4×1
Проснулась Ева в ужасном настроении. Ей казалось, что ночь облегчит чувство потери и придаст сил для новых приключений, но она ошиблась. Ева ощущала себя разбитой об камни, брошенной на съедение волкам, потерянной в густой тьме. Она едва смогла подняться, и то только после того, как Роза украла у нее одеяло.
— Оставь меня в покое, — не сдержалась Ева, но подруга лишь рассмеялась.
В школу Роза собиралась чересчур громко, даже не задумываясь, что ее бесконечные хлопанья дверцами шкафа могут плохо сказаться на соседках. Ева поспешила в ванную, чтобы умыться и отдохнуть от свалившегося на нее шума.
Тем временем ученики подтягивались в столовую на завтрак, где Белла уже давно расставила тарелки с чашками и теперь ждала внимания к своим вкусностям.
Когда за столом собрались все, включая хмурую Еву, сохранявшую молчаливость целое утро, Белла на мгновение замерла с чайником в руках, а потом продолжила разливать чай. Она подождала ещё некоторое время, а потом всё-таки спросила:
— А где Томас? Он не будет завтракать?
Все, кто сидел за столом, посмотрели друг на друга, будто где-то среди них мог затеряться Томас. Никто, кроме одного человека, даже и не заметил, что их одноклассник отсутствует.
У Евы не было аппетита, и она, сложив столовые приборы на тарелке, повернулась к Дэну, с кем соседствовал Томас:
— Томас уехал. Ушел из «Темпуса». Ты разве не заметил, что его вещей нет в комнате?
— Да? — Дэн вроде бы искренне удивился. — Не обратил внимания. А когда это он успел?
— Вчера.
— Ничего себе, а чего это он так?
Еве показалось, что Дэн специально провоцирует её, но она не успела ничего ему ответить, потому что в разговор вмешалась Люси:
— Сбежал после проишествия? Не смог вынести такого позора? Что же, я и не удивлена, что он так поступил, вполне в его стиле.
— В каком ещё его стиле? — моментально вспылила Ева. — Ты даже не общалась с ним. Никто из вас не общался с ним.
— Эй, расслабься, — Роза попыталась остудить пыл подруги, но сделала только хуже.
— Легко говорить, когда тебе никогда не было до него дела. Не знаю, есть ли тебе вообще до кого-то дело.
Роза ахнула, но промолчала. Ей сейчас не хотелось ссориться за столом. Она знала, что Томас много значил для Евы, и это логично, что она расстроилась из-за его решения уйти из школы. Хотя, конечно, срываться на друзьях из-за этого вряд ли стоило...
— Ева, не надо злиться. Томас ничего не сказал нам о своем уходе, а тебе, очевидно, сказал, поэтому лучше бы ты объяснила нам, что случилось, — Роби решил попытать удачу и тоже заговорить с раздражённой Евой.
Та лишь фыркнула.
— Вы и так всё прекрасно знаете.
Ева демонстративно вышла из-за стола и направилась в свою комнату под озадаченные взгляды. И плевать ей было, что они будут обсуждать ее за спиной.
— Как видишь, Алекс, Ева не рада тому, что ты выпроводил ее друга за порог школы, — хихикнула Люси и потянулась к вазочке с печеньем.
— Закрой рот, а? — ответил той Роби и мельком глянул на Алекса.
Алекс смотрел в тарелку и не поднимал глаз. Вся эта ситуация и, главное, поведение Евы заставили его испытывать чувство вины, хотя виноватым в чем-либо его вряд ли можно было назвать. Алекс подумал, что он живёт с проклятием, потому что даже теперь, когда Томас внезапно уехал, а они с Евой признались друг другу в чувствах, они вряд ли мигом сойдутся. Как будто сама вселенная выступала против их отношений.
Эмма на завтрак не пришла, она не любила лишний раз оказываться в кругу одноклассников, но уже в школе и до нее дошло известие, что Томас больше не учится с ними. Эмма даже удивилась такому повороту. Неужели Томас был настолько слабым, что из-за дурацкой драки сразу же сбежал? Ей это казалось довольно странным, но в любом случае так было даже лучше: меньше людей — меньше проблем.
Только вот Ева не хотела мириться со случившемся. Когда она пришла в школу, то первым же делом бросилась в кабинет миссис Труф.
— Мисс Коллинз, вы забыли постучать, — Труф с явным недовольством помешивала ложечкой сахар в чае.
Но Еву сейчас не заботили правила.
— Вы не знаете, в какую школу перешёл Томас?
— Какой ещё Томас?
— Томас Гер. Он вчера ушел из «Темпуса». Я бы хотела знать, где он теперь будет учиться.
