14.
– Все прошло не по плану. - Свет уходящего дня почти не освещал аккуратно убраный и уютный кабинет. Двое парней уже какое-то время сидели в полной тишине, ведь сказать что-то, обсудить происходящее очень хотелось, да вот слов не хватало. Тяжело вздохнув, издав при этом характерный звук, Чонгук откинулся на спинку кресла, а руки спустил вниз. – Закончим это раз и навсегда.
– Я так понимаю.., - на самом деле Хосок уже ничего не понимал, кроме того, что хочет покушать и спать, но обстоятельства не позволяли. – Ты хочешь предложить начать атаку?
– Времени не осталось. - Чон сначала что-то поотмечал в телефоне, кому-то написал и сохранил, после чего, серьезно посмотрев старшему в глаза, встал с насиженного места, выключив единственную включеную лампочку. – Кто-то годами терпит унижение и насилие и этим разрушает свою жизнь, а кто-то находит в себе силы разорвать замкнутый круг боли и страха. И в этом мы должны помочь Тэхёну.
– План есть? - задумавшись, темноволосый не сразу ответил, создав какую-то неловкую тишину, но слова истины до него все же дошли - это его работа: помогать тем, кто сам уже не в силах.
– Точного плана нет, но есть пару козырей, надеюсь сработает. - Чон неуверенно ухмыльнулся, но тут же взял себя в руки - его называют лучшим прокурором, а от такого, казалось бы, частого дела, у него все нутро трясется. И как ему после такого люди доверятся? – Я тебе щас кое-что расскажу, а ты рассуждай. - Маленькую, но, возможно, решающую идею Чонгук поспешил рассказать другу, не забыв при этом увлечено размахивать руками.
– Файтин. - Оказавшись уже не улице, брюнет почти бесшумно закрыл дверь своего авто и поехал восстанавливать справедливость.
***
Свет автомобильных фонарей неожиданно направился на ворота частного дома, возле которого припарковалась машина. Камера, что висела сверху одного из столбов, сразу передала картинку на экран в одной из многих комнат, но за ней никто не следил. Внутри было достаточно темно, из-за чего могло показаться, что дома никого нет, но после очередного звонка в двери, они все таки открылись и впустили гостя вовнутрь, после чего стало ясно: его ждали и обратного пути нет.
– Надеюсь, ты все таки пришел сдаться по хорошему. - Со, будучи одетым в домашний, но не дешевый халат, под низом которого находилась темная футболка и такого же оттенка штаны от пижамы, взглядом провожал только что вошедшего парня в его гостинную. В доме кроме них двоих никого не было, но оно им и на руку - это дело лично только их самих. – Что-то я не вижу смирно идущего позади тебя Тэхёна. - УнДже вопросительно изогнул бровь, предварительно заглянув гостю за спину.
– Больше никогда и не увидишь. - Сказать, что младшего переполняли ненависть и злость, значит ничего не сказать. – Пока мне не пришлось перейти к угрозам, предлагаю все обсудить, а в частности то, что твоя семья отказывается от Тэхёна. - Помимо тех чувств, Чон также чувствовал уверенность, которая отражались в его темно-карих глазах огоньками: или сейчас - или никогда. – Ну так что?
– Какой же ты смешной, Чонгук-и. - Со будто бы расслабился, сев на кровать напротив брюнета, внимательно наблюдая, как тот так же следит за ним. – Думаешь, после того, как вы заявили на меня
в полицию, я добровольно упаду к вашим ногам? - веселье в миг улетучилось, уступая вражескому настрою. – Ошибаешься. - Лицо старшего еще больше помрачнело, но пока еще не показывало не единой эмоции, когда Чон практически впритык подошел к нему.
– Это ты ошибаешься, что твои "угрозы" подействуют на мое решение. - Брюнет раздвинул колени соперника в разные стороны, встав между ними, и руками оперся на спинку дивана, еще сильнее сокращая расстояние между ними до минимума. – Беги. Песня почти закончилась.
– Ой, ой, ой, и что же ты мне сделаешь? Посадишь или, может, убьешь? - Со принял правила игры и также приподнялся, облокотившись на руки, которые разместил сзади спины.
– Без сопливых солнце светит. - Чонгук и правда собирался уже ударить страшего, сжатые кулаки тому доказательство, но в его планах было совсем другое. – Даю последний шанс.
