Защитник подлунного мира

Спустя полтора часа пара закончилась, но у меня сложилось такое ощущение, будто длилась она целую вечность. Сергей Владимирович, хоть и был мастером своего дела и, признаться, его ораторские способности и харизма взаправду привлекали, но я постоянно ощущала на себе его колючий взгляд, отчего мне было не по себе. Хотелось залезть в постель, спрятаться, сжаться, свернувшись калачиком, и больше никогда оттуда не вылезать. Но всему приходит конец. Как и этой паре.

— На первом занятии я не стану задавать вам домашнее задание. Просто переварите услышанную сегодня информацию и жду вас завтра в полном составе, — добродушно и с полуулыбкой произнёс преподаватель, отчего послышались одобрительные возгласы ребят, а некоторые девушки опустили глаза, явно смутившись пристальному вниманию от взрослого мужчины.

— А он и правда ничего, — прошептала заговорщически Женя, складывая свои вещи в сумку. — Не зря о нём столько говорили.

—Преподаватель как преподаватель, — бросила я. Мне он совсем не понравился.

— Ты просто в мужчинах не разбираешься, — в шутку сказала подруга. А вот меня пробило током на это заявление. В мужчинах я и правда не разбиралась. Парня у меня никогда не было. Единственным моим опытом в отношениях был мальчик, который как-то приезжал к нам в ПГТ на летние каникулы к бабушке. Поначалу всё было как в сериалах. Мы много времени проводили вместе: болтали, гуляли, держались за ручку и даже обнимались. Всё было хорошо, пока этот придурок не полез ко мне под юбку. Тогда я сильно разругалась с ним, а он назвал меня шлюхой и бросил в тот же день. На следующий день он уже мутил с моей подружкой, а всем совместным друзьям сказал, что я ему изменила. Мудак!

— Ты чего встала?

Кажется, она не заметила моё погружение в себя. Выйдя из раздумий, я тут же поспешила за ней, не глядя под ноги, чёрт возьми. Запнувшись о чью-то ногу, я стремительно полетела вниз, но удариться головой об пол так и не успела. Мою руку перехватил Олег Владимирович, не позволив впечататься мордашкой в линолеум.

— Осторожнее, красавица, не падай. С моих пар с разбитым носом пока никто ещё не уходил, — пошутил он, подняв меня. Многие девушки захихикали, явно восхищаясь его ловкостью и остроумием. Меня же эта ситуация нисколько не забавляла. Мне не нравились его прикосновения.
— Спасибо, до свидания, — чуть грубо выдернув руку, я направилась вслед за подругой.

—

— Какой джентльмен! Ну прямо настоящий мужчина! — не утихала подруга за столиком университетской столовой, — Такой галантный, красивый, ещё и умный! — с мечтательными глазами она разглядывала потолок, болтая ногами.

— Он всего лишь не дал мне упасть, Жень. А ты говоришь о нём так, словно он всех голодных детишек Африки накормил и приютил в своём доме, — ковыряя остывшие макароны вилкой, я без аппетита, испорченного Жениными вздыханиями по преподу, смотрю в тарелку.

— Нет, ну какой же он всё-таки хороший мужчина! — не взирая на мою колкость, продолжала она, — Вот почему ты, а не я, рядом с ним упала? Мне бы так хотелось оказаться в его объятиях!

— Жень, прекрати, — грозно глянув на неё, сказала я.

— Нет, ну а что, мне уже помечтать нельзя? — обиделась она.

— Можно, но молча. Не хочу больше слушать о том, какой этот напыщенный индюк распрекрасный.

— Да чем он тебе не понравился? Всё ведь при нём! Ум, красота...

— Жень, он наш препод - это раз, — перебила её я, — А ещё он какой-то мутный - это два.

— И что, что преподаватель? Любви любые возрасты покорны! И ничего он не мутный, не придумывай, — гнула Женя свою линию дальше.

— Так, Жень, давай договоримся. Либо мы сейчас же закрываем эту тему и больше ни слова я о нём от тебя слышу, либо мы крупно с тобой ссоримся и я ищу себе другую соседку!

