14
Тук. Тук. Тук.
– Копай быстрее, Лёха, вдруг кто-нибудь вернется?
– Да что-то я уже притомился. Да и кто может вернуться? Ночь на дворе.
– Мало ли. Видал, как мать убивалась? С такой станется.
– Да, жалко женщину...
– Копай давай, не болтай.
Тут. Тук. Звяк.
– Кажись, уже оно, Андрюха.
Скрип. Стало светлее. Тишина.
– Красивая девка, жалко даже как-то, - проскулил Лёха.
– Жалко, конечно, да что поделаешь? Ей на том свете камушки не понадобятся. А тебе жрать на что-то надо? Или голодным ходить будешь? Что, зарплата стала устраивать? Сымай давай с нее колечки.
– Андрюха.
– Ну, чего ты там копаешься?
– Андрюха.
– Подвинься, раз слабак такой. Сам сделаю.
– Андрюха! Она, кажись, того... вздохнула.
– Ха-ха на тебя, что за бред?
И тогда я села.
Мне в лицо ударил луч от фонаря, и я зажмурилась. Когда открыла глаза, увидела две склонившиеся ко мне небритые рожи. Со звяканьем упала лопата.
– ААА!!! – дурными голосами завопили неизвестные мужики и дали деру.
– Стойте! – крикнула я им вслед, но они только завопили еще сильнее.
Я была в замешательстве. В голове плыл туман, никак не удавалось вспомнить, где нахожусь, и как тут очутилась. Обнаружить себя в глубокой продолговатой яме более, чем странно. Больше всего это похоже на... гроб?! Меня похоронили заживо?! Я заметалась по яме, но никак не могла выбраться из нее, так как мешала пышная юбка великолепного белого (свадебного?!) платья. Наконец, я догадалась опустить крышку гроба, встать на нее и руками начала сгребать внутрь ямы рыхлую землю, которую только что вскопали неизвестные мне мужчины. Похоже, недавно прошел дождь, потому что земля была влажная на ощупь. Я запачкала платье, но мне было наплевать. Единственной целью сейчас было выбраться из этого жуткого прямоугольника. Когда земли под ногами скопилось достаточно, я взобралась на нее и, кряхтя, выползла на свет Божий. Темнота была не абсолютной, и я смогла разглядеть вокруг себя множество других могил. О Господи, как меня сюда занесло?! Ночью на кладбище – что может быть лучше?! Впереди замелькал свет. Это бестолковые мужики бегали кругами по погосту, в панике пытаясь найти выход.
– Лёха, идиот, брось фонарь! Оно же нас мигом найдет!
ОНО? Неужели они это про меня? О нет, я превратилась в зомби, в вампира, вылезла из могилы и сейчас начну есть людей! В страхе я посмотрела на свои ногти, но когтей там не увидела. Ногти как ногти, грязные, правда, кошмар! Им теперь поможет только тщательный маникюр. Я прислушалась к себе. Голод действительно ощущался – но был ли это голод, опасный для людей или жажда их крови, точно сказать не могла.
– Послушайте! Лёха! Андрюха! – крикнула я в притаившуюся темноту.
– Она знает наши имена!
– Идиот, да оно просто слышало их, да и все!
Либо у меня вдобавок к вампиризму стал отличным слух, либо на кладбище была хорошая акустика.
– Мне нужна ваша помощь! Мне нужно выбраться отсюда! Я хочу домой! Как видно, меня похоронили заживо! – продолжала я уговаривать сгустившийся полумрак.
– Жалко, кол не воткнули! – пробормотал Лёха, за что получил увесистый подзатыльник, видимо, далеко не первый, судя по качеству его ума.
Наконец, мне надоело ждать, когда благоразумие посетит их головы, и я шагнула в их сторону. Затрещали кусты, кто-то испуганно взвыл, промелькнули две тени. Я кинулась вслед за ними, оскальзываясь на размытых дождем дорожках.
Леха бежал и тоненько верещал на одной ноте, так что я без труда угадывала, куда бежать. Как оказалось, мои ноги были обуты в безумно дорогие белые туфли на высоких каблуках. Их наличие, как и широкая юбка, весьма затрудняли мое передвижение. Когда я добежала до закрытых ворот, две фигуры – толстая и тонкая – уже перелезали через забор. Поняв, что догнать их не успею, я остановилась. Поглядела на табличку, приклеенную к забору – я находилась на Северном Кладбище! Это же ведь за тридевять земель от моего дома! Вот это номер! Ладно, минуту отдыха – и вперед! Царевы так просто не сдаются!
