Монстр

От лица Кислова
Я стоял у двери, наблюдая, как она медленно осматривала комнату. Она явно не ожидала ничего подобного. Когда София обернулась ко мне, в её глазах мелькнуло лёгкое удивление.
— Я могу пользоваться всем, что здесь есть? — спросила она, приподняв бровь.
Я коротко кивнул, не отрывая взгляда от её лица. В этот момент её губы тронула слабая, едва заметная улыбка.
— Ещё бы можно было выходить на улицу, и было бы идеально, — с лёгкой надеждой добавила она.
Я фыркнул, закатив глаза.
— Не наглей. По дому можешь ходить сколько угодно. На улицу — нет.
Она хмыкнула, но ничего больше не сказала. Я отвернулся и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Шагая по коридору, я пытался выбросить её из головы. Но это было невозможно. Меня до сих пор раздражало, как сильно мои мысли крутились вокруг неё. Почему я вообще решил поменять ей комнату? Её взгляд, улыбка, даже её дерзкие слова — всё это бесило меня тем, что оставалось в моей голове слишком долго. Но чем больше я пытался понять свои действия, тем яснее осознавал: всё, что касалось Софии, просто не поддавалось здравому смыслу.

От лица Софии
Когда он вышел из комнаты, я ещё долго стояла на месте, рассматривая всё вокруг. Всё это казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой. Как будто я попала в сон, из которого вот-вот проснусь. Комната была уютной, тёплой, обставленной с явным вкусом. Никак не укладывалось в голове, почему он решил сделать это для меня. Причины его действий оставались загадкой, но я не собиралась жаловаться. После месяца в запертой комнате любое улучшение казалось роскошью.
— Ну что ж, — пробормотала я себе под нос, вспоминая его слова, — он сам сказал, что я могу ходить по дому. Почему бы этим не воспользоваться?
Решив, что сидеть на месте бессмысленно, я осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Он был тихим, длинным, освещённым мягким светом. Как ни странно, никто не следил за мной. Я вышла и, стараясь идти как можно тише, направилась вперёд. Всё вокруг выглядело так, будто этот дом принадлежал человеку с огромным состоянием.
— Неплохо он устроился, — пробормотала я, окинув взглядом один из коридоров.
Я начала открывать двери одну за другой. Большинство вели в комнаты, обставленные с тем же шиком: спальни, кабинеты, гостиные. Некоторые двери были закрыты, что лишь разжигало моё любопытство. Подойдя к одной из таких, я осторожно потянула за ручку, но дверь не поддалась.
— Вот и секретики, — усмехнулась я. — Интересно, что же ты прячешь, Ваня?
Двигаясь дальше, я всё больше осознавала масштаб этого места. Дом был огромным, почти лабиринтом. С каждой новой комнатой у меня нарастало ощущение, что я нахожусь в совершенно другом мире.

От лица Аси
Я давно заметила, что отношение Вани к Софии начало меняться. Он мог скрывать это от других, но не от меня. Я видела, как его взгляд становился мягче, когда она находилась рядом. И это было странно. Настолько, что я стала сомневаться, не сошла ли я с ума.
В коридоре я случайно встретила Софию. Она шла, внимательно разглядывая стены, словно пыталась запомнить каждую деталь.
— Осматриваешь дом? — поинтересовалась я, делая вид, что это было для меня в порядке вещей. Хотя в душе мне всё ещё не верилось, что Ваня действительно дал ей свободу передвижения. Она повернулась ко мне, немного удивлённая, но быстро кивнула:
— Да. Даже не представляла, что у него такой огромный дом. И сколько тут комнат... Каждая, как произведение искусства.
Я усмехнулась, вспомнив, сколько времени уходит на уборку этого «произведения искусства».
— Это точно. Например, та комната, где ты сейчас живёшь, одна из моих любимых. Она действительно уютная, мне всегда там комфортно.
София улыбнулась, впервые за всё время открыто, без тени сарказма или напряжения.
— Полностью согласна. Она мне тоже очень нравится. После того места, где я провела последний месяц, это кажется раем.
Я понимающе кивнула. Она была права.
— Знаешь, — начала я после небольшой паузы, — это... странно, что он решил переселить тебя туда. Ваня редко делает что-то просто так.
София хмыкнула, явно не собираясь спорить:
— Может быть, он решил, что я схожу с ума, если меня оставить в той клетке ещё на пару дней.
Я задумалась. Да, это могло быть причиной, но мне казалось, дело было в чём-то большем. Ваня никогда не принимал решения, которые не были ему выгодны. Но с Софией всё было иначе.
— Ты права, — наконец сказала я. — Но всё же... будь осторожна.
София посмотрела на меня с лёгкой настороженностью:
— Думаешь, он переменил ко мне отношение не просто так?
— Думаю, что Иван Кислов — человек сложный. Он может сделать что-то доброе, но за этим всегда стоит что-то ещё. Просто будь готова к любому развитию событий.
Она кивнула, а я наблюдала, как её взгляд снова переместился на стены. Что-то в ней изменилось за это время. Она уже не выглядела напуганной. Она выглядела... решительной.

От лица Софии
Ася, безусловно, была права. Её слова звучали так убедительно, что я не могла не задуматься. Она знала Ваню лучше, чем я могла себе представить, и её предупреждение казалось чем-то больше, чем просто советом. За всё это время она стала для меня единственным человеком, кому я могла хоть немного доверять. Она не смотрела на меня как на чужака, как на жертву или врага. Она говорила прямо, без намёков и недомолвок. И, возможно, именно это делало её слова такими важными для меня. Её фраза: «Будь готова к любому развитию событий» прочно засела у меня в голове. Я ловила себя на мысли, что теперь, каждый раз, когда я буду видеть Ваню, эти слова будут всплывать снова и снова. Я кивнула самой себе, словно заключила негласное соглашение. Это место — его дом, его правила — было опасной территорией, и мне нужно было сохранять бдительность. Я посмотрела на Асю. Её взгляд был мягким, но серьёзным, как будто она сама переживала за меня.
— Спасибо тебе, — тихо сказала я, чувствуя, что эти слова значат больше, чем могут казаться на первый взгляд.
Она кивнула, не добавляя ничего лишнего. И мне этого было достаточно.

От лица Аси
Почему-то мне казалось, что Ваня не причинит Софии вреда. Я наблюдала за его поведением, за тем, как он смотрит на неё, и видела в этих взглядах что-то большее, чем просто равнодушие. Но, несмотря на это, я всё равно предупредила её быть осторожной. Софии уже пришлось пережить слишком многое. Каждый её взгляд, каждое движение говорили о том, как глубоко она ранена. Я не могла позволить, чтобы её снова обманули или причинили боль. Я надеялась, что Ваня не играет на её чувствах. Надеялась, что его поступки — это не маска, не способ манипуляции. Но, зная его, я не могла быть уверена. Он всегда был сложным, противоречивым человеком. Я видела, как она смотрела на меня, когда я говорила с ней. В её глазах мелькала благодарность, но также и скрытая тревога. Она понимала, что доверять здесь опасно, но, кажется, всё же хотела верить в лучшее. Когда я ушла, я долго думала о ней и о том, что ждёт её дальше. Было что-то в этой девушке, что заставляло переживать за неё больше, чем хотелось бы. Я просто надеялась, что Ваня не разрушит её окончательно.