Последняя из Слизеринов. Книга I

Я плохо спала ночью. Кошмары, вперемешку с воспоминаниями, где мы с родителями и братом все вместе купаемся или играем в снежки в Альпах. В других — я и Виктор резвимся в воздухе, и еще много-много других приятных воспоминаний, которые сейчас отдавали лишь горечью. Так что, если я и поспала, то от силы часа три, может, четыре, но не больше. Проснувшись и поняв, что заснуть вряд ли удастся, я откинула полог кровати и решила осмотреться.

Комната была очень уютной и, похоже, она была угловой, с двумя окнами. Моя кровать стояла в самом углу, справа располагалось окно с широким подоконником, чуть подальше стоял письменный стол с красивыми резными ножками и похожий стул, спинка и сиденье которого были обшиты черным бархатом. С другой стороны кровати находился небольшой широкий шкаф, а рядом — комод и зеркало. А еще в комнате находился небольшой диванчик и два кресла черно-золотого оттенка, стоящие вокруг небольшого столика. Вся мебель была сделана из одинакового дерева, темно-красного цвета. В двух других углах комнаты стояли одинаковые кровати, как у меня и вокруг был точно такой же набор мебели. В комнате довольно высокий потолок, который украшен красивыми орнаментами. На полу лежал пушистый ковер из темно-коричневого длинного ворса.

На кровати, которая располагалась ближе ко мне, спала Оливия. Ее саму не было видно, только несколько русых локонов, торчащих из-под одеяла, а в ногах у нее лежал толстый черно-белый кот.

На столе, рядом с третьей кроватью, было аккуратно расставлено небольшое количество книг и учебников, а в углу стоял стеклянный пустой аквариум.

Часы, висевшие на стене, показывали только половину пятого. Встав с кровати, я отгородила свою часть комнаты заглушающими чарами, чтобы не будить соседок, и принялась разбирать чемодан. Вещи перекочевали в шкаф и комод, часть книг — на стол. Я с разочарованием отметила, что мне нужен еще шкаф под книги, надо будет узнать у старост, где его взять. На глаза попались несколько колдографий: на одной были изображены мы с Виктором, танцующие на его дне рождении, а на другой всей семьей на матче по квиддичу.

«Не семья. Мы никогда ей не были», — горько подумала я, закинув колдографии обратно в чемодан. Первой мыслью было сжечь их, но, в последнюю минуту, я передумала.

Я заметила дверь, за которой оказалась небольшая комната с двумя раковинами, и еще две двери: одна вела в ванную, а вторая — в туалет. Похоже, здесь в каждой комнате отдельная ванная. Это открытие меня очень обрадовало. Времени до начала завтрака еще оставалось около полутора часов, поэтому я решила принять душ. Простояв под горячими струями, я поняла, что немного успокоилась и могу выйти из комнаты с гордо поднятой головой. Нужно будет просто не обращать внимания на косые и любопытные взгляды и просто сосредоточиться на учебе — в конце концов, именно для этого я и приехала сюда. Сегодня я решила надеть черное теплое платье чуть выше колена с длинными рукавами и вышитой на груди эмблемой Дурмстранга. В сумку через плечо я положила несколько свитков, чернильницу и пару перьев, а потом вспомнила, что не знаю своего расписания. Похоже, придется искать старост и узнавать у них насчет расписания, вчера-то я все пропустила, и даже не знаю, где находятся наши спальни. Расчесав волосы, я собрала их в высокий хвост. Ну и видок у меня: уставшее лицо, опухшие глаза с синяками под ними.

От рассматривания своего отражения меня отвлек звук, раздавшийся от кровати Ирмы.

Девочка уже проснулась и, сидя на кровати, потягивалась, и не сразу меня заметила.

— О, привет! Давно проснулась? — спросила она, свешивая ноги с кровати.

— Доброе утро! Ну, если честно, то я почти не спала, — произнесла я, поворачиваясь к ней, но по ее недоуменному выражению лица поняла, что я забыла снять чары и она меня не слышит.

— Ой, сейчас, подожди минутку, — произнесла я, кинувшись искать в сумке свою палочку.

— Фините Инкантатем, — проговорила я, снимая заглушающие чары.

— Хм, неплохо. А у меня не очень хорошо получаются заглушающие чары. Я так понимаю, ты давно не спишь, — заключила Ирма, вставая с постели и, взмахнув палочкой, привела ее в порядок.

— Да, плохо спала, — пробормотала я, опуская глаза, и присаживаясь на диванчик.

