Глава 50
От лица Кисы.
Я сидел на базе и ждал пацанов. На улице во всю хреначит дождь, но все придут, я в этом уверен. Мы собираемся тут всегда в независимости от погоды, ведь лучше вытерпеть десять минут ходьбы под дождём, чем терпеть ссоры родителей, допросы отца, и всякого подобного.
Дверь вновь со скрипом раскрылась и сюда вошёл Гена:
— Опа.. — сказал Гендос при входе. — Пацаны! — кликнул он и остальные тоже подоспели к дверям.
— Гендосина, че встал в проходе! Дождь же, пусти! — ныл Хэнк. Он до нитки промок, казалось его куртку можно было выжимать, а в проходе встал Гена и не давал ему пройти.
— Что за люди! — сказал друг когда увидел меня, отвлекаясь от своей куртки.
— О, Кис, здарова. — говорил Мел. Парни отряхивались от дождя, стоя в проходе.
— Какими судьбами, блудный сын? — спросил Гена, проходя к дивану.
— Че сразу блудный? — уточнил я, немного нахмурившись.
— А то, что тебя не видно не слышно, Кисуля! Где ты был? — спросил старший.
— Реально, Кис, с бабой своей совсем забил на нас. — поддакивал Хэнк.
— Слыш, какая она тебе баба? — начал я гнать. Что я упустил то опять? — Не че я не забыл! Дела были, не всё же мне с вами торчать. — сказал я.
— А щас че тогда пришёл? Женька к себе не пустила? — смеялся Гендос, трепля меня по голове, я сразу раздражённо отдёрнул о него голову.
— Да ладно вам, пацаны, — успокаивал всех Мел.
— Не, а че ладно то, говорите раз начали! — сказал я. Интересно было послушать, что за претензии вообще такие?
— Что уж говорить то... — вздохнул Гена.
— Может ты тогда её к нам позовёшь? — предложил Мел. Все сразу оглянулись на него.
— А что, можно, она вроде норм. — согласился Хэнк.
— И че ей тут делать с вами? — спросил я. — Она же не как наши девки, поймите, не думаю что ей хочется смотреть на наши бухие посиделки. — сказал я.
— Почему сразу бухие? — нахмурился Мел.
— Даже не знаю! Наверное потому что у нас по другому не получаеться! — вскинул я руками и подорвался с дивана.
— Приводи, нормально всё будет. — уверял Меленин, но я сразу для себя отрезал эту тему, а в голову пришла мысль получше.
— Не, пацаны, есть у меня идейка получше. — ухмыльнулся я.
***
Мне нужно было срочно успеть к клиенту. На улице дождина, а я ковыляю к детской площадке, что б толкнуть товар, вот мне делать не чего. Женю я в свои дела не посвящаю, она итак на меня взъелась когда узнала о моей весёлой жизни, щас вообще убьёт. На площадке я простоял пять минут и успел с ног до головы обосрать этого клиента, сука, какого хера я под дождём стою и жду его. Решившись заглянуть в телефон я увидел сообщения Жени, на которые пока отвечать мне было некогда и сообщения от того самого незнакомого номера.
+7953...........
На улице дождь херачит
Жду тебя в подъезде 2.
Пиздец. С недовольной миной я зашёл в тот подъезд, промокший как носок, поднялся по этажам и нашёл чувака. Выглядел он мягко говоря необычно: на голове у него ирокез ещё и зелёный, сам он в кожаной куртке, панк какой то.
Парень сразу дёрнулся как заметил меня и потушил сигарету, о бетонную плиту.
— Здорова — первый начал он и вытянул руку.
— Хеллоу — усмехнулся я и пожал ему руку.
— Серый.
— Киса — быстро обменялись мы погонялами и я сразу передал ему товар. — Давай, удачи. — кинул я и собрался выходить как увидел ментовскую тачку бати Хэнка под окном. — Пизда! Валим! — сказал я и кинулся бежать через задний ход.
Там меня словил сам Константин Анатольевич. Мент взял меня за шкирку и смотрел так, словно приведение увидел. Наверное он был удивлён.
— Кислов? — глядя на меня ахеревшими глазами, спросил он.
— Константин Анатольевич... Здрасте.. — улыбнулся я.
Он вдруг разозлился и так же грубо держась за шкирку тащил меня к машине.
— Садись. — сказал он коротко, швыряя меня к машине.