— Да ладно тебе, Лик, не кипятись. Я просто пошутила. Я смирила её томным взглядом. — Клянусь, подруга, больше ни слова о нём, — подняв руки вверх, сказала она и улыбнулась. Я на это не купилась. Ткнув на неё вилкой, я предъявила:

— Заметь, ты поклялась. Подруга вздёрнула плечиками, и, как ни в чём не бывало, стала рассказывать очередные сплетни.

—

Спустя несколько пар мы с Женей вышли на улицу. Изрядно уставши, нам хотелось подышать свежим воздухом. И не только нам. Одна треть первокурсников тоже была здесь. Первый день всем давался тяжко. Но хорошо, что большинство преподавателей оказались понимающими и не стали в первый день заваливать нас заданиями на дом. Все, кроме учителя анатомии, он оказался тем ещё тираном. Девочки со старших курсов рассказывали нам о нём, когда мы однажды пересеклись на кухне в общежитии. И никто о нём лестно не отзывался. Он был зажиточным стариком советской закалки. Даже некоторые отличники не сдают его предмет, ведь тот валит каждого, в знаниях которого у него возникает хоть малейшее сомнение. И, конечно, в первый же день он устроил нам устный опрос о жизнедеятельности клетки. Препод был крайне нами разочарован и задал на дом выучить наизусть несколько параграфов в учебнике по анатомии. Благо, у нас всего одна его пара в неделю. Будет время подготовиться.

На улице было хорошо. Солнце только начинало спускаться к горизонту, а воздух был свежим, ещё летним. Повсюду слышались смех и бурные обсуждения первого дня в университете. Кто-то говорил о красивом и умном преподавателе философии, кто-то гневался на анатомика, кто-то вспоминал утреннюю потасовку, а другие обсуждали дальнейшие планы на сегодня.

Мы же с Женей вписались в компанию парней, в которой был тот самый Максим, с которым ранее подруга общалась в коридоре, и Стас, его друг, который мне приглянулся.

— Я вот что думаю, первый день в университете нужно отметить, поэтому предлагаю собраться этой же компанией после пар и сходить в какой-нибудь элитный клуб! — с горой энтузиазма предложил Макс.

— Полностью солидарен! — поддержал его Стас, — Лика, что скажешь? — и все тут же уставились на меня. Мне понравилось, что Стас меня выделил, и я решила не упускать возможность узнать его поближе и согласилась.

— Женя, а ты как? Пойдёшь? — поинтересовалась я. Перспектива остаться одной в компании двух почти незнакомых парней мне не очень нравилась. Она согласилась, добавив, что не упустит возможности напиться в хорошей компании.

— Отлично! — Макс положил руку на плечо друга, — значит двойное свидание, класс!

— Слышь! Ты чего себе там напридумывал?! — Женя, разозлившись, ударила его в плечо, а он сделал вид, что ему очень больно и, выставив нижнюю губу вперёд, посмотрел на неё как котик из Шрека, на что мы со Стасом рассмеялись, а подруга лишь сильнее насупилась.

— Да ладно тебе, не дуйся, я пошутил, пошутил! — примирительным тоном сказал он и потрепал её волосы.

— Цц, окей, — она закатила глаза, — Лапу убери.
Он поднял руки вверх и, обведя глазами компанию, сказал:

— Значит увидимся в 20:00 во дворике общежития? — Никто не возразил, и он принял это как немое согласие. До следующей пары оставалось 10 минут, но никто не спешил расходиться. Всем хотелось как можно дольше наслаждаться этим моментом.
Почувствовав на спине пристальный взгляд, я обернулась и встретилась с янтарными глазами того, кто ещё утром оказался в центре всеобщего внимания. Он прожигал меня взглядом, глядя в упор, а я, в свою очередь, тоже его не отводила.

Это казалось игрой, мол, кто первый глаза отведёт, проиграет. Вадим продолжал смотреть на меня, а я на него. И, казалось, этой детской игре нет конца, но прикосновение к моему плечу выдергивает меня из оцепенения, и я моргаю, обернувшись к той, что до меня дотронулась.

— Лика, ты чего? Я зову тебя уже третий раз! Кого ты там разглядела? — она проследила за моим взглядом и тоже его увидела. На него смотрели все, а он - лишь на меня.

