Глава 17
Алиса
Согаль разбудила меня перед завтраком, и мы вместе спустились в горницу. Все семейство Хранителя равнин уже сидело за столом, Елаз и его воины – тоже, а вот из анимов – никого.
− Доброго утра, − улыбнулась я и заняла место возле командира отряда плантаров.
− Доброго утра, Алиэ, − ответил Риган с серьезным видом. – Сегодня важный день. Предлагаю сразу после–с трапезы отправиться в Святилище–с. У тебя будет достаточно времени, чтобы помолиться и принести дары.
− Конечно, благодарю вас, − согласилась я, вспомнив предостережение Согаль.
– Да, и вот еще–с что, – спохватился хозяин, – анимы просили передать, они не смогут сопровождать тебя в паломничестве–с. Вождь Торфед срочно вызвал их в степь. Они встретят тебя с отрядом твоих воинов уже–с на своей территории и проводят в Святилище–с.
Ложка выпала у меня из рук и с громким звяканьем упала на пол.
– Что? – помертвевшими губами выдавила я. – Вы уверены?
Хранитель равнин озадаченно посмотрел в мою сторону, а его жена подала мне чистый прибор.
– Я сам их проводил на рассвете–с, – отозвался он с оскорбленным видом.
– А Олифан ничего не просил мне передать? – не могла успокоиться я.
Риган задумался, а потом сказал:
– Нет, ничего. Он вообще–с какой-то странный был, будто слишком глубоко в свои мысли погрузился. Наверное–с, в степи стряслось несчастье–с. Иначе–с Торфед не вызвал бы сына.
– Анимы нарушили обещание, – обронил Елаз, с презрением поджав губы. – Наш отряд в состоянии позаботиться о вашей безопасности, госпожа. Но я сейчас же отправлю донесение Хозяину леса о поведении охотников.
– Нет! – в испуге вскрикнула я. Все с удивлением покосились на меня, но от комментариев воздержались. – У анимов, надо полагать, были веские причины так поступить. Мы сами доберемся до степей и все выясним на месте. Если повод нарушить обещание окажется незначительным, то я лично отправлю отцу сообщение.
Риган крякнул и налег на еду, взглянув на меня с одобрением, а Елаз нахмурился еще больше и прошептал так, чтобы слышать могла только я:
– Это ваше право, госпожа. Я не буду его оспаривать. Но путь до Святилища Варта в степи неблизкий, всякое может случиться. Анимы поступили недостойно. Олифан дал слово Хозяину леса и попрал его. Это уже достаточный повод для того, чтобы вызвать гнев вашего отца.
– Именно поэтому я хочу сначала разобраться, – не сдавалась я. – Думаю, в степи мы решим все недоразумения, и вообще не придется ничего сообщать в запретный лес.
– Как прикажете, – буркнул Елаз и с хмурым видом принялся за еду.
Я тоже уткнулась в свою тарелку, но аппетит совсем пропал, а в голову полезли тревожные мысли, одна мрачнее другой. Что могло случиться у анимов? Почему Олег уехал не предупредив? Даже если бы там стряслось несчастье с вождем, он обязательно нашел способ сказать мне об этом. Значит, Олег не смог этого сделать, и вид у него был подозрительный со слов Ригана. Неужели его силой заставили уехать? От внезапной догадки внутри все сжалось в предчувствии беды.
– Сходи за подношением, Алиэ, – обратился ко мне Хранитель равнин. – Мои дочери проводят тебя в Святилище–с.
– Хорошо, – ответила я и поспешила наверх.
В комнате Согаль я отыскала среди своих вещей сосуд с розовым раствором и понеслась в горницу. Чем быстрее разберусь с даром для Варта, тем скорее смогу выяснить, что приключилось у анимов.
– Следуй за мной, дева леса, – сказала старшая из девушек и отворила дверь.
Я вышла за ней на улицу, Ноди и Согаль держались позади. На площади нас встретили молодые рейнки в таких же платьях, как у дочерей Ригана, только других цветов. Ромия возглавила шествие, и мы двинулись по широкой улице к Святилищу. Из каждого двора выходили коренастые парни и горящими глазами провожали девчонок, а те краснели, бледнели и прятали взгляд.
– А почему они так смотрят на нас? – спросила я у Согаль, которая шла справа от меня.