— К сожалению, я такой информацией не располагаю. Всё произошло быстро, на вопросы времени не осталось.
Ева тяжело вздохнула. Последняя возможность узнать хоть что-то о её бывшем парне растворилась, как сахар в горьком чае.
В коридоре возле кабинета директрисы Еву поджидал Алекс. Он нервно вертелся на месте, волнуясь, что Ева оттолкнет его, когда он с ней заговорит.
Ева, конечно, не собиралась ничего такого делать, но всё-таки она надеялась пройти мимо, потому что настроение у нее оставалось хуже некуда. Однако Алекс встал у нее на пути.
— Ты злишься на меня?
— Алекс, дело совсем не в тебе.
— А что произошло? Что он тебе сказал перед уходом?
Ева вновь вздохнула и сдалась. Предложив Алексу устроиться в холле, она, едва сдерживая слезы, рассказала о письме Томаса.
Алекс слушал внимательно и, когда речь пошла о «Загадке», даже присвистнул. Он не мог и предположить, что Томас многое знал и даже пытался тайно помочь им. Алекс понял, что начинает уважать всегда бесившего его Томаса. Хотя было уже слишком поздно.
— Ева, мне действительно жаль, что всё так вышло, — Алекс рискнул обнять Еву, и та не отстранилась.
— Мне нужно пережить свои чувства, не дать им растоптать меня, — Ева крепко сжимала Алекса.
— Я понимаю всё. Когда будешь готова, мы... — Алекс запнулся. Он не был уверен, что сейчас стоит говорить об их собственных отношениях. Лучше оставить всё на потом.
На следующей перемене Ева снова куда-то убежала, и, решив не дожидаться ее, Роза подошла к Луизе с предложением:
— Пошли сейчас в лабораторию, поищем что-нибудь для Ника.
— Одни? — удивилась Луиза. Ей казалось, что два человека не хватит, чтобы противостоять гнетущей атмосфере того места.
— Почему нет? Браслет с собой?
Луиза кивнула и полезла в сумку за браслетом, но, к своему большому удивлению, не нашла его.
— Странно, я хорошо помню, что не вынимала его.
Тем временем Роза проверила свой браслет, который взяла у Алекса после их последнего похода в лабораторию. Его тоже не было.
— Я вчера вечером положила его к себе. Он не мог так просто исчезнуть, — возмутилась Роза. Её план ускользнуть на поиски резко провалился.
— Знаешь, у нас тут даже люди исчезают...
Но Роза мириться с таким положением дел не собиралась:
— Пошли спросим у Ника. Он тоже был тогда с вами.
— Ника? Думаешь, он нам ответит? — от мыслей о друге у Луизы больно сжалось сердце.
Однако выбора не было, и подруги поспешили к Нику, который стоял неподалеку и громко смеялся над какой-то бессмысленной шуткой Люси. Эта парочка вновь стала неразлучной, везде ходила вместе и привлекала к себе не самое положительное внимание.
— Нам нужно поговорить, — ледяным тоном сказала Роза и потянула расстрелявшегося Ника за собой.
— Эй, отпусти его! — тут же встрепенулась Люси, у которой словно отобрали любимую игрушку.
Но Роза не собиралась слушаться. Она отвела Ника в сторону, где их ждала Луиза, и поставила прямо перед собой.
— Выкладывай, где браслеты.
— Какие браслеты?
— Не издевайся, пожалуйста. У нас исчезло два браслета, признайся, это ты их взял?
Ник молчал. Ему нечего было ответить. Он просто-напросто не помнил, брал он браслеты или нет. Он мало что помнил. И даже с Люси он уже проводил время не потому, что Эмма ему так сказала, а потому что Люси сама его не отпускала ни на шаг.
— Ник, нам срочно нужны браслеты, иначе... — Луиза боялась произнести вслух то, что было у нее на уме. Иначе что? Они потеряют Ника навсегда?
Тут у ним подкралась Люси и с силой потянута Ника на себя.
— Отстаньте от него. Он не хочет с вами разговаривать.
— Может, он сам будет решать, чего он хочет? — разозлилась Роза, но потом подумала, что вряд ли Ник способен сейчас что-то решать.
Люси хмыкнула, но руку Ника не опустила. Продолжать разговор не имело никакого смысла.
Луиза и Роза пошли в кабинет на следующий урок.
— Неужели теперь ходить в лабораторию сможет только Ева? — разочарованно протянула Роза. Лаборатория ей, естественно, не нравилась, но всё-таки... Бегать туда в страхе быть пойманной ей приносило немного удовольствия.
— Такое ощущение, что нас отбросило назад. Снова искать браслеты вместо того, чтобы заняться часами.
Обо всём этом Роза и Луиза рассказали «Загадке» на большой перемене. Возмущений было целое море.