— Ты обещала нам рассказать, что вчера произошло. Не знаю, как Оливия, но я не буду настаивать. Это твое дело, — сказала Ирма, доставая какую-то одежду из шкафа.

— Ну, нам ведь вместе жить все восемь лет, я была бы не против дружить с вами, а для этого нужно начать с искренности, — сказала я, стряхивая несуществующие пылинки с дивана. — Так что я все расскажу, — Ирма только задумчиво кивнула.

— Тогда я — умываться, а ты разбуди Оливию, есть немного времени до завтрака. Успеешь рассказать все, — бросила напоследок девочка, направляясь в ванную.

— Не надо меня будить. Я уже давно не сплю, слушаю тут беседы, интеллектуально просвещаюсь, — раздался голос Оливии из кучи подушек и одеяла, и после появилась и его обладательница. — Розье, ты так громко топаешь, сомневаюсь, что здесь кто-нибудь бы смог продолжить дальше спокойно спать.

— Ну, я хотя бы не храплю, — сказала в ответ Ирма и с хохотом скрылась в ванной под возмущенные вопли Оливии.

От этой шуточной потасовки мне на душе немного стало легче, похоже, девочки между собой уже поладили.

— А почему тебя не поселили с сестрой? — вдруг вспомнила я про вредную копию Оливии.

— Издеваешься, да? Мы бы поубивали друг друга. Так что я рада, что я не делю с ней комнату, — откинувшись обратно на кровать, сказала Оливия. — А вообще да, это странно.

— Так, ладно, просвети меня. Где нам взять наше расписание? — спросила я у Оливии. Нужно собрать сумку, пока девочки будут умываться.

— У старост. Они нас будут ждать внизу, чтобы в семь часов проводить нас на завтрак, а после помогут найти нужные кабинеты, — ответила девочка, вставая с кровати и потягиваясь.

— Внизу? А мы где вообще?

Оливия скептически на меня посмотрела.

— Ты что, сюда поднималась с закрытыми глазами что ли? Наш курс занимает весь четвертый этаж. В конце коридора лестница. Она тут одна, не пропустишь. На первом этаже большая гостиная, где можно делать уроки и проводить свободное время. Старосты должны быть там. У нас это Анна Троева и Михаил Драганов.

— Нет, просто трансгрессировали вместе с домовиком сразу к дверям спальни из кабинета директора, — призналась я, опуская глаза. — Ты ведь помнишь, что я вчера устроила в зале?

Позже состоялся очень информативный разговор. Но об этом позже, я пошла за расписанием.

— И наше захвати! — крикнула мне в спину Оливия.

Выйдя в коридор, я быстро нашла лестницу и спустилась на первый этаж в общую гостиную. Оливия не обманула, комната была огромной, несколько каминов, рядом с которыми стояли диванчики, столики и кресла. Тут же было несколько шкафов с книгами. У стен стояли длинные столы со скамейками — здесь было бы неплохо делать домашнее задание. Виднелся арочный свод, который вел на балкон. Дверей не было, но холодной воздух в помещение не попадал — похоже, проем был зачарован.

Мне на глаза попалось что-то, напоминающее доску объявлений, возле которой стоял парень, прикрепляющий к ней какие-то листы пергамента. Решив, что у него можно спросить про старост, я направилась к доске.

— Привет! Не подскажешь, где я могу найти старост? — спросила я, вежливо улыбаясь.

— Ты с разговариваешь с одним из них, — ответил парень, не поворачивая ко мне голову, и продолжая заниматься своим делом.

— Ты Михаил, верно? — вспомнила я имя, которая называла Оливия.

— Да, можно просто Миша, — поворачиваясь ко мне, произнес парень, а потом улыбнулся. — Это ведь ты вчера накинулась на Каркарова, словно голодный гриндилоу.

— Да, неловко вышло, — признала я, отчаянно краснея. Похоже, я теперь главная сенсация в школе. Надо будет еще раз извиниться перед директором.

— Да не обращай внимания, — отмахнулся парень, продолжая меня внимательно разглядывать.

— Так... Получается, ты сломала нашу Черную глыбу?

— Нет, не сломала. Артефакт работает, причем работает исправно, — сказала я, слегка высокомерным голосом. Парень мне разонравился окончательно.

— Верится с трудом, ну, ты ведь понимаешь, что это дико звучит? И теперь многие сочтут, что Глыба сошла с ума, а ты просто воспользовалась ситуацией. Я это просто так сказал, чтобы потом не было сюрпризов для тебя.

Задумавшись над словами парня, я поняла, что он, скорее всего, прав. Проклятье! Я даже не предполагала такой вариант.

