32.
Все здесь дышало спокойствием и уютом, словно нарочно созданным для того, чтобы оградить от суеты внешнего мира.
Вскоре из кухни донесся аромат свежезаваренного чая. Мужчина вернулся с подносом, на котором стояли две чашки, сахарница и вазочка с медом.
Он поставил поднос на небольшой столик возле дивана и жестом пригласил Кейтлин присесть.
- Прошу, — сказал он, наливая чай. - Не стесняйся, добавляй мед и лимон по вкусу.
Кейтлин взяла чашку, чувствуя, как тепло согревает ее ладони. Аромат лимона и меда наполнил комнату, создавая атмосферу умиротворения. Она сделала глоток, и горячий напиток приятно обжег горло, распространяя тепло по всему телу.
- Спасибо, — тихо произнесла она. - Чай действительно очень вкусный.
Ричард улыбнулся в ответ, и Кейтлин почувствовала, как напряжение постепенно отступает. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности, словно нашла тихую гавань после долгого шторма.
Если бы ещё её мама пришла в себя.
Мысли о матери вновь нахлынули волной, смывая остатки спокойствия. Кейтлин закрыла глаза, стараясь отогнать тревожные образы.
- С ней всё в порядке, состояние стабильное, — произнёс Ричард, снова угадав её мысли.
- Откуда ты знаешь? -Кейтлин удивленно распахнула глаза.
Мужчина устало кивнул в сторону своего телефона:
- Привычка держать всё под контролем.
Она поставила чашку на стол, и ее пальцы непроизвольно коснулись руки Ричарда:
- Наверно это тяжело, когда же ты отдыхаешь?
Он в ответ лишь пожал плечами:
- Сон для слабаков.
Девушка почувствовала тепло его руки, грубую кожу, усыпанную мелкими шрамами – следы его работы. Он всегда был таким – сильным, надежным, непробиваемым. Но сейчас в его глазах мелькнула усталость, глубина которой пугала.
- Тебе нужно отдохнуть, Ричард. Нельзя постоянно жить в таком напряжении.
Мужчина вздохнул, отводя взгляд. Он не привык говорить о своих чувствах, о своих слабостях. Ему проще было контролировать ситуацию, решать проблемы, нежели делиться своими переживаниями:
- Я уже привык, спать урывками и вечно быть начеку.
– Это ненормально, Ричард. Ты не робот, ты человек. И тебе нужно давать себе передышку. Позволять себе расслабиться, хотя бы иногда. Ты же не хочешь, чтобы в один прекрасный день у тебя просто не хватило сил?
Ричард молчал, его взгляд блуждал по комнате, избегая ее взгляда. Он не хотел признавать ее правоту, не хотел показывать свою уязвимость. Но слова Кейтлин задели его за живое, напоминая о том, что он давно забыл – о себе самом:
- Со мной всё нормально, — произнёс он наконец.
Но она видела его насквозь, видела его усталость:
- Поспи, я подежурю на телефоне, — произнесла она.
- Ты сама едва держишься на ногах, — возразил мужчина.
- Но от меня не зависят жизни других людей, — произнесла она.
- Да, только моя, — вырвалось у него раньше чем, он успел подумать.
- Прости, я не это имел в виду, — мужчина отвернулся.
- Ричард, я знаю, что ты чувствуешь ответственность за всех, кто на тебя работает, за тех, кто нуждается в твоей помощи. Но ты не можешь помочь другим, если не поможешь себе. Ты как источник, который должен постоянно пополняться, чтобы давать энергию другим. Если источник иссякнет, что тогда?
Он молчал, борясь с желанием отмахнуться от ее слов.
Ему казалось, что он должен быть сильным, несокрушимым, чтобы защитить всех, кто в нем нуждался. Но в глубине души он знал, что Кейтлин права. Усталость накапливалась, как снежный ком, готовая обрушиться в самый неподходящий момент.
- Хорошо, — сдался он, неохотно. – Но разбуди меня, если что-то случится.
Кейтлин кивнула, понимая, что это максимум, чего она может добиться от него сейчас. Она наблюдала, как он подходит к дивану и валится на него, не раздеваясь. Мгновение спустя его дыхание стало ровным и глубоким.