А мы не пара!

Моя практика проходила в районной прокуратуре, конечно, я надеялась на что-то интересное. Хотя бы быть помощником помощника прокурора (такое вообще есть?).
И именно сейчас я шагала к прокуратуре, находившейся, слава Богу, не так далеко, как арбитражный суд, где я практиковалась прошлым летом.
Наконец, я вошла в нужное здание и сразу почувствовала прохладный воздух кондиционера. Я мигом достала направление, которое мне заранее выдали в универе. Я буду работать в канцелярии.
Завернув в длинный коридор, где уже мало-помалу собирался народ на, как я понимаю, прием к прокурору. Я прошла к деревянной двери в самом конце коридора напротив большого окна со слегка треснувшим подоконником, на котором красовалось пятно от кофе.
Я постучалась и вошла внутрь. В нос ударил запах пыли, кофе и сигарет. А еще играло радио. Причем с русской попсой, к моему огромнейшему сожалению...
— Здравствуйте, я Кира...
Мне не дали договорить, ко мне подошла женщина лет пятидесяти с вьющимися густыми волосами, собранными назад с помощью заколки.
Она улыбнулась, держа в руках стаканчик для кофе.
— Привет, проходи за тот стол, я сейчас через пару минут приду.
Я кивнула, а женщина ушла, хлопнув дверью. Здесь было достаточно жарко, в отличие от коридора. Сделав пару шагов до стола, я огляделась: три высоких шкафа до отказа завалены бумагами... Что меня ждет в течение этих двух недель практики? Кажется, в канцелярии я надолго...

— Значит, смотри, вот это... — она поставила на стол тяжелую и толстенную стопку бумаг на стол, — Тебе надо сшить.
— Сшить? — жалобно взвыла я.
— Умеешь? — поинтересовалась Зина, так звали женщину.
— Да... Прошлые две практики только этим и занималась... — я уселась за стол, взяла толстую нить и иглу. Боже... Уже давно все можно было внести в компьютер.
Очень долго я сшивала дела, которых было немало, точнее их все прибавлялось, а сил становилось все меньше. По радио крутили самые дурацкие песни.
— Так, ну, что же... Молодец... — Зина подошла ко мне сзади и посмотрела на стопку сшитых дел.
— Спасибо... — ответила я.
— Смотри, сейчас последнюю доделывай и можешь идти.
— Да? — обрадовалась я и улыбнулась, смахивая пот с лица.
Зина пошла покурить, а я стала скорее сшивать последнюю пачку. Вдруг по радио заиграла песня...
— О, господи... — произнесла я.
Песня «О боже, мама...» или как там? Короче, Крид. Мда... Более пустого текста я не слышала еще никогда. Интересно, кто строчит эти тексты? Хотя здесь ума большого не надо. Главное — рифма: «обед — омлет», «с ума — вина»...
Песня закончилась, я заметила, что все это время слегка постукивала ногой в такт музыки.
Что? Господи, просто ритм дискотечный, поэтому и... Да, в этом нет ничего такого.
Я встала из-за стола, в этот момент вернулась Зина:
— Я что-нибудь пропустила по радио?
Она постоянно спрашивала это, когда уходила и возвращалась (раз пять на перекур).
— В общем-то, нет. Разве что заезженная песня Крида...
— Егор Крид! Прекрасный паренек, была бы я моложе, да покрасивше... — она мечтательно вздохнула.
Я недоумевающе вскинула одну бровь.
— Ну, ладно, можешь идти, — произнесла Зина и уселась за стол.
— До свидания.

