15. Своей пары.
Две недели спустя.
Юнги отпивает свой утренний кофе, листая ленту новостей в телефоне, и краем уха слушает разговор мужа с родителями. Папе Чонина стало лучше и его уже даже выписали с больницы, но с регулярными проверками его состояния и анализами.
- Любимый, - альфа вопросительно мычит, не отрывая глаз от телефона. - Тебе ведь уже пора возвращаться на работу, да?
- Да, иначе мой заместитель повеситься скоро, - мужчина кладет устройство на стол и отпивает из чашки, смотря на омегу. - А что? Ты хочешь остаться с родителями еще?
- Да, я бы хотел, чтобы и ты остался ещё, но если у тебя действительно так много работы, то я могу остаться один, а ты поезжай в Корею.
- Хорошо, я закажу билет на ближайший рейс, - Мин вновь берет свой телефон в руки и заходит на сайт аэропорта.
***
- Солнышко, - слышится вздох со стороны и Чимин поворачивает голову на голос папы. - Ну, и почему ты опять дома сидишь?
- А что мне делать? Я пришел с работы и теперь отдыхаю, - пожимает плечами омега и отпивает вино из бокала. - Будешь? - предлагает он родителю алкоголь, хотя прекрасно знает, что старший не пьет его.
- Нет, и тебе не советую, - кривит лицо Минхо. - Сходил бы на прогулку с другом или на шоппинг, ты же любишь ходить по магазинам, - предлагает он и садиться на диван к сыну. - А то тухнешь дома один, - мужчина качает головой и убавляет громкость на телевизоре.
- Ты же знаешь, что у меня нет друзей. До нынешнего времени я занимался лишь карьерой и все связи со старыми знакомыми утратил.
- Может, тебе следует немного уменьшить объем работы и заняться своей личной жизнью? - предлагает Минхо.
- Нет, спасибо, - невесело хмыкает Чимин. - Мне уже хватило. Лучше я буду продолжать вкалывать на своей работе, чем снова переживу это, - качает головой модель и наливает себе еще вина.
- Сынок, свет клином не сошелся на Мин Юнги.
- Сошелся, пап, - повышает голос младший. - Он как раз и сошелся на Юнги, потому что я не могу думать ни о ком другом, кроме него.
- Но ведь ты еще молод, почему ты не хочешь найти другого альфу? Альфу, который будет любить тебя и только тебя.
- Потому что я уже набил себе шишек и больше не хочу, - Пак прикрывает глаза и выпивает все до дна, громко поставив бокал на столик. - Ты должен меня понять... - тихо добавляет он.
- Я просто не хочу, чтобы ты губил свою молодость, как сделал это я, - пытается донести свою мысль до сына старший.
- Да даже если появится у меня нормальный альфа, я не смогу дать ему семью, ты же прекрасно это знаешь! - кричит Чимин и подрывается на ноги. - Так зачем мне искать мужчину, который после того, как узнает о моем бесплодии, бросит меня, назвав неполноценным омегой?!
Он бешеными глазами смотрит на родителя и только потом понимает, что в его глазах стоят слезы боли и отчаяния. Модель быстро моргает, пытаясь отогнать ненужную влагу от глаз, и смотрит на молчаливого папу.
Пак молчит, не зная, что сказать еще, чтобы донести до родителя то, что он не хочет чувствовать себя неполноценно и слышать гадости от человека, которому он сможет открыться в который раз после предательства.
- Что мне делать, папа?
Слеза катиться по впалой щеке, потерявшей былой живой цвет, и бежит вниз к подбородку, с которого срывается и падает на воротник домашней футболки, оставив после себя красивый мокрый узор. В глазах собирается все больше и больше влаги, которая хочет скатиться вслед за первой слезой и укрыть собой щеки омеги, что с отчаянием смотрит на родителя.
Сердце в груди разрывается от этой чертовой правды и от того, что он и правда неполноценный омега. Почему-то именно сейчас Пак начинает это понимать. Он понимает, навряд ли сможет построить счастливую семью и никогда не услышит, как кто-то зовет его папой.
Никогда.
Сейчас так сильно хочется упасть в надёжные объятия Юнги, выплакаться в его жилетку и услышать слова поддержки от альфы. Но от этих мыслей Чимину только хуже: ему мерзко от себя каждую минуту, в которую он думает о чужом мужчине.
Пак продолжает смотреть на Минхо, что молча сидит, опустив голову вниз.
Ответ ясен.
***
- Здравствуйте, директор, - улыбается Хенджин, когда Юнги выходит из лифта.
