала. А я всё это слушала. — рассказывала тётя Оля.
— Да, мама это любит.. — тихо сказал я. — Ма, давай ты меня быстренько пострижёшь, а то я ещё к пацанам пойду. — объяснялся я и садился за кресло, отсматривая себя в зеркале. Мама накрыла меня специальной тканью, что бы волосы не остались на одежде. — Блин, мам, ты че так резанула то? Меня же не узнают! — удивился я. — Не надо так коротко, мне чисто подравнять. — пояснил я.
— Ну Вань, какой подравнять? Лето скоро, будешь ходить с прилизанными от пота космами, — пугала меня мама. — И не одна девочка тебя больше не полюбит... — наклонившись шепнула она мне на ухо.
— Мам, ну ты о чём вообще? — фыркнул я, хмуря брови. — Мне вообще Женьки хватает, а ей я нравлюсь в любом виде. — самоуверенно говорил я. А краем глаза заметил как улыбается тётя Оля.
В итоге мама постригла меня так, как я и просил. Но всё же было короче, чем я хотел.
— Пасиб, ма — улыбнулся я ей.
— Не за что, Вань. Долго не гуляй. — предупреждала мама.
— Мам, я не маленький. — кинул я напоследок. — До вечера. — сказал я и вышел из парихмахерской.
Неподалёку от парихмахерской я увидел Константина Анатольевича. Не скажу, что хочу с ним пересекаться и как то контактировать, поэтому я пытался пройти и не попасться ему на глаза.
— Кислов! — крикнул Хенкин. Пробегая, я услышал его зов и тормознул. Улыбка с лица спала и я устало остановился, повернувшись к нему. — Иди ка сюда. — позвал он меня. Лениво плетясь к нему, я уже готовился к худшему. Он умеет испортить настроение и достать меня тупыми вопросами. Хотя бы сейчас ему нет к чему прикопаться. — Чего в рюкзачке то? — с призрением спрашивал мент. Я лишь ухмыльнулся и с уверенностью стянул с себя рюкзак, кинув его в грудь Хенкину. Тот медленно расстегнул его и заглянул внутрь. — Я надеюсь ты идёшь не к моему сыну? — сказал он и я незамедлительно ответил ему на зло:
— О да, Константин Анатольевич, я иду именно к нему. — ухмылялся я. Всё дело в том, что в рюкзаке лежало несколько стеклянных бутылок пива. Надо же будет нам опохмелиться. Дальше он осматривает боковые карманы и вытягивает из правого кармашка пакет с порошком. Тут я реально на жопу присел. Нервно заглотнувш я даже не мог представить, что будет дальше.
— Видимо, сегодня ты никуда больше не пойдёшь. А может не только сегодня. — говорил серьёзно мент, осматривая пакет с порошком. — В машину. — сурово приказал тот. И у меня не было другого выхода, я просто сел в машину. Хенкин довёз меня до участка и высадил. Он взял в руки наручники, а я сразу посмотрел на него с призрением.
— Серьёзно? Наручники? — спросил я. — Я сам могу дойти. — сказал я и вошёл в участок. Следом за мной вошёл и Константин Анатольевич. Сразу пройдя внутрь я увидел там Олега. Какого чёрта? Он сидел и болтал с ментом, если я не ошибаюсь это старший брат Антипова.
— Принимайте. — сказал Хенкин. Все сразу обернулись на меня, в том числе и Олег. — Антипов, займись. — поручил Константин Анатольевич.
Тот сразу поднялся и подошёл ко мне, а за ним и Олег. Кажется он меня узнал. Пока, он не говорил ни слова. Старший Антипов отвёл меня в комнату допроса, туда же с нами зашёл Соболев. Меня усадили на стул, а напротив сел мент. Он осмотрел рюкзак и тот самый порошок.
— Опять с наркотой? — спросил тот. — С ума сойти, тебя жизнь вообще ничему не учит? — удивлялся парень.
— Ты что наркоман? — нахмурился Олег от услышанного.
— Ты его знаешь? — удивился Антипов старший, переводя глаза на Олега.
— Можешь оставить нас? — попросил Соболев.
— Могу, но не надолго. — одобрил мент и вышел из комнаты. Его место, прямо напротив меня занял Олег Соболев.
— И как давно ты этим занимаешься? — спросил он у меня.
— А как давно ты начал подрабатывать в полиции? — стебал я в ответ, но кажется это было ошибкой.
— Отвечай. — грубо говорил тот. — Как ты посмел встречаться с Женей, наркоман ты херов. — с отвращением спрашивал он, глядя на меня.
— Что такого в том, что мне нравится твоя сестра? — спрашивал я.
— Знаешь, ничего. Плохо то, что ей кажется нравишься ты - утырок! — повышал голос Олег. — Она вообще в курсе, что ты наркоман? — хмурился тот.
