начало всего
Джон Дейви Харрис стоял у окна, сжимая кулаки. Его сердце разрывалось от боли. Младшая сестра, Манэхарне, которую он всегда защищал, предала его. Она раскрыла его тайну - ту, что он хранил годами. Теперь весь мир знал, кем он был на самом деле.
- Зачем? - прошептал он, глядя на неё.
Манэхарне опустила глаза, но в её взгляде не было раскаяния.
- Ты думал, я не узнаю? Ты думал, я прощу? - её голос дрожал.
Джон отвернулся. Он не мог смотреть на неё. Предательство сестры было хуже любого удара.
- Я всегда был с тобой, - сказал он тихо. - А ты...
- А ты врал мне! - крикнула она, и в её глазах блеснули слёзы.
Джон закрыл глаза. Боль, отчаяние, гнев - всё смешалось в нём. Он знал, что их связь разрушена. Навсегда.
- Я врал, чтобы защитить тебя, - прошептал Джон, чувствуя, как слова застревают в горле. - Ты не понимаешь, что значит жить с этой тайной.
Манэхарне резко встала, её лицо исказилось от гнева. - Защитить? Ты думаешь, я нуждаюсь в твоей защите? Ты разрушил всё, что у нас было, своими ложью и страхом.
Джон опустил голову. Он хотел объяснить, но слова казались бесполезными. Ветер за окном поднял занавески, и холодный воздух обжёг его кожу. Он почувствовал, как мир вокруг него рушится, как будто земля уходит из-под ног.
- Я не прошу прощения, - наконец сказал он, поднимая глаза. - Но знай, что всё, что я делал, было ради тебя.
Манэхарне отвернулась. - Ты больше не мой брат, - прошептала она и вышла из комнаты, оставив Джона наедине с пустотой.
Джон остался стоять посреди комнаты, его дыхание стало тяжёлым, а сердце билось так громко, что казалось, будто оно вот-вот вырвется из груди. Он смотрел на закрытую дверь, за которой исчезла Манэхарне, и чувствовал, как каждый её шаг отдавался в нём болью. Он хотел броситься за ней, остановить, но ноги словно приросли к полу.
Ветер за окном усилился, завывая, как будто разделяя его отчаяние. Джон медленно опустился на колени, его руки сжались в кулаки. Он думал о том, как всё пошло не так, как его ложь, которая должна была защитить, превратилась в стену между ними.
- Ты ошибался, - прошептал он себе, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. - Ты разрушил всё.
Комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь шумом ветра. Джон знал, что должен что-то сделать, но не знал что. Он остался один, с пустотой внутри и воспоминаниями о том, что когда-то было.