Защитник подлунного мира

Вадим.

Маленькая кошечка жмётся ко мне, плача и тресясь то ли от страха, то ли от раздирающей боли. Я глажу её по спине, целую в макушку, убаюкивая.

Как же мне хватало этих объятий, этих маленьких ручек с аккуратными коготками, обхватывающими мой торс.

- Девочка моя, - шепчу я, и она вдруг поднимает на меня заплаканные глаза.

- Я хочу с тобой встречаться, - отчеканивает она, и я теряю дар речи.

С минуту молчу, удивлённо глядя на её милые черты лица, проверяя, не почудилось ли мне.

- Ты.. Чего?

Она отнимает свои руки от моего тела, вытирает слёзы с лица и уверенно твердит:

- Я хочу с тобой встречаться, Вадя, хочу быть твоей.

Радость накрывает меня мощной волной, и я, движимый этим окрылением, подхватываю девочку за талию и кружу вокруг себя. Опускаю и дотрагиваюсь длинными пальцами до её щёк.

- Лика, маленькая моя, я так рад.. Боже, ты ведь серьёзно? Не шутишь? Уверена в этом?

Она, уже посмеиваясь и шмыгая носом, активно кивает.

- Слова, Лика, используй их, пожалуйста.

- Да, да, я уверена! - заявляет она, улыбаясь блестящими от слёз глазами. Лика снова плачет.

Я опускаюсь на колени и беру её руки в свои, покрывая ладони поцелуями.

- Кошечка.. - глядя исподлобья, наблюдаю за её эмоциями. Как она, после произошедшего с ней, может мне вообще доверять? Неужели я в самом деле это заслужил? - Я люблю тебя, - проговариваю и обхватываю её еле прикрытое пижамой тело, вжимая его в своё.

Её руки зарываются мне в волосы, и это лучшее чувство, испытанное мною за последний месяц. Я мурчу, издавая протяжный стон и закрывая глаза.

Она вдруг убирает мои руки от себя и опускается на колени напротив.

- Прости, - шепчет она.

- За что, Лика?

- Я не могу ответить тебе взаимностью на твою любовь. Но я чётко знаю, что не хочу тебя отпускать, несмотря ни на что. Хочу быть рядом, даже если ты меня ненавидишь и презираешь. Прости.

- О чём ты говоришь? Какая ненависть?

Она садится на пол и я тут же подскакиваю, протягивая ей руку.

- Вставай, не сиди на холодном, - и она вкладывает свою маленькую ладошку в мою широкую.

Мы проходим к висящей с потолка качели и я сажусь в неё, разворачиваю к себе Лику спиной и аккуратно тяну на себя. Своей спиной она прижимается ко мне, и я укутываю её тельце руками, словно заключая в защитный кокон.

- Так о какой ненависти ты говорила, Кошечка? - спрашиваю я, зарываясь носом в её шею. Всё также пахнет табаком и ванилью.

- Я наверняка противна тебе.

- С чего твою красивую голову посещают подобные мысли?

- Это ведь логично, разве нет?

- Я тебе не понимаю, Лика. Объясни пожалуйста, о чём ты говоришь? Почему я должен тебя ненавидеть?

- Меня трогал другой мужчина.

Я тут же сжимаю скулы. Воспоминания об этом заставляют желать меня прийти в место, где держат это чмо и отпинать его до такой степени, пока он не выблюет собственную плоть.

- Во-первых, это был не мужчина, а мерзкое животное. Во-вторых, он трогал тебя без твоего согласия. И в-третьих, почему это должно меня оттолкнуть?

Она сжимается, явно гонимая этими мыслями. И как её мозг мог допустить их до разума?

Лика молчит.

- Кошечка?

- Я не знаю. Просто я чувствую себя грязной. Мне противно и тошно от самой себя.

- Что он с тобой сделал?

