Агрессор | 18+

~POV ПЭЙТОН~

* * *
- Ну и как прошёл суд? - опираясь о дверной проём, сложив руки на груди, спросил Эйден. Парень был весь в переживаниях. Я понимал его. Мы оба были готовы отдать жизнь друг за друга. Поэтому он переживал не больше моего. Он бы невероятно хотел присутствовать на суде, но его самого могли приговорить из-за употребления. И забивать самому себе кол он не хотел.

- Мучительно. - вздохнул я, растягнув две верхних пуговицы своей рубашки. Эйден прошёл в глубь комнаты и присел на стул, вообразив позу внимательного слушателя. - Для чего нужен был весь этот многотонный разговор, если после суда отец заплатил деньги и мы спокойно разошлись. - стал я растёгивать остальные пуговицы, чтобы поскорее избавиться от этой не комфортной для меня одежды.

- Ну.. - начал Эйден, облакатившись всем своим массивным телом на стул. - Если бы не этот многотонный разговор, ты бы мог не выйти из зала суда. - друг немного улыбнулся своему же интузиазму. - Нооо, я всё таки рад, что вся эта ситуация не обернулась для тебя тюрьмой.

Я сдавил ехидную улыбку, подходя к шкафу, куда собирался повесить рубашку. Взяв одно плечеко, стал надевать на него рубашку. Но в глубине шкафа, на самом дне, в одной из коробок, увидел стопку фотографий, на которых был маленький я и маленькая Николь. Сколько я её знаю, улыбка никогда не сходила с её лица, на всех фотографиях она была улыбчива и жизнерадостна. Я на миг завис, понимая, что именно я стёр эту улыбку с её лица. Я винил себя за то, что делал с её психикой. Это была та самая голубоглазая девочка, глаза, в которых я тонул, с тёмно-русыми волосами, запах которых с каждым днём въедался мне в нос. Она была единственной которую я так сильно любил, ещё с самого детства.

- Скучаешь по ней. - подошёл сзади Эйден, и положил мне руку на плечо, отчего мои мысли прирвались и я смог спокойно повесить рубашку. Определённо я скучал по ней. Она была смыслом моей жизни. Но... Я сам всё испортил и назад уже ничего не вернуть. Поэтому нужно жить с тем, что уже сделано.

- Да.. - тихо сказал я, опустив голову и продолжая любоваться её белоснежной улыбкой на старых фото. - Но знаешь. - я резко закрыл шкаф, на миг понял, что не стоит уже пятлить на неё и пора бы забыть. - Она как наркотики. Сначала привыкаешь, и понимаешь, без них тебе не жить. А потом, после лечения, ты отвязываешь, забываешь, и понимаешь, что... - я сделал не большую паузы, подумав, хочу ли сказать слова, которые хотят вырваться. - Что тебя уже не тянет к ним.

* * *
Прогремел раскат грома, погода явно испортилась. И я почувствовал, как рядом что-то дрогнуло, будто испугалось. Открыв глаза, не почувствовал тёплого прикосновения ее рук. Она отвернулась от меня, свернувшись в клубок и подрыгивала ногами. Я подвинулся ближе и поцеловал её в шею, ощутив всю холодность её кожи и непреодолимое желание разорвать на ней одежду. Я так жалел, что упустил этот шанс и не мог воспользоваться им раньше. Мне ещё не однократно повезло, что она смогла простить меня за всё, хотя уверен, что она ещё держит некую обиду. Я тихо и медленно встал с кровати, и взяв одеядку, укрыл её нежное тело. Она была одета в пижаму. Видимо вставала переодеться. Её волосы были небрежно растрёпаны по подушке. Любоваться ею можно было вечно. И я вспомнил такую же картину из прошлого.

Я стоял возле её кровати и тяжело дышал. Мне было пятнадцать и мои гармоны часто давали о себе знать. Даже в свои тринадцать лет она была ослепительна, хороша и даже сексуальна, что разумеется не осталось без внимания. Белонежная кожа, огруглая попа, смазливое личико. Она была идеальна во всём. Все мои друзья хотели её отыметь. В том числе и я. Но она ещё слишком маленькая.