— Эй, не переживай, если кто-то будет доставать, то скажи мне или Ане, это ваша вторая староста. У нас принято защищать тех, кто младше и слабее, — улыбнулся парень, пытаясь меня подбодрить, а я только разозлилась на его слова. Никакая я не слабая! Но, пересилив себя, спорить не стала.

— Но ты ведь не за этим меня искала. Расписание вон там, на столе, просто найди свою фамилию, — добавил Миша, показывая на стол у себя за стеной.

— Я могу взять заодно расписание своих соседок? — решила уточнить я.

— Конечно, не забудь только его отдать.

— Разумеется. Мне бы еще хотелось узнать про шкаф. Мне некуда расставить свои книги, да и не только мне. С этим можно что-то сделать? — спросила я, вспомнив про свои книги, которые остались в чемодане.

— Конечно. Можешь вызвать домовика Донни, он распределяет работу между эльфами. Он поручит это кому-нибудь. Просто назови его имя и объясни, что тебе нужно, — ответил парень, ничуть не удивившись моей просьбе. — И, кстати, не забудьте теплые мантии, вам сегодня придется выходить на улицу.

Поблагодарив его, я пошла к столу, где нашла необходимые пергаменты с расписанием, а потом ушла обратно в комнату.

На лестнице я столкнулась с Виктором. Он пытался мне что-то сказать, но я только толкнула его плечом, протискиваясь мимо. Разговаривать с ним абсолютно не хотелось. Обида и злость все еще кипели внутри, но я знала, что когда-нибудь мне придется его выслушать. Через неделю, месяц, год, или никогда. Никогда меня более чем устроит.

Вернувшись в комнату, я увидела, что девочки уже собрались и ждут меня, сидя на диване.

— Вот расписание. У нас почти вся неделя совпадает. Но во вторник, у тебя, Ирма, только первая пара с нами. А в пятницу, мы все вместе встретимся только после обеда. А в четверг Оливии придется идти на вторую пару одной. Сейчас у нас зелья, — поделилась я своими наблюдениями, протягивая девочкам расписание и опускаясь в кресло. Ирма мельком взглянув на него, свернула и убрала в сумку.

— Четыре пары в пятницу? Да они с ума сошли! Еще и полеты последние! — а вот Оливию расписание не оставило равнодушной.

Ирма, ткнув ее локтем в бок, вопросительно подняла брови, тем самым намекая, что есть тема для разговора поинтересней.

— Что? Ой, простите. К книззлам это расписание. Так ты действительно последняя из рода Слизерина? И как это вообще произошло? — в лоб, без обиняков, спросила Оливия.

— О, сходу такие вопросы? Одобряю! — рассмеялась я.

— А зачем ходить вокруг, да около. Лучше все выяснить сразу, — отмахнулась Оливия. — Ну?

Поднявшись с кресла, я достала черную коробку и то самое злополучное письмо.

— Прочтите, там все написано, — произнесла я, вернувшись на свое место и протянув девочкам письмо.

Ирма взяла его и принялась читать, а вот у Оливии возникли сложности.

— Эм, извините, но у меня с английским все плохо. Может, так расскажешь, что там? — чуть насупившись, предложила девочка.

— Во имя Мерлина, ты неисправима, — произнесла Ирма, достав свою волшебную палочку, и произнесла чары перевода.

— Ух ты! Научи меня потом этому! — Оливия осталась в восторге, а я только улыбнулась. За ними было забавно наблюдать.

— Заткнись уже и читай! — осадила ее Ирма, но та только надула губки и, наклонившись к соседке, принялась за чтение.

Я сидела, направив взгляд на свои руки, опасаясь, как девочки отреагируют на всё это.

Поэтому я не видела, как Ирма закончила читать и подняла на меня взгляд, о чем-то задумавшись, хмуря брови.

— Мерлинова борода! Да ты у нас, оказывается, старуха! — присвистнула Оливия, заканчивая с письмом. — А письмо точно от твоего тысячелетнего папки?

— Мы проверили. В коробке был заколдованный пергамент, с помощью него и крови можно узнать имена родителей. Так что это правда, — пожимая плечами, сказала я.

— А родители знают? Ну, я имею в виду Крамов? — уточнила Оливия. — И Виктор?

— Да. Каркаров вчера послал за ними Виктора, но они отказались приходить и что-то объяснять. Просто всучили ему эту проклятую коробку! — сквозь зубы прошипела я, чувствуя, как противная тварь, под названием злость подняла свою голову. — После того, как я все узнала, мы с Виктором поругались. Я сказала, что он мне не брат и чтобы вообще даже не смел ко мне подходить.

