39.
- Джонни! - разбудил его шлепок о стол. - Я сомневаюсь, что ты когда-нибудь допишешь свои рукописи, если будешь продолжать спать на клавиатуре. Может, тебе пора отдохнуть? Не считаешь?
Джонни приподнялся и, выпрямившись, помассировал затекшую от неудобного положения шею. Закрыв ноутбук, он растер помятое лицо.
- Подай мне стакан.
Глотнув немного воды, он поставил его рядом на стол и сложив руки на руки посмотрел в сторону своего друга Филиппа.
- Я скоро начну сожалеть о том, что дал тебе ключи.
- Если бы не я, ты бы давно помер с голоду! Вспомни, когда ты в последний раз выходил куда-то? Ты только и делаешь, что что-то печатаешь.
- Мне хватило сегодняшней прогулки по каннскому побережью, завершение которого ты мне испортил.
- О чем ты? А, понял. О своих бредовых снах и красавице Кейт.
- Да, именно.
- Сегодня вы вновь виделись?
- Да, и я почти поцеловал ее, а ты мне помешал, - вздохнул недовольно Джонни, поправляя свои каштановые волосы.
- Ты бы лучше думал о реальных девушках.
- А она реальна. Понимаешь? И места, где мы с ней бываем, они реальны.
- А может ты пишешь об этом, и тебе просто снятся герои твоего романа?
- Нет же, тебе говорю, я не пишу об этом!
- Я думаю, что нам нужно с тобой прогуляться.
Джонни встал, поправляя на себе черную рубашку-поло и темно-синие джинсы, и направился в ванную.
- Джонни, друг мой, ты так молод. А теряешь время на какие-то фантазии, мечты.
Джонатан Райд, молодой талантливый писатель, автор многих успешных романов, посвятивший свою жизнь литературе, часто в свои тридцать три года запирался в своей квартире на окраине холодного города и творил. Лишь изредка отрывал его от работы его верный друг Филипп, работающий в рекламном агентстве, по профессии своей он был болтлив и непредсказуем. Отняв как-то запасные ключи у Джонни для того, чтобы навещать его без предупреждения, он мог делать это в любое удобное для него время, как например, сейчас, когда на часах было всего пять утра.
- И чего ты вообще пришел ко мне в такое время?
- Решил заскочить перед работой.
- Ну да, время-то еще раннее.
Ворчливо он выходил из ванной, вытирая лицо и положив полотенце на плечо. Он налил себе уже давно остывшего кофе.
Оперевшись на кухонный стол, он пил противный холодный кофе.
- И как сидя в четырех стенах ты можешь так выглядеть? Я завидую тебе! Всегда подтянут, в любое время свеж.
- Вероятно, потому, что я, как ты, не слоняюсь ночами по клубам и не пью все, что горит, и не сплю со всем, что движется.
- Какого же ты хорошего мнения обо мне, зато ты, вероятно, хранишь целомудрие для особой девушки.
- Ну уж явно не для тех дев, которых ты мне приводишь.
- Все мне понятно, ты не выспался и ты не в настроении. Я прилягу на диванчик, разбудишь меня через пару часов.
Рухнув на диван, Филипп крепко заснул и громко захрапел.
Джонни поставил чашку на стол и направился в спальню, чтобы сменить футболку на свежую.
Надев, он подошел к окну и посмотрел вдаль на рассвет, как небо переливами от розового до темного меняло оттенки. - Кейт, ах милая Кейт, почему мне суждено видеть тебя только во сне. Я отдал бы все, чтобы ты была реальна и была со мной.
***
- Ну почему все так, вот почему. Черт, черт!
