На виду у миллионов [ЗАВЕРШЕНО]

Сону медленно просыпается в своей комнате. Он постепенно приходит в себя, и когда веки открываются, долго смотрит в потолок, теряясь в воспоминаниях об этом тревожном сне. Сильные запахи из ароматизатора с эфирными маслами щиплют нос. Горит только маленькая лампа на прикроватном столике. Остальная комната утопает во тьме. За окном ветер хлещет по стёклам.
Сону не хочется думать. Не хочется понимать. Особенно понимать.
Он встаёт в тишине, идёт в другой угол комнаты и берёт стоящую там гитару. Ему хочется сочинять. На этот раз он напишет песню на английском. Не на корейском. Сону знает, что английский у него приблизительный, но не собирается отступать. Ноты, которые приходят ему в голову, требуют слов именно на этом языке.

Ты знаешь, я делаю вид, словно твоё присутствие меня не волнует,
Словно ты не можешь меня ранить.
Но в моём теле всё вверх дном и охвачено холодом,
Пока мне нельзя дотронуться до тебя.
Одно прикосновение к твоей коже могло бы всё вернуть на места.
Эта ситуация абсурдна.
Я больше не могу двигаться дальше.
Мне не хватает воздуха; эта мечта в конце концов задушит меня.
Моё тело-тюрьма, из которой я хочу убежать.
Когда ты не смотришь на меня,
Я чувствую себя одиноким, заключённым.
Я больше не могу дышать,
Словно самого себя мне уже недостаточно.
Приходи за мной.

Первые строчки пришли сами собой, а сейчас слова будто ускользают от него. Сону долго вертит их так и эдак, зачёркивает, переписывает. Ничего не выходит. Кроме этого фрагмента, рождённого из странного сна, который незаметно увлёк и затянул его, больше нет ничего. Только опустошённость.
Вместо того, чтобы покрывать листы словами, он машинально начинает разделять их на ровные квадраты и превращать в журавликов с расправленными крыльями.
Откуда вдруг это ощущение пустоты? Ему казалось, что она рядом. Что он может с ней поговорить. А потом она взяла и ушла, словно её влекло куда-то. Её присутствие ему только приснилось? Он больше не чувствует её, и слова упорхнули вместе с ней...