Я и сел. Пиздец. Я старался быть максимально спокойным, но это нихуя не так! Меня впервые поймали, ещё и батя Хэнка. Я наверное даже представить не мог, что будет дальше и к чему всё это приведёт.
— И давно ты этим занимаешься? — спросил мент, сразу как только сел в машину.
— Нууу... — задумался я, откидывая голову назад, делая спокойный и безразличный вид, но на самом деле было тяжело даже дышать. Давило всё, машина в которой дохуя прибавлен кондиционер, куртка которая на половину сырая, этот контраст сводил меня с ума. — Месяца три. — сказал я подумав.
— Вот скажи мне, как так получается? — нахмурился мужик, поворачиваясь ко мне на заднее сиденье. — Ты вроде умный парень, мать у тебя такая добрая, любящая, друзья хорошие, а ты с этой дрянью связался. — говорил он. Лекции мне его меньше всего сейчас нужны. Я устало выдохнул надеясь на лучшее. Что то всё же во мне цокнуло когда он сказал про маму, я и в правду мудак.
— Вы только маме не говорите... — опуская голову попросил я.
Мама не должна знать об этом. Мне не перед кем не стыдно, но перед мамой я уязвим всегда. Она ведь и правда души во мне не чает, а я мудак тупой как всегда подвёл.
— Да? А почему я не должен рассказывать, а? Вот скажи мне, почему? — надоедал Хенкин.
— Просто не надо. — твёрдо сказал я.
На самом деле, она плакать будет. Много плакать будет, а я не хочу что бы она плакала. Я не могу видеть её боль, слёзы. Мне самому от этого больно. Я всю жизнь её берегу, защищаю, а от себя так и не отгородил.
— Уходи. — сказал мент. Я в недоумении поднял на него голову. — Вали я сказал! Ещё раз поймаю за уши к матери отведу! — пригрозил он. А я перестал тупить и быстро открыл дверь, вылетая из машины.
Даже дождь закончился. Хорошо, когда хорошо заканчивается. Я пошёл обратно к пацанам, посижу погреюсь. Придя на базу, я сразу открыл пивка, а пацаны всё бесились друг с другом. Я и вправду давно с ними не сидел.
— Бля.. Кажется я всё таки по вам скучал. — улыбаясь говорил я. Может это были искренние слова, а может действие пива и моего раслабона, об этом уже никто не узнает, даже я сам.
— Конечно, Кисуня, нам то как скучно без тебя было! А то ни одной тупой шутки не было! — подшучивал Гендос, трепля мои волосы.
Вдруг я вспомнил про сообщения от Жени и сразу открыл телефон.
Женя
Привет, занят?
Киса
Для тебя всегда свободен)
Женя
Почему тогда не отвечал?
Киса
Дела были
Женя
Хаха, ты уж определись.
Киса
Чего хотела?)
Женя
Да уже ничего)
Киса
Ладно, позже напишу, я с пацанами.
Женя
Я тоже.
Вот щас не понял. Честное слово, я после этого сообщения пять раз глаза протёр, думал уж может пиво так быстро накрыло.
Поднявшись с дивана я подлетел к Мелк с телефоном в руках, на пару с пивом.
— Слыш, Мел, можешь прочитать, что в последнем написано? — решил я обратиться к Егору.
— «Я тоже» — прочитал Меленин. На лице у него красовалась усмешка которой я поначалу не предал значения.
— Ген, дай сигаретку. — попросил я. Че то прям не по себе стало. Но она ведь шутит?
Киса
Смешно.
Отправил я. Поджёг сигарету и как можно больше затянул. Как только дым попал в лёгкие я ощутил нереальное расслабление, но это не перекрыло нервозу из за Жени. А она всё не отвечала, моментом пропала из сети.
— Не отвечает, сука... — злился я.
— Че там? — спросил Хэнк, вставая рядом со мной и заглядывая в телефон.
— Да Кис, Женьке написал что он с пацанами, а она такая «Я тоже» — поржал Меленин.
— Бля, Мел, я же просил только последнее. — сказал я, продолжая курить.
— Сорян.. — подняв руки вверх, сказал Егор.
— Да она тебя прикалывает — говорил Хэнк. — Это единственное что вас связывает. — сказал Боря.
— Да-да, тупые шутки — поржал Гена, дополняя мысль Хэнка.
— Пиздец, пацаны, идите лесом! — нахмурившись послал я их.
