26
Клод? - Шарлиз посмотрела на нее.
- Клод... - не слишком уверенно подтвердила Сабрина.
- Красивое имя, - заметила Шарлиз. - И очень ему подходит.
- Спасибо...
И вновь неловкая пауза. И Брюс, решив взять ситуацию в свои руки, попытался немного отвлечь сидевших за столом женщин, и через какое-то время это ему удалось.
Наконец хлопнула входная дверь. Извинившись, Сабрина поспешила встречать мужа.
Шарлиз обеспокоенно посмотрела на Брюса.
- Не волнуйся, все будет хорошо, - ободряюще кивнул он.
Шарлиз судорожно вздохнула. Она чувствовала себя будто балансирующей на канате: одно неверное движение, и можно полететь вниз, в зияющую внизу пропасть...
Когда Том присоединился к ним, напряженность за столом усилилась. Но Брюс сумел завести с Томом какой-то деловой разговор, и вскоре они увлеклись, обсуждая котировки на бирже.
Сабрина и Шарлиз молчали.
Из рации, стоявшей на небольшом столике, послышалось кряхтенье.
Шарлиз вздрогнула, поднялась из-за стола, настороженно взглянула на подругу.
- Иди, - кивнула Сабрина. - Я сейчас приготовлю смесь и поднимусь к вам.
Шарлиз быстро вышла из комнаты. Она торопилась, спешила хоть немного побыть наедине с сыном...
Он был такой хорошенький. Его пронзительные, как и у отца, серые глаза пристально уставились на нее, как только она склонилась над кроваткой.
- Здравствуй, мой милый, - прошептала Шарлиз, чувствуя, как слезы вновь катятся из ее глаз. - Пришла твоя мамочка...
Она протянула руки и взяла малыша, подняла его, вглядываясь в серьезное, насупленное личико, затем прижала к себе.
За спиной послышались шаги.
Шарлиз обернулась.
- Держи... - Сабрина протягивала ей бутылочку с молочного цвета жидкостью внутри.
Шарлиз взяла бутылочку, села в кресло и начала кормить сына.
Это было такое странное и волнующее ощущение... Когда она смотрела, как он чмокает, как при этом потешно морщится его личико, как ручки его хватают бутылку и снова отпускают...
Шарлиз не замечала ничего вокруг.
Лишь сын существовал в данный момент для нее. Она с упоением наблюдала за ним, не в силах отвести глаза.
Услышав шорох, Шарлиз посмотрела на подругу.
Сабрина плакала, стоя в сторонке. Встретившись глазами с Шарлиз, она повернулась и быстро вышла из комнаты...
А Шарлиз долго еще баюкала своего малыша, пока он, наевшись, не уснул.
Когда он мирно засопел, она вышла из детской, неся его на руках. Она больше не оставит его. Нигде и никогда...
Том и Сабрина ждали ее внизу.
Сабрина умоляюще смотрела на Шарлиз.
- Позволь мне проститься с ним, - попросила она.
Шарлиз колебалась доли секунды.
- Хорошо... - Она передала ребенка Сабрине, ревниво наблюдая, как та смотрит на него.
Брюс приблизился к Шарлиз и встал рядом. И как только она почувствовала его рядом, так сразу же успокоилась.
- Надо будет переоформить документы, - сказала Шарлиз.
- Я все сделаю, - ответил Том, глядя ей в глаза. - Не беспокойся.
Шарлиз кивнула.
- Ты прости нас, - продолжил Том. - Мы не должны были так поступать. Будто наваждение какое нашло.
- Я простила вас, - ответила Шарлиз. - В душе простила. Чувства еще, конечно, не на месте. Но я не держу на вас зла. Вы очень помогли мне. Похоронили Хантера. Оплатили мое лечение. Создали Клоду все условия для нормальной жизни... Разве я могу ненавидеть вас или в чем-то обвинять? - Она немного помолчала. - Я не виню вас. Жизнь порой складывается так причудливо, и мы сами не знаем, на что готовы пойти ради конечной цели...
