Способность по наследству
— Минчен, твою мать, хватит держать квоффл, будто это любимая хрустальная ваза твоей матери!
— Копош, идиоты, штуки у вас в руках нужны вам для того, чтобы друг друга ими бить? Почему у меня бладжеры калечат охотников?
— Слизерин, а ты вообще должна держаться, как можно дальше от бладжеров. Тебя и соплей сбить можно, а ты под бладжер лезешь!
И это только самое начало списка претензий нашего капитана. Завтра игра, а сегодня, с шести часов утра, Розье гонял нас по полю и устраивал по любому поводу выволочку. Похоже, кто-то встал не с той ноги. Еще чуть-чуть, и завтра игроки его собственной команды будут шарахаться от одного его взгляда. Один только Ганчев избежал быть обласканным добрым словом нашего капитана. Он просто летал сам по себе за снитчем, не обращая на нас внимания и периодически уклоняясь от бладжеров.
Получив пас от Велина Минчена, я снова поднырнула под бладжер, летящий прямо на меня: кузены Копош снова его подпустили слишком близко к нам.
— О, да вы серьезно? — снова заорал на них Геллерт, а я воспользовалась моментом, чтобы проскользнуть мимо него к кольцам. Краем глаза я увидела, что ко мне направляются Розье, который сегодня играл против нас на тренировке. Возле самого правого кольца парил Велин. Самой бы забить у меня не получилось, слишком близко был Геллерт, поэтому я резко развернулась почти у самых колец и сделала пас Минчену, а он сразу же забил в самое крайнее кольцо. Послав ему улыбку, я повернулась к Геллерту.
— Ладно, это было неплохо. Но я отвлекся, так что тебе повезло, — подлетая ко мне, произнес он, а я только закатила глаза.
Тренировка длилась еще около полутора часов, по истечении которых мы были выжаты, словно лимоны. Пока я принимала душ и переодевалась, в моей голове была только одна мысль — добраться до кровати и, даже несмотря на то, что сейчас был всего лишь обед, завалиться спать. Желательно до завтрашнего утра, а лучше даже проспать игру. Моя первая игра, а у меня уже какой-то нервное предвкушение, и трясутся поджилки. Одно дело, когда ты летаешь с братом или на тренировке со своей командой, но когда на тебя будет смотреть вся школа... От этого становилось немного не по себе.
Закончив переодеваться, я вместе с Эммой, еще одной девушкой в команде, направилась в сторону Института, который располагался в низине возле озера. Шагая по извилистой широкой тропе, ведущей через небольшой лесок, мы разговаривали про завтрашнюю игру. Девушка похвалила меня за тот трюк, когда я передала пас Велину, и посоветовала попробовать его завтра на игре. Мы быстро добрались до общежития, а за разговорами я узнала, что Эмма пыталась попасть в команду целых три раза. Предыдущие попытки потерпели неудачу: сначала она пробовалась к «Бладжерам», а после и к «Зеленым драконам», но каждый раз немного не дотягивала. Несмотря на свой грозный вид, с ней было приятно общаться. Ларсон была очень доброй и спокойной девочкой, и казалось, что ничего не может поколебать это самое спокойствие.
Попрощавшись с Эммой, я отправилась в свою комнату. Подруги тоже были здесь. Ирма что-то писала на свитке, периодически подозрительно косясь на Оливию, на плечах которой лежала Тиа, слегка обвив шею. Змейка, к слову, охотно всегда к ней шла, или правильнее сказать ползла.
— Привет! — слегка поглаживая Тию по голове, произнесла Оливия.
— Ага, привет, — кинув сумку на пороге, пробормотала я, опускаясь рядом с девочками на пушистый ковер. Мы частенько располагались на нем, чтобы выполнять домашнее задание. Так было веселее, а благодаря толстому ворсу, мы совсем не чувствовали холода.
— Как прошла тренировка? — спросила Ирма, откидывая черную прядь волос с глаз.
— Твой брат — изверг. Он нас гонял, как в последний раз, — пожаловалась я подругам, но что они только понимающе хмыкнули в ответ.
— А вы чем заняты? — спросила я, беря яблоко из небольшой вазочки с фруктами, стоящей неподалеку.
— Эссе по трансфигурации, его надо будет сдать ко вторнику. Ты его уже закончила? — сказала Оливия, поморщившись - на ее свитке появилась жирная клякса.
Застонав, я откинулась на спину, раскинув руки в стороны. С этими тренировками я совсем забыла про эссе. Однако стоило отдать мне должное - я его хотя бы начала писать, а теперь надо было как-то найти в себе силы, чтобы закончить. Иначе профессор Панчев потом замучает с дополнительными темами, если не выполнить домашнее задание.
Можно, конечно, было отложить это на понедельник. Слишком заманчивая идея, но я знаю саму себя, поэтому нельзя было позволить согласиться со своей ленью. Недовольно вздохнув, я встала с ковра и потопала к столу, чтобы взять все необходимое. На глаза попалась колдография, которая недавно пополнила мою коллекцию. На ней были я и Геллерт, кружащиеся в танце и улыбающиеся. После Самайна ходили слухи, что некоторые считали нас самой красивой парой в этот вечер, уж очень хорошо держались. После того, как об этом сказали Розье, он ходил, надувшись павлином, так и хотелось прищемить ему хвост. Но даже просто стереть самодовольную улыбку с его лица было довольно трудно.