— Ну и дура, — впервые подала голос Ирма. — Раз родители так поступили, то они могли просто взять клятву с Виктора, что он тебе ничего не расскажет. А так удобно, что в школе это все само всплыло, а Виктор просто тебе принес письмо, где все объясняется. Они знали, что на него ты не будешь долго злиться. Вы ведь с ним крепко связаны, ты сама рассказывала.

— То есть надо было погладить его по головке что ли? Ты их защищаешь?! — воскликнула я, не веря своим ушам. — Да меня предали! И даже ничего не потрудились объяснить!

— Я никого не защищаю, мантикора тебя дери, а просто говорю, что ты дура. Не дала ему даже объясниться, а сразу накинулась с обвинениями. Очнись, у тебя нет никаких кровных родственников, а ты отталкиваешь от себя человека, который для тебя очень дорог. Тебе стоит поговорить с Виктором, — вспылила Ирма, пытаясь донести до меня свою мысль. В чем-то она была права.

— А насчет этого, — начала Оливия, кивая на письмо. — Просто прими это. Пользуйся, это имя тебе может открыть тебе многие двери. И стоит узнать у родителей, где сам замок. Я думаю, что это они тебя оттуда каким-то образом забрали. Может, заклинание ослабло, и они смогли его снять. И ты проснулась. В смысле, Слизерины давно уже перевелись ты должна была давно проснуться... Разве нет?

— Не думаю, — начала говорить я, собираясь с мыслями. Не хотелось говорить, про свое дальнее родство с величайшим темным волшебником всех времен. Но я ведь решила быть до конца откровенной. — Десять лет назад умер последний волшебник, который был прямым потомком Слизерина. Убился об свою собственную Аваду.

— Тот-кого-нельзя-называть? — пораженно ахнули девочки.

— Да, ну и родословная. Пожалуй, про это уж точно никто не должен знать, — задумчиво произнесла Оливия.

— Это правда. Ладно, пора спускаться, скоро завтрак начнется. Не знаю, как вы, а я голодная, как стая оборотней в полнолуние. Кстати, староста сказал, что надо взять с собой теплые мантии, — сообщила я, поднялась из кресла и, взяв свою сумку, направилась к выходу из комнаты.

Народу внизу значительно прибавилось, старосты пересчитывали первогодок. Многие бросали на меня любопытные взгляды. Проходя мимо Миши, я заметила, что тот мне подмигнул, и немного растерялась. Над ухом раздался тихий смешок Ирмы.

— Да у тебя тут полно поклонников, — тихо произнесла Розье мне на ухо.

Я только на это тяжело вздохнула. Быть в центре внимания мне совершенно не хотелось.

— Эй, злюка, вот ты где, — раздался рядом голос, принадлежавший незнакомому парню, который подошел к нам и бесцеремонно закинул на плечо Ирмы руку. Сразу в глаза бросилось явное сходство: черные волосы, одинаковые глаза, нос, изгиб губ.

— О, ну нет, только жизнь начинает мне кажется прекрасной, как появляешься ты и все портишь, — недовольно проворчала Ирма, скидывая руки со своего плеча.

— Что такое, дорогая сестрица, сегодня кто-то встал не с той ноги? Как спалось? Уже успела распугать соседок своим характером? Смотри, задушат тебя во сне за твой язык без костей, — продолжал подкалывать Ирму её брат.

— Отлично спалось, даже снился сон, где ты убился об стену. Красота. Кровь, слезы, и убитая горем матушка. Даже жаль было просыпаться, — наигранно тяжело вздохнув, протянула девочка.

— Так что на счет соседок? — спросил парень, оглядывая нас с Оливией любопытным взглядом. — Может, познакомишь?

— Девочки — это болван. Болван — это мои соседки Оливия Геновски и Венера К... Венера Слизерин. А теперь исчезни отсюда, ты меня раздражаешь, — закатив глаза, сказала Ирма, немного запинаясь. Поймав ее взгляд, я ей кивнула, давая понять, что все нормально.

— А я Геллерт, брат Ирмы, приятно познакомиться. Не обижайтесь на Ирму, она часто в детстве падала в котел с Болтушкой для молчунов и теперь постоянно несет какой-то бред.

— Похоже, ты тоже был не менее редким гостем в этом котле, — подколола его я, решив немного поучаствовать в их перепалке. Геллерт мне понравился, веселый парень.