Ещё сильнее скрутившись на моих коленях, она замолчала. Наверное, ей стыдно говорить это вслух, но я должен знать, через что прошла моя малышка.

Развернув боком свою девочку, я взял её за подбородок и заставил смотреть мне в глаза.

- Лика, что он с тобой сделал?

- Он.. - её голос дрогнул, и я переместил свою ладонь поверх её дрожащей руки.

- Я рядом, Кошечка, и всегда буду. Больше тебя никто не тронет. Ты можешь мне об этом рассказать. Твоей вины в этом нет.

Вздохнув, она заёрзала в моих руках, и чёрт бы побрал моё тело! Её короткие шорты, не прикрывающие ноги от слова СОВСЕМ, коротенький топ с длинными руками и пуговочками спереди делают своё дело. Видя её такую маленькую, стесняющуюся, ещё и елозящую на моих ногах, не могу сдержать жар, что наполняет меня от и до. Придурок, и чем ты сейчас отличаешься от этого гнусного мерзкого домогателя, а?

Сглотнув, запихиваю свою похоть куда подальше и внимательно за ней наблюдаю.

Она вновь вздыхает и, не глядя мне в глаза, начинает:

- Сначала он подошёл, руки мне на плечи положил, усадил на стул.. Потом стал трогать шею, грудь, опускал руки всё ниже.. А когда дошёл до джинс, то расстегнул их и.. - она не смогла продолжить, сжалась, и расплакалась.

Погладив её руку, я во все глаза и со всей своей сострадательностью взглянул на неё. Как же ей, чёрт возьми, досталось..

- Он понесёт наказание, Кошечка. Я засажу его за решётку.

- Как? - удивлёно хлопая ресницами, заглянула она наконец мне в глаза.

- Мой отец мне в этом помогает. У него уже было несколько судов. Ещё недели две и он навсегда забудет о том, что такое свобода.

- Но ведь он.. Он уже уехал..

- Нет, малышка, он здесь, в городе, под присмотром людей отца. У нас договор с ним, но об этом потом. Слишком много переживаний на одну ночь.

Обдумывая мои слова, Кошечка опустилась на мою грудь и положила на неё свою руку, сжимая футболку.

- А ещё суды будут?

- Да. Два или три.

- Я хочу сходить.

Я удивлённо на неё уставился. Заметив это, она стала оправдываться:

- Нет, я не хочу его видеть, просто.. Не верится, что его за это накажут. Хочу лично видеть, как его сажают. Не из желания мести, а ради своего спокойствия. Можно?

Я могу это устроить, но сможет ли она спокойно пережить это? Не затрясётся ли от одного вида этого тирана? Страшно подвергать её ещё большему стрессу, чем она испытывает, вспоминая тот роковой день.

- Ты уверена в этом?

- Уверена. Я хочу сходить. Вадя, пожалуйста, - взглядом побитого котёнка уговаривала она, глядя снизу вверх, и я сдался.

- Хорошо, но только в моём присутствии. Сходим на последнее заседание.

- Спасибо.. - прошептала она, отчаяннее хватаясь за ткань футболки, - Для меня никто никогда так не старался.

Поцеловав в висок, я прижал её голову к сердцу, поглаживая мягкие тёмные волосы.

- Я сделаю для тебя ещё больше.

Наше дыхание в унисон было спокойным, размеренным. Так умиротворённо и прекрасно.

Нежная моя, милая кошечка, я больше никогда тебя не отпущу. Только не уходи. Без тебя я утону во мгле рутины и мрака, исходящего от мерзких людишек.

Вслух этого я не произнёс, лишь мысленно пообещал сделать всё для её счастья и благополучия.

Она вдруг тихо засопела. Заглянув в её лицо, понял: Кошечка спит. Устала, маленькая моя.

Закрыв глаза, наслаждался мгновением. Безмятежность накрывала и меня. Я бы просидел так с ней, спящей на моих руках, всю ночь. И день, и вечер, и всю жизнь.. Да, я определённо хочу видеть её каждый чёртов день и неделю, месяц и год. Года..

