Черная любовь.
Отступление
Стоя рядом с Антоном и всматриваясь в его искалеченное, кровавое лицо, где из зашитой губы ещё сочилась кровь, а глазах гуляло беспамятство. Я невольно подумал что, наверное, любовь стоит таких жертв, пусть даже и на столь вроде невинных, молодых телах. Она ведь жаждет именно их, самых к ней чувствительных существ. Но обо всём по порядку.
Во-первых, я хочу вам сказать, что мнение относительно суровости мужиков работающих в почти арктических условиях на краю нашей родины, немного предвзяты. Да мы бухаем, да мы занимаемся тяжелым трудом, строя в вечной мерзлоте заводы, промышленные зоны и порты, но мы никогда не считаем суровость необходимостью и при любом случае стараемся её разбавить. Без юмора прожить нельзя, всегда важно помнить эту простую заповедь, ровно, как и без чувства прекрасного, без эмоциональной тоски по самому прекрасному в мире, по женщинам.
Поэтому все, что произошло, завязано на двух вещах, на желании пошутить и на желании получить любовь и как ни странно, коктейль из этого иногда даёт своеобразный привкус. Который как раз и вкусил наш мальчик Антон, на котором, так мало живого места.
* * *
Антон среди нас был самый молодой, двадцать один год, веселый, общительный, немного спортсмен, из минусов лишь неприязнь к алкоголю и азартным играм, которые у нас частенько практиковались. А так, а в остальном вполне адекватный парень, ещё не полностью простившийся с юностью, но уже одним шагом в зрелости. Может именно поэтому в нем не остыло желание все романтизировать.
К примеру, он около шести месяцев, влюблялся в девушку из родного Томска, ей кажется было около восемнадцати на тот момент. Несомненно, он хороша, я видел её потом на фотографии в телефоне, невысокая, с черными волосами и карими глазами. Нежно, мягко, ухоженно. Такие девушки наверно подобны феям, мягко ступающим по сугробам и не проваливающимся в них. Наверно, потому что я таких не видел, все мои феи вязли не только в сугробах, но и в обычной грязи, не в силах добраться до машины.
Но вернёмся к этому светлому чувству. Оно прекрасно, нежно и мило. Поэтому когда он первый раз поехал к ней на встречу я был рад, мне нравился наш трудяга, от него веяло хорошим желанием влюбиться в хорошую девушку.
И вы знаете, всё получилось хорошо, он съездил потом ещё и ещё, он даже пару раз взял выходные за свой счет, деньги у нас хорошие, поэтому такие вещи вполне окупаемы. Да новый Уренгой, да Томск город неблизкий, но иногда можно, ведь далекое чувство это как свет далекой луны на руке. Кажется вот он рядом, просто держи его, но в то же время он так далеко, и это лишний раз помогает познать всю сложность этого волшебного мига. Так мне сказал Антон, когда в очередной раз уехал в Томск.
Они гуляли, они чувствовали, они дышали одним городским воздухом, и вдохи шли ритмично, полной грудью, как это кажется, бывает у влюблённых. Вы же видели влюбленных? С их горящими глазами и нежным переплетением рук? Ну, так вот, наш парень был одним из них. Разве что он не так часто гулял в своем городе. Как он говорил, они больше предпочитали сидеть в парке и всматриваться в лунный диск, который иногда освещал их лица.
Когда он приехал в очередной раз и зашел к нашему доктору Айболиту, то мимолетная напряженность веером следующая за ним, увлекала меня настолько сильно, что я невольно прошел следом. Иногда так случается, просто берешь и чувствуешь переживания других.
А затем полчаса и вот уже сам Антон стоит передо мной и немного растерянно, словно я его самый лучший друг задает мне просто и весьма смешной вопрос. Я слушаю его, киваю, а спустя час, мы собираемся в гостевой. Все, почти все наши ребята. Около двадцати человек, которые обсуждают одну единственную вещь, мог ли парень заразиться триппером в первую любовную ночь с девственницей.
Я смотрю на эти лица, смех, ржач, я вижу, как сквозь растопыренные желтые зубы вылетает слюна и рабочий, краснея от напряжения, переваривает эту новую мысль. Он тычет пальцем в дверь и пытается сказать, что такое вполне возможно, если в этом замешаны пришельцы. Ему кажется, что это очень смешно. Мы все любим пошутить.