Её родители уехали на вечерний ужин с семьёй Хосллеров. И как всегда, я остался с ней. Мне нравилось смотреть как это милое создание спит, особенно в моей кровати. Но я никогда не мог лечь с ней рядом, это просто не в моих правилах. Ну то есть мы иногда спали вместе, в смысле в детстве, когда смотрели мультики, или когда уставали от бегатни. Но не что-то большее. Мистер Генри убил бы меня, если бы я стал распускать руки. Но также он уверен во мне. Он знает, что я люблю его дочь, никогда бы не обидел, и сам не дал бы в обиду. Она лучшее, что когда-то произошло в моей жизни.

Её одеяло спустилось ниже на бёрдра. Верхняя часть была не утрыта, а футболка, в которой она была одета, немного поднялась вверх, тем самым оголив живот и спину. От этого мой член дёрнулся в напряжении. Но я попытался сдержать это непреодолимое желание. Взяв край одеяла в руки, натянул его вверх, укрыв её тело полностью. Последний раз взглянул на неё и собирался уже уходить.

- Пэйтон? - окликнул меня сонный голос Ник. Я повернулся в её сторону. Она немного привстала, облакотившись на локоть, и потёрала сонные глаза. Даже в таком виде, она выглядила потрясающе. Неудивительно, что её хотят многие.

- Я тебя разбудил? - тихо спросил я, медленно подходя к её кровати. После присел на корточки, и заправил прядь её растрепанных волос за ухо.

- Нет. - она мило зевнула и после её голова упала на кровать. Она устала, и ей даже тяжело было держать тело поднятым.

- Ложись спать. - я встал, нужно было уходить. Из-за неё слишком сильно скакали мои гармоны. А никто из нас не хотел сделать какую-либо глупую ошибку.

- Я хочу чтобы ты лёг со мной. - схватила она меня за руку и сжала так, будто это наша последняя встреча и она хочет насладиться ею напоследок.

- Я не могу, малышка. - свободной рукой я провёл кончиками пальцев, по державшей меня руке, отчего у девчонки пошли мурашки. И после этого легонько убрал её руку со своей чтобы я смог уйти.

- Пожалуйста. Я хочу чтобы ты остался. - она посмотрела глазами надежды, любви. И я не смог после этого её оставить одну.

Я обошёл кровать с другой стороны и лёг рядом. Я сомневался в своей сдержанности, но должен был справиться. Она подвинулась ближе и положив голову мне на грудь, начав мило посапывать. От её тела веело теплом. Её тоненькие пальчики медленно скользили по моему торсу, что говорило о том, что она не спит. Её горячие дыхание обдавало моё тело жаром, от чего всё внутри дёргалось.

Она тяжело вздохнула, наверняка хотела начать какой-либо разговор.

- Хочу всю жизнь так лежать. - она прекратила шевелить пальцами, а вместо этого обняла меня этой рукой, а после продолжила. - С тобой.

Я мило усмехнулся, понимая, что она имеет ввиду. Я человек, который не выносит постоянства. Но её я был готов лучезреть каждую секунду своей жизни. Она для меня дороже всех на свете. Даже дороже собственной семьи. Разумеется я собирался связать с ней свою жизнь. И она это понимала. Я люблю эту девушку, а она любит меня. И я хочу, чтобы в будущем она стала моей женой.

Как же я тогда был наивен и глуп. Ведь я не учёл, что что-то может произойти. Никогда не знаешь, что ждёт тебя впереди. Что преподнесёт тебе жизнь. А все твои действия будут зависить лишь только от тебя. Жизнь - это невероятно не предсказуемая штука. Сегодня ты один человек, а завтра уже совсем другой. Благодаря ей мы расставляем приоритеты в целях и судим о собственной жизни. В конкретных жизненных ситуациях мы ставим цели и стремимся к их достижению. Выбирая цели, мы руководствуемся определенными ценностями, без которых всё будет уже не так реально. Но все наши цели и ценности становятся по-настоящему важными, когда над ними, как вершина, как купол, настроен смысл. Она и есть мой смысл. Всегда им была и будет. Она то, ради чего стоит жить, стоить меняться.

Я хотел выйти покурить, чтобы снять напряжённость сегодняшнего вечера. Но мою руку обвили тонкие, холодные пальчики, остановив.