Альфа становиться рядом со стойкой секретаря и протягивает руку, в которую тот вкладывает документы.
- Здравствуй, Хенджин, - бубнит он, просматривая листы. - Что у нас на повестке дня?
- Ох, директор, мне кажется, пол Сеула ждало, когда вы вернётесь, - качает головой Хван. - Как только узнали, поголовно начали звонить, чтобы записаться к вам на прием, потому вся эта неделя у вас забита.
- Я же оставил своего заместителя. Чем он им не угодил? - поднимает бровь мужчина.
- Без понятия, - пожимает плечами омега. - Им нужен только вы и дела они вести хотят только с вами.
- Ладно, я понял, - вздыхает Мин и входит в свой кабинет. - Есть какие-то важные новости, которые я должен знать? - он снимает пиджак и вешает его на свой стул, а затем и сам садиться, включая компьютер.
- М-м-м, - секретарь просматривает что-то в своем планшете. - Сегодня будет важная фотосессия, снимки которой отправят в Италию, чтобы их там просмотрел один дизайнер. Пак Чимина в данный момент гримируют. Кажется, это все.
- Хорошо, ты можешь идти. Сообщи, когда ко мне кто-то придет.
- Конечно, директор, - кивает омега и уходит из кабинета.
Юнги прикрывает глаза, медленно вдыхая и также медленно выдыхая, и, открыв глаза, принимается за работу, что накопилась за две недели и которую не смог разобрать его заместитель.
***
Альфа входит в здание вместе с Чонгуком и идет в сторону лифтов, чтобы подняться в свой кабинет после обеденного перерыва. Он нажимает на кнопку, чтобы вызвать лифт, и поднимает к лицу стакан с кофе. Мужчина уже намеревается отпить немного теплого напитка, как хмурится, когда до его носа долетает знакомый сладкий запах шоколада.
Мин смотрит в сторону, из которой слышится аромат, и смотрит в ту сторону до того момента, как его не окликает Чон.
- Хен, - Юнги смотрит на младшего затуманенным взглядом. - Эй, что такое?
- Подержи, - старший пихает Чонгуку в руки свой стакан с кофе и, не оборачиваясь на его зов, идет на запах шоколада.
Мужчина не слышит ничего, кроме этого прекрасного аромата, и чувствует лишь необходимость уткнуться в шею и вдыхать этот запах до смерти так, чтобы пропахнуть им с головы до пят, чтобы перебить собственный ментоловый и чувствовать лишь шоколадный.
Альфа останавливается перед дверью и медленно открывает ее, наслаждаясь усилившимся ароматом. Он входит и плотно закрывает за собой дверь, слыша тихий щелчок защёлки, и проходит дальше. Спиной к нему стоит Чимин, облокотившись одной рукой на диван, а второй пытаясь достать из блистера таблетку.
- Чимин... - выдыхает Мин сквозь сжатые зубы и замечает, как плечи выше названного вздрагивают и тот торопливо оборачивается.
- Юнги? - с замешательством в голове спрашивает омега, забыв о таблетках. Он жадно начинает вдыхать освежающий ментоловый запах и старается держать себя в руках, но живот нещадно скручивает судорога, а на брюках влажное пятно становится все больше. - Ты уже вернулся? - модель быстро моргает и отводит взгляд от мужчины, стараясь переключить внимание на что-то другое, а в голове повторяет лишь одно: чужое. - Я рад, что у тебя все наладилось с мужем, но-
- Чимин... - повторно выдыхает альфа и начинает не спеша приближаться к Паку.
- Но что ты тут делаешь? - выдавливает из себя омега, не обращая внимания на действия со стороны бывшего любовника.
Он на дрожащих ногах подходит к столу и берет в руки бутылку воды, пытаясь открыть ее. Чимин краем глаза замечает, что Мин подошёл к нему практически в притык, и посмотрев в его глаза, увидел, что зрачок мужчины полностью перекрыл своей чернотой радужку. Пак, не отводя глаз от лица Юнги, тянется к таблеткам, которые ранее положил на стол, но их перехватывает альфа.
Он стискивает блистер в руке и, разомкнув губы, говорит:
- Ты не будешь это пить, ты же знаешь это? - в его голосе не слышны нотки злости, но рычание, сопровождающее его слова, пугает.
- Ты не можешь мне запрещать, Юнги, - рычит в ответ обиженный омега.
Какого черта он должен слушать чужого альфу?
