«Ты - мой свет»
Утро наступило неожиданно мягко. Солнечные лучи пробивались сквозь тонкие занавески, отбрасывая на стены теплые узоры. Наби приоткрыла глаза, почувствовав, как её ладонь всё ещё сжимает тёплая, чуть более крупная рука.
Рядом спал Хёнджин — спокойно, размеренно, его лицо выглядело таким мирным, будто все тревоги мира обошли его стороной. Наби не сдержала лёгкой улыбки. Она осторожно потянулась и чмокнула его в щёку.
— Ммм… — он тихо пробормотал, не открывая глаз, но его губы сразу нашли её лоб. — Доброе утро, бабочка.
— Доброе, — прошептала она, уютно устроившись у него на груди. — Спасибо, что пришёл вчера.
— Всегда, Наби. Если бы ты знала, как сильно я тебя люблю… — он замолчал на секунду, погладил её по спине. — Я не позволю больше никому ранить тебя.
Она крепче обняла его за талию. В его объятиях не было страха. Только тепло, защита и… любовь.
---
В школе их появление в коридоре вызвало настоящий взрыв эмоций. Ребята из класса, особенно те, кто раньше даже не замечал Наби, теперь смотрели с удивлением. Её походка стала увереннее, взгляд — спокойным. Хёнджин, как всегда, держал её за руку, ни на секунду не отпуская.
— Ну что, серьёзно? Вы теперь официально? — хмыкнул Джисун, подмигивая Хёнджину.
— А ты как думаешь? — Хёнджин усмехнулся, обняв Наби за плечи и поцеловав в висок прямо перед всеми.
— Вот это да, — протянул Чан, удивлённо подняв бровь. — Никогда не видел, чтобы наш художник терял голову так быстро.
— Я не теряю, — ответил Хёнджин спокойно. — Я просто нашёл то, чего искал.
Наби, хотя и залилась румянцем, чувствовала, как с каждым его словом внутри у неё расцветает маленький тёплый сад.
---
После уроков они остались вдвоём в школьной оранжерее. Солнечный свет, цветы вокруг и он — её мир.
— Знаешь… я больше не чувствую себя прозрачной, — тихо произнесла она, касаясь его пальцев.
— Потому что ты — свет, Наби. Просто раньше никто не умел смотреть на тебя по-настоящему, — он снова прижал её к себе. — Но я вижу.
Он поцеловал её медленно, с такой нежностью, что у неё перехватило дыхание.
— Я с тобой. И всегда буду рядом.
---
Поняла, солнышко. Тогда начинаем плавно вести к трогательному и тёплому финалу. Вот продолжение:
---
Часть 37 — «Ты моё всегда»
Прошло несколько недель с того момента, как они с Хёнджином стали официальной парой. Всё стало как-то... легче. Хотя воспоминания не исчезли, и шрамы на душе ещё болели — рядом с ним они будто затягивались. Он словно обволакивал её собой — теплом, заботой, защитой.
Каждое утро начиналось с его смс:
«Доброе утро, бабочка. Надень шарфик, прохладно.»
Каждый вечер — с его голоса на другом конце звонка:
«Я горжусь тобой. Ты сегодня справилась. Ты невероятная.»
---
В один из особенно ясных весенних дней Хёнджин отвёл Наби в парк, где деревья только начинали покрываться цветами. Он держал её за руку, качая их переплетённые пальцы из стороны в сторону.
— У меня есть одно место… — сказал он с лёгкой улыбкой и повёл её по тропинке.
Они подошли к старой скамейке под вишнёвым деревом. Всё выглядело как из фильма. Он сел первым и притянул её к себе.
— Знаешь, я мечтал об этом. Просто сидеть вот так. С тобой. Тихо. Мирно. — Он обнял её, и она, не стесняясь, устроилась на его плече.
— Я тоже мечтала… Только не думала, что это когда-нибудь сбудется.
Он поцеловал её в висок, потом — в щёку, потом осторожно коснулся её губ — лёгким, тёплым, почти невесомым поцелуем.
— Ты теперь не одна, Наби. И больше никогда не будешь одна.
---
— Вставай, моя бабочка, — прошептал Хёнджин ей на ухо, когда стрелки на часах едва перевалили за восемь утра. Он аккуратно откинул с её лица прядь волос и улыбнулся. — Сегодня твой день.
— Что? — Наби открыла глаза, слегка сонная и удивлённая. — Какой ещё мой день?
— Не задавай вопросов. Просто собирайся, — он подмигнул. — Ничего тяжёлого, удобно и красиво — как ты умеешь.
---
Когда она вышла из дома, её уже ждал Хёнджин. В его руках — маленький букетик ромашек.
— Не розы. Не лилии. А то, что похоже на тебя, — он протянул цветы, и она не смогла сдержать улыбки. — Нежная, солнечная, настоящая.
Он повёл её в одно очень особенное место — на крышу высокого здания, откуда открывался вид на весь город. Там уже был постелен плед, лежали подушки, стоял маленький термос с горячим шоколадом и пирожные в коробке.
— Помнишь, ты говорила, что никогда не устраивала пикник? — спросил он. — Вот. Теперь у тебя есть твой первый.
— Хёнджин… — она едва не расплакалась. — Это так…
— Не надо слов, — перебил он, притянув её к себе. — Просто будь рядом.
Они сидели, болтая обо всём. Он рассказывал о детстве, показывал смешные фото, она впервые смеялась так искренне, без напряжения. Он щекотал её, она пряталась у него под рукой. Поцелуи стали чаще, теплее. И каждый был будто обещание: «Я здесь. Я твой.»
---
К вечеру он привёл её к озеру.
— Закрой глаза, — попросил он.
Она повиновалась. Через секунду на её шею опустилось что-то прохладное — тонкая цепочка с кулоном в виде бабочки.
— Это…?
— Это ты. Ты мой свет. Моя бабочка. Моё «навсегда».
Она повернулась и, не сдерживая себя, обняла его крепко-крепко. Он поцеловал её в губы — медленно, мягко, с дрожью в сердце.
— Я тебя люблю, Наби.
Она улыбнулась сквозь слёзы:
— А я люблю тебя, Хёнджин.