𝖋𝖎𝖋𝖙𝖞-𝖙𝖜𝖔
— Он уже начался, — сказала Алекса, когда они добрались до вершины лестницы и услышали оркестр. Все ускорили шаг, стараясь как можно скорее попасть в театральный зал, но Эллисон вдруг преградила путь, положив ладонь на грудь Лютера. Она подняла блокнот:
МНЕ НУЖНО ПОЙТИ ОДНОЙ.
— Что? — начал Лютер.
Алекса и Диего, шедшие немного впереди, обернулись. Клаус замер рядом с Лютером.
— Эллисон, я не могу позволить тебе это. Ты же знаешь, её невозможно урезонить, — сказал Лютер.
— Вы вообще слышите музыку?! — повысил голос Диего, указывая на дверь, за которой звучал оркестр.
— Ты правда думаешь, она станет тебя слушать? — бросил Лютер, глядя на Эллисон. — После всего, что между вами?
Эллисон склонила голову, не отвечая.
— У нас нет на это времени, — перебил Клаус.
Алекса шагнула ближе, вставая между Лютером и Эллисон: — Клаус прав. До конца света осталось, в лучшем случае, меньше двух часов. В худшем – меньше одного. Мы не можем сейчас спорить, кто пойдёт. Если ты не хочешь отпускать Эллисон одну, пусть я пойду с ней.
Эллисон бросила взгляд на Алексу, потом – на Лютера, и молча кивнула.
Лютер покачал головой: — Нет. Я не могу это разрешить. Мы почти тебя не знаем, Алекса. Ты могла бы кого-нибудь... ну, ты понимаешь.
Алекса закатила глаза: — То, что я была киллером, не значит, что я попытаюсь убить Эллисон. — Она замолчала на секунду, потом тихо добавила: — Только не говори Пятому, что я сказала это. Он меня убьёт.
Диего усмехнулся: — Пятый ей доверяет.
— В последнее время – не особо, — пробурчал Лютер.
— Слушай, — сказал Диего, резко, — для меня достаточно того, что Пятый ей доверяет. Это наш единственный шанс. Решайся. От этого зависит всё.
Молчание. Потом Лютер медленно кивнул: — Ладно.
Алекса подошла к Эллисон и мягко взяла её за руку, когда та начала пятиться. Они вместе двинулись к лестнице, поднялись и остановились у двери. Прежде чем войти, они быстро огляделись по сторонам и свернули налево.
— Срань господня, это прекрасно, — прошептала Алекса, когда они с Эллисон остановились у мужчины в конце первого ряда.
Пока они шли по ковровому проходу, взгляды со всех сторон следовали за ними. Почему? Причин могло быть несколько. Возможно, из-за одежды – она не имела ничего общего с нарядами остальных гостей. Может, из-за белой повязки на шее Эллисон. Или из-за бинта на ноге Алексы – хоть он и был скрыт под накидкой. А может, потому что в самый разгар игры оркестра две фигуры прошли прямо к передним рядам.
Ваня отвлеклась от игры и посмотрела в зал. Когда её взгляд встретился с Эллисон, она улыбнулась. Эллисон слабо ответила ей тем же. Затем Ваня перевела взгляд на Алексу, и та кивнула, едва заметно улыбнувшись в ответ.
В следующее мгновение с боков сцены выбежали Диего и Лютер. Они стремительно направились к Ване. Алекса и Эллисон одновременно покачали головами.
Ваня увидела их. Она встала. Энергия заструилась вокруг неё, и она взмахнула смычком. Мощная волна отбросила Диего и Лютера прочь, прямо в толпу.
Зал взорвался криками. Люди вскочили, ринулись к выходам. Паника захлестнула театр.
Эллисон посмотрела на Ваню и еле заметно покачала головой. Та секунду колебалась – но потом обернулась к оркестру. Музыканты уже тоже вставали, собираясь уйти. Ваня снова взмахнула смычком. Волна энергии захлестнула оркестр, заставив их осесть на стулья. И снова – музыка.
Тем временем Диего и Лютер кричали зрителям, чтобы те скорее покидали зал. Ваня продолжала играть. Её кожа светилась мертвенно-белым, глаза сияли ледяным светом.
Она обернулась и снова выпустила волну – в сторону последних оставшихся зрителей и стоящей напротив четвёрки.
Диего и Лютер укрылись за первыми рядами. Эллисон спряталась в ряду напротив, а Алекса – впереди неё.
— Она сильнее, чем я думал, — сказал Диего, прижимаясь к полу.
