Глава 52: «Выбивая правду. Когда боль говорит вместо сердца»
Комната была наполнена тяжёлым молчанием. Ньют стоял с ребёнком на руках, глаза полны шока и гнева. Аманда даже не успела сказать ни слова – его взгляд был направлен уже не на неё.
Он передал малышку в руки медику, резко развернулся и вышел из домика. Все знали – он шёл за Минхо.
Уже через пару минут он врывается в соседний дом, где Минхо спокойно сидел у окна. Ньют подошёл молча, но глаза говорили за него.
– Что?.. – начал Минхо, но не успел.
Первый удар пришёлся резко – по челюсти.
– Что ты СДЕЛАЛ, МИНХО?! – крик Ньюта эхом разнёсся по дому.
Минхо пошатнулся, схватился за лицо, не веря в происходящее. – Ты о чём, чёрт возьми?.. –выдохнул он.
Ньют снова толкнул его, прижав к стене.
– Ребёнок... МОЙ ребёнок... он похож на ТЕБЯ! – прошипел Ньют сквозь зубы, дыхание сбивалось от злости.
– Это… это невозможно...– пробормотал Минхо, и в его глазах мелькнул ужас.
Ньют не дал ему времени на оправдание.
– Скажи мне. Скажи, что это ложь. Что ты не был с ней. Что ты не воспользовался её слабостью, когда я думал, что она моя.
Минхо оттолкнул его: – Я… Я не хотел. Мы были в темноте, ты тогда… ты не знал, ты был с Брендой, вы ссорились. Аманда... она была одинока, я – тоже.
Ньют отшатнулся. Его руки дрожали.
Молчание повисло между ними, и в нём звучал только один вопрос: а кто теперь отец?
Снаружи, на веранде, Аманда стояла, держась за дверь, вся бледная. Она слышала всё. И сердце её медленно начинало рассыпаться снова…
----
Аманда стояла на веранде, будто её тело стало из стекла – хрупкое, трещащее от каждого услышанного слова. Она не хотела выходить. Не хотела признавать. Не хотела помнить.
Но ноги сами понесли её вперёд –туда, где Ньют стоял, опираясь на стену, весь в пепле предательства. Минхо молча вытирал кровь у губ. А между ними висела тишина, такая густая, будто сама Гавань затаила дыхание.
Аманда остановилась, тяжело дыша, прижимая ладонь к животу по привычке.
– Ньют… – прошептала она, а голос дрожал.
Он медленно повернулся, посмотрел на неё. Его глаза были пустыми.
Опустошёнными. И страшно холодными.
– Скажи мне, – его голос прозвучал ледяным приговором. – Это правда?
Аманда попыталась что-то сказать, но ком в горле сжал её до слёз.
– Ты... ты не понимаешь, – прошептала она. – Это случилось тогда... когда я сбежала. Когда ты был с Брендой, когда я не могла дышать… Минхо был рядом. Это было ошибка. Одна ночь. Больше – ничего…
– Ничего?! – крикнул Ньют, шагнув к ней. – Ничего – это когда ты разбиваешь чашку! А это – МОЯ ЖИЗНЬ! МОЙ РЕБЁНОК! МОЯ ЧЁРТОВА СЕМЬЯ!
Минхо отвёл взгляд, и в его глазах появилась настоящая вина. Он не защищался. Не оправдывался. Потому что он знал.
Аманда больше не могла сдерживаться.
Слёзы хлынули с её глаз, а голос сорвался в истерике: – Я не хотела этого! Я не знала, как сказать! Я каждую ночь плакала от страха, что всё разрушится! Но ты тогда ушёл к ней, ты оставил меня в темноте!..
– И ты пошла к нему? – хрипло спросил Ньют. – Это твой ответ?
Тишина. Долгая. Тяжёлая. Она не знала, как выжить в этом моменте. Только чувствовала, как под ней предательски дрожит земля.
– Я… –прошептала Аманда, упав на колени. – Прости. Если можешь… если когда-нибудь…
Минхо опустился рядом с ней, положив ладонь ей на плечо. Это был жест сочувствия. Но в глазах Ньюта это был приговор.
Он молча развернулся и ушёл прочь, не оглянувшись. И в эту ночь в Гавани… никто не спал.