— Нет, мне достался котел с животворящим зельем. Энергии хоть отбавляй, — обворожительно улыбнувшись, произнес парень. Уверена, это улыбка сводит с ума многих девушек.

— Геллерт... Необычное имя, назвали в честь кого-то? — спросила Оливия, невинно хлопая глазами.

— Ну что ты! Я такой один единственный! А вообще мои родители жили в Англии, а там полно Геллертов, Гарретов и Герардов, так что ничего необычного, — ответил парень, продолжая улыбаться. Но Ирма только хмыкнула.

— Ты нам мешаешь. Иди на завтрак, а то, зная тебя, ты не упустишь ни одну юбку по пути в Главный зал. Так можно остаться голодными, — фыркнула Ирма и принялась подталкивать брата в сторону выхода из гостиной.

Рассмеявшись, поцеловав сестру в щеку и помахав нам на прощание, Геллерт быстро ушел. Но на выходе, заметив каких-то девушек, пристроился рядом, начиная разговор.

— Он идиот, — произнесла Ирма, вытирая щеку. — Догадываюсь я, что он этими губами делает.

Мы рассмеялись, наблюдая за ее действиями.

— А по-моему, он милый, — вынесла свой я, пытаясь немного защитить нового знакомого, хотя вряд ли он в этом нуждается.

Ирма внимательно на меня посмотрела и хотела что-то добавить, но потом передумала.

— Отлично, все в сборе! Нам пора идти на завтрак. Все надеваем мантии, на улице прохладно. Для удобства, постройтесь парами, — раздался звонкий голос какой-то девочки, похоже, это была Аня, наша вторая староста.

Быстро построившись, мы направились вслед за двумя старшеклассниками. Выйдя из гостиной, я оказалась в просторном крытом дворе, по бокам к которому прилегали балконы. Пройдя через очередную арку, мы оказались на широком каменном мосту, позади которого располагались комнаты студентов вместе с главным замком, который мы видели вчера. Оглядевшись, я поняла, что это не единственный мост. Виднелись еще три, каждый из которых вел к отдельно стоящему зданию. Еще я заметила, что все четыре постройки были связаны между собой чем-то, что напоминало подвесной мост, по которому можно пройти к соседнему зданию. Удобно.

Солнце ярко светило, но, увы, почти не грело. Был легкий ветерок, неприятно продувающий одежду, заставляя сильнее кутаться в мантии.

Быстро миновав мост, мы оказались в замке, и, пройдя несколько коридоров, вошли в Главный зал. Народу было много, а столы были завалены едой на любой вкус и цвет.

— Спокойно завтракайте, у вас есть полчаса. Затем, тех студентов, у кого сейчас зелья заберет профессор Илиев, вы с ним знакомы. На Травологию пойдете вместе с нашим деканом. А на чары проводит Миша. Все ясно? — дала нам небольшие инструкции Аня, и после, получив наши утвердительные кивки, удалилась к своему столу.

Осмотрев стол, я с удовольствием обнаружила свою любимую овсяную кашу и мед, но ягод не было, так что пришлось заменить их орехами. Взяв еще два поджаренных тоста, я принялась за еду. Быстро с ней разобравшись, я взяла яблоко и стала осматриваться. Стоило только поднять голову, как сразу заметила любопытные взгляды, направленные на меня. Было неприятно, но я старалась их игнорировать. Посмотрев на Черный камень, я увидела, что сегодня он был поделен на восемь частей — по одной на каждую ступень — на которых отображались все имена студентов. Имена некоторых студентов горели ярче, чем другие, я насчитала около пятнадцати таких имен. Среди них было мое и имя Геллерта. Интересно, от чего это зависит...

— А никто не в курсе, почему имена некоторых горят на камне ярче, чем другие? — спросила я у девочек. Оливия просто пожала плечами, продолжая жевать яичницу с беконом.

— Это магический потенциал. Чем сильнее волшебник, тем ярче огонь, — ответила Ирма, не поднимая взгляд от учебника по зельям. — Мне брат рассказывал.

Мы все ещё раз взглянули на Камень. Из первогодок отличилась только я. Кровь дала о себе знать, все-таки Слизерин был очень сильным волшебником. Надо будет поискать о нем информацию. Интересно, есть ли подходящая литература в библиотеке...

— Первая ступень, у кого сейчас зельеварение, все за мной! — раздался рядом с нашим столом голос профессора Илиева, прерывая мои размышления.

Быстро собравшись, мы небольшой кучкой двинулись за профессором, предвкушая первый урок по зельям. Интересно, что мы на нем будем изучать.

