её петля
После поездки с Глебом, где я впервые почувствовала вкус свободы, всё резко изменилось. Зарина не собиралась отпускать меня. Она будто придумала новый план: держать меня рядом с собой любой ценой.
Она начала заставлять меня встречаться с ней почти каждый день. Сначала под предлогом дружбы: «Ты должна со мной поговорить, мне плохо», «Если ты не придёшь, я сделаю что-то с собой, и это будет на твоей совести». Я боялась её игнорировать. Её слова звучали как приговор — и я приходила.
Но на этих встречах всё превращалось в кошмар. Она больше не просила — она приказывала. Её взгляд был тяжёлым, жёстким, таким, что у меня подгибались ноги. Она могла просто смотреть прямо в глаза и, не повышая голоса, сказать:
— Сделай так, чтобы Глеб тебя возненавидел. Он не должен быть с тобой. Ты должна доказать мне, что способна.
И я, парализованная страхом, выполняла её бредовые приказы. Иногда это были мелочи — написать Глебу колкое сообщение, специально вызвать ссору. Иногда — что-то серьёзнее: не прийти на встречу с ним, соврать, будто у меня появились новые знакомые.
Каждый раз, когда я делала что-то против него, сердце разрывалось. Мне хотелось закричать, признаться, но я видела, что у Глеба и без того свои проблемы. Я не хотела нагружать его ещё и собой.
Зарина же наслаждалась этим. Она ловила каждый мой страх, каждую слезу. Она словно питалась моими слабостями.
— Видишь? — говорила она, когда я возвращалась от Глеба в слезах. — Без меня ты никто. Я управляю тобой, потому что ты слабая.
И это было самое ужасное. Я и правда начала верить, что теряю себя. Я перестала понимать, где мои чувства, а где её манипуляции. Я начала бояться даже собственных мыслей, потому что не знала, мои ли они — или навязанные Зариной.
Каждый день с ней был как новый шаг в пропасть. И самой страшной целью было одно: она хотела, чтобы я потеряла Глеба окончательно.