***
Домой я вернулся поздно. Не совсем в трезвом состоянии, но соображал хорошо. Я думал мама спит, поэтому домой крался максимально тихо, ведь не хотел её будить. Когда мне наконец удалось тихо запереть за собой дверь на два оборота, я включил в прихожей свет, так как подумал, что мама спит в дальней комнате и не заметит. Когда свет зажёгся, то в дверном проходе в большой зал, то есть напротив входной двери стояла мама, в своём домашнем халате, который полностью пропитан её запахом и запахом её любимых духов. Только вот мама была совсем несчастной, руки сложены на груди, а печальные глаза глядели на меня с ног до головы. В её лице отражались на меня все отрицательные эмоции сразу и каждая из них приносила мне дикую боль. Она вновь разочаровалась во мне, я вновь подвёл её. Алкоголь словно выветрился из моего организма сразу, как только я её увидел.
— Вань... — шепнула мама. Как жаль, но я прекрасно узнавал эту манеру речи. Голос всегда искажается, когда человек сдерживает уйму слёз, которые он готов в любой момент вылить на показ. Но ещё больше жаль, что мамин голос с этим самым удержанием я слышу так часто...
— Мамуль.. — хотел было я что то сказать, но понял, что я всегда что то говорю, говорю много и всё попусту, я лишь стыдливо опустил свою кудрявую голову, что бы скрыться от маминых глаз. Резкий всхлип раздался и я невольно поднял голову, вновь увидел мамины слёзы. Она стояла и смотрела в сторону от меня, прикрывая рот ладонью.
— Ванюш... — всё пытается сказать мама.
Её дыхание местами прерывается и кажется, что она задыхается, но раз за разом дыхательные пути открываются и она делает глубокий вдох. Я резко сорвался с места и метнулся на кухню, налив стакан воды я поставил его на стол, затем вернулся к маме и нежно придерживая её за плечи повёл на кухню, усадил на стул и дал тот стакан, ранее налитой воды.
— Попей, мам, успокойся.. — тихо сказал я, двигая стакан в её сторону стола.
Дрожащими руками мама потянулась за стаканом и еле подняла его, я аккуратно придержал стакан, чтобы она его не уронила. В такой истерике я видел её впервые, до меня вдруг дошло, что это Хенкин рассказал ей всё, поэтому она плачет так сильно...
Мама сделала несколько глотков и поставила стакан на место. Её щёки покраснели, а глаза набухли, щёки были мокрыми будто она только что умывалась, но не вытерла лицо полотенцем. Солёные слёзы продолжали стекать по щекам, а я медленно коснулся их ладонями и почти обжёгся, ведь мама была жутко горячей. Тогда я крепко обнял её попутно прислоняя губы к её лбу, он к счастью был нормальной температуры, скорее всего это мои руки были холодными.
— Сынок, ты что пил? — ещё больше разочаровавшись спросила мама.
Видимо почувствовала перегар когда я обнял её. Когда то этот момент должен был настать, когда нибудь она узнала бы обо мне всё.
Глядя на неё было тяжело говорить правду, хотелось соврать, сказать что всё хорошо. Мама всегда понимала, что я не идеальный, что я агрессивный, злой, грубый, но она всегда меня любила, возможно в глубине души она знала, что всё будет именно так.
— Немного с парнями посидели, мам. — сказал я правду. Тогда мама, выдохнула и вроде даже успокоилась.
— Константин мне всё рассказал. — сказала мама, не глядя в глаза. — Пообещай, что это был первый и последний раз. — отстранившись сказала она и устало откинулась на спинку стула. Теперь она говорила серьёзней, прямо в глаза.
Я всей душой и сердцем не хотел давать ложных обещаний. Я прекрасно понимал, что если пообещаю, то нарушу это обещание. Но казалось сейчас у меня не было выбора и я сказал:
— Обещаю... — опустив глаза говорил я.
Мама поднялась со стула и пошла, но резко остановившись в дверном проходе, развернулась:
— Доброй ночи.. — пожелала мама и окончательно ушла в свою комнату.
С ужасным настроением и тяжестью в груди, я пошёл спать, надеясь на жуткий кошмар. Уже лёжа в кровати я вертелся и не мог уснуть, зная что за стенкой мама по прежнему плачет. Я слышал её всхлипы, рвание салфеток и прочее, что не давало мне покоя. Этот момент перевернул меня окончательно...
______________
Пишите свои впечатления и голосуйте!
Всех обняла)