— Как же так? — первым нахмурился Роби. — Ник нас предал?
— Ещё не факт, что это именно он забрал все браслеты, но в любом случае вряд он поступил по своей воле, — поспешила напомнить Ева.
После того, как Ева поговорила с Алексом, ей стало немного лучше, и она была готова вернуться к делам команды. Она извинилась за грубость перед Розой и теперь вместе с остальными думала, что же им делать.
— Мы потеряем столько времени... — заметил Алекс и скрыл лицо за ладонями.
— Нам придется разделиться, — сказала Луиза. — Ева будет искать в лаборатории освобождение для Ника, а мы будем искать часы. Если, конечно, узнаем, где вообще их можно искать...
Вдруг Ева стукнула себя по лбу и воскликнула:
— Я же вам ещё не рассказала!
— Что такое? — Роби повернулся к подруге и ждал продолжения.
— Письмо Томаса. Он оставил мне письмо, где рассказал о часах.
— Что?! — воскликнули все сразу, только Алекс промолчал, потому что уже знал о письме.
Ева поспешила поделиться подробностями. Она не рассказала о личном, только о той части письма, где Томас писал об Эмме, «Загадке» и загадочных часах бессмертия.
Все остались под большим впечатлением.
— Значит, подвалы? — уточнила Роза.
— Получается, что так, — кивнула Ева.
— Интересно будет попробовать, — Роза улыбнулась. Раз лаборатории ей больше не достанется, то хотя бы в ее власти будут все возможные школьное подземелья.
После уроков Роза, Луиза, Алекс и Роби собрались возле школы, чтобы обсудить план действий.
— Если я не ошибаюсь, в нашем корпусе есть подвал. А если есть в нашем, то наверняка есть и в остальных одиннадцати, — сказал Алекс.
— Ещё школа, — добавила Роза.
— Получается, тринадцать домов. Тринадцать. Нехорошее число, — Роби напустил на себя задумчивый вид, будто его унесло в мир нумерологии.
— Без разницы, хорошее или плохое. Мы обязаны попасть во все эти подвалы, — настрой Алекса был непоколебим.
— Только вот как? — спросила Луиза.
На некоторое время повисла тишина. Алекс заговорил первый:
— Думаю, можно начать с нашего дома, здесь проблем быть не должно. Попросим у Беллы ключи от подвала и спустимся сегодня же.
— Нет, нужно шевелиться быстрее. Сегодня проверим ещё и школу, — сказала Роза, положив глаз именно на учебный корпус.
— Если ты придумаешь, как туда попасть, то я буду только счастлив, — отметил Алекс.
— Предлагаю нам с Алексом проверить дом, а Роза с Роби займутся школой, — Луиза оглядела друзей, интересуясь, согласны ли с ней.
— Когда пойдем? Сейчас? — Розе не терпелось приступить к поискам.
— Давайте только перекусим, — предложил Роби, очень надеясь, что его не обругают за то, что он не собирался отказываться от еды из-за часов, однако все поддержали его мысль.
Тем временем Ева уже спустилась в лабораторию. Ей было немного не по себе, потому что она давно не появлялась здесь без компании, а теперь даже Томас ее здесь не ждал. Абсолютное одиночество страшило Еву, но она взяла себя в руки. Всё-таки одиночество не было ее главной проблемой, неприятности ещё ждут Еву в будущем, когда благодаря камерам Эмма узнает, что на Еву не действует гипноз даже без браслета. Стирать записи Ева не умела, поэтому она смирилась, что вскоре ее способность раскроется врагу.
Однако сейчас нечего было об этом думать. Ева пришла с одной целью — узнать, как вернуть разум Нику, и она не хотела тратить время на пессимистичные размышления.
Первым делом Ева собиралась проверить самое главное в лаборатории помещение — непосредственно комнату, где Эмма химичила и экспериментировала. Там хранилось множество загадочных аппаратов, бутылочек, коробочек, полных всевозможными веществами. Жуткое помещение по-настоящему пугало Еву, но если где-то она и могла отыскать ответ на свой вопрос, как спасти Ника, то только там.
Очень часто дверь туда была заперта, что Ева даже тайно одобряла, но сейчас, когда она надавила на ручку, дверь поддалась с лёгкостью и раскрылась, приглашая в темноту с медицинским запахом.
Сначала Ева даже отпрянула от неожиданности, но отступать нельзя было, и она несмелыми шажками зашла внутрь. Когда она прошла немного вперёд, дверь за ней сама закрылась, и Ева с ужасом бросилась к ней, но теперь ручка не поддалась.
— Я давно тебя жду, дорогая, — голос Эммы по ту сторону двери прозвучал приторно, и Еве моментально стало плохо.