Рассерженная, возмущенная, растрепанная Кейт ворчала и била руками по кровати. В комнате все еще было темно, и в попытках вновь заснуть, она проворочалась до рассвета, так и не сомкнув больше глаз. Утро не задалось, все ей сегодня мешало и раздражало. Лишь изредка останавливаясь и касаясь губ, она задумывалась и слегка улыбалась. - А ведь почти поцеловал, ну вот, почти. - И вновь что-нибудь, что оказывалось в руках в этот момент, летело в стену. Так за полдня было разбито две чашки, растерзана небольшая набитая пухом подушка, пух от которой лежал по всей гостиной, а довольная Кейт, лежа на диване, игралась с перьями. Касаясь губ и кончика носа пером, отчего ей становилось щекотно, она морщила лицо и шевелила носом. Работать сегодня совсем не хотелось, и карандаши летели лишь в стену, не касаясь грифом листов. Не сменив пижаму на что-то другое, она так и бродила по квартире. - Я уверена, что сегодня мы снова увидимся с Джонни. - Она наполняла бокал вином и убирала бутылку вновь на место, чтобы, не дай Бог, не выпить лишнего. Усевшись в рабочее кресло, она все же стукнула по бесполезным на сегодняшней день клавишам. - Так, посмотрим Канны, какие же там на самом деле пляжи. Ну, я не заметила чего-то особого в этом сне для того, чтобы выявить что-то реальное, лишь если только то, что я видела, вроде бы, со стороны, виллу, на которой была написана картина.
Через десять минут, она все же вновь удалилась на кухню, чтобы пополнить бокал. Вилла Калифорния, которая ничем не отличалась от той, что она разглядела вдали.
Допивая второй бокал, говорила сама с собой. - Что это, и как это. Почему я вижу все это. Такое чувство, что это не моя жизнь. Нет, то есть, моя, но не сейчас, может, я вижу то, что видела раньше? В той жизни, может, это воспоминание прошлой жизни? А как еще объяснить это непонятное явление. Вот как?
Просидев, разглядывая пейзажи Канн, она не заметила, что так и не приступила к работе и как опустела бутылка вина, и что на улице вновь темнело. - Мне кажется я схожу с ума, может, это все одиночество. Вероятно, так. Думаю, стоит забрать Франко, пусть будет рядом. Мне с ним всегда было так хорошо. О, как я не подумала об этом, может, мне стоит попробовать писать картины? А что, условия мне позволяют, да и мольберт мешать никому не будет. Ну надо же, я столько читала о разных художниках и их работах, а сама даже и ни разу не попробовала написать хоть одну картину. Какой там, карандашом по бумаге даже не водила. А может, во мне скрытый талант? Точно, решено! Завтра еду брать мольберт, кисти, краски и все остальное. И сделаю репродукцию «Голубей», почему бы и нет. Думаю, моего умения хватит перерисовать белые шарики и зеленые полосочки, якобы, являющиеся деревьями.
Опьяневшая от вина, она сидела на подоконнике как кошка и разглядывала прохожих. Широко зевнув, раскрыв рот на пол-лица, она посмотрела на часы и сделала вывод, что наверное пора лечь спать. Томно вздохнув, взглянула на компьютер, на накопившуюся работу и оставила все на завтра.
- А еще и мольберт нужно купить...
Позабыв о встрече с Джонни, Кейт ни о чем не думая, заснула и проспала до самого утра.
***
- Я не могу сейчас спать, нужно работать. Возьми себя в руки, в конце концов, - слегка бил себя по щекам Джонни, дописывая новую главу. - Нужно еще поработать, не нужно оставлять на потом.
Встав с места, он лег на пол и стал отжиматься. Сделав кофе покрепче, морщась от него, он опустошил бокал и сел за стол. И вновь послышались удары по клавишам. Горячо любимый и заботливый друг Филипп не мог ему сегодня помешать в связи с происшествиями прошлой ночи. И зная о том, что сегодня ему точно никто не помешает, Джонни решил посвятить своим трудам всю ночь.
***
- Так, утро. Утро, слегка болит голова. Джонни не было. Видимо, ему не нравятся не очень трезвые девушки, и он решил не приходить сегодня на свидание, - усмехнулась она, слегка придерживая голову. - Какая же я все-таки дура. Что за ерундой я занимаюсь?! Верю в сны. Какие, к черту, сны! Вчерашний день - вот что в нем был хорошего? А ничего! Из-за этих снов я не сделала ничего в реальности. Хотя мысль о мольберте вполне меня устраивает и сейчас. Но все же..., - отчитывала она себя за выпитую бутылку вина, и за день, проведенный впустую, за накопившуюся из-за этого работу. Хотя приведя чувства в порядок, немного поработав и решив сделать передышку, она все же решила съездить за мольбертом. Выбор не занял много времени. Накупив все, что ей показалось нужным, она привезла домой.