Достав телефон из кармана, стараясь её не разбудить, проверил время. 3:46. А в универ вставать в 7.

Как бы мне этого не хотелось, я бужу кошечку. Она сонно разлепляет веки и удивлённо озирается по сторонам.

- Вадя?

- Пора идти в комнату, - вновь целуя её макушку, шепчу я.

- Не хочу.

- Надо, - прижавшись лбом к её лбу, тараторю я.

Её рука безвольно опускается с груди вниз по моему телу, свисая и останавливаясь крайне близко к трепещущему органу. Она снова уснула.

Вздохнув, я отчитываю себя за бушующие гормоны и трепет, испытываемый мною при малейших невинных касаниях.

Встаю с качели с ней на руках.
Покрепче обхватив маленькое тельце, направляюсь к лифту. Даже его писк не будит мирно спящую Лику. Встав у комнаты Лики, я снова пытаюсь её разбудить, но делая это уже чуть громче.

Я мог бы просто занести кошечку в комнату и уложить в постель, но она должна закрыть дверь. Безопасность превыше всего.

Еле шевелясь, она ковыляет за дверь, и, пожелав мне сладких снов, закрывает её. Услышав заветный щелчок, возвращаюсь в свою комнату. Счастливый до потолка, ворочаюсь в кровати, пытаясь заснуть, но мысли о ней такого удовольствия мне не предоставляют. Что ж, значит следующий день проведу как овощ. Но значение этого теряется на фоне упоительных минут, что были проведены в компании маленькой кисы.

Она моя. Официально. Лика моя! Сегодня определённо лучшая ночь.

***

Утро.

Лика.

Разлепив глаза под звук будильника, я отключаю телефон и пялюсь в потолок. Улыбка медленно появляется на моём лице.

Я - девушка Вадима. Скажи мне такое кто в первый день нашего знакомства, я бы рассмеялась ему в лицо и прослыла этого человека дурачком.

Воспоминания о его руках, поглаживающих мою спину, вытирающих слёзы, несущих меня как принцессу в замок, заставляют покрыться тело мурашками. Или это от холода? В общежитии отопление минимальное, а холодный снег на улице добавляет мерзлоты.

Встав с постели, заправляю её и иду в душ.

В зеркале на меня уже не смотрит разбитая душа, но девочка с синяками под глазами всё ещё осталась.

Принимаю душ, бужу Женьку, что удивлённо смотрит на моё бодрствование, сборы и вот я счастливая мчу в универ в любимых голубых джинсах и белом свитере в крупный узор, подгоняя за собой подругу.

Уже сидя в кабинете, я не перестаю следить за людьми, появляющимися в аудитории, выискивая глазами того самого, своего человека.

- Лик, ты чего взвинченная? Ждёшь кого-то? - сонно лепечет Женя.

- Как увидишь - сама всё поймёшь.

- Ты сегодня такая радостная.. - чуть не засыпая, щебечет та, - Появился повод?

О да, Жень, ещё какой двухметровый накаченный повод.

Но вслух я это не озвучиваю.

- Всё поймёшь, - вторю я, и наконец он появляется, но не один, а в компании друга.

Подруга поднимает на них глаза, поглядывая на меня. Наблюдает за реакцией. Не глупая, понимает ведь, что мне его не хватает. Но я не отвожу взгляд, как обычно, а подскакиваю с места и лечу к нему. Вадим подхватывает меня и кружит на руках, как и вчера. Вся аудитория пялится на нас в недоумении.

Мой теперь уже парень так и является объектом всеуниверситетского обожания. Слышала, к нему даже девчонки со старших курсов клеились.

Наше неожиданное воссоединение удивляет не только одногруппников, но и наших друзей. Саша ошеломлённо смотрит и на Женьку, а та лишь пожимает плечами.

