𝖋𝖔𝖗𝖙𝖞-𝖋𝖔𝖚𝖗
— Ты когда-нибудь собиралась мне рассказать? — спросил Пятый, вставая, как только за Хейзелом закрылась дверь академии.
Алекса поднялась следом и подошла ближе, но он отступил назад, покачав головой: — Ответь. Ты вообще когда-нибудь собиралась мне сказать?
— Да! Конечно! Я... я просто... в какой-то момент! — воскликнула она, защищаясь.
Пятый усмехнулся, но без радости: — В какой-то момент? — Он покачал головой. — Когда именно? После апокалипсиса? На моих похоронах?
— Скоро, — кивнула Алекса. — Я собиралась. Просто… это не казалось подходящим моментом...
— Не лги мне, Алекса.
Она шагнула назад, сбитая с толку и испуганная, дыхание стало рваным.
— Пятый, ты не понимаешь...
— Нет, просвети меня. Что я не понимаю?
— Я... — она покачала головой, отчаянно подбирая слова. — Я не могла. Я боялась. Я знала, как ты отреагируешь!
— Ну вот, — он кивнул, расхаживая туда-сюда, сцепив руки на затылке. — И как по-твоему, я реагирую сейчас?
— Я пыталась подобрать слова! Я собиралась сказать тебе – клянусь! — Она шагнула ближе. — Прямо сейчас, если хочешь. Я расскажу всё. Без лжи. Про мою мать. Про ножевое ранение. Про всё.
Он вскинул руку, останавливая её, не глядя в глаза. Она остановилась, прикусив губу, и отступила.
— Не знаю, чего я вообще ожидал... — пробормотал он, медленно качая головой. — В ту ночь у "Гридди"... ты просто появилась. А я ведь ничего о тебе не знаю. Вообще.
— Тогда позволь мне рассказать тебе! — выкрикнула она, голос сорвался. — Позволь мне всё объяснить. Я не скрою ни одной детали. Я просто… — её голос дрогнул. — Я не хочу, чтобы ты меня ненавидел.
Он остановился. Тишина повисла в воздухе, как топор.
— Нет, — сказал он, ровно. — Думаю, тебе нужно уйти.
— Что? — её голос стал тише, глаза затуманились.
— Я хочу, чтобы ты ушла.
— Нет, Харгривз, пожалуйста, ты должен...
— Сейчас.
— Пятый, пожалуйста, не так...
— Алекса, — его голос стал холодным. — Убирайся.
Она вздрогнула, как будто он ударил её. Сделала неровный вдох, потом молча кивнула. Подошла к креслу, схватила колчан и накидку, даже не поморщившись от боли в плече. Направилась к двери, потом обернулась.
— Я всё ещё хочу рассказать тебе всё, Пятый.
Он не ответил. Только посмотрел на неё. — Я доверял тебе, — тихо сказал он.
__________
Диего тихо застонал, приходя в сознание. Он хмыкнул, приподнимая голову от земли: — Чёрт... — выдохнул он, положив руку на затылок и бросив взгляд на Пятого.
Тот сидел на стуле с «маргаритой» в руке.
— Ну вот, проснулся, — бесстрастно заметил он. — Теперь ты готов выпить?
Как только к Диего вернулись воспоминания о том, что произошло перед его потерей сознания, его глаза расширились. Он резко вскочил и с тревогой огляделся, выискивая Хейзела: — Где он? — спросил он, поворачиваясь к Пятому.
— Я отпустил его.
Диего развернулся к нему полностью, сделав несколько шагов вперёд: — Ты что сделал? — его брови взлетели вверх.
— Апокалипсис закончился. Пора положить конец войне, — спокойно сказал Пятый.
Диего фыркнул, наклонился, поднял с пола свой нож и направился к двери.
— Эй, он не убивал Патч. Это сделала его напарница – Ча-Ча, — остановил его Пятый.
— И что? — с жаром бросил Диего, шагнув к нему. — Они оба были там в ту ночь.
— Одна половина этой парочки отдала мне оба своих пистолета, — продолжил Пятый и кивнул в сторону стойки, где лежало оружие. — Это снимет с тебя подозрения. Баллистика подтвердит, что выстрелы, убившие Патч, сделаны именно из этих стволов.
Диего замер, уставившись на пистолеты.
— Хейзел пришёл за выходом, — продолжил Пятый. — Он хотел всё начать сначала. И так уж вышло, что у него оказался единственный ресурс, способный принести хоть какую-то пользу нашей семье. Так что, думаю, пора идти дальше.
— Ни за что, — резко отрезал Диего.
Пятый лишь кивнул и, не споря, развернулся.
— Поступай как знаешь, — устало сказал он, хватая Долорес со стойки.
Он снова обернулся с манекеном на руках и направился к двум стоящим напротив друг друга диванам. Сделал паузу, бросил взгляд на Диего: — Вот скажи... твоя девушка, Патч. Что в ней было такого?
Диего не сразу ответил. Пятый обернулся, слегка склонив голову, ожидая ответа.
— Много всего, — наконец сказал Диего. — Симпатичная попка. Красивые ножки.
