Жало между рёбер
Она устала быть пешкой.
В последние дни Т/И начала замечать: его прикосновения стали реже, но холодней. Его взгляды — неотвратимыми, как удары. А его слова — короткими, как приказы.
Он отдалялся. Медленно, но намеренно.
И она решила: хватит.
⸻
Это началось на следующем ужине. Она села рядом с Тео, не с привычной подругой, не напротив Драко. А рядом с его другом. Тео всегда был остроумным, чуть циничным, и любил подшучивать над всеми без исключения — даже над Драко. Сегодня его шутки она ловила с полуулыбкой и прикусанной губой. Впервые — нарочито.
Драко не смотрел на неё. Но видел.
Он слышал, как она тихо засмеялась на фразе Тео. Видел, как она наклонилась ближе, будто бы чтобы переспросить. И как Тео чуть коснулся её руки, поправляя её перо. Это была мелочь. Но она горела, как соль на ране.
Он ушёл раньше. Не сказав ни слова. Но позже Т/И заметила, что он стоит в конце коридора, полускрытый в тени, когда она выходила из Большого зала. Он смотрел. Молча.
⸻
— Ты хорошо проводишь время с Тео, — голос Драко раздался за её спиной на следующий день. Она обернулась — он стоял слишком близко, глаза жгли.
— Лучше, чем с тобой, — выдохнула она.
Он молчал.
— Я больше не хочу играть по твоим правилам, — продолжила Т/И. — Или... ты думаешь, что только тебе позволено играть?
— Ты не понимаешь, с кем связываешься, — его голос был тихим, почти опасным.
— А ты? Понимаешь?
Драко шагнул вперёд. Его пальцы сомкнулись на её подбородке — жёстко, сдержанно.
— Не провоцируй меня, — прошипел он, — ты не знаешь, на что я способен.
— Тогда покажи, — бросила она, и на этот раз не отступила, не отвела взгляда. В её глазах не было страха. Только боль. И вызов.
Его губы сомкнулись на её губах резко, грубо — это не был поцелуй, это был акт подчинения. Он не держал её за талию, не ласкал. Он вонзался, как нож. А она — отвечала, с тем же отчаянием, с тем же криком внутри.
Когда он отстранился, они оба тяжело дышали. Он смотрел на неё, как будто она — единственный свет и единственная угроза в его мире.
— Никогда больше не делай этого, — прошептал он. — Никогда не притворяйся, что ты чужая.
Т/И почувствовала, как дрожь прошлась по её спине. Но она не ответила.
Она просто развернулась и ушла. Оставив его стоять в темноте.
Он смотрел ей вслед. И впервые понял: она умеет жалить. И делает это в самое сердце.