Когда Вадя наконец меня отпускает, мы, держась за руки, поворачиваемся к нему, и мой бойфренд победно показывает наши переплетённые пальцы.

- Мы официально вместе, - заявляет он.

Женя поднимается с места и подходит к нам. С её лица не сходит улыбка.

- Лик, серьёзно?

- Серьёзно, - уверяю её я.

- Но когда? - спрашивает Саша, подойдя к любимой и обняв ту за талию со спины.

- Сегодня ночью, - радостно заключаю я, и парочка друзей переглядываются, мысленно обменявшись мнениями, каким именно образом мы мирились, и, хитрющие как лисята, смотрят на нас.

- Сань, ты дебил? - заявляет Вадик, а я осуждающе гляжу на Женьку. Нам и слов не нужно, чтобы понять их мысли, - Словами мы помирились, сло-ва-ми, - оттачивает он, и, всё ещё держа меня за руку, проводит за последнюю парту. Я и не против. Сегодня мне хочется полностью погрузиться в него, и плевать я хотела на учёбу. Слишком уж много времени я провела в мучениях от одиночества.

Саша с Женей пристраиваются перед нами. Они не перестают глазеть на нас и перешёптываться. Как, в прочем, и все люди в аудитории. Задали мы им, конечно, тему для обсуждений на следующую неделю.

***

Пара началась, но мои глаза не отрываются от парня, сидящего рядом. Не могу поверить в то, что он в самом деле сидит сейчас рядом.

Его рука тянется ко мне и заправляет прядь за ухо. Я беру его ладонь в свою и прижимаю к щеке, прикрыв глаза. Он опускается головой на парту и глядит на меня. Его пальцы перемещаются на мой затылок и перебирают мои волосы. Для нас никого не существует. Никакого универа, никакой аудитории, никаких одногруппников и занудливого препода тоже нет. Только я и он.

Мои карие глаза и его янтарные скрещиваются. Лелея взглядами, мы растворяемся друг в друге.

***

Спустя две недели.

Сидя в комнате парней после пар с молочными коктейлями, что взяли в кафе, мы нашей былой четвёркой болтаем о всяких мелочах.

- Теория панспермии самая обоснованная, сама подумай, - Саша стал перечислять разные факты, доказывая, что люди на Земле появились благодаря инопланетянам.

- Склифосовский, ну какие инопланетяне? Тебя не смущает, что инопланетных существ придумали сами люди, м? - спорила я.

- А откуда тогда летающие тарелки, найденные во время раскопков?

- Всему есть объяснение. Именно поэтому теория биохимический эволюции и является верной. Там всё логически: кипящая вода, определенный состав атмосферы, молнии, коацерватные капли, появление пробионтов и по нарастающей... Да её ведь даже доказали! Чем ты слушал на занятиях?

- Ушами я слушал, только всё это - чухня. Учёные специально пудрят нам мозги, чтобы увести от правды. NASA явно что-то мутит, поверь мне.

- Начнём тему о теории заговоров? Давай! Выдвигай любую, я оспорю.

- Так, всё! - замахала Женька руками, - Брейк! Победила дружба.

- Солнце, ну разве ты со мной не согласна? - Саша бесстыдно зарылся носом в шею девушки.

Она захихикала, - Саш, щекотно.

- Вот ты подлюга, Склифосовский. Использовать против меня мою же подругу. Совести у тебя нет.

- Зато я, малыш, всегда на твоей стороне, - Вадя прижал меня к себе и чмокнул в макушку.

С Сашей мы обменялись неприязненными взглядами и показали друг другу языки. Наши перепалки мне нравились. Я больше не одна и готова часами разговаривать о чём угодно, лишь бы больше не оставаться наедине со своими мыслями. Ребята рядом, и мне наконец тепло. Несмотря на холодную февральскую погоду.

- Малыш, нам поговорить нужно, - сказал Вадик и я подняла к нему голову, глядя через плечо.

- Прямо сейчас?