– Те, кто ничего не боятся, умирают молодыми. - Дже ухмыльнулся, и будто пощекотал младшего, но при этом больно надавил на ребра. Это стало последней каплей терпения. Резко отойдя назад и спрятав свой гнев и боль за тихим рычанием, Чон демонстративно достал телефон и сдавленно, сладко ухмыльнулся.
– Я не стану напоминать тебе, что ты конченый извращеный гей, чего отец, узнав это, естественно, не простит, не стану напоминать, что Тэхёна именно ты проиграл в покер, а не он сам.., - Чонгук уверенно делал логические ударения, в руке играясь телефоном и не разрывая зрительного контакта с каждым разом все больше бледневшим старшим. – Доказательства и свидетели у меня есть, а меня толкнуть и убить у тебя вряд-ли также само выйдет, как бедную мисс Ким, кланкорожий. - Брюнет полностью влился в роль победителя, совсем забыв, что играет с огнем. – Но я точно упомяну то, что, какими бы путями вы не добились успеха, победа всегда за семейством Чон. - Сделав несколько шагов вперед, младший сел на корточки и почти прямо посмотрел в чужие глаза, в которых читались страх и неуверенность. – Ты же знаешь, что мой отец очень занятой и очень важная персона, которую отвлекать ой как не хочется. У меня с ним прекрасные отношение, почти такие же, как и у твоего отца с ним. Ты же не хочешь их испортить всего одним звонком? - Брюнет сначала рукой взял подбородок Со и повернул на себя, так как тот успел отвернуться в сторону, не выдержав нагрузки и напора, а после несколько раз покрутил телефон напротив его лица, практически морально добив соперника.
– Ты этого не сделаешь, - Ун буквально прорычал эти слова, при этом сильно напрягая все лицевые мышцы.
– Еще как сделаю. - Кареглазый одной рукой протер несколько капель чужой слюны, что попало ему на лицо, и снова поднялся на ноги. – Пока мы решали, как с тобой поступить, Тэхён убежал и случайно наткнулся на опасную банду. Теперь он лежит полуживой в ужасном состоянии и ты думаешь, что после всего этого я не смогу попросить отца об одной маленькой просьбе: избавиться и соперников? Он тебя порадил, он тебя и убьет. - Чонгук стал имитировать, как включил телефон и начал набирать номер, при этом машинально кивая головой.
– Стой. Не совершай ошибку. Ты же нас просто уничтожешь. - До Со начало доходить, что гнев отца за его ориентацию или игры - совершенно ничего, сравнивая с потерей работы и всемирным позором. Он этого точно не переживет. – Должны быть другие пути выбрать победителя.
Чонгук на несколько секунд задумался, мысленно уже выиграв, но игра требовала продолжения:
– Предлагаю партию в покер. - Ун вмиг осмелел и заухмылялся, но Гук поспешил его вернуться на землю, - но на моих правилах и с моим дилером.
Поразмышляв и придя к выводу, что этот расклад окажется лучшим, чем возможная жизнь на улице, потому незамедлительно уныло кивнул, оскалившись и вздрогнув: смерть с косой уже за его спиной.
– Сегодня же и сыграем, собирайся.
***
На улице уже было темно и достаточно холодно, когда машина остановилась около все тех же ворот, где эта игра началась. Чону пришлось привозить ничего не ожидавшего Со, но всю дорогу они ехали молча, иногда лишь прирекаясь и угрожая. Чаще агрессивные действия были со стороны старшего, ведь его бесил тот факт, что этот парень лишь одним движением смог поставить его на место, и ведь не сделаешь ничего. Остается лишь надеяться на удачу, которая практически всегда поворачивается к нему задом.
В помещении было прохладно, а в подвале и вовсе до костей продирало, передавая полностью внутреннее состояние парней. Чонгук уже начинал сомневаться в своем плане, но сдаться уже никак не мог - дело принципа. Да и гордость не позволит. Остается надеяться на одного..
– Сегодня он будет нашим дилером. Готов? - Чон сначала указал на смирно стоявшего около их столика, а после, когда противник сел за свое место, повторил те же действия. Со неуверенно кивнул и нервно взглотнул, отдавая все силы на то, чтобы скрыть дрожь во всем теле. – Отлично. Раздавай.
Игра, которая сопровождалась нервным постукиванием пальцем по столу с обеих сторон, началась. Аноним не раздумывая сначала раздал карты игрокам, а после, немного поиграв с теми, что у него в руках и потусовав их, практически мастерски все выполняя, разложил на столе остальные три, не забыв про этом скрыть две. Этот покер был лишь на одну ставку - человеческую жизнь. Возможно, Тэхён и не подозревает, что сейчас происходит и, возможно, когда узнает, что снова непроизвольно стал призом - ужасно разозлиться и расстроится, но главное, чтоб на Чонгука, ведь с Уном он уже вряд-ли будет что-то чувствовать после всего этого, кроме боли.