— Нет. — соврал я. Не хотелось подставлять её тоже. — Буду благодарен если ты не скажешь.
— Ох, поверь, не скажу. — говорил он. — Потому что вы не будете вместе, ты бросишь её. — сказал вдруг тот.
— Что? — опешил я. — Ты себя слышишь, старичок? — хмурился я.
— Я то слышу и до тебя быстро дойдёт. — серьёзно говорил Олег. — Моя сестра не будет встречаться с наркоманом, поэтому ты бросишь её и желательно вообще уедешь из этого города. — продолжал он.
— Ты серьёзно думаешь, что я откажусь от неё? — усмехнулся я.
— Конечно, иначе я сделаю всё, что бы ты сел и на срок как можно больше. — угрожал Соболев.
— Гандон. — фыркнул я. Мне не чего больше сказать. На моё обзывательство он лишь лицемерно рассмеялся. Я был зол как никогда. Меня раздражало то, что я ничего не мог сделать. Чувствую себя беспомощным и бесполезным.
— Завтра что бы тебя не было в городе. — приказным тоном сказал Олег и вышел из комнаты. Сразу после него вошёл Антипов старший.
— Свободен. — кинул он мне. Мало сказать, что я удивлён. Хотя есть догадки. Я встал со стула, с меня сняли наручники и направляясь к двери я вдруг остановился.
— Это он сказал меня отпустить? — спросил я.
— Не понимаю о чём ты. — прикидывался тот. Я лишь усмехнулся и принял это за «да».
***
Я дошёл до парней. Не став рассказывать им то, что со мной произошло, я был очень задумчив и даже представить не мог дальнейшую жизнь.
— Кис, всё норм? — беспокойся Меленин. — Ты какой то загруженный, что то случилось? — переспросил он.
— Да всё в норме, забей.. — отмахнулся я, легко улыбнувшись другу. Хэнк запаивал байк, Гендос откисал, а мы с Мелом думали каждый о своём. Вдруг двери гаража со скрипом открываются и заходит Женя. Всё внимание парней сразу падает на неё, а я поднявшись с дивана спросил: — Что ты тут делаешь? — окинув её взглядом с ног до головы, сказал я.
— Ты поспорил на меня? — с ходу спросила Женя. Я впал в ступор. Что? Поспорил? Я молчал, опустил глаза и первая слеза проложила дорожку на её щеке. Ни говоря больше ни слова она вышла, видимо приняла моё молчание за «да». Но я не спорил на неё, не знаю от куда она взяла такую информацию, но судя по её переживаниям, всё серьёзно. Даже не знаю почему я молчал. Может потому что был слишком удивлён и не смог подобрать слов, а может я понял, что это удобный вариант, ведь так она возненавидит меня и не станет думать обо мне когда я уеду.
— Кис.. — начал тихо Мел.
— Не сейчас! — крикнул я на нервах. Схватив куртку я выбежал на улицу. Жени и след простыл. Холодный воздух обвил все лёгкие, щёки моментом покраснели, а дыхание прерывалось от бега. Почему всё так дерьмово. Без сил упав на холодную землю, которая уже давно избавилась от снега и пустила зелёную траву, я пытался найти в себе силы перенести всё это. Но сука я сидел и плакал! Будто даже не мог сдержат слёз, они тупо стекали с глаз, которые даже не покраснели.
***
— Мам, я.. тут подумал, — не смело подходил я к маме, которая была увлечена готовкой.
— Кстати, Вань, к тебе Женя заходила, я сказала что тебя нет. Она тебя нашла? — поинтересовалась мама. В голову вновь всплыли воспоминания сегодняшнего дня, то как она убежала от меня в слезах.
— Мг, — хмыкнул я. — Нашла. — хмуро отвечал я.
— Так что ты там хотел? — напомнила она мне.
— А.. точно, — опомнился я. — Я хочу уехать жить к дяде Мише. — сказал я. Она резко тормознула и отложила лопатку. Повернувшись ко мне переспросила:
— Что?
— Я говорю: хочу переехать к дяде Мише. — повторил я. Дядя Миша - это родной брат мамы. Они редко общаются, но раньше он часто у нас бывал и очень хорошо ко мне относился. Говорил, мол «Вырастешь, приезжай, мы найдём общий язык». Собственно поэтому я и вспомнил о нём, сейчас мне бы не помешала его помощь.
— Зачем тебе туда? У тебя же выпускной класс? Что за глупости? — сердилась мама.
— Я решил, что хочу выпустится там, а потом сразу поступлю в училище. — объяснял я. Мне неужели было убедить маму в том, что я сам хочу этого.
— Не понимаю... Вань, зачем? — спрашивала она. — С учителями проблемы что ли? — предположила она.
— Нет, всё хорошо, просто мне нужно сместить обстановку. Мне кажется, что если я не уеду сейчас, то на всю жизнь останусь в этом Коктебеле сраном. — импровизировал я с ходу и кажется получалось неплохо.