Забор был не очень высокий – строители никак не рассчитывали на сбегающих обитателей. Достав руками до его края, я подтянулась. Проклятая пышная юбка потянула меня обратно. С грехом пополам я все-таки взобралась на забор и оседлала его. Аккомпанементом мне послужил далекий вопль оглянувшегося Лёхи. Ладно уж, пусть бегут, не буду их сегодня есть. Следующей задачей, весьма сложной, было спрыгнуть на землю. Учитывая накрепко застегнутые на моих ногах ремешки туфель, я не могла их снять прямо сейчас, зато рисковала легко подвернуть ногу при приземлении. Набравшись храбрости, я все-таки спрыгнула со своего насеста и, конечно же, не совсем удачно, ударившись правой ногой. Кроме того, я умудрилась разорвать ладошку об острый металлический столб забора. Рана была не маленькой, но все, что я могла сделать – это оторвать полоску от оборки на платье (кощунственно, но другого выхода не было!) и кое-как замотать ладошку. В процессе я умудрилась испачкать и платье, но, думаю, хуже ему уже быть не могло – из красивого королевского оно, испачканное землей и перемазанное кровью, превратилось в грязное замарашкино.
Так как света фар поблизости не наблюдалось, я решила пойти в сторону магистрали, ориентируясь по звуку. Я совсем не заметила, как следом за мной почти бесшумно двинулся «жигуленок», скрытый до этого в тени деревьев. Через какое-то время деревья раздвинулись, и я вышла на дорогу, ведущую к мосту через широкую реку. Мимо с шумом проносились редкие машины. Останавливаться никто не хотел, да и неудивительно. А вы бы остановились, увидев ночью на дороге, ведущей от кладбища, девушку в грязном белом платье? Я бы, наоборот, газанула так, что только б шины задымились. Решив не отчаиваться, я бодренько зашагала к мосту. Эдакий веселенький зомби. Зомби я пробыла ровно до тех пор, пока какой-то «нехороший человек» на полной скорости не промчался мимо, обдав меня брызгами из огромной лужи на дороге! Я остановилась и кое-как стала стирать руками грязную воду с лица и волос, по забывчивости и левой, замотанной оборкой от платья, рукой тоже. Та к тому времени уже пропиталась кровью, и я, по всей видимости, сделала из себя картину еще более удручающую.
В этот момент около меня притормозил огромный черный «Лексус». Из окна выглянул мужик в пиджаке и призывно засвистел.
– Эй, красавица, поехали с нами?
Видимо, он совсем плохо видит в темноте, как и его друзья, поддакивающие из машины.
– Ты че, невеста? Тебя че, жених что ли бросил? – крикнул он и заржал.
– Че-то платье-то у нее того... не гламурное! – Разглядел, наконец, его друг-водитель. – И идет как-то странно, хромает, и... с кладбища что ли?
Кабина взорвалась идиотским смехом.
– Гульчатай, открой личико, - попросил третий парень с лысой, как коленка, головой.
Они сами просили, я тут ни при чем! Я медленно повернулась. Что-то в последнее время вызываю странную реакцию у мужчин. Раньше розы дарили. А теперь орут и бегут в противоположном направлении.
– Мертвячка! – орал водитель. – Я смотрел про такое! Она сожрала кого-то, смотри, морда в крови!
– Газуй, Михалыч! Валим скорее!
– Черт, Димон, тачка заглохла! – Михалыч никак не мог завести машину.
Я приблизилась к ним.
– Помогите, пожалуйста, это не то, что вы думаете!
– Заманивает, курва! – орал Димон. – Щас заговорит и сожрет нас!
– Поесть бы я не отказалась, - уже саркастически заметила я. – Но, может, довезете меня до дома? Поможете девушке в беде?
– Фига-с два тебе, мертвячка! Нашла дураков! – открестился Михалыч и первым выскочил из машины. За ним с другой стороны от меня открыл заднюю дверь третий парень и побежал вслед за другом. Димон дикими от страха глазами смотрел на меня и орал как-то по-бабьи. Наконец, он догадался перелезть через сиденье водителя и скрылся в темноте. Я вздохнула. Ну что за люди? Я обошла машину и села на место водителя. Угонять я ее, конечно, не собиралась, но хоть немного проехаться – и то ножками идти меньше. На одной ноге до дома не дохромаешь. Водила машину я хорошо, но вот далеко уехать мне не удалось – лишь только мост преодолела. За мостом меня ждали машина с мигалками и грозные окрики милиционеров, приказывающие остановиться и выйти из машины, подняв руки вверх. Рядом с автомобилем представителей закона стояла знакомая троица, дрожа от страха.
– Стреляй в нее, товарищ командир! – кричал Димон.
Я вышла из машины и покорно прохромала до милицейского УАЗика с поднятыми руками.
– Прикидывается, зараза, - не успокаивался Димон. Надо же, какой впечатлительный оказался. – Щас как напрыгнет.
– Потише, граждане, - рявкнул милиционер. – Девушка, идите сюда. Зачем вы угнали автомобиль?