- Ты куда? - она смотрела немного напугано. Боялась, что я уйду? Больше никогда. - Не уходи. - добавила.

- Я больше никуда не уйду.

Она привстала на колени, из-за этого одеяло упало с её тела. Она положила свою ладошку на мою щёку и нежно поцеловала, а после сразу же отпрянула.

- Как я давно об этом мечтал. - я положил свои руки ей на щёки, захвотя пальцами холодную кожу её шеи. - Боже, Николь, я так хотел тебя. Ещё когда мы были малы. А знаешь почему? - она вопросительно вскинула бровь, не понимая начатого разговора. - Потому что ты не пытаешься убить моих демонов. Ты действуешь с ними заодно. - она не ожидала этих слов. Её грудь начала взыматься чаще, веки дрогнули. Мы оба прекрасно понимали, что она единственная, кто контролирует меня, кто заставляет моё сердце биться чаще, а дыхание выходить из под контроля.

- А я никогда не переставала хотеть тебя. - добавила она, прежде чем я обрушил свой рот на её губы.

Николь застонала, и я почувствовал вибрацию от ее стона у себя в горле. Целовал ее, но этого мне было недостаточно. Чем быстрее мои губы двигались против ее губ, тем больше мною овладевал голод. Моё тело горело. Я не понимал, как ей каждый раз удавалось влиять на меня подобным образом?

Она медленно повлекла меня за собой, упав на кровать всем телом, а я повис над ней, разглядывая её тело с ног до головы. Её ноги обхватили моё тело, переплятая их в щиколотках. Черт, мне захотелось колесом кувыркаться от радости, когда Николь обхватила мое лицо ладонями и углубила поцелуй. Ее горячие, влажные губы слились с моими, я приоткрыл рот, играя с ее языком.

- Чёрт бы тебя побрал, Тейлар. Твой грёбаный язык. - выдавил я бездыханно, после чего вновь завладел ее ртом. Она возбуждала меня настолько, что я вполне бы мог довольствоваться одними лишь поцелуями до конца ночи. Теперь я точно знал одно, мне хотелось быть у неё первым везде. Мне хотелось оправдать все её фантазии, в том числе и пошлые. Я хотел отдать ей все.

Не прерывая поцелуя, провёл рукой по её телу, футболка этой черотовки здралась до уровня груди. После запустил руку ей под шорты, резко отстранился от поцелуя и тут же замер, открыв глаза и посмотрев на неё. Николь была без нижнего белья, в одних только шортах. Возможно так и нужно, ведь это пижамные шорты.

Я опустил руку ниже, ей между ног. Мои губы изогнулись в улыбке. Пальцы приблизились к её центру, а я уже чувствовал какая она влажная. Николь выгнула спину тяжело дыша.

- Ты хоть представляешь на сколько сильно меня заводишь? - она лишь улыбнулась своей обычной ухмылкой, к которой я уже успел привыкнуть. - Такая идеальная.

Моя.

Введя в неё два пальца, едва не потерял самообладание.

Чёрт!

Жар. Влажность, окутывала мои пальцы. Её стенки сжимались вокруг пальцев. Из-за этого я легко ухмыльнулся. Теперь я был точно уверен, что она девственница. И меня это несказанно радовало. Она лишь выгнулась ещё сильнее издав протяжный стон. Боль, удовольствие, всё это смешалось в ней. Что было видно по простыни, которую она то сжимала со всей силы, чувствую некую боль, то разжимала, наслаждаясь моими пальцами. Своими движениями я пытался расслабить её стенки, чтобы войдя полностью, не донести ей такую жгучую боль.

- Я хочу оказаться внутри тебя. - прорычал ей на ухо, двигая кистью всё быстрее, снова включив свой боевой, дерзкий и самонадеянный нрав. Ведь именно таким ей нравилось видеть меня, и именно такого меня она хочет.

- Пэйтон.. - взмолила девчонка, ёрзая на кровати. Нагнувшись, провёл языком по краю её уха. Она вздрогнула, от удовольствия, проведя пальцами одной руки по торсу, остановившись внизу. Её рука скользнула под мою футболку, а вторая рука присоединилась. Она всеми силами показывала мне, что пора бы избавиться от этой злосчасной футболки. И убрав руку из её шорт, привстал, и лёгким движением стянул её с себя, оголив торс.

