Глава 64
Kara Sevda - Unatamam (на повтор)
А вы когда-нибудь тонули в человеке? Не так, чтоб на секунду или две, а так, чтобы закрыв глаза, теряли притяжение к Земле? Я тонула и тону до сих пор. Когда я впервые столкнулась с русой девушкой, которая спешила ко мне на собеседование, я и подумать не могла, что она окажется той, кто забрала мое сердце себе несколько лет назад и появилась снова, здесь и сейчас в моей новой жизни, чтобы забрать его заново. Ирина стала для меня той, кто смогла открыть маленький сундучок под названием: «Чувства». Она снова научила меня чувствовать, любить, отдавать полностью человек и не жалеть ни о чем.
Были ссоры, недопонимание, было все, но первый треск произошел после ее отказа, второй после ревности, а третий и окончательный у меня в кабинете, пару часов назад, когда она сказала, что все кончено. Хрустальная ваза под названием: «Семья», в миг разбилась, Ирина потопталась по «осколкам» и ушла, а я осталась с ними, не зная, что мне делать дальше.
Когда я услышала, как лифт уехал, не сдержалась, начав крушить все в этом чертовом кабинете. Я была ужасна зла, мне было больно, обидно, но злилась я не на нее, а на себя. Клялась, обещала, сама себе говорила, что не отпущу ее никогда, а сама же сейчас не остановила. Гордость? Да, чертова гордость, которая порой рушит все, которая не дает делать так, как желает сердце, указывает на твои принципы, указывает на то, кто ты есть на самом деле.
В чувство меня привел стол, который разлетелся в дребезги от моего удара кулаком по нему. Я села на диванчике, свесив руку, с которой капали капли крови, а по щекам текли слезы.
- Я сама все разрушила, - прошептала я, вытирая локтем соленые капли.
- Что же мне теперь делать... - откинувшись назад, перед глазами всплыл образ Ирины, которая смотрит на меня с улыбкой. Я слегка улыбнулась образу моей любимой, но затем пришла в себя.
- Так, так, так, - я начала метаться по кабинету, собираясь, чтобы все исправить. Попытаться все исправить. Я перешла все грани дозволенного, я посмела сказать, что она никто, посмела непристойно вести себя с Ариной, я слетела с катушек, не контролируя себя и свою агрессию.
Вытерев слезы, я перемотала себе руку платком, чтобы кровь не текла так сильно, а затем, одевшись, вышла. Арина сидела за столом, работая, а как увидела меня, сразу же спрятала глаза.
- Арина, прости меня, пожалуйста, - попросила я, присев перед столом девушки.
- Все нормально, Елизавета Владимировна, - я видела, что Арине было страшно говорить мне что-то. Я протянула руку, взяв ее ладонь.
- Пожалуйста, извини меня, я не контролировала, что делала и поплатилась за это, прошу, прости меня, - умоляла я, а у самой по щекам впервые перед работницей потекли слезы.
- Елизавета Владимировна, правда, я не держу на вас зла, - в знак своего прощения, девушка обняла меня.
- Хорошо, прости меня еще раз, - сказала напоследок я, выбегая на улицу. И как назло, на улице была сильная гроза, лил сильный дождь, я стояла под ним, смотря в небо.
- Почему ты забираешь ее у меня постоянно? – закричала я, смотря в небо.
- Да хотя, почему я спрашиваю, сама виновата во всем...
Дора - Ну почему
Сев в машину, я сразу же поехала к дому Ирины, потому что была уверена, что она не поехала ко мне. Приехав, я увидела, что в ее окнах горит свет, поэтому поднялась на нужный мне этаж, подошла к двери и постучала. Ирина долго не открывала мне дверь, хотя я слышала, что она подошла к ней.
- Малышка, пожалуйста, давай поговорим, - просила я, стуча по двери и заикаясь от холода и сильной боли.
- Уходи, Лиза...
- Прошу, Ир, прошу тебя, дай мне поговорить с тобой, - Ирина открыла дверь, увидев меня слегка пошатнулась. Я заметила шок в ее глазах и как быстро менялись эмоции на ее лице.
- Ирин, прошу, прости меня, я не знаю, что на меня нашло. Сначала твой отказ, потом необоснованная ревность и вдобавок поведение в офисе... - девушка смотрела мне в глаза, но я не видела никакого сожаления, никакой грусти, только ненависть.
- Уходи, Лиза, я сказала тебе, все кончено.