– Счет 1:0. Играем до 3х. - Брюнет виду не подал, но изнутри его переполняла радость, ведь все шло по маслу. Нацепив маску безразличия, Чон выглядел совсем профессионально, играл и мухлевал пуще прежнего, чему многие могли позавидовать.
В это время старший не находил себе места. Одна третья игры уже прошла, а эффекта и продвижения не наблюдалось. Он любой ценой должен выиграть следующую партию, так как, проиграв, окончательно опуститься в глазах соперника. Что может быть хуже?
Но перед смертью не надышишься.
Напряжение росло, дрожь нарастала, а волнение никак не желало улетучиваться, когда карты уже находились в руках брюнета, но ничего хорошего на них не было, из-за чего в голове застрял только один вопрос: "что из этого можно слепить?". И в глазах словно дежавю: Со ничуть не пытался скрывать свои эмоции, заполучив и свою часть карт. Рука машинально потянулась к фишкам для повышения ставки, но, поймав себя на этом действии, Ун сразу же вернул руку обратно, в надежде, что этот жест останется незаметным. Помимо этого улыбка резко исчезла, возвращая старшего на землю: еще не известно, что выпало младшему. Но ответ не заставил долго себя ждать, когда, вскрыв последнюю карту на столе, по комнате раздался тихий звук разочарования. Судьба она такая: поматросит и бросит.
– Не думай, что я просто так сдамся, сладкий. - Дже ядовито ухмыльнулся и откинулся на спинку стула. Желание выпить у младшего заметно возросло, а кулаки зачесались, хотя блевать от этого хотелось еще сильнее. Однако первая часть с успехом прошла, что мешает так же успешно и вторую закончить?
– Не радуйся раньше времени. - Брюнет практически зарычал, но тут же расслабился, таинственно улыбаясь. Пока Ун отвлекся на непонятный шум за дверью, парень подмигнул и показал большой палец дилеру, сказав что то лишь одними губами. Его собеседник успел быстро кивнуть и снова безразлично встать на свое место, когда Со как раз вернулся к игрокам, будучи слегка злым и возбужденным.
– Придурки: поссорились из-за стула. - Голос старшего излучал агрессию, а его владелец уже будто позабыл, где находится. – На чем мы остановились?
– На твоем поражении. - Чон взгляда от противника не сводил, с радостью наблюдая, как чужой темнеет. – Последняя и решающая партия. Раздавай. - Парень жестом руки призвал дилера, что на время разговора отошел в более темную часть комнаты, и стал ожидать, под столом скрестив пальцы всех конечностей.
Через несколько мгновений карты, рубашкой вверх, украшали небольшой круглый стол, на которые игроки уже открыто молились. Для всех троих время длилось мучительно долго, хотя прошло снова не больше мгновения, пока три карты поспешно были перевернуты содержанием наружу, решая судьбу, в первую очередь, краснолосого.
– Я же говорил: один миг правосудия за всю жизнь полную несправедливости.
***
Через полтора месяца, когда осень давным давно прошла, заменяясь на холодную и снежную зиму, кареглазый медленно, не торопясь, открыл сначала один, а потом следом и второй глаз, пытаясь как можно быстрее привыкнуть к белому свету и попробовать определить свое местонахождение. Последнее, что он помнил - резкую боль во всем теле от ударов каких-то хулиганов, но эта боль все равно не сравнивалась с моральной, которая на то время просто разъедала его изнутри.
Парень с трудом повернул голову на бок, ощутив при этом тяжесть в шее, из-за чего несколько приборов, что были подключены к нему, запищали более громче. Он ожидал, как во всех романтических фильмах и сериалах, увидеть с боку мирно спящего Чонгука, кинуться ему на шею и сказать, как же сильно он его любит, но вместо этого увидел лишь белую, слегка потрепанную стену, а для него это означало лишь одно: он проиграл. Впервые в жизни позволил кому-то спасти себя и сам пошел на не маленькие жертвы, и проиграл. Не очень хорошие новости с утра. Или, может, уже день?