Вернувшись на свое место, я улеглась на живот, открывая книгу на необходимой странице и беря в руки перо. Тиа решила перебраться ко мне и заползла по руке на шею, а я поежилась от холода. Никак не могу привыкнуть к этому ощущению, когда тебя касается прохладная кожа змеи. Погладив по голове питомицу, я принялась к поиску нужной информации о законе элементарной трансфигурации Гэмпа. Работа была несложная, но нудная. Все слишком скучно: все затем, да потому. Неужели нельзя просто упростить или как-то систематизировать всю информацию. Почему нужно перерыть почти двадцать страниц, чтобы исписать только две трети необходимого объема?
Девочки закончили гораздо раньше меня и теперь обсуждали предстоящие новогодние каникулы, до которых осталось чуть больше полутора месяцев. Семья Оливии собиралась навестить каких-то родственников в России, а Ирма сказала, что надеется сбежать от родителей в Англию к родственникам. Счастливые люди... Я же твердо решила, что не поеду домой. Не хочу портить новогоднее настроение ссорами ни себе, ни родителям.
— А ты, Венера? Какие у тебя планы? — спросила Оливия, отвлекая меня от раздумий.
— Мм, останусь в школе. Не хочу домой, — ответила я, обмакнув перо в чернильницу и продолжая недописанную фразу.
Девочки притихли и переглянулись, продолжать эту тему никто не стал. И я, закончив свою писанину, уверенная, что на «хорошо» она потянет, встала с ковра, разминая затекшие мышцы.
— Ужин начнется через час, а я уже жутко голодная. Давайте хоть пока отнесем все книги в библиотеку, — предложила я, а девочки согласились. Книг в последнее время в комнате накопилось очень много. Все собрав в сумки, мы вышли из комнаты.
Спустившись вниз, мы столкнулись с шайкой придурошных, как сами же их и назвали. Пройти незамеченными у нас не получилось, как будто только нас они и ждали.
— Слизерин, милое украшение. Что, денег у твоей семьи на что-то стоящее не хватило? Ой, подождите-ка, у тебя ведь нет настоящей семьи, — крикнула уже мне в спину Нацева, а остальная компания засмеялись. Некоторые студенты бросали осуждающие взгляды на них. После танцев, многие старшекурсники стали ко мне лучше относиться, в особенности парни, иногда помогая или защищая от таких нападок.
Но сейчас я была не настроена это терпеть, зря они задели семью. В последнее время это весьма болезненная тема для меня.
Разозлившись, я крепко сжала кулаки и резко повернулась к ним. Очень сильно захотелось так же зацепить ее, задеть, чтобы ей тоже было больно!
Посмотрев в синие глаза Нацевой, я ощутила, что происходит что-то странное. Меня как будто затягивало куда-то, в то время как ноги крепко стояли на полу гостиной. Совершенно не понимая, что происходит, я увидела странную картину, как будто закрытую каким-то дымом или водой.
Передо мной стояла Марийка и какая-то женщина, немного похожая на нее. Женщина была завернута в сильно поношенную одежду, местами в заплатках и грязную. В одной руке она держала бутылку маггловского пойла, а второй схватила свою дочь за волосы.
— Дьявольская дрянь! Надо было тебя утопить в детстве, как велела мне моя мать, когда ты начала творить все эти фокусы!
А дальше меня просто вытолкнуло обратно, а Марийка смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Я поняла, что только что влезла в чужое сознание! Я только что неосознанно применила легилименцию.
— Ах, ты сволочь! Что ты сделала? — испуганно расширив глаза, спросила Нацева, переходя на крик. Она хотела добавить что-то еще, но я решила, что необходимо поставить ее на место. К тому же, я не забыла, как она меня ударила в библиотеке.
— Силенцио, — произнесла я, накладывая на нее заклинание немоты. Теперь он могла только продолжать испуганно хлопать глазами.
Долохов, стоящий рядом, пытался вытащить палочку, но я успела направить свою на него раньше.
— Не стоит. Она оскорбила меня уже дважды, теперь ей придется меня выслушать, — выразительно поднимая брови, произнесла я. Захари, опустил палочку и поднял руки, показывая, что он не будет вмешиваться. Похоже, помнит еще, как я его приложила о стену.
— Знаешь, ты права. Моих настоящих родителей уже нет в живых, но лучше иметь хороших приемных, чем мать-грязнокровку, — растянув губы в улыбке, протянула я, с наслаждением замечая, как девочка побледнела, а ее глаза стали еще больше. Руки девочки испуганно затряслись. — Ладно бы просто грязнокровка, у нас здесь терпимо относятся к полукровкам, но она, ко всему прочему, еще и алкоголичка. И как, дорогая? Действительно еще хочешь обсудить наших предков?
Усмехнувшись уголком рта, я развернулась и направилась к выходу из гостиной, взмахом палочки отменяя свое заклинание. До моих ушей донесся громкий плач, и обещание, что я пожалею о том, что сделала. Эти слезы капали бальзамом на мою душу после всех тех нападок на меня с их стороны. Может хоть теперь они от меня отстанут.