Распаковав мольберт, она поставила его между диваном и камином, передвинув журнальный столик и освободив побольше места.
- Вот тут тебе самое место. - Довольно она смотрела на все это со стороны. - Так, это я сделала, а теперь вновь нужно приняться за работу.
Теперь ей не терпелось мазнуть кистью по полотну. И быстрее доработав, распечатала цветное изображение картины. Она закрепила его на полотно, и пыталась перемешать краски.
- Ох, как же это все непросто, я ведь не сталкивалась с этим совсем.
Небрежно мазнув и увидев, что в этом нет ничего страшного, она продолжила свой эксперимент.
- Каждый день нужно заниматься, и я думаю, что из этого что-нибудь да выйдет.
Вытирая нос рукой и поправляя волосы, она замарала себе лицо.
Стук в дверь и крики Алесандры отвлекли ее от нового увлечения.
- Кейт, открой мне.
- Ну, чего ты кричишь?
- Что с тобой? - Удивлённо и брезгливо посмотрела Алесандра.
- Да вот, решила немного заняться искусством.
- Ну ладно, сама знаешь, чем тебе заниматься. Почему твой телефон уже второй день выключен?
- Ох, я про него совсем забыла, извини.
- Ты забыла! А я что должна думать?!
- Ну, наверно, что я в петле или объелась лекарств. Ты же именно это предполагала, когда мчалась сюда, - накричала на сестру, не дав ей сказать ничего в оправдание. - Хватит, Алесандра, хватит! Прошу тебя. Я же сказала, все в полном порядке, и ничего плохого не произойдет. Как видишь, я развлекаюсь и без дела не сижу. Извини, не должна была кричать. Пойдем, выпьем чаю с пирогом, ты же не зря его купила пару дней назад.
- А ты так его и не съела?
Как ни в чем не бывало поправив на себе одежду, Алесандра направилась за сестрой на кухню.
- И что же ты решила нарисовать, а то мне что-то пока непонятно. - Пыталась рассмотреть хоть что-то, вертя головой, Алесандра.
Кейт успела спрятать рисунок, который закрепила на мольберте, чтобы Алесандра не догадалась, и вновь не стала ей докучать.
- Увидишь. Думаю, я осилю ее за неделю, и потом ты ее увидишь. А потом нарисую что-нибудь и для тебя.
- Ну да, нам как раз в детской нечего вешать.
- Что?
- Нет, ничего, ничего. Рада буду принять столь великий дар.
- Вы все же решили вопрос о детской?
- Я не знаю, это же твоя комната.
- Я все сказала тебе в тот раз, и мнения своего не поменяю. Ясно тебе это или нет?
- Ясно, но мне неудобно, будто я прогоняю тебя.
- Какие глупости ты говоришь. Перестань!
Алесандре стало гораздо спокойнее за сестру, она улыбалась и нашла себе новое увлечение. Довольная от увиденного и попросив зарядить телефон, Алесандра уехала.
Еще немного повозившись с картиной, Кейт решила закончить и убрала кисти в сторону. Заварив себе травяного чаю как раньше, она села на диван и разглядывала свои мазки, пытаясь внушить себе, что это искусство
***
- Твои дико красные глаза мне подсказывают, что эта ночь была у тебя бурной. Дружище, ты вовсе не спал?
- Нет, сегодня было не до этого.
Уставший и обессиленный Джонни сидел на диване, почти сползая на пол.
- А как же Кейт? Наверняка, она ждала тебя.
- Не смешно. И вообще, давай, проваливай, я буду спать.
- А я-то думал, что мы с тобой вдвоем ...
- Не сегодня, давай не сегодня.
- Да вижу я, что не сегодня. Ладно, давай высыпайся. Кейт привет.
Назойливый Филипп ушел, хлопнув дверью. Джонни, уставший, сидел и не мог найти в себе сил для того, чтобы перейти на кровать, не говоря уже о душе. Все же встав и по пути раздеваясь, раскидывая за собой вещи, он упал в постель, не успев даже натянуть на себя одеяло, и сразу засопел.