Гибрид

Мрачное, холодное и сырое место. Тёмное помещение освещает только горевшая в цетре комнаты люстра.

Она ходила из стороны в сторону, раз за разом потягивая по глотку алкоголь.

Скорбь, ненависть, ярость, грусть смешивались сумашествием в голове. Мысли были только об одном...

- Ну хватит. - женщина подняла голову на первородную скорчивая мордашку в ненависти и отвращении.
Девушка остановилась на месте, взгляд безэмоционально блуждал по женщине.

- Меня не волнуют твои желания. А вот мои... Знаешь какое у меня желание? - это было скорее не прямым вопросом а риторическим.

- Убить меня?- девушка присела возле пленницы и чуть сжала челюсть.

- Не просто убить... Я буду рвать твою плоть кусок за куском, нерв за нервом, пока ты не будешь меня молить о своей смерти, а потом вылечу, и так по кругу. - она истошно начала смеяться, так злорадно.

- Я не боюсь пыток девчонка. Таких как ты, я истребляю.

- Таких как я, нет.

- Ну почему же?

- Что ты тут делаешь?

- Наш общий друг позвонил. - тяжело выдохнув она поднялась на ноги поворачиваясь лицом к незваному Майклсону.

- И ты как заботливый друг прибежал на помощь, что нужно?

- Хейли переживала, она просила присмотреть за тобой, но вижу ты прекрасно справляешься.- Клаус покосился за спину Конте и широко улыбнулся.

- Скажи Хейли пусть не волнуется, со мной всё нормально. - "нормально" она буквально выдавила из себя это слово, сейчас её состояние точно нельзя описать "нормально". Не обращая внимания на томный, изучающий взгляд Мари взяла со стола нож.

- Я думала будет что-то более устрашающее.

- Главное чтобы действующие - острое лезвие быстро вошло в плечо. Громкий крик эхом ударял стены, вызвав у Мари первую улыбку.

- Я пожалуй останусь. - Марианна махнула рукой дав гибриду понять, что ей по боку.

***

- Может рот ей заткнёшь? - Клаус обычно так не церемонился с жертвами и постоянные крики его утомляют.

- Нет. Мне нравится как она кричит от боли.- Конте прошлась пальчиком по острым металлическим предметам на столе, движение остановилось когда за спиной было слышно истошный, злорадный смех.

- Ты жалкая, прямо как и твой драгоценный любовник. Он так старался, молил, даже отбивался. Он умолял позвонить тебе, жалкий...- она смеялась, противно смеялась гордясь собой.

- А потом, я без всякого сожаления убила его. - ей хотелось увидеть. Она пошагала к ней и дотронулась до плеча бесцеремонно проникая в её разум.

Всё что было увидено, вернуло всю боль обратно, когда дело дошло до последнего мгновения его жизни, Мари оттащил Клаус крепко обнимая со спины, а истерика хлестала через края. Уже ничего нельзя было изменить, но и жить с такой болью слишком тяжело.

Выключи, выключи... Что-то ей шептало выключить человность, стать тем кем большинство её считают - монстром.

- Я пыталась...

- Нет, нет, Марианна не смей! - Клаус кричал ей на ухо пытался вразумить, но в ушаж стоял только звон.

Глаза закрылись и наступила тишина... Пустота и только.

Клаус развернул её лицо к себе, больше не было боли, ярости, только равнодушие. Мари с силой отбросила от себя Майклсона и посмотрела на Элаиру, которая секунду спустя воспламенилась с громким криком. Она не чувствовала счастья от её смерти, но веселящяя улыбка была от того как она билась в конвульсиях.

- Что ты натворила!

- Избавилась от ненужных вещей.

Рыжеволосая исчезла, оставляя после себя обгоревшую плоть и кости женщины.

***

Мари лежала на барной стойке, волосы свисали в воздухе, а на губах были не стёртые капельки крови.
10 трупов на полу и 3 загипнотизированных музыканта старательно играющих мелодии до крови на пальцах.

С момента отключения чувств прошло около трёх недель. Анна не засиживалась на одном месте надолго, сейчас она решила посетить Чикаго.

- А тебя не так то просто найти. - от знакомого голоса рыжуля закатила глаза. - Видимо вечеринка удалась на ура, странно, что оставила музыкантов.

- Не надолго, они не так уж и плохо играют, но только один фальшивит. - в одного из музыкантов полетел кухонный нож прямо в голову. - Вот так намного лучше. Чего пришёл? - Мари села на барной стойке закидывая ногу на ногу.

- За тобой.

- Взывать к моей человечности, у тебя не получится, можешь идти.

- Зачем мне это? - она просто пожала плечами и подошла к скрипачам которые ей уже наскучили.
Конте достала окровавленный нож из головы музыканта и лёгкими движениями прошлась по мягким шеям других скрипачей и кинула нож к задыхающимся музыкантам на пол.

***

- Ты так и будешь ходить за мной хвостиком? - пара была уже в отеле в котором Конте остановилась.

- Почему бы и нет раз уж, я приехал за тобой.

- В каком плане за мной? Выражайся конкретнее, чтобы я знала, что делать дальше. - Кол усмехнулся своим мыслям, но ответа не дал. Пара зашла в номер и Кол закрыл за собой дверь.
Конте прижала его к двери, их глаза были на одном уровне из-за каблуков.- Так в каком плане, Кол? Отвезти обратно в Новый Орлеан? Пытать чтоб вернуть человечность? Или составить компанию? Или. Что-то более конкретное...- Мари приблизилась к его лицу и рукой расстегнула одну из пуговиц на рубашке. - То, что ты так давно хотел? - она поочередно расстегивала каждую пуговицу медленно, так маняще. - Меня. Моё тело, не так ли?
Кол попытался убрать её руку, но желание почувствовать её всю буквально завладело им, он постарался словесно отказать, пока ещё мог.

- Я не могу, перестань, ты потом сама пожалеешь.

- А ты сам убери мои руки. - когда рубашка была расстёгнута, Конте поводила пальцами по его торсу. Ладонь поползла ниже к брюкам.

Губы были в ничтожном миллиметре друг от друга. Такие манящие пухлые губы на которые от был готов покуситься в первую их встречу. Она давно могла сама его поцеловать, но эти игра на его стойкость ей нравилась. Было интересно, что будет дальше, как он поступит. Он могу бы запраста просто свернуть ей шею и отвезти обратно в Новый Орлеан, но... Всегда есть "но" он решил, что это "но" ему не хочется упускать.

Будто сорвавшись с цепи Кол с силой впился в мягкие губы Марианны, до сладострастной боли целовал её.
Не хотелось затягивать всё надолго, прикусывая кожу на шее Кол избавлял Анну от ненужных предметов на её теле. Всё происходило быстро, эта химия в их отношениях требовала определённой разрядки. От которой только безумное желание и присутствовало.

Он наслаждался ею, каждым миллиметром прекрасного тела, её возбуждённым лицом, сладкими стонами, то как она царапала его спину своими коготками, всё это приносило ему удовольствия. Нравилось её доминирование над ним, сладкие губы, мягкая кожа. Он готов падать к её ногам, быть кем угодно, просто чтобы она не исчезала.