- Да.

Мы встали и направились к двери.

- Эй, что за секретики? - запротестовала подруга.

- Жень, я потом всё объясню, - пообещала я, и мы вышли из комнаты.

Прошли до конца коридора, остановившись у подоконника.

- Завтра в 17:00 проводится последний суд.

Я тут же оживилась.

- Мы ведь идём, да?

- Если ты не передумала.

- Нет! Я хочу. Хочу сходить туда.

- Ты уверена, что готова его увидеть?

Чуть замявшись, я выдала положительный ответ. Вадим смотрел с подозрением, зяглядывая в глаза так, словно мои зрачки расскажут ему всю правду.

- Ты боишься.

- Боюсь, - честно призналась я, - Но чтобы перестать, я должна своими глазами увидеть как его сажают и перестать просыпаться в холодном поту.

- Тебе снятся кошмары?

Я прикусила губу. Рассказывать об этом не хотелось, у Вади и своим проблем хватает.

- Кошечка, ответь.

Я не поднимала глаз. Вот надо же было мне ляпнуть.

Он опустился на корточки и заглянул в лицо.

- Лика, малыш, тебе снятся кошмары?

Я, отведя взгляд, кивнула.

- Почему ты не сказала мне?

- Я не хотела тебя напрягать.

- Ты не напрягаешь меня, Кошечка. Твои проблемы - мои проблемы. Наши. Больше не скрывай от меня ничего, ладно?

- Не буду, - я всё же взглянула на него, - Честно.

Его губы растянулись в улыбке с ямочками и, поднявшись, он обнял меня.

Я обхватила его торс руками, крепко прижавшись. Его руки гладили мою спину от лопаток до талии. Длинные пальцы водили по телу кругами, действуя как зелёный успокаивающий чай.

Расслабившись, я сжала его теплое худи, вдыхая запах. Запах феромонов моего мальчика. С ним так комфортно и нежно.

- Что тебе снится?

- Философ. А ещё разные тени. Сон всегда начинается одинаково: я сижу в пустой светлой комнате на стуле. Ко мне постепенно начинают тянуться черные сгустки какого-то липкого дыма, пытаясь до меня дотронуться. А когда они почти заполняют комнату, появляется самый тёмный сгусток в виде образа человека. Он говорит голосом Файбуса, повторяя фразы, сказанные им тогда. Он приближается, пытаясь дотронуться до меня, разгоняя другие тени, и, когда его образ становится слишком близко, я просыпаюсь.

Вадя прижал меня сильнее.

- Больше не смей справляться с этим в одиночку. Я твой парень и должен оберегать тебя.

- Ты не можешь контролировать мои сны.

- Зато могу быть рядом, пока они тебе снятся и успокаивать.

Я не поняла, что он имеет ввиду, и нахмурилась.

- Как ты себе это представляешь? Мы как минимум живём в разных комнатах, на разных этажах.

- Давай переедем в квартиру. Я буду поминутно охранять тебя от плохих снов.

Я отстранилась, улыбаясь его шутке.

- Очень смешно, мне понравилось. Шути так почаще.

- А я не шучу, - улыбаясь в ответ, он наклонился, опираясь на колени, чтобы быть на моём уровне, - Ты хочешь жить со мной?

- Ты с ума сошёл! У нас нет таких денег.

- Ты хочешь?

- Хочу, - призналась я.

- Значит заработаю.

- Вадь, ты ведь шутишь, правда?

- Никаких шуток, - уже более серьёзно сказал он. - Лика, я сделаю всё для твоего благополучия, обещаю.

Я тоже перестала смеяться.

- Я принимаю твоё обещание.

Он коснулся пальцем кончика его носа, и я инстинктивно зажмурилась. Поймав момент, он чмокнул меня в лоб и потрепал по волосам.

- Мне придётся больше работать. Пообещай не скучать.

- Не пообещаю.