— А Женя? Для тебя важнее сменить обстановку? — надавила на больное она.
Я даже не знал что ей отвечать на это.
— Мы расстались. — первое что пришло мне в голову. Так мама не будет задавать лишних вопросов, а мне не придётся искать на них ответы.
— Что? Когда? Сегодня? — спрашивала мама. Кажется в её голове сразу сложился пазл.
— Да, так вышло. — я решил не придаваться подробностям.
— Мне жаль, Вань. Женя мне очень нравилась, я не думала... — не договорила она.
— Всё, мам! — не в силах больше слушать это сказал я. — Хватит. Я уезжаю завтра в обед. — поделился я и ушёл собирать необходимые вещи на первое время.
***
На вокзале было так пусто. В том смысле, что я покидаю это место, возможно навсегда. А людей тут конечно навалом, как обычно. О своём отъезде я доверился сказать только Мелу. Мне было важно, что бы хоть кто то из близких для меня людей попрощался со мной.
— Мел, я не спорил на неё... — признался я. Думаю не смог бы жить, зная что она ненавидит меня.
— Что? — нахмурился тот. — Почему ты молчал? — возмутился он.
— Всё трудно. Просто знай, что я никогда бы так не поступил. — слабо улыбнулся я.
— Верю. — искренне сказал Мел. — Секунду, — сказал парень и отошёл от меня доставая телефон. Вернувшись он продолжил:
— Может скажешь зачем уезжаешь? — не переставал Мел. Я понимаю его любопытство, его лучший друг в один момент просто говорит, что уезжает, но не говорит, куда и зачем. — Хорошо, я уже понял, что ты не расскажешь.... — разочаровался тот. — Просто пообещай, что с тобой всё будет хорошо. — искренне говорил Мел.
— Обещаю. — без сомнений ответил я. После Меленин крепко обнял меня, и мне показалось, что такого тепла я ещё никогда не чувствовал. Мы всегда ценим, когда теряем. Глаза даже сука заслезились.
— Ты чего? — заметил это Мел.
— Да так, соринка в глаз попала. — отмахнулся я. Мел лишь посмеялся. — Ладно, я пошёл, уже грузиться надо. — сказал я.
— Может ещё чуть чуть постоишь? — задерживал меня Мел.
— Но уже садится надо. — сказал я.
— Ладно. — выдохнул он. — Удачи, Кис! — грустно улыбался Меленин. Подойдя в входу в поезд, я вдруг остановился и обернулся на Мела.
Наши дни.
— Как то так... — сказал Киса.
— А дальше что? — спрашивала я. Мне нужно было знать всё. — Почему ты вернулся? — задала я главный вопрос.
— Уже у дяди Миши, я понял, что меня подставили. — продолжил кудрявый. — Это Антипов, он подкинул мне наркоту. — уверенно говорил Кислов.
— С чего ты взял? — ждала я доказательств. Он хотел было что то мне ответить, но начал Мел:
— Ты думаешь ваше столкновение у парихмахерской не случайность? — сразу догадался Меленин.
— Именно. — сказал Киса. — Я уверен в этом. Когда Хенкин осматривал рюкзак, я был уверен как никогда, а это значит, что там просто не могло быть наркоты! К тому же я не помню что бы клал туда что то. — объяснял кудрявый.
— Но это же было на утро после того как вы пили, может ты положил когда был пьян, поэтому не помнишь? — как вариант предполагала я.
— Нет, точно нет. — категорически отрёкся Кислов. — Я даже бухой такой херни не вытворяю, мне свобода очень дорога. — продолжал он.
— А что дальше? — спросила я. — Тебе наверное нельзя показываться. — говорила я.
— Да, отсижусь тут. Не думаю, что сюда сунуться, всё равно все думают, что меня нет в городе. — объяснял парень. — Нужно найти доказательства, что я не виновен и наркота не моя. — рассказывал он план действий. — Об этом уже завтра, уже поздно. — сказал он.
— Мы что нибудь придумаем, Кис. — сказал Мел. — Я тогда пойду.. — встав с сиденья сказал Мел.
— Давай, до завтра. — мы попрощались с Мелом. Когда он ушёл, повисло неловкое молчание. Которое я вскоре прервала.
— Ладно, я наверное тоже пойду. — быстро встав я уже хотела уйти.
— Жень.. — послышался Ванин голос. — Ты тогда правду сказала, что ничего кроме ненависти ко мне не испытываешь? — спросил вдруг Ваня. Моё дыхание участилось, а язык словно онемел. Всё внутри кричало о любви к нему, я прямо сейчас была готова кинуться в его объятия, лишь бы снова почувствовать его прикосновения и вдохнуть его одеколон.
— Нет, я соврала. — коротко ответила я, не поворачиваясь к нему лицом и так же быстро вышла от туда.
Конец 63 главы.....