- Думаешь? - хмыкает мужчина и подходит к модели ближе. Он становится совсем близко к Чимину так, что может чувствовать, как вздымается чужая грудь от вдохов, и наклоняется к его уху. - Ты же сам сказал, что твой внутренний омега до сих пор считает меня своей парой, и если я прикажу, ты не сможешь отвертеться, - Мин ощущает, что запах младшего значительно усилился и сам едва сдерживает себя, чтобы не сделать что-либо против воли любимого.
- Ты не сделаешь это, - скептически хмыкает Чимин. - Приказы слишком сильно давят морально на омег, потому ты не сделаешь это, - он качает головой, смотря на альфу.
- Если ты не хочешь проверить, то тебе стоит отказаться от идеи выпить эти таблетки и сделать, что скажу я.
- И что ты хочешь? - сдается Пак и ставит бутылку обратно на стол.
- Я вижу, что ты едва стоишь на ногах, Чимин, - он бросает быстрый взгляд на живот омеги, на котором теперь лежит чужая рука, и модели точно больно, раз он настолько крепко сжал губы. - Я отвезу тебя домой.
Чимин понял, что ответа на свой вопрос так и не получит, потому лишь указал пальцем на свой пуховик, что висел возле двери. Когда альфа помог младшему надеть верхнюю одежду, он взял того за талию и пошел к выходу из студии:
- Ты же знаешь, что сейчас можешь публично раскрыть наши отношения?
- А мы в отношениях? - наигранно удивляется Юнги и смотрит на модель, лукаво улыбаясь.
Пак промолчал, отведя взгляд в сторону, и лишь расслабил свое тело, полностью доверяясь Мину.
***
Омега морщится от неприятных ощущений из-за влаги между ягодиц и смотрит на окрестности, чтобы определить сколько им еще нужно времени.
Когда же Юнги наконец паркует машину, они не спешат выходить на улицу.
- Ты так хорошо контролируешь себя в течку, - восхищённо говорит мужчина.
- Что ты хочешь? - торопливо говорит Чимин.
- Позволь мне провести с тобой течку.
Омега переводит уставший взгляд на альфу и молчит, но затем все же говорил:
- Я дал тебе еще один шанс, Юнги, но ты не воспользовался им.
- Я не мог с ним развестись, понимаешь? - альфа тянется к руке Пака, но тот убирает руку в карман. - Папа Чонина впал в кому. Я узнал об этом в тот вечер, когда хотел отдать ему документы, - модель хмурится, хлопая глазами, и резко сглатывает. - Сейчас он пришел в себя и Чонин с родителями в Канаде. Я не мог его тогда бросить, понимаешь? - Мин смотрит на омегу жалостливо, пытаясь убедить его в своих словах, надеясь, что Чимин поверит ему, поймет, простит и примет.
- Почему ты не сказал сразу? - тихо интересуется Пак, не решаясь посмотреть в глаза мужчины.
- Я не хотел нагнетать. Просто... - Юнги быстро облизывает губы. - Если бы мистер Ян умер, я бы не смог бросить Чонина.
- Почему? Он ведь изменял тебе - ты сам говорил, - модель нервничает и потому начинает отодвигать кутикулу ногтями, но случайно делает ранку, из которой выступило немного крови.
- Верно, - кивает альфа, безрадостно усмехнувшись. - Мы вместе больше шести лет и привыкли друг к другу. Наверное, моя совесть не позволила бы мне бросить Чонина.
- Юнги, ты же понимаешь, что должен определиться? - жёстко говорит младший. - Ты должен выбрать: я или Чонин - это последний твой шанс.
- Я уже решил, Чимин-и, - Мин берет омегу за руку и продолжает: - Ты и только ты. Больше мне не нужен никто.
Чимин несмело поднимает глаза на мужчину и молчит, всматриваясь в чужие черные омуты, но лжи не видит.
- Я впускаю тебя в свою жизнь последний раз, Мин Юнги, учти, больше у тебя шансов не будет, - наконец произносит он и замечает, как старший выдыхает и растягивает губы в улыбке.
Юнги тянется к модели и заключает его в объятия, жадно вдыхая запах шоколада, что окружил его со всех сторон, не давая воздуху попасть ему в лёгкие. Он гладит спину Пака, а второй рукой поглаживает его волосы, которые покрасили в серебристый.
- Я люблю тебя, Чимин, - говорит альфа, и целует младшего за ухом, почувствовав, как тот дрожит и жмется ближе.
- И я люблю тебя, малыш, - шепчет в ответ Чимин, сжав руками чужую одежду.
Нет.
Не чужую.
Своего альфы.
Своей пары.