- Ладно, - рассмеялся он и выпрямился. - Если тебе ещё что-то подобное приснится - звони мне.

Я закивала головой.

- Вадь, а может мне тоже на работу устроиться? Так мы быстрее накопим.. - предложила я, и его лицо озарила тьма.

- Даже не думай.

- Почему? Так ведь..

- Лика! - перебил меня он, - Не смей. Обеспечивать тебя - моя обязанность. И если я узнаю, что ты пошла работать, непременно придушу того, кто возьмёт тебя в качестве сотрудника. Поняла?

В этот момент он выглядел очень агрессивно. От его тона в глазах появилась влага. Мне стало страшно.

- Вааадь.. Ты меня пугаешь, - честно призналась я.

- Прости, - смягчив тон, сказал он, - Просто твой комфорт очень важен мне. Я создам нам все условия для хорошей жизни. Ты не будешь ни в чём нуждаться, и тебе не нужно будет работать.

- Но я хочу работать!

- Без проблем. Но эта работа будет для души, а не в качестве основного заработка. Договор?

- Договор, - согласилась я. Мне нравилось, что он говорил мне об этом сейчас, словно собирался связать со мной всю свою жизнь.

Удовлетворённый моим ответом, парень протянул мне руку.

- Идём к ребятам?

Я вложила свою ладошку в его.

- Идём. Только Вадь..

- М?

- Я хочу всё им рассказать.

- Не обижайся, но Саша уже в курсе.

- Ты ему рассказал?

- Пришлось. Наши отцы партнёры и вместе стараются над тем, чтобы философ ответил за свои действия.

- То есть.. И твой отец знает?

- Знает.

- Тогда я хочу рассказать Жене.

- Сейчас?

- Да.

- Хорошо.

***

- Лик.. - дрожащим голосом сквозь слёзы проговорила подруга, - Почему ты не рассказала раньше? Тебе ведь одной приходилось с этим справляться..

Вытерев собственные слёзы, я пожала плечами, глядя на неё.
Она встала и подошла ко мне. Я поднялась.

Заключив меня в объятия, она сильнее расплакалась.

Парни просто наблюдали, не вмешиваясь.

- Ну-ну, чего ты, Женечка, всё позади.

- Это я должна тебя успокаивать. Лииик, я такая плохая подруга, прости меня...

- Жень, всё нормально, ты ведь не знала.

Она всхлипнула и отстранилась.

- Больше от меня ничегошеньки не утаивай, слышишь? - пытаясь улыбнуться, потребовала она. - Всё-всё мне говори.

- Хорошо, - вытирая сырые щеки, сказала я.

***

Через пару часов мы уже сидели в своей комнате за уроками. Женя ещё долго извинялась за то, что оставила меня в такой период одну, но я заверила её в том, что всё в порядке.

Узнав о том, что мы с Вадей идём завтра в суд, Женя тут же обозначила, что идёт с нами. Саша её, конечно, одну не оставит, поэтому идём мы туда всей дружной четвёркой.

Вадиму пришлось немного поспорить с отцом, чтобы уговорить его на это, но в итоге смог его убедить. Я рада, что их отношения налаживаются. Он не рассказал, что именно стало причиной их воссоединения, но в любом случае это хорошо. Дети должны быть с родителями.

***

Заседание суда.

Мы встали со своих мест, когда в зал вошёл Судья и опустились, когда он стукнул молоточком и объявил начало суда.

Кроме нас четверых, отцов Вадима и Саши и пары сотрудников в помещении больше никого не было.

Двое хмурых мужчин провели в зал Файбуса. Сначала я его даже не узнала.

Его молодое лицо стало осунувшимся, лицо было покрыто щетиной, а взгляд стал потухшим, мёртвым.

При его виде я поёжилась. Вадим взял меня за руку и одними губами прошептал, что всё будет хорошо. Я ему верила.

Суд объявил приговор и снова стукнул своей мини-кувалдой.