– У рейнов не принято выставлять дочерей и жен напоказ, – ответила она с таким тяжким вздохом, будто ей этот обычай претил. – Обычно мы занимаемся домашними делами и на улицу не выходим. Единственное время, когда нас могут увидеть – это проводы невесты в Святилище для молитвы перед свадьбой. И еще в доме отца, но это только если придут гости, которым родители доверяют и готовы показать нас. Вот поэтому парни и пялятся так, что глаза скоро выпадут – невест подбирают. Весной свадьбы играть будут, нужно хоть немного представлять, кого глава рода заставит в жены взять.
– Заставит? – опешила я и вытаращилась на нее.
– Согаль! – повысила голос Ромия и метнула в сестру грозный взгляд. – Встань рядом со мной и не болтай попусту. Алиэ нужно сосредоточиться перед молитвой. Решается судьба ее будущей семьи, необходимо привести все–с мысли и чувства в безмятежное–с состояние–с.
Девчонка фыркнула, но спорить не стала и пошла подле старшей сестры.
Чем дальше мы уходили, тем больше становилось парней вокруг. Видимо, это подтянулись те, кто жил не на центральной улице, а в других частях города. Девушки бросали на них косые взгляды исподтишка и уже не знали, куда деваться от такого пристального внимания.
Возле Святилища все остановились, Ромия взошла по ступенькам наверх и отворила для меня дверь.
– Да услышит Всемогущий Варт твои молитвы, дочь леса! – воскликнула она и поклонилась.
– Вы сможете меня подождать? – шепотом спросила я.
Идти в одиночестве по Сердцу равнин, где на улицах нет ни единой представительницы слабого пола, я совершенно не хотела.
– Да–с, не волнуйся, – отозвалась она. – Мы останемся здесь и проводим тебя в терем.
Я кивнула и зашла в темный зал. Дверь за мной закрылась, и светильники сразу вспыхнули, озарив огромную льдину.
– Кхм, – прокашлялась я и подошла ближе, снова чувствуя себя чужой в обители местного бога. – Варт всемогущий, прошу милости для меня, Олега и этих девчонок. Пошли им хороших женихов, а нам возможность вернуться домой.
Вылив содержимое сосуда к основанию глыбы льда, я вздохнула с облегчением и улыбнулась, заметив, как льдина засветилась голубым сиянием.
– Спасибо, – шепнула я и пошла к выходу.
Девушки в волнении ожидали меня у лестницы. Как только я вышла, они тут же радостно загомонили, а Согаль подлетела ко мне и сказала:
– Варт принял твой дар! Мы все почувствовали его дыхание!
– Это замечательно, – ответила я с заговорщицким видом, – ведь я попросила для вас подходящих женихов.
Ее улыбка вдруг погасла, она отошла от меня и растворилась в толпе. В замешательстве я посмотрела на Ромию, а та взяла меня под руку и повела к городу.
– Не обращай внимания на Согаль, Алиэ. Мы все–с тебе–с очень благодарны за то, что ты в своей молитве–с упомянула и нас. Это принесет в Сердце равнин много счастья весной. Поверь, я знаю, о чем говорю. Варт никогда не принимает подношение–с, если к нему обратиться с нечистыми помыслами. А Согаль с рождения отличается от остальных. Иначе–с говорит, иначе–с мыслит, по-другому воспринимает. Она не хочет замуж. Конечно, никто ее не выдаст раньше–с меня и Ноди. Но когда-нибудь отцу придется подобрать ей мужа. Мы все–с очень боимся этого дня.
Она умолкла и погрузилась в только ей ведомые думы, а я представила, как себя чувствует Согаль среди близких, которые считают ее инаковость чем-то сродни проклятию.
В тереме нас встретил Риган с женой, и оба очень обрадовались, когда Ромия рассказала о результатах посещения Святилища.
– Это прекрасная новость! – воскликнул Хранитель равнин. – Будущей весной сыграем сразу три свадьбы! Я сегодня–с же обсужу со старейшинами родов, кого можно подобрать в жены Корину и в мужья Ромии и Ноди.
Его жена с сияющим лицом сказала:
– Побегу к матушке–с – обрадую ее!
Все начали обсуждать предстоящий пир, на котором состоится сговор, и только Согаль оставалась в стороне и чуть не плакала.