Потом снова навис над ней. Стал дразнить покрывая её живот быстрыми поцелуями, спускаясь ниже. Она ёрзала, не находила места, ей было хорошо, она испытывала бурю эмоций, которые никто не смог бы ей доставить. Моё желание уже переходил все границы. Но я хотел дать ей опыт настоящего удовольствия.

Я стал медленно спускать её шорты, ведя их по ногам. Спустив их до колен, сразу же припал к ней, чтобы ощутить её вкус. Я уже буквально пылал. Тело Николь тоже было таким же горячим. Я посмотрел ей в лицо, обводя языком клитор, и едва не рассмеялся, когда она выглянула из-под своих ладоней. Она смутилась. Я же пришёл в восторг. С ней никто такого не делал, кроме меня, она бы никому не отдалась кроме меня. Мой рот. Мой язык. Мой член. Она принадлежала мне.

Я надавил на её набухшись островок удовольствия, потом обвёл языком по кругу. Вскоре Николь убрала руки от своего раскрасневшегося лица и схватила меня за волосы, откинув голову назад. Её ноги стали двигаться, сначало влево, потом вправо, и тогда я поняла, что она пытается стянуть до конца шорты, которые наверняка сковывали движения её ног.

Умничка.

Резко поднявшись, ухватился по бокам за шорты и дёрнул, после чего швырнул их на пол.

- Твою мать. - простонал тихо, посмотрев на Николь, полностью обнажённую ниже талии, с задранной вверх футболкой, освещённой лунным светом.

Снова опустился ей между ног. Тем временем она сжала мои волосы в кулак, когда я провёл языком по её складкам, аккуратно, затем облизал клитор. Та же, постоянно выгибалась и тёрлась о мой язык своей промежностью. Моё тело напряглось, ниже пояса словно огонь пылал. Мой член тёрся о ткань джинс. Я уже больше не мог терпеть. Не желание, а нужду в ней. Вновь обладая ею, я ощутил пламя в животе. Мысль, что Николь меня ненавидела, отбросил далеко в глубь подсознания. Желание исходило от неё молноиносными разрядами. Накрыл её ртом, начал кусать, посасывать, облизывать, после чего ввёл в неё язык, заставив застонать всё её тело.

- О, Боже, Пэйтон. - Николь запрокинула голову назад, темп её дыхания ускорился, тело издавало некие судороги наслаждения. Я крепче сжал её ягодицы. Она мне чуть волосы не вырвала, когда кончила. Она стала дышать ещё чаще. Ей нужно было отдышаться и спуститься с небес на землю.

Привстав, стал рыскать в карманах джинс упаковку презервативов, но ничего не нашёл. Ну да, Чёрт, я не рассчитывал сегодня на секс. Я даже не ожидал, что она так спокойно отреагирует, думал выгонит меня из дома. Я шлёпнул ладошками по внешней поверхности своего бедра. Мне хотелось оказаться внутри неё до того, как закончится оргазм. Но это займёт гораздо больше времени. Она открыла глаза и подняла голову, в непонятках посмотрев на меня. Будто спрашивая, почему я остановился.

- У меня нет с собой презервативов. - провёл руками в доль всей её голени. Она привстала, села на попу и придвинудась ближе ко мне.

- В твоём бумажнике. - на последнем издыхании, выдавила она. Я понял, что она заглядывала в мой бумажник, наверняка увидев там свою фотку. Чёрт. Он лежал на тумбочке, рядом с кроватью. Я быстро взял его, достал от туда пачку.

Она углубилась в поцелуй, держалась за мою шею, обвив её руками. А я медленно, не прерывая поцелуя, наклонился с ней вниз, уперевшись одной рукой в постель, а другой быстро растегнул джинсы, спустил их чуть ниже, разорвал упаковку, надел резинку на себя и обхватил свой эрегиронный член. Я провел головкой по её клитору, отчего она содрогнулась, а я почувствовал эту дрож у себя во рту.

- Ты мне нужна прямо сейчас. - процедил сквозь сжатые зубы. - Ляг обратно.