Киму срочно захотелось у кого-то узнать какое сегодня число или самому посмотреть на календарь, но ничего рядом не оказалось. В это время из-за волнения стало тяжело дышать и, возможно, он бы даже и задохнулся, если б не понял, что все это время на нем была маска штучного дыхания, подключеная к аппарату искусственной вентиляции легких. Также поняв, что волнение напрасно и все самое худшее еще впереди, Тэ решил снова закрыть глаза и, возможно, провалиться в сон, восстанавливая силы, но сделать это ему не позволил громко вошедший в палату молодой парень.
– О Боже! Ты очнулся! Доктор! - брюнет, не успев толком осознать свое счастье, кинулся обратно в коридор, чтоб перехватить нужного доктора. Долго ждать его не пришлось, ведь парень чуть ли не врезался в него, так как сам доктор также собирался навестить сложного пациента.
Эти минут 15 осмотра были самыми длинными в жизни прокурора. Врач внимательно слушал все жалобы и ощущения пациента, внимательно его осматривал и щупал, из-за чего Чону даже завидно стало, ведь за все время их совместного проживания, он лишь несколько раз видел его полуголым, а тут какой-то незнакомый мужчина вовсю лапает его. Но все эти обвинения брюнет спрятал куда подальше, все таки поняв, что это его работа, от которой зависит жизнь дорогого ему человека.
– Состояние после комы все еще тяжелее, но он быстро идет на поправку. Сейчас мы снимем маску и поставим капельницу. После этого можете недолго поговорить. - Доктор отвел Чона в сторону и сообщил одну из самых радостных новостей за последние месяца. Мистер Мин быстро выполнил свою работу и, услышав совсем тихое "спасибо", удалился с палаты, оставляя парней наедине.
Ким сначала вспомнил как дышать, а после как-то грустно улыбнулся, совсем не подумав, что маска оставила после себя милый след, из-за долго ношения. Брюнет же, не теряя времени, сел на стул около верхней части больного и взял его большую ладонь в свои две.
– Боже, я так волновался! Думал, что уже никогда не смогу услышать твой голос. - Чон очень крепко сжал руку младшего, но писк ее владельца заставил ослабить хватку.
– Чонгук-и.., - Тэхён все же прокашлялся, а уже после продолжил таким же басовым голосом, как и раньше, говорить. - Ты.. Он.. Я снова буду жить в семьи Со? - от этих слов стало на столько больно, что безнадежная слеза уже грозилась скатиться.
– Нет! В тот день мне удалось победить.. не без помощи Хосока, конечно же. Ты бы видел, как мастерски он играл! - вспоминая уже такую давнюю игру, в которой его лучший друг был дилером, Чон не мог сдержать улыбки. – Мы заставили УнДже и его отца отказаться от тебя, и теперь до совершеннолетия ты под моим обеспечением. - Чонгук, несколько минут понаблюдав за парнем, что судорожно пытался осознать сказанное, бросился обнимать его и машинально целовать в щеку, но при этом быстро отодвинулся, ведь еще не знал, рад младший или нет.
– П-правда? - Киму снова стало тяжело дышать, из-за чего возможная паника нарастала, а сам он подумал, что обязательно расскажет об этом доктору, но полностью начаться истерики не дали слегка влажные чужие губы. Чонгук буквально спас его во второй раз, нежно поцеловав губы. Поцелуй оказался не долгим и без углублений, но пропитанный любовью, желанием и радостью, из-за чего все возможные сомнения полностью исчезли.
– Правда. И еще.. Сегодня 30 декабря. - Чон отстранился от младшего, при этом лучезарно улыбаясь. Ким вообще не сразу понял, к чему тот ведет, для него это означало лишь одно: он очень долго пролежал без сознания и значит выглядит сейчас ужасно. Настроение начало падать, но радостный Чонгук поспешил еще одну новость рассказать. – А это значит.. С днем рождения, Тэхен-и! Прости, сейчас я без подарка, но..
– День рождение? - парень слегка повысил голос, но после все же не смог сдержать пару одиноких слез, ведь большую часть своей жизни он уже не праздновал свой праздник, иногда даже всей душой ненавидя его, ведь вместо поздравлений всегда получал избиения и упреки. – С- Спасибо.., - Ким плакал, но было ясно, что эти слезы - только радости.
– Я люблю тебя. - Это прозвучало как гром среди ясного неба, но эта гроза была самой ожидаемой для красноволосого, а когда Чон и сам слезу проронил, при этом сохраняя серьезный вид, Тэ растаял.
– И я тебя, мой спаситель.
Поцелуй, на этот раз более взрослый и откровенный, скрепил их связь навеки и чуточку больше.