— Ага, — пробормотал Лютер, и тут в него что-то ударилось. Он повернулся – Эллисон бросила в него программку. Она прижалась к полу и приподняла бровь.
— Да, у нас всё хорошо. Спасибо, что спросила, — отозвался он с сарказмом.
Эллисон сузила глаза и метнула в него яростный взгляд.
— Послушай, — добавил Лютер, — однажды я чуть не потерял тебя. Я не позволю, чтобы это повторилось.
— Боже, как трогательно, — протянула Алекса с откровенной насмешкой. Лютер метнул в неё взгляд, полный раздражения. Она, не отводя глаз, высунула язык и издала рвотный звук, прижав два пальца ко рту.
— Что ж, вот вам и элемент неожиданности. Что ещё у тебя в плане? — Диего перекрикивал музыку, которая стала заметно громче с тех пор, как они вошли.
Эллисон забарабанила по спинке переднего сиденья, привлекая внимание остальных. Затем вытянула одну руку, а другой сделала резкое движение, словно играла на скрипке.
— Ни хрена себе, Эллисон. Расскажи нам что-нибудь новенькое, — отозвался Диего, наклонив голову.
— Она говорит о смычке, вы, идиоты, — сказала Алекса, откидываясь на спинку кресла. Все они выглянули из-за сидений и уставились на Ваню.
— Верно. Это её громоотвод, — сказал Лютер. — Если отнять его и не дать ей играть, возможно, у нас будет шанс.
— Смычок помогает ей создавать нужный звук, — пояснила Алекса. — А звук – ключ к её силам. Без него она уязвима.
И тут – грохот. Вокруг них начали свистеть пули. В зал ворвались стрелки из боулинга и открыли огонь.
— Чёрт! — выдохнула Алекса сквозь зубы. Оркестранты в панике вскочили и побежали к выходам. На этот раз Ваня их не остановила.
— Пригнитесь! И держитесь подальше от пуль! — закричала Алекса, перекрывая как громоподобную музыку, так и выстрелы, разносящиеся по залу.
— Прекрасный план, Алекса! Просто вдохновляющий! — крикнул Лютер, ныряя за кресло.
Диего, катаясь по полу, бросил взгляд на остальных: — А где, чёрт возьми, Клаус?! Он же должен был следить за входом!
— Да, и ты ещё удивляешься? — буркнул Лютер в ответ.
Синий огонёк вспыхнул в проходе позади ряда, где прятались Лютер, Диего и Эллисон. Там появился Пятый.
— Что за идиотское развлечение? — спросил он, указывая на сцену.
Стрелки, занявшие позиции на верхнем балконе, заметили его и сразу открыли огонь.
— Пятый, ложись! — крикнул Лютер.
Алекса фыркнула, резко схватила Пятого за запястье и рывком потянула вниз.
— Ну и как тебе встреча с моей матерью? — прокричала она, перекрывая грохот музыки и выстрелов.
— Великолепно, — отозвался он. — Она предложила мне выбор: либо просидеть десятки лет в апокалипсисе, либо вернуться и умереть сегодня.
— Прелестно…
— Пятый, какого чёрта? — вмешался Лютер, не давая Алексе договорить. — Я думал, ты нас бросил!
Пятый приподнялся, уцепившись за край кресла, и выглянул из укрытия.
— Мне нужно было уладить пару дел, — сказал он, оглядывая зал.
— Ты знаешь, кто эти люди? — спросил Диего, кивая в сторону стрелков.
— Да, знаю, — коротко кивнул Пятый.
— И?
— Мы конкретно облажались.
— Ну, раз мы выбрались из "Суперзвезды" целыми и невредимыми, значит, у нас всё ещё есть шанс, — сказала Алекса, осматривая ряды позади себя.
В этот момент дверь распахнулась – в зал ворвались ещё несколько стрелков.
Диего не стал терять время. Он выхватил несколько ножей и метнул их в противников. Все попали точно в цель – в грудь.
Клаус вбежал в зал, ухватился за перила лестницы и соскочил вниз.
— Ребята! — крикнул он. — Это Ча-Ча! Она...
— Клаус! Пригнись! — завопил Лютер.
Пули просвистели у него над головой. Клаус шлёпнулся на пол, и сразу же в его сторону полетела новая очередь.
Пятый тяжело вздохнул и рванул вперёд. Прежде чем исчезнуть, он наткнулся прямо на спину одного из стрелков. Тот медленно пробирался между рядами, стреляя во всё подряд.