Когда бывшего препода выводили из помещения, он резко развернулся и зыркнул на меня своими глазами. Взгляд его не сулил ничего хорошего.

Я напуганно уставилась на него в ожидании каких-то слов, но он лишь расплылся в мерзкой улыбке, и охранники, одёрнув его, увели.

Тело покрылось мурашками, накатывала паника.

Вадим чуть потряс меня, выводя из состояния аффекта.

- Лика, смотри на меня, слышишь?

Я глядела лишь перед собой. Безумные глаза маячили передо мной, крепко основавшись в сознании.

- Лика! - уже сильнее меня тормошил парень.

Я повернулась на его голос.

- Всё закончилось, слышишь? Сейчас его посадят в ментовскую тачку и увезут далеко и надолго. Ты мне веришь?

- Верю, - ответила я. Его бас меня отрезалял.

Он крепко прижал меня к себе, погладив по волосам, и остранился, держа моё лицо в своих руках.

- Это конец, Лика. Он больше ни тебя, ни кого другого не тронет.

Я улыбнулась, осознавая это. Всё закончилось.

Поднявшись со своих мест, мы подошли к отцу Вадима. Он собирался меня представить.

- Отец, - Вадим кивнул ему.

- Сын, - также сдержанно поприветствовал его он и перевёл взгляд на меня.

- Это Лика, о которой я тебе говорил.

- Та самая, значит? - он обвёл меня оценивающим взглядом и на лице его отразилась еле заметная ухмылка. Он походил на хищника, будучи очень массивным. Они с Вадимом примерно одного роста.

- Приятно познакомиться. Анжела, я так понимаю? - я еле вздрогнула. Такой формой имени меня называл только родной отец.

- Д-да. Мне очень приятно с вами познакомиться, - протароторила я, сжимая руку Вадима.

Его отец рассмеялся. И смех его, казалось, был.. Искренним?

- И мне очень приятно. Не переживайте, я вас не обижу. Мне же не хочется драться с собственным сыном.

Вадя еле напрягся, но виду не подал. К нам подошли друзья. Вадим представил Женю.

Отец Саши подошёл чуть позже. Разговаривал с каким-то сотрудником.

- Молодые люди, сын, - одарив нас отточенной сдержанной улыбкой, поздоровался он.

- Здравствуй, отец, - отозвался Саша. Выглядел он напряжённым, и сильнее прижал к себе Женьку. Этот жест не остался незамеченным.

- Не представишь своих друзей и новую пассию?

Саша тяжело вздохнул.

- Отец, познакомься, это - Женя, моя девушка, - процедил он, сверля его голубыми глазами. - А это Лика, девушка Вадима, - показал он на меня, и я кивнула, встретившись с ним глазами.

- Мы можем поговорить, сын? Наедине.

Он что-то шепнул Жене и направился со своим родителем на выход.

- Я тоже пойду, - заявил отец Вадима, и, перекинувшись парой фраз с сыном, ретировался.

- Ты как? - спросила Женя.

- Нормально. Только его взгляд всё ещё перед глазами. Жуть. - я поёжилась.

- Давайте уйдём отсюда. Делать тут всё равно больше нечего, - предложил Вадя. Спорить мы не стали.

На выходе мы застали Сашу за ссорой с отцом. Он кричал, доказывая ему что-то.

- Это мой выбор, отец, и ты его не изменишь! - донёсся его крик до нас.

- Давайте не будем подслушивать, - Вадим коснулся наших с Женей спин и подтолкнул по направлению к подъехавшему такси.

Женя во все глаза глядела на парня, но ничего не говорила.

Сашу долго ждать не пришлось. Спустя пять минут он открыл дверь и сел на переднее сиденье. Мы встроём были сзади.

Таксист уточнил адрес, и мы направились в общежитие.

Вадим уехал к отцу на работу, Женя с Сашей пошли в кафе, а я вернулась в общагу делать дз.