– Я не угоняла, - спокойно ответила я. – Просто хотела отдать его владельцу. Ехала тихонько за ними, вот и все.
– Ага, нас вытурила из салона, а сама за руль уселась, да? – заметил Михалыч.
– А лучше было его на мосту оставить с открытыми дверцами, где вы его бросили, да? – огрызнулась я.
В эту минуту, ослепив блеском фар, около нас затормозил «Жигуленок». Из него выскочила худая девушка с короткой стрижкой, смутно знакомая мне. За ней – тучный мужчина с видеокамерой.
– Ты все заснял, Серый? – азартно прокричала девушка. И тут я ее вспомнила. Она вела какую-то дурацкую передачу про паранормальные явления. Я пару раз сталкивалась с ней на студии. Абсолютная фанатка своего дела. Даже немного с приветом. Она подскочила и ко мне и сунула микрофон под нос, начав задавать какие-то глупые вопросы, вроде «как мне удалось выбраться из могилы?», «как я себя чувствую, когда моя душа отсоединилась от тела?», «что меня заставило вернуться?» и в том же духе. Я скептически на нее посмотрела и начала нести всякую околесицу, первое, что придет в голову. Рассказала ей, что жажда крови привела меня к вот этим трем красавцам, и я не успокоюсь, пока не определю на вкус, какой у них резус-фактор. Что только поцелуй истинной любви одного из них поможет им избавиться от меня. Ему, правда, придется мучаться всю жизнь, потому что, во-первых, это больно из-за моих клыков, а во-вторых, он должен будет взять меня в жены. В процессе моего интервью подопытные молодые люди то краснели, то бледнели. В конце Михалыч произнес сакраментальное: «Да-да, я где-то слыхал про такое!», и парни загрустили окончательно. Надо же, не все потеряно, он смотрел сказку про Спящую красавицу. Закончила я свое выступление просьбой не сообщать мое имя на телевидении, а то нашу счастливую жизнь с одним из этих молодцев испортят толпы фанатов. Лера, сияя от восторга, все записала и умчалась создавать фильм, даже не попрощавшись.
Я оглянулась. Да уж, мужчины нынче пошли! Стоят, разинув рты, глаза по пять копеек! Мне повезло, что хоть милиционер попался с чувством юмора. Смена у него была, по-видимому, скучная, а тут такое шоу. Он изо всех сил сдерживал смех, так как по должности смеяться не полагается.
– Ну что, актриса из вас, девушка, получилась бы, прекрасная! – улыбаясь, заключил он. – Такой фантазии можно позавидовать! Только вот странно, что своих не узнаешь, красавица!
Я с удивлением присмотрелась к нему и тут же повисла на его шее.
– Кирюша?! Это ты?!
– Я-то тебя сразу узнал, хоть и загримировалась ты отменно, подруга, - смеялся старший лейтенант Кирилл Абрамов. Дело в том, что где-то полтора года назад, когда меня родная милиция по ошибке приняла за преступницу и забрала прямо со ступеней Университета в участок, этим делом занимался именно он. Когда настоящую преступницу поймали (ею оказалась гримировавшаяся под студентку фальшивомонетчица), меня с глубочайшими извинениями подвозил до дома сам Кирилл. Он даже предлагал мне с ним встречаться, но, как вы уже знаете, в моей жизни существует только Павел. Господи, Паша! Как он там?! Как мои родные?! Я же ничего до сих пор не знаю!
– Что будем делать с этими тремя хлопцами: женить на тебе или так отпустим? – подмигнул мне Кирилл.
– Отпустим, - разрешила я. – Хоть и печально. Они мне понравились.
Парни, счастливые до невозможности, что отвязались от меня, толкаясь, заскочили в джип и умчались. Наверное, и с ночными гулянками отныне навсегда завяжут.
– В участок поедем? – спросил Кирилл. – Или тебя домой отвезти?
– Домой, Кирюша. Мне очень надо домой. Как можно скорее. Но сначала нужно позвонить. У меня на сердце тревожно очень.
Я дрожащими пальцами набирала домашний номер. Трубку подняла мама, сразу же, будто и не ложилась.
– Алло, - сухим и надтреснутым голосом произнесла она.
– Мамочка! – Зазвенел мой голос. – Мамочка, это я! Со мной все в порядке! Я жива.
На той стороне была тишина. Затем раздались рыдания.
– Да как вы можете? Каким зверем нужно быть, чтобы так издеваться?!!
И бросила трубку.
Я ошеломленно смотрела на светившийся оранжевым сотовый Кирилла.
И набрала номер еще раз. На этот раз папа.
– Кто подослал вас? Не смейте больше сюда звонить, изверги! – он был в бешенстве и тоже бросил трубку.
– Что-то я не подумала, что может быть такая реакция...
Тогда Кирилл протянул руку.
– Дай я попробую.