Чтобы добраться до кабинета зелий, нам пришлось выйти из главного замка и пойти в ту же сторону, откуда пришли утром. Только в этот раз мы свернули к самому правому зданию, которое было дальше всех расположено от наших комнат.

— Замок, в котором расположены лаборатории для занятий по зельеварению и алхимии, называется Северный. Здесь же находятся больничные комнаты, они располагаются на втором этаже. На третьем — апартаменты некоторых профессоров, но это вам знать не обязательно, — по пути рассказывал профессор Илиев.

Внутри замок был простым, и гораздо меньшего размера, чем главный. Пройдя через небольшие ворота, мы оказались в небольшом просторном холле, который был почти пуст, не считая нескольких скамеек, вешалки для мантий и каменных чаш под огонь, расставленных по углам и у подножия лестницы.

— Можете оставить мантии здесь, в подземельях достаточно тепло, — распорядился профессор, устраивая свою мантию на вешалке. Остальные последовали его примеру. Затем мы начали спускаться в подземелье. Я ожидала увидеть что-то похожее на темные сырые тоннели с паутиной и непонятной слизью на стенах, но мои ожидания не оправдались. В подземельях было достаточно сухо и светло от большого количества зачарованных факелов, никакой паутины и затхлого воздуха. Прикоснувшись к камню, я поняла, что он очень теплый.

Лабораторий было несколько. Мы прошли в самый конец коридора, где располагался учебный класс. Возле входа стояли три ряда парт, по пять штук в каждом, а в глубине комнаты располагались котлы, позволяя заниматься в парах. Пахло в классе какими-то травами, грибами и простой основой для зелий.

— Располагайтесь пока за партами, проведем опрос и разберем сегодняшний рецепт, а после приступите к приготовлению зелья, — произнес профессор, когда мы все сели за парты и достали учебники. Я села за первую парту, в левом ряду, которая стояла возле стены. Рядом села Ирма, а за нами устроилась Оливия вместе со своей сестрой. Я в очередной раз поразилась внешнему сходству и одновременно тому, какими разными они были — просто полные противоположности друг другу.

— Привет, Венера! — состроив милую, по ее мнению, улыбку, произнесла Камелия. Похоже, теперь я ей стала интересна. Мерзко как, не люблю таких скользких людей.

Переглянувшись с Оливией, которая только закатила глаза, я отвернулась к себе за парту. Разговаривать с этой двуличной дрянью не было никакого желания.

— Хм, отвечать на вежливость вежливостью, я смотрю, тебя не учили, — раздался недовольный голос мне в спину.

Я собралась ответить, но Ирма меня опередила.

— Давно лесть и подхалимство стали вежливостью? Надеюсь, твоя головушка, знает эти слова, а то могу принести из библиотеки словарь, — кинула Ирма через плечо, а Оливия пыталась замаскировать смешок под кашель.

— Да как ты смеешь! — зашипела Камелия рассерженной кошкой.

— Итак, давайте начнем с переклички, — раздался голос профессора, заставляя прекратить этот увлекательный разговор.

Профессор называл фамилии, потом переводил взгляд на поднявшихся студентов, пытаясь запомнить всех в лицо. После переклички, он довольно хлопнул в ладоши, потирая руки.

— Начнем с техники безопасности, берем в руки перья и записываем следующие правила, они перед вами на доске, — сказал профессор, взмахивая палочкой. Мел на доске начал быстро писать строчки.

Я открыла чернильницу и начала быстро переписывать правила. Некоторые были полезные, как, например, перечисление защитных заклинаний или объяснение, зачем нужно убирать волосы, чтобы они не попали в зелье, и к каким последствиям это приведет. Но некоторые были идиотскими: не проверяйте температуру зелья пальцем или перемешивайте зелье, используя волшебную палочку. Как будто мы тут совсем болваны.

Закончив с правилами, я достала косынку из сумки и собрала волосы в высокий узел, закрепив его на макушке любимой серебряной заколкой с изумрудами. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что к ней хорошо бы подошел кулон Слизерина, но я быстро отогнала эти идеи. Никогда я его не надену.

Когда все отложили перья, профессор Илиев, недовольно покачал головой, и поджал губы.

— Я смотрю, не многие относятся к этим правилам всерьез. Думаете, я их писал просто так, чтобы вы их бездумно записали и забыли? — такая резкая смена настроения всех немного смутило. Улыбчивый Тодор Илиев в мгновение ока превратился в сурового преподавателя зельеварения, который очень строго подходит к изучению своего предмета. Все уткнулись в свои записи, проверяя, что могло вызвать такую реакцию профессора.