Пятый тяжело вздохнул: — А что-нибудь... посущественнее?
Диего вновь замолчал, но потом, опустив взгляд, произнёс: — Она верила в людей. Несмотря на всё дерьмо и грязь, что видела на улицах… Она всё равно находила в людях что-то хорошее.
— Что ж, я уверен, что она будет гордиться, узнав, что ты убьёшь Хейзела и Ча-Чу в её честь, — кивнул Пятый. Он вздохнул и повернулся, чтобы выйти из комнаты.
— Пятый?
Он обернулся, приподняв бровь: — Хм?
— Что тебе нравится в Алексе? — спросил Диего, чуть наклонив голову.
Пятый замер. В его глазах мелькнул какой-то блеск. Диего не мог точно сказать, что это было, но у него были свои догадки – почти точные.
— Она... горячая штучка.
— Серьёзно? — фыркнул Диего, закатив глаза. — Есть что-нибудь более осмысленное?
Пятый вздохнул, опустил взгляд на Долорес, которую всё ещё держал в руках, и снова посмотрел на Диего: — Она всегда старалась держать лицо. Держать контроль. Она знала, что у неё есть власть над людьми, и пользовалась этим. При этом пыталась отрицать, что кто-то может иметь власть над ней. Но стоило ей хоть немного расслабиться, я видел, что она... хорошая. Ей не всё равно. Просто она никогда не показывает этого. Она знает, кто она, и остаётся верна себе. Не прогибается.
— Тогда почему ты сказал ей уйти?
— Откуда ты знаешь?
— Могу догадаться, — пожал плечами Диего. — Раз её тут нет – значит, ты её выгнал. Так почему?
Пятый опустил глаза, на мгновение замолчал. Затем тихо вздохнул и взглянул на Диего снизу вверх. В его взгляде читалось сожаление, хотя он явно не хотел это признавать.
— Потому что она солгала мне.
— Насчёт чего?
— Она... кое-что утаила, — коротко ответил Пятый и отвернулся, собираясь уйти.
— Понятно. Но ты ведь сожалеешь, правда? — произнёс Диего, наклоняя голову. — Жалеешь, что выгнал её. Несмотря на то, что она что-то скрыла – ты всё равно об этом жалеешь. Потому что ты её любишь.
— Я не люблю её.
— Ты в этом уверен?
_______
Алекса фыркнула, распахнула ворота и выбежала из академии. Она резко вдохнула, замедляя шаг, пока совсем не остановилась на тротуаре. Прохожие спешили мимо, даже не глядя в её сторону, будто она была невидимкой. И впервые в жизни Алекса была этому рада – никто не обращал на неё внимания.
Сдержанно выдохнув, она повернула направо и пошла вдоль улицы, на ходу накидывая накидку. Натянула капюшон, застегнула верх и закинула за спину колчан со стрелами.
Она свернула в узкий переулок и снова вздохнула, стараясь не обращать внимания на тупую боль в правом плече. Аккуратно пошевелила им, разминая – впереди было место, куда нужно было идти, и она должна была быть готова.
Я доверял тебе.
_______
— Вы же понимаете, что меня могут уволить даже за то, что я просто ответил на ваш звонок? — сухо произнёс Хьюго.
Алекса вздохнула, поправляя капюшон своей накидки: — Знаю, Хьюго. Спасибо, что подвёз меня.
Он приподнял брови, глядя на неё через зеркало заднего вида: — Мисс Саллоуз, вы меня благодарите? — удивлённо уточнил он, приподнимая брови ещё выше. Алекса закатила глаза и покачала головой, когда машина плавно остановилась.
— Цель вашей миссии изменила вас за удивительно короткий срок, — заметил он.
— Он больше не цель, Хьюго. Ты же это знаешь, — произнесла она с усталым выдохом. — И, для протокола: он меня не изменил. Он никак на меня не влиял. Не думай, что ему хоть что-то удалось.
Она потянулась к ручке двери.
Хьюго нажал кнопку блокировки замков. — Не повлиял? С позволения сказать, мисс Саллоуз, он повлиял на вас больше, чем кто бы то ни был.
Алекса фыркнула, вновь потянув за ручку: — Мы сейчас, мягко говоря, не в лучших отношениях, Хьюго.
Он снова заблокировал двери. Она резко вдохнула, зыркнула на него зло, но ничего не сказала.
— Значит, вы вернулись, чтобы вернуть работу?
— Нет, — невозмутимо ответила она, отпирая замок и распахивая дверь. — Я здесь ради куда большего.
Она высунула ногу наружу и вышла из машины. В тот же миг её накрыла странная волна дежавю. Она слегка качнула головой, стряхивая ощущение, и захлопнула дверцу, снова поправив капюшон.
Двигаясь вперёд, она почти не привлекала внимания – мимо проходило лишь несколько человек, и никто не задерживал на ней взгляда. Подойдя к входным дверям, Алекса взглянула на часы.
Время словно потекло медленнее.
Она вздохнула и протянула руку к дверной ручке.
У неё было всё время мира.