Выйдя из канцелярии, я достала мобильник, чтобы ответить на сообщения в ВК. Одно из них было от Егора.
Егор: Привет, погуляем сегодня?
Я: Привет, прости... Я очень устала после практики.
И тут я врезалась в кого-то. Вскинув голову, я увидела невысокого, почти с меня ростом, мужчину с папкой в руке.
— Прошу прощения, — произнесла я.
— Не пяльтесь в телефон, — произнес он грубым голосом и прошагал дальше.
«Какие мы добрые,» — подумала я и пошла прочь из прокуратуры.
Быстро дойдя до ближайшей детской площадки, я присела на качели.
В этот момент пришел ответ от Крида.
Егор: Даже вечером?
Я подумала. Все-таки до шести вечера я успею отдохнуть, только вот тащиться никуда не хочется.
Я: Нет.
Егор: Нет — не можешь? Или нет — можешь?
Я: Нет, значит, подумаю.
Егор: Так... Ясно.
Я несильно раскачивалась на качелях, думая, идти ли мне или нет. Минут через пять мне снова написал Егор.
Егор: Так, что?
Я: Еще не решила...
Егор: Когда решишь?
Я: Не знаю, прости, я не могу говорить.
Я собралась и пошла домой, выйдя из ВК. У подъезда я столкнулась с Клавдией Олеговной.
— Здравствуйте, — произнесла я, отскочив от двери и пропуская на улицу соседку.
— Когда-нибудь тебе достанется за то, что будишь меня по утрам своими скрипами и фашистами!
Я закатила глаза и вошла в подъезд.
Дома мама собирала чемодан в Калининград. Завтра рано утром она уже улетала.
— Мама, я так рада! — я улыбнулась и обняла ее. Она сидела на полу и складывала одежду.
— Ох, я тоже очень рада! Но... Как же я тебя оставлю?
— Все будет нормально, что может произойти за четыре дня?
— Ладно... Надо бы настроиться на лучшее.
— Мам, это ведь путешествие! Будет невероятно круто, я уверена!
— Да, — она облегченно вздохнула.

Пройдя в свою комнату после обеда, я села на кровать, достала мобильник и стала думать: идти или не идти на встречу?
Я представила, как было бы прекрасно, если бы у меня был молодой человек...
СТОП.
Какой еще молодой человек?! Я с Егором хочу как с другом пообщаться, а не заводить отношения...
Сердце забилось быстрее, в голову начали лезть разные мысли, я хотела разобраться в себе. Что со мной? Почему в голове все играет эта дебильная песня?!
Хотя... Какого фига я беспокоюсь? Жизнь дана однажды! Если я хочу встретиться с Егором, то я встречусь. Плевать на все предрассудки!
Я схватила мобильник, открыла ВК.
Егор: Ну, не молчи...
Грустный смайлик.
«Не расстраивайся, Егор,» — о чем я?!
Я: Ладно, часов в шесть смогу, только лучше в парке погулять, не охота куда-то ехать.
Крид ответил мигом.
Егор: Отлично! Какой парк?
Я: Недалеко от моего района есть прекрасный парк, я там в детстве гуляла!
Егор: Ну, и где ты живешь?
Я: Там, где и прописана.
Егор: Говоришь, не любишь врать...
Я: Прости, но тогда я думала, что ты маньяк.
Егор: Я похож на извращенца?
Я: Обычно никто не похож на него...
Егор: Ладно, в шесть у твоего дома.
Я: Да.
Егор: До встречи!
Я: Пока.
Я подпрыгнула от радости!
— Да! Да! — кричала я. — Господи... Чему ты радуешься, Кира?..
Вдруг снова пришло сообщение от Крида. Я открыла его и, прочитав его, искренне и радостно заулыбалась.
Егор: Только пожалуйста не рассказывай это Алене.
Я: Хорошо. Только, пожалуйста, не забывай про запятые.
Егор: Никак без подколов?
Я: Я не я, если не затроллю орфографией, ахахахаха.

Я одевалась на прогулку, красилась. В этот момент мама вошла ко мне в комнату.
— Куда же мы так наряжаемся? — она скрестила руки на груди и оперлась о стену.
— Я?
— Ну, не я же! — рассмеялась она.
Я надела вторую сережку.
— Ну... На прогулку с одним моим новым знакомым.
— Новым? Почему я про него не слышала.
— Слышала, конечно, по радио раз сто.
— Господи, только не говори, что это Лепс!
Я рассмеялась на всю квартиру.
— Нет, староват для меня. Хотя Тилль почти его ровесник... Неважно.
— Так, кто он? — мама строго посмотрела на меня.
— Егор.
— Какой Егор?
— Ну... — знала бы я настоящую фамилию. — Мы с ним познакомились в торговом центре, когда с Аленой ходили...
— А причем здесь радио?
— Мам, я тебе после прогулки расскажу ладно? — я вышла из комнаты, но мама остановила меня за руку.
— Кира, ты уверена, что он...
— Мам, не волнуйся, я с ним уже три раза виделась.
— Почему ты мне ничего не рассказываешь? — она опустила обиженно плечи.
— Мам, прости. Расскажу после прогулки, обещаю! — я поцеловала ее и вышла из квартиры.