Откинувшись назад, Николь шире раздвинула ноги. Я ввел в неё головку своего члена, отчего она жадно сжала покрывало. Затем обхватил за талию, удерживая ее на месте, и вошел полностью.

- Ах! - застонала она, пытаясь преодолеть жгучую боль, разрывающую её плоть. Ей было не выносимо больно, это можно было сказать по слезе, которая медленно стекла по виску. Закрыв глаза, я тихо прорычал. Продев руку под колено, положил ладонь ей на бедро, притянув максимально близко к себе.

- Пэйтон. - её шёпот прозвучал так похотливо, но с иронией боли, она ещё не привыкла.

Николь полностью отдалась моменту, отчаянно желая все больше и больше. Она обхватила руками моё тело. Я поморщился, когда ее ногти впились в кожу. Мне это понравилось. Она любым своим движением доносила мне невероятное удовольствие. Затем она провела ладонью вверх по спине, до затылка, и притянула мою голову, чтобы наши губы встретились. Она была неистова и чертовски похотлива, только не знала куда это деть. Её язык скользнул по моей шее, после слегка прикусила мочку моего уха и в итоге глубоко поцеловала. Я продолжил придерживать одной рукой себя, а другой сжимал её ягодицы. Николь обхватывала мои бёдра всё сильнее с каждым толчком. Ее волосы небрежно рассыпались по пастели, смешавшись с одеялом. Я завороженно наблюдал, как ее тело приподнималось вверх и опускалось каждый раз, когда я входил в неё.

Она убила меня, поглотила в себя. Я знаю, что не смогу и дня прожить без неё. Все эти грёбанные два года я карил себя в том, что она улетела. Я страдал, страдал без неё. Этого не было видно внешне, я никак не подавал не одной эмоции, но внутри меня бушевал вулкан уныния. У меня было много девушек, но не одна не сможет заметить мне Ник. Эту русско-американскую девчонку, которая любит ставить свои права, возражать, возмущаться, которая не такая как все. Она всегда была для меня особенной. Она непоколебима, она устойчива, сильна, уверена в себе. Я рад, что она изменилась и смогла дать отпор такому как я. Николь - моя девочка. И я хочу постоянно видеть её в своей кровати, за обеденным столом, у себя в машине, на коленях, ходить с ней под руку везде и всюду каждый чёртов день, хоть и ненавижу все эти сопли.

Николь посмотрела на меня, прикусив нижнюю губу. Ее взгляд стал напряжённым и растерянным. Ощутив, как ее мышцы сжались вокруг моего члена, понял, что она вот-вот кончит.

- Больно? - спросил я, видя как она ёрзает по кровати. Думаю да, ей однозначно было хотя бы чуточку больно. Первый раз не всегда бывает настолько приятным.

Она отрицательно качнула головой, параллельно постанывая от каждого моего толчка. Она смотрела на меня бездыханно, своими голубыми как океан глазами.

Наконец, Николь зажмурилась, громко промычав, закусив губу, и я тоже последовал за ней. Ее мышцы начали сокращаться вокруг меня. Резко войдя в нее еще пару раз, кончил и рухнул вниз. Я лежал, уткнувшись лбом Николь в плечо. В комнате стояла гробовая тишина, если не считать наших неровных вздохов. Она повернула голову ко мне. Я приподнялся, и теперь наши рты разделяли несколько сантиметров. Она приоткрыла рот, глядя на меня, с болью и наслаждением во взгляде. Приняв её мольбу, поцеловал, обхватил голову руками, полностью накрыв Николь своим телом. Её губы изо всех сил прижимались к моим, казалось, она не хотела меня отпускать, и следом затянул глубокий поцелуй.

- Пэй. - девчонка содрогнулась, не отрываясь от моего рта. Она чего-то хотела, но наврятли сегодня завяжится какой-то разговор.

- Шшшш. - перебил её, вновь целуя. Это трапеза, как для голодного хищника. Не стоит прерываться.

У нас ещё явно осталось что-то, что нужно обсудить, разобраться, но не сегодня. Сегодня я сделал то, о чём мечтал долгие годы, а главное сделал это с тем, о ком мечтал долгие годы. И я был рад такому раскладу. Был рад всему. Она моя. Моя девочка.