— Палочки убрать. На моем предмете они не нужны. Дамы, волосы убрать. На мои уроки приносить головные уборы. Все зашевелились, выполняя требование преподавателя, а я заметила, что волосы убрали только я и Ирма.

— Госпожа Розье и Госпожа Слизерин получают по дополнительному баллу. А теперь продолжим.

Мы с Ирмой переглянулись, она только закатила глаза и пожала плечами, как бы говоря «а что ты от них ожидала?». А мне же это не понравилось, я решила для себя, что буду вести себя, как можно незаметнее, стараясь не умничать и быть наравне со всеми.

— Итак, приступим. Учебники пока не открываем. Кто скажет мне, что мы можем приготовить, если возьмем змеиные зубы, иглы дикобраза и рогатого слизня? — спросил профессор, окидывая класс любопытным взглядом.

Я знала ответ, но решила промолчать. Неуверенно поднялось несколько рук, студенты теперь немного опасались профессора.

— Да, госпожа Радева? — кивнул зельевар высокой блондинке в очках.

— Зелье от фурункулов, сэр, — уверенно произнесла девочка, смотря прямо в лицо профессору.

— Неправильный ответ. Есть еще идеи?

Девочка опешила, открывая учебник, быстро ища там что-то. Мерлин, они вообще логически думают хоть иногда?

Никто больше не поднимал рук, и все смотрели в свои конспекты. Ладно, раз я уже выделилась, отвечу один раз, и дальше буду молчать в тряпочку.

— Никакое, сэр, — ответил я, даже не поднимая руки.

— Повторите, — вопросительно поднял бровь профессор, а мне лишь на секунду показалось, что в его глазах мелькнуло одобрение.

— Никакое. Пока вы нам не скажите, сколько ингредиентов нам необходимо, — спокойно повторила я, немного поясняя свой ответ.

— Отлично, Слизерин, как вы пришли к такому решению? — задал еще один вопрос профессор, улыбаясь.

— Боюсь, это не моя заслуга. Моя, эм, приемная матушка всегда говорила, что без точных дозировок это не рецепт, а список покупок, — пожав плечами, произнесла я.

— Госпожа Крам занималась с вами зельями лично? — спросил профессор, удивляясь.

— Да, с восьми лет, — спокойно ответила я. Идея с тем, чтобы не выделяться, провалилась с треском.

— Хорошо, посмотрим, что вы усвоили, — сказал профессор, отворачиваясь и обращая свое внимание на притихший класс.

Следующие двадцать минут мы слушали о том, как нужно приготавливать ингредиенты для сегодняшнего зелья и какие свойства от этого они получат. Также мы узнали, какие свойства появятся у ингредиентов, которыми мы сегодня будем пользоваться, если их приготовить иначе. Слушали про температурные поправки, время кипения и еще некоторые вещи, от которых зависит результат. Потом мы сами составили рецепт, правда, не без помощи профессора. Он нам говорил, какие свойства нам нужны от того или иного ингредиента, а мы уже производили расчет, в каких количествах нам его брать и как готовить. После этого мы составили таблицу, в которой вся сегодняшняя информация была представлена в коротком и понятном виде. Я осталась в восторге: такой подробный подход и раскрытие предмета! Тут любой справится.

Когда до конца урока оставался час, мы приступили к самому зелью. Я была в паре с Ирмой и знала, как делать зелье, даже знала, как можно его приготовить немного быстрее и с меньшим количеством ингредиентов. Все благодаря мистеру Северусу Снейпу, который любезно помог моей матушке, когда она обратилась к нему за советом, по какому учебнику лучше обучать юных волшебников. Мистер Снейп не только посоветовал учебник, но и передал личные заметки, где усовершенствовал некоторые рецепты и добавил небольшие расшифровки к ним. Матушка признавала, что у этого Снейпа просто талант, и мне невероятно повезло, что такого уровня зельевар решил помочь мне. Однако я решила готовить зелье по рецепту профессора Илиева, чтобы избежать лишних расспросов.

Остаток дня прошел без происшествий.

На чарах мы изучали заклинания, воздействующие на предметы: Вингардиум Левиоса — чары левитации, Депульсо — заклинание, отталкивающее предмет и Дефиндо — разрезающие чары. Весь урок у нас летали по всему классу перья, а также была куча лент, порезанных на кусочки. Я старалась не привлекать внимания, и делала так, чтобы чары у меня получались раза с пятого четвертого. Но даже несмотря на это получила похвалу от профессора Альберта Хоч, который мне очень понравился. Это был мужчина среднего возраста, лысый и с черной бородой, кое-где с проседью. И очень добрыми голубыми глазами с лучистыми морщинками в уголках, которые появлялись, когда он улыбался. А улыбался он очень часто, много шутил и подбадривал студентов, чтобы они не переживали из-за неудач.