- Пожалуйста, поехали ко мне домой, обо всем поговорим, все решим, я изменюсь, только прошу, дай шанс...
- Ты обещала мне, что никогда меня больше не отпустишь... – на этих словах Ирина начала плакать, - но ты сделала все, чтобы меня оттолкнуть.
- Малышка, прошу, выслушай меня...
- Я не хочу тебя слушать! Я видеть тебя не хочу! Ты понимаешь, что мне страшно с тобой? Кто знает, что ты выкинешь завтра.
- Ир, я буду пить успокоительные, только прошу, не уходи от меня, прости меня, - умоляла я, встав на колени. Я плакала, сильно плакала, не могла даже нормально речь сформулировать из-за потока слез. Это первый раз, когда я в таком состоянии перед Ириной.
- Лиза, разговор окончен...
- Ирин, если ты уйдешь от меня, я просто сейчас сяду в машину и на скорость 200 км/ч врежусь в первое дерево по пути, мне нет смысла существовать без тебя, ты понимаешь? – закричала я, уже находясь в истерике.
- Раз тебе так угодно, делай, как хочешь, я не собираюсь больше с тобой разговаривать, - Ирина захлопнула перед моим носом дверь, а я облокотилась на нее лбом.
Я начала сильно плакать, не сдерживая своих эмоций. Хотелось кричать, просто выть от того, что я сделала. Облокотившись спиной, я стала зажимать себе рот рукой, чтобы она не слышала, как мне плохо. И я понятия не имею, почему я скрываю эту боль, почему не могу показать, что блять, я люблю ее до безумия, и после всего этого, слыша слова о том, что нас больше нет, мне хочется просто умереть от того огня, которая сжигает меня изнутри. Все хорошее, светлое, что было во мне, в один момент просто исчезло. Мне нет смысла жить, если ее не будет рядом, а она ясно дала понять, что шанса на спасение наших отношений она просто не даст. Я встала с пола, проведя рукой по двери.
- Я не знаю, слышишь ты меня или нет, но знай, я тебя очень люблю, - сказала в замочную скважину я, надеясь, что Ирина все-таки услышит, а затем пошла в машину, намереваясь воплотить свои слова в жизнь.
***
Sokolow - Monday
Когда-то мне моя мама сказала, что если любишь человека, то будешь мириться со всеми его недостатками, будешь пытаться находить точки соприкосновения, а также рычаги давления, с помощью которых сможешь управлять любимым в нужных ситуациях. Но сейчас, после всего того, что произошло за утро, я не уверена в том, что эта та самая сильная любовь, про которую мне говорила мама.
Я не готова мириться с поведением Лизы, мне страшно за себя и за окружающих, потому что в один момент она может из белой и пушистой девушки, превратиться в кровожадного дракона, который сожжет все вокруг себя. Но, когда Лиза пришла к моей квартире, когда я услышала ее голос, все внутри сжалось. Я стояла у двери и слушала все, что она говорила меня, но увидев ее, хотелось простить все. Такой разбитой в моральном плане я не видела ее еще ни разу. Ее глаза были красными и опухшими от слез, по щекам текли слезинки, а руки вес были в крови и тряслись, то ли от боли, то ли от страха.
Все ее слова про то, что она поменяется, все ее просьбы простить не внушал мне доверия. Да, мне хотелось ее обнять, хотелось прижать к себе и успокоить, как маленького ребенка, но я не могла, уж слишком сильно я испугалась ее, слишком сильно она испортила мнение о себе. Я люблю ее, очень сильно люблю, но пока я не могу простить, не могу дать ей шанс.
Захлопнув дверь, я услышала, как Лиза в голос начала плакать, спускаясь спиной по двери, но она даже представить не может, что я точно также сидела у двери, закрывая рот и сдерживая свои слезы, чтобы она не услышала, как мне тоже больно и плохо от этого всего. И ее слова о том, что он разобьется на машине... Я не верила в них, потому что знала, что Лиза лишком сильно любит свою жизнь.
Немного успокоившись, я умылась, а затем села на диван в зале, включив телевизор, чтобы хоть немного отвлечься. Там шли какие-то новости, которые я не очень люблю, но экран резко сменился.
- Срочные новости, - начала говорить телеведущий, а я слегка напряглась.
- Пять минут на Гвардейской улице, Елизавета Андрияненко, которая является главой телекомпании страны попала в аварию, о состоянии девушки ничего неизвестно, однако есть видео с места происшествия.
Когда показали видео, пульт выпал из рук. Это ее машина... Она сдержала свои слова...