– Ты расстроилась из-за того, что я сделала? – спросила я, подойдя к ней.
– Моя печаль не связана с тобой и твоей миссией, – покачала она головой. Но заметив, что отец и сестры наблюдают за ней, Согаль взяла меня за руку и потянула наверх: – Пойдем в башню – там можно спокойно поговорить.
Дойдя до мансарды, мы взобрались по узкой лесенке еще выше и оказались на небольшой площадке, с которой открывался отличный обзор на фонтан и расходившиеся от него веером улицы.
Согаль устремила вдаль взгляд бирюзовых глаз и с грустью проговорила:
– Знаешь, я ведь никогда нигде не была, кроме Сердца равнин. У рейнов не принято возить дочерей в другие города. Это возможно только если к девушке посватался мужчина из другого поселения. Они женятся, и он увозит жену в свой дом. Но там ее точно так же, как у родителей, никуда не будут выпускать. Бредовая традиция. Правда?
Она посмотрела на меня с такой надеждой, будто от моего согласия или возражения зависела вся ее дальнейшая судьба.
– Ну я не берусь судить чужие законы и порядки, – уклонилась я от прямого ответа. – Если у вас так принято, наверное, есть причины, почему все так, а не иначе. Но мне это сложно понять. В моем мире женщины пользуются теми же правами, что и мужчины. Случаи, конечно, бывают разные. Но в законодательстве, по крайней мере, это четко прописано.
– Вот видишь! – воскликнула она, подняв палец, словно я только что заверила ее, будто традиции рейнов – полная ерунда. – Я тоже хочу, чтобы мое мнение учитывали. И я обязательно добьюсь этого. Никто не вправе решать за меня, как и с кем жить.
В вышине послышался громкий птичий крик, и на бортик площадки спикировал сокол.
– Гир! – удивилась девушка. – Ты что здесь делаешь? Разве ты не улетел в поле?
Сокол защебетал, как мне показалось возмущенно, лицом Согаль тут же стало серьезным и озадаченным.
– Лети и принеси то, что в схроне, – приказала она, и сокол тут же рванул ввысь.
– Что-то случилось? – встревожилась я.
– Твоего мужчину подчинили себе его люди, – ответила она, а я похолодела от ужаса. – Анимы на рассвете покинули Сердце равнин и перенеслись к южной заставе. Должно быть, они уже одолели половину пути до степи.
У меня голова пошла кругом.
– Но зачем они это сделали? Разве Олег им чем-то насолил? Или, может, он выдал себя?
Согаль поджала губы и процедила:
– Зависть и ревность никого еще не довела до добра. Если ты хочешь спасти своего мужчину, нужно действовать немедленно.
– Но что я могу сделать?! – не понимая и половины из сказанного, вскричала я. Вряд ли мы на своих оленях сможем догнать анимов на их волках и рысях. Тем более они, наверное, уже далеко. Скоро обед будет, а они на рассвете уехали.
– Собирай своих людей и отправляйся в погоню, – распорядилась она. – Верь, Варт поможет.
Мне захотелось разрыдаться от бессилия, но Олега нужно было срочно выручать, поэтому я бросилась в комнату, собрала вещи и помчалась искать Елаза.
Командир отряда как раз поднимался по лестнице мне навстречу.
– Госпожа, мне пришло срочное сообщение! – выпалил он. – На окраине леса видели группу всадников. Кто такие понять не удалось, они быстро скрылись. Но я боюсь, что они могут помешать нам в пути, когда поедем в степь. Предлагаю выдвигаться прямо сейчас, чтобы к ночи достигнуть надежного убежища и переночевать там.
– Отлично! – чуть не задохнулась я от радости, что есть повод уехать немедленно. – Собирайте людей, а я поговорю с Хранителем равнин.
– Все уже в сборе, – отрапортовал Елаз. – Ждали только вас. Риган тоже в курсе и уже распорядился, чтобы нам приготовили еду в дорогу.
– Огромное спасибо! – от души поблагодарила я воина.
Он как-то странно на меня посмотрел, будто я произнесла в высшей степени неуместные слова, покраснел и тихо ответил:
– Рад служить вам, о, ясноглазая Алиэ.
– Благодарю, Елаз, – смутилась я и потянула его вниз. – Пойдемте скорее. Не будем медлить.