Жара спадала, легкий ветерок приятно освежал лицо.
Я огляделась: прямо перед моим подъездом стояла дорогая иномарка. И вот водительская дверь открылась, из-за нее показался Егор.
Он широко улыбался.
— Ты прекрасно выглядишь! — он оглядел меня.
— Чего добиваешься? — ответила я с нагловатой улыбочкой.
— Просто комплимент, не зазнавайся! — Егор протянул мне букет таких же красивых, вкусно пахнущих и ярких роз.
— Егор, зачем ты так?..
— Разве я не могу подарить тебе цветы?
— Можешь, но...
— Никаких "но".
— Великолепно.
— Да, — он улыбнулся, я наконец-таки приняла цветы, и мы пошли в сторону парка.
Солнце стало скрываться за домами, однако было светло. В парке гуляли в основном молодые мамы с колясками, причем их было так много, что я даже удивились, как мы отстаем от Китая в этом плане; также одиночки с собаками, а еще... Парочки.
Кто мы?
Мы улыбались, но молчали, однако это было не так плохо, как может показаться.
— Чем увлекаешься? — спросил внезапно он. Кажется, ему хотелось о чем-то поговорить.
— Я? Ну... Учеба там, музыка.
— На кого учишься?
— На юриста, как бы банально это не звучало.
— О! Где проходишь практику? — он посмотрел мне в глаза.
— В прокуратуре. Веселое местечко. Как думаешь, что я делаю?
— М... Помогаешь прокурору?
— Ха! Если бы! Я в прямом смысле шью дела. С помощью огромной иглы и нитей, — я усмехнулась.
— Хорошая логика у них, — Егора тоже развеселил этот факт. — А что слушаешь? Ну, в плане музыки. Про немцев я уже понял. Они у тебя на странице всюду.
— На самом деле, самую разную музыку. Например, Сплин — из русских... Майкл Джексон, кстати, очень классный!
— Ты тоже его любишь? — в глазах Егора появился радостный и задорный огонек.
— Да! У меня даже есть видео, в котором я в свои пять или шесть лет танцую под него!
— Хотелось бы видеть, — он как-то странно глянул на меня.
Мы спустились вниз по велосипедной дорожке, по которой гуляли абсолютно все, даже не на колесах. Она ведет к реке, в которой плескались утки и утята.
— Такие милахи, правда? — улыбнулся Егор.
— Согласна, — мы подошли ближе к воде, сойдя с асфальтированной тропы.
— Знаешь, я так и не успел тебя спросить одну важную вещь в прошлый раз...
— Какую? — я взглянула на него.
Крид вздохнул, слегка отвел взгляд, практически незаметно закусил губу и наконец решился спросить:
— У тебя есть...
— Кира! Привет! Давно не виделись! — прервал Егора голос Сережи.
Парень подошел ко мне, обнял меня (зачем?!) и поздоровался с Кридом:
— Привет! Я...
— Парень Киры? — закончил за него Егор.
— Нет! — сказала я. — Он мой друг.
— Да, мы друзья. Я Сережа — он улыбнулся и пожал руку Егору.
— А! Я Егор, — Крид сразу улыбнулся.
— Я тебя знаю, кстати, — произнес Сережа. — Ты из рекламы.
— Да, точно, — рассмеялся Крид.
— Ладно, прости, я в магазин, надо будет встретиться! — кинул он мне и удалился. Что это сейчас было?
— Кажется, ты не слишком рада ему.
— С чего ты взял? — я вскинула голову.
— Просто, когда он тебя обнял, ты сразу отстранилась от него.
— Ну... Да, есть такое, — я хотела все рассказать, но решила не делать этого.
Мы пошли дальше вдоль реки.
— Если хочешь рассказать, то не держи в себе.
— Нет...
Я тяжело вздохнула.
— Ладно. Только... Никому...
— Обещаю, что это будет секрет, — он серьезно взглянул на меня.
Кивнув, немного подумав, с чего начать, я стала рассказывать:
— Мы с ним встречались. Мне даже казалось, что я люблю его. А потом... Впрочем, он просто врал мне постоянно. Так по-детски, вел себя ужасно инфантильно. Не думаю, что что-то изменилось. А еще наши чувства выражались чаще всего по интернету. В переписке. Знаешь, есть одна классная песня, не твоя, не надейся! — подшутила я, отчего Егор шутливо закатил глаза. — Так вот... Есть песня, строчки из которой не выходят у меня никак из головы. Она очень жизненная. Там поется:

Слово "Люблю" потеряло свой смысл, хочешь, докажу?
Введи его в поиске сообщений.
Понятия меняются и очень быстро, когда сто раз пишут
"Люблю", - появляются сомнения.

Егор остановился, уставился на меня странным взглядом и произнес:
— Нет, мне, конечно, нравятся твои приколы, но если что...
— Что? — недопоняла я.
— Это моя песня.
Я рассмеялась.
— Егор, неудачная шутка!
— Это не прикол!
— Ты сейчас серьезно?
— Да! Вот! — он достал мобильник, вбил в ютубе «Любовь в сети» и открыл видео.
Господи... Это ведь Егор. Лет семнадцати!
— Ничего себе... Я просто не ожидала... что ты мог...
Он улыбался так, будто победил самую важную гонку в своей жизни.
— Прости... Я недооценивала тебя... Однако сейчас ты скатился в попсу! — я рассмеялась и пошла дальше.
— Ладно тебе! Скатился я... Просто, ушли те подростковые проблемы...
— Ага, да, конечно.
— Так, что там с... Сережей?
— Ну, раз уж ты автор песни, то, наверное, понял меня.
— Ты его любишь?
— Нет. Вообще ничего не чувствую. И слава Богу! С таким врунишкой общаться себе дороже!
— А парень есть?
— У кого?
— У тебя, конечно.
— У меня никого нет, — я отвела взгляд.
— Тогда, может... — он повернул меня к себе, заглянул в глаза, я напряглась, руки сразу же похолодели, губы слегка задрожали. — Ты... Милая.
Господи, что он несет? Я не знала, что делать, Егор притянул меня к себе за талию. Да еще он выше меня, хотя я на каблуках.
— У тебя... красивые ресницы, — промолвил он.
— Это все тушь...
Он хотел что-то сказать, но никак не решался.
— А у тебя брови крашеные, — зачем-то кинула я.
— Что? — возмутился он и сразу отстранился.
— А чего ты тут мне про какие-то ресницы сказки рассказываешь? — произнесла я на повышенном тоне.
— А что, мне правду тебе сказать нельзя? Или лучше наврать про то, что у тебя идеальный характер?
Я незаметно огляделась: людей вокруг не было.
— Что ты сказал? — тихо ответила я.
— Да! У тебя не лучший в мире характер! То тебе песни никакие не нравятся! То ты слушаешь их! С тобой общаться сложнее, чем быть политкорректным в США!
— Что?! Да пошел ты! — я почему-то сильно обиделась, хотя обижаться не хотелось.
Резко развернувшись, я зашагала в сторону своего дома, цокая каблуками по асфальту, я выкинула на траву букет.
— Конечно! Беги! — выкрикнул он.
Глаза защипало от накатившихся слез, которые я сразу же смахнула, надеясь, что в магазине не обманули насчет водостойкости, и решила терпеть. В горле встал комок, сердце сжалось, но я должна быть сильной.
Я услышала быстрые шаги сзади себя, но сама не сбавляла скорость.
— Кир, прости, — Егор опередил меня и преградил путь, взяв меня за руку. Я вырвалась, попыталась пройти дальше, не обращая внимания на Крида.
Он развернул меня к себе, немного грубо, но взгляд его выражал сожаление. Краем глаза я заметила какое-то движение. Собака? Но сразу же забыла об этом.
Егор притянул меня к себе, обняв за талию, и поцеловал в губы. Это был какой-то невинный, спонтанный, пусть недолгий, но зато нежный и невероятно искренний поцелуй.
Егор посмотрел мне в глаза, ожидая моей реакции.
Я дала ему пощечину.
Он промолчал, смотря на меня своими красивыми глазами.
— Дебил, — прошипела я.
В воде крякнула утка, на дереве прокаркала ворона, а я встала на мыски и коснулась губ Егора своими. Через мгновение он ответил на мой спонтанный или обдуманный — сама не знаю — поцелуй. Через меня будто прошел ток, в голове появлялось осознание того, что я ощущала эти пару дней.
Сердце забилось чаще, за спиной появились крылья. Егор продолжал меня целовать, обнимая меня, прижимая к себе, подул ветер, откуда-то послышался девичий вскрик, но мы не обращали на все это внимание.
Я обвила шею Егора и запустила пальцы в его волосы, взъерошив их.
— Я люблю тебя, — произнес Егор, едва отстранившись, и снова продолжил целовать.
— У тебя ужасные песни, — произнесла я, оторвавшись от поцелуя.
— Кроме одной, — добавил он.
— Кроме одной, — улыбнулась я, и мы снова поцеловались.
И жизнь закипела. И жизнь началась.