На обеде поцапались с Камелией и ее подружками, одной из которых оказалась девочка, неправильно ответившая на первый вопрос на зельеварении. Смотрела она на меня так, словно я ей сотню галеонов должна. Похоже, еще один недруг в ее лице мне гарантирован.

После обеда была Травология, которую я очень не люблю. Мне не нравится торчать в теплицах и копаться в земле. Я даже угробила несколько ростков Калган-травы, помяв корешки, а некоторые очень сильно залив водой. Профессор Илич на это только недовольно поджала губы и снизила оценку. Эх, погиб во мне великий садовод.

Вернувшись в общежитие после Травологии и быстро приняв душ, я поняла, что до ужина еще осталось два часа, и можно сходить в библиотеку. Нужно было сделать домашнее задание — эссе по зельям и травологии на три стандартных листа пергамента длинной тридцать сантиметров! И это каждое эссе! Ужас, и хоть Травология будет теперь только в четверг, не стоит затягивать с работой. И еще можно поискать книги про Слизерина. Может, получиться узнать о нем подробнее.

На ужин я пришла уже немного расстроенная. Мало того, что в библиотеке не нашлось почти ничего про Слизерина, так я еще и наткнулась на Генриха Брэнда, мальчика, который первый проходил церемонию, в компании Камелии, которая, услышав, какие книги я ищу в библиотеке, подняла меня на смех. Ей казалось забавным, что я ничего не знаю о своей настоящей семье, и единственное место, где я могу что-то узнать, — это библиотека. Ничего не ответив ей, я выскочила из библиотеки, а в спину сыпались смешки и всякие шуточки. Стало неприятно и обидно, на глаза наворачивались слезы, и я почти бежала по коридору, не разбирая дороги. Но удача покинула меня окончательно, на повороте я чуть не сбила с ног Виктора, который перепугался, увидев меня в слезах, и попытался меня остановить, за что получил заклинанием щекотки в грудь. Я почувствовала себя еще хуже. Казалось, что все рушится со скоростью лавины. Еще немного и она накроет меня с головой.

— Так, у тебя такой вид, как будто все дементоры Азкабана несутся за тобой по пятам. Что случилось? — спросила Оливия, поднимая глаза от газеты, лежащей перед ней. Ирма тоже заинтересованно отвлеклась от чтения письма. Похоже, за ужином прилетели совы с почтой.

— Ничего, — буркнула я, кидая сумку рядом на пол и садясь рядом с Ирмой.

— Тебе письмо. Почему-то сова прилетела сюда, и долго сидела на столе, дожидаясь тебя. Пришлось забрать у нее письма, надеюсь, ты не против, — сказала мне Ирма, кивая на письма, которые лежали рядом с ней.

— Ага, спасибо, — поблагодарила подругу я, убирая их в сумку.

— Не похоже на ничего, говори, в чем дело, — указав на меня вилкой, которую держала в руке, произнесла Оливия.

— Отлично. Твоя придурошная сестра собирает клуб тех, кто не любит меня. Столкнулись в библиотеке, когда я искала там что-нибудь про Слизерина, ничего серьезного. Я не хочу об этом говорить, — произнесла я, не поднимая взгляд на Оливию, накладывая себе салат из свежих овощей. Немного подумав, положила себе еще дольки картофеля с курицей под томатным соусом.

Девочки промолчали, за что я им была благодарна. Ужин прошел в непринуждённой беседе. Все делились своими впечатлениями о прошедшем дне. После еды мы устроили бой подушками в комнате. Началось все с того, что Ирма сказала Оливии, что она задушит ее подушкой, если та снова будет храпеть, после чего упомянутый атрибут для сна прилетел Ирме в голову. Её ошарашенное выражение лица было незабываемым, как будто она не могла поверить, что кто-то позволил себе подобное. Мы с Оливией хохотали до слез, после чего получили в голову по подушке, которые были запущены в нас Ирмой при помощи чар левитации. После этого мы забросили палочки и начали колошматить друг друга подушками, бегая по комнате. В конце этой великой битвы вся комната была завалена перьями. Давно я так не хохотала.

Уже лежа в своей кровати, я поняла, что все переживания за последние два дня немного отступили, и я могу вздохнуть полной грудью. Возможно, я нашла хороших подруг и, быть может, смогу назвать это место вторым домом.