Я не выдерживаю и подыгрываю ему, я говорю, что верю в любовь и что триппер как простуда, открыл форточку и подхватил. Мне вторят сразу несколько глоток, комната заливается смехом и стуком стеклянных бутылок. Оттопыренные жирные животы, покрытые волосатым покроем трясутся в адской пляске. Нам весело и мы принимаем в дар, эту молодую жертву непосредственности.
Мы переигрываем их разговор, наш небритый повар, подыгрывая женским голосом и аккуратно сложив свои пухлые ручки возле щеки говорит - «малыш, верь, это наша первая любовь, то, что крови нет, так это малыш случайность, а триппер это результат грязных рук. Я просто шла и упала в грязь». Смех, шум, аплодисменты.
Затем седой архитектор, спешит вставить своё слово и докладывает о новом вирусе гриппа, который одновременно переносит две болезни, но, увы, его идея тает среди бесчисленстве многих. Но громче всех конечно веселиться наш бравый Виктор Прокофьевич. Крупный, немного угреватый, женатый, имеющих двух толстых дочек сорокапятилетний мужик. Но не будем к нему слишком строги, да он отвратителен, но зато он знает, что такое алкоголь и как он влияет на девушек, а ещё он может вовремя и правильно их соединять, о чём неизменно рассказывает нам. К тому он просто мастер общения, мягкого, и немного притягательного. Поэтому что удивительного в том, что он кричит, что тоже верит в любовь, что всегда верил в неё и поэтому совсем недавно переспал с одной малолеткой, так случайно попавшуюся ему на пути.
Верим ли ему? Конечно. Ровно, как и в то, что он живет с Антоном в одном городе. Что естественно толкает нас на одну простую мысль. А вдруг? Что если это всё не случайность и черная фея Виктору Прокопьевича, и есть девушка Антона. Я вижу, как зрачки нашего системного администратора расширяться в этой догадке. Отсюда также становиться понятно, почему триппер. Виктор Прокофьевич ненавидел их, он считал такой секс ненастоящим.
В эту же ночь мы создаем наш небольшой отдел по внутренним расследованиям. Избранная троица неприкасаемых по борьбе с тайнами и секретами, мы избраны нести честность в массы. Я, системный администратор Ванюша и хлеборез Семен. Вот, пожалуй, весь оплот, честности и громогласности.
Наступает ночь, и оказывается выкрасть телефон Виктора Прокофьевича совсем не сложно, ровно как и найти переписку и фотографии этой прекрасной особы. Сверивши картинки, я киваю, это она. Изящная, нежная незнакомка, ставшая нам такой близкой и родной. Как я говорил, мы любим шутки, это локомотив для борьбы со скукой, блуждающей в этой вечной мерзлоте.
Снег, ветер. Но это не останавливает ослеплённого яростью Антона, для которого мысль о том, что его невинная девушка, его любовь, отдалась престарелому семейному мужику, является наимощнейшей движимой силой.
Выглядывая в запотевшие окна. Мы душой с ним, мы верим в его победу. Но, увы, сейчас он лежит и тихо стонет. Как оказалось Виктор, Прокофьевич умеет крепко бить и вот, наш обмякший герой пытается не наесться кровавого снега. Мы тащим его к Айболиту, но тот
может разве что дать активированного угля. Затем он осматривает разорванную губу и ополоснув изувеченного перстнем влюблённого, начинает кое как зашивать его обе разодранные губы. Наверно для того чтобы через несколько часов выяснилось, что зашить он их по нормальному так и не смог и поэтому они нагноились.
Возвращаемся к началу, я стою рядом с Антоном. Температура, боли, моральные и физические, и я не знаю что сильнее его убивает, болезнь, или же осознание того что с его первой произошло с его первой любовью. Да, кстати, совсем забыл, наш мальчик крепкий, несколько часов назад он очнулся от своего температурного сна, и решил было повторного наказать обидчика, что едва не стоило ему жизни, ведь он пробыл на холоде почти полчаса, выбежав на улицу в одной майке. Логично, что мы потом его привязали и оставили на ночь, а утром Айболит кричал как резаный, ведь крепко привязанный Антон обосрался прямо на носилках.
Верю ли я в любовь? Да. Ведь я вижу её существование наяву, вот оно лежит передо мной в виде кровавой массы, которой каждый вдох даётся с трудом. И более того, я верю в неё сейчас даже не зная что буквально спустя пару дней наш мальчик всё равно напишет её и простит её, свою чёрную фею.
Жаль лишь, что бедная девочка не знает, что оба наших героя работают в одной компании и что всю её переписку с Виктором мы также читаем. Ведь он рад поделиться с нами своим счастьем, ведь воистину счастливые люди всегда делятся добром с другими.