— Снова этот придурок, — прозвучал голос Макса, — Вы знаете, почему его не отчислили? — Заполучив всеобщий интерес, Максим заговорил: — Его папаша - Орлов Константин - крупный бизнесмен по продаже алкоголя, чуть ли не лучший в стране, обладает огромной властью и нехилым влиянием на этот университет. А точнее на директора. Они давние друзья. Вот ему ничего и не было за эти драки. Максимум выговор, и то, неофициальный. А того парня, с которым он дрался, выставили виновным и отчислили с университета, представляете! А он даже ни на одну пару сходить не успел!

Его разговор слушали не только мы. Многие, кто был поблизости, замолкли, всем было интересно, почему этот хулиган остался безнаказанным. По окончанию рассказа Макса все понимающе закивали головами. Кто-то усмехнулся, кого-то это разозлило, а кто-то и вовсе был к этому безразличен.

Я снова обернулась на цель обсуждений, но смотрел он теперь на моего нового знакомого. И с явной неприязнью. Это ничего хорошего не сулит.
Вадим направился в нашу сторону, и, клянусь, глаза его в тот момент недобро сверкали. Он приблизился к нам, и парни тут же поднялись, закрывая нас с Женей собой, будто он настолько бесчестен, что сможет навредить двум хрупким девушкам. Детский сад, не иначе. Так и хотелось закатить глаза, но я воздержалась.

— Какие-то проблемы? — без капли зазрения совести и страха произнёс Макс.

— Ты - моя проблема, — хриплый и надменный голос прозвучал из-за спин парней, заставив меня чуть ли не застонать.

В ответ Макс лишь поднял брови, давая понять, что не понимает, о чём идёт речь.

— Кто дал тебе право трепаться обо мне?

— Я волен говорить что хочу.

— За свои слова отвечать надо.

— Отвечу, если потребуется, но не перед тобой.

— И перед кем же? — Вадим почти вплотную подошёл к Максу. Тот был ниже его, но ни капли не слабее духом.

— Макс, не надо, — прозвучал голос Жени. Она была слегка встревожена, но ей не хотелось, чтобы у её новых друзей были проблемы.

— Женя, не лезь, — грубо парировал её попытку оградить его от нежелательной проблемы, не оборачиваясь.

— Да, Женя, не лезь, — подхватил Вадим, — А то вдруг и тебе перепадёт.

Он и правда оказался тем ещё провокатором, потому что его слова - пустышка. Манипуляции обычно нехило заводят, но Максим на это ничего не ответил, был умнее и сдержаннее, не рвался в драку и хотел разрешить всё мирно. Насколько это возможно.

— Чего ты хочешь?

— Извинений, — бесстыжая улыбка очертила его скулы, и на щеках появились ямочки. Я вновь не могла отвести взгляда: брутальный, но миловидный. Мощный контраст.

— За что? — спокойно поинтересовался Макс.

— За длинный язык. Или трепаться - это всё, что ты можешь?

— Да брось, всем ведь интересно, почему такой плохой мальчик столько творит и никакой ответственности за это не несёт. Или фамилия твоего отца была секретом?

При упоминании отца Вадим нахмурился, мне даже показалось, будто его глаза потемнели, из яркого янтаря превратились в тёмный шоколад. мурашки снова пробежали по коже. Да почему я реагирую даже на простую смену его эмоций?!

Парень приблизился к моему новому другу, в воздухе заискрило. И если бы не Сергей Владимирович, появившийся за их спинами, как это было утром, они бы точно сцепились.

— Сейчас будет звонок, вам бы стоило поспешить на пару, — без тени раздражения, скорее с усталостью и неохотой сказал он, и они тут же отступили друг от друга.

— А Орлова я бы попросил остаться.

Появление преподавателя сработало как надо, и, почти за минуту, все, кто был во дворе, ретировались в здание. Мы с компанией тоже. Во дворе остался только препод и Вадим. Заходя в университет, я обернулась и поймала на себе два пристальных взгляда, один из которых принадлежал отбитому парню с аурой, что пронизывает всё моё тело, словно я и не материальна вовсе, а другой - самому молодому преподавателю этого университета.