Она повернула голову и столкнулась взглядом с Сабриной, в глазах которой читалась искренняя благодарность.
Шарлиз вздохнула.
- Мне надо идти... И я бы хотела забрать Клода...
- Да, конечно. - Том выразительно посмотрел на жену, она тут же подошла и вернула малыша Шарлиз.
- Спасибо вам, что заботились о моем сыне, - тихо произнесла Шарлиз.
- Не держи на нас зла, Шарлиз. - В глазах Сабрины стояли слезы.
- Я знаю, как вам тяжело сейчас, - вздохнув, сказала Шарлиз и добавила, немного помолчав: - Ни за что на свете я не хотела бы оказаться на вашем месте, но оказалась... И поэтому я понимаю, каково это... - Она подняла на подругу глаза. - Будь счастлива, Сабрина. Не знаю, как скоро мы с тобой увидимся и увидимся ли вообще. Но я всегда буду помнить, как много хорошего ты сделала для меня... А плохое... Никто из нас не безгрешен. Так к чему мне обвинять вас, если я не знаю, как поступлю завтра? Ведь я тоже не застрахована ни от чего такого... как и любой другой человек...
Она повернулась и пошла к двери. Брюс, попрощавшись с Томом и Сабриной, поспешил за ней.
- Постойте! - остановил их Том. - Я сейчас вызову такси, и вас отвезут в гостиницу.
- Спасибо, - растроганно поблагодарила Шарлиз.
Через несколько минут она с Клодом на руках уже сидела на заднем сиденье такси. А рядом с ней занимал место Брюс, держа в руках сумку со смесью, бутылочками, одеждой и памперсами, в общем, со всем тем, что могло понадобиться Клоду в ближайшее время.
Шарлиз подняла на него благодарный взгляд.
- Спасибо тебе, - прошептала она.
- У тебя замечательный сын, - улыбнувшись, заверил он.
Шарлиз улыбнулась в ответ.
Ее жизнь менялась. И солнце светило еще ярче, возвещая о том, что теперь все будет хорошо и никакая тьма не поглотит его вновь...
Как только такси, увозящее Шарлиз, Клода и Брюса, отъехало от ворот, Сабрина бросилась на шею Тому. - Что же с нами теперь будет?! - причитала она, а слезы лились из ее глаз и никак не хотели остановиться.
Весь вечер она держалась, чтобы Шарлиз не увидела, насколько ей тяжело расставаться с Клодом. Но как только притворяться стало незачем, эмоции одержали верх, выплескиваясь наружу.
- Ну что ты, дорогая... - Том осторожно погладил ее по шелковистым каштановым волосам. - Ты же понимаешь, что когда-нибудь это произошло бы. Так пусть лучше сейчас, пока Клод еще не привык к нам, пока Шарлиз будет проще найти к нему подход и стать для него хорошей матерью...
- Но я же тоже была хорошей матерью, я же тоже... - бормотала Сабрина, прижимаясь к нему и изливая свое горе.
- Ты была замечательной матерью... и, даст бог, еще будешь... И ты все правильно сделала... Мы не могли оставить Клода у себя. Он не игрушка. Ему нужна Шарлиз, а он нужен ей... Пойми...
Он обнимал ее, гладил и успокаивал, сознавая, насколько сейчас тяжело его жене. Тому и самому было не по себе. При одной мысли о том, что больше он не услышит детский гомон, рассказы Сабрины о том, как они с Клодом провели день, ему становилось нехорошо.
Но он видел, что Сабрине нужна его поддержка. И, как мог, оказывал ее.
- Я все понимаю, - всхлипнула Сабрина. - Но мне все равно так больно...
Том вздохнул. Ему тоже было больно. Но надо жить дальше. И, быть может, им тоже повезет...