24
я остался на едине с собой и задумался.
на самом деле Адель и в правду удивительная девушка. очень светлая и красивая. иногда смотрю на неё и хочется чтобы она была только моей. но как я блять это сделаю? во первых, она не будет со мной, это уж точно, во вторых, как поймут другие? друзья, коллеги, родители, соперники...они же будут просто в ахере... хотелось бы сейчас прижать её к своей груди и сказать всё прямо. но я так не могу. я рождён не для любви, наоборот, я должен делать людям больно. видимо этого никто не понимает, да и я сам уже потерялся в своих мыслях. мне просто страшно за неё. если всё же она будет моей, то мне надо будет сдерживать гнев, чтобы не сорваться на неё в той или иной ситуации, так же её надо защищать от врагов и пуль. ведь каждый бы на неё повёлся. я молчу уже о покушениях. она - прекрасна. и это может оказаться очень плачевно для неё. я не хочу быть с ней лишь потому что мне за неё страшно. да! я за неё боюсь! но что мне остаётся делать? из этого дома я уже точно её не выпущу. она стала моим наркотиком. я сам не свой если не увижу её хоть раз за день. что же она сделала со мной? в кого она меня превратила? в того чёртова ублюдка, который был несколько лет назад, который радовался каждой мелочи, был искренним со всеми и отзывчивым. легко понимал что такое любовь и помощь.
пока я был в своих мыслях, даже не заметил как полностью опустошил бутылку коньяка. посмотрев в окно, я понял, что на улице уже ночь. без лишних действий и слов я упал на диван в своём кабинете и погрузился в сон.
пов: Адель.
я сидела в комнате на своей кровати и рыдала. Джессика всеми силами пыталась меня успокоить, но у неё не выходило.
Джессика: Адель! я понимаю тебя, сейчас очень больно и обидно. но я думаю, что всё обязательно наладится! — говорила она, протягивая мне стакан воды. — держи, попей..
дрожащими руками я взяла стакан и выпила всё залпом.
Джессика: попробуй поспать. может легче станет. — напоследок она меня обняла и направилась к себе на диван.
я прилегла и отвернулась в другой угол комнаты. под свои же всхлипы я как то заснула.
проснулась я с полным опустошением внутри. вчера я просто вспомнила все свои обиды за всю жизнь и дала волю чувствам. разревелась прямо на глазах у всех. и казалось бы, всего лишь из-за двух слов «ты ненормальная», мне было очень тяжело услышать эти слова от него...
я развернулась на кровати, Джессика вышла из ванной комнаты.
Джессика: Адель, доброе утро. ты как?
- не очень.. — тихо проговорила я. лицо щипало, от моих же слёз, а глаза очень сильно болели. поэтому я их прикрыла.
Джессика: завтракать пойдёшь со мной?
- не хочу пока что..
Джессика: хорошо. — понимающе ответила она и вышла из комнаты, скорее всего в столовую.
я осталась наедине с собой и продолжала вспоминать вчерашний день до мелочей.
пов: Пэйтон.
с утра у меня очень сильно трещала голова, но я отчётливо всё помнил. будто кто-то меня заколдовал. с утра лишь искупавшись и выпив таблетку я пошёл на завтрак. там собрались уже все. только вот...её не было.
в сердце будто что-то кольнуло, а в груди всё начало ломить..я не думал, что отнесусь к её отсутствию так. моё настроение пропало сразу и я сел на стул.
Боб: вам что, Пэйтон Мурмайер? — осуждающе смотря на меня спросил он. сейчас на меня все смотрели так, будто я их враг. и я понимал всю их злобу. вчера я реально натворил херни.
- без разницы. — кротко ответил я. — доброе утро всем. — произнёс я, но в ответ не услышал ни слова. со мной никто не хотел говорить. все лишь дальше продолжали поедать всё. они будто меня не слышали, некоторые даже разговаривали о чём то, но уж точно не обо мне. — глухие или сдохли? — в ответ опять лишь молчание. — блять! — я ударил ладонью по столу. тут то все взгляды направились на меня. — я правда был не прав и правда виноват! и если честно, я бы очень хотел извиниться перед всеми. а перед ней особенно.
Джей: не надо, Пэйт. — он первый подал голос. все остальные косо посмотрели на него. — не думаю, что сейчас она была бы рада тебя видеть. просто молчи. ты уже всё сказал. сегодня точно не подходи к двери её комнаты, а к ней и вовсе.
я лишь опустил голову вниз. передо мной поставили кашу. я ничего не мог сказать, ведь они правы. единственный раз я переступил через свою гордость и молча принял их слова. есть что-то совсем перехотелось. и я просто ушёл.
- приятного аппетита. — кинул я всем на последок и пошёл к себе в комнату.
пов: Адель.
за целый день я так и не вышла из комнаты. ко мне лишь приходили ребята из мафии и пытались заговорить, но я была не в настроении им отвечать. и вот очередной человек заходит ко мне. Райли.
Райли: зайка, ты как? — она села на край моей кровати.
- не очень. — эти два слова я отвечала всем на подобные вопросы.
Райли: я вижу. — она положила свою руку на мою ногу и начала медленно её поглаживать. — ты так не расстраивайся сильно. впереди ещё вся жизнь, бывает и не такое. мы с ребятами правда хотим лишь твоей улыбки. ты удивительно искренний человек. а этот Мурмайер просто урод. — она отвернулась и начала смотреть куда то вдаль. — но он уже понял свою ошибку. он сам не свой с самого утра из-за этого...
- можно я побуду одна?
Райли: да, конечно, если что о надо, попроси Джессику. она скажет нам.
- хорошо.
девушка вышла и я продолжила лежать дальше. в общем я так и пролежала до вечера в ужасном настроении полностью погрузившись в воспоминания с самого детства. все конечно за меня волновались и иногда даже приходили, но единственным моим ответом было «я хочу побыть одна». Джессика тоже приходила, но ничего не говорила мне, так как понимала, что сейчас, я не хочу ни с кем общаться. она ходила то в комнату, то из комнаты, не находя себе места.
уже под ночь я заснула, так и не встав с кровати.