Конец.
Каково это чувство, когда ты отдаёшь свою жизнь человеку, а он сжимает её в руке, словно бутон розы. Алые остатки лепестков рассыпаются сквозь его пальца, а он смеётся над этим, сильнее растирая сок лепестков розы в руке.
Спустя год.
- Грейс, милая, как твои дела? - девушка подошла к кроватке, смотря на ребёнка.
Малышка тихо спала в кроватке, раздувая щёки.
- Она так похожа на тебя, Люси. - девушка повернулась к своей подруги, что сидела за кухонным столом на террасе.
- И чем же? - нахмурившись спросила Люси, отрываясь от холста.
- У неё такие большие щёки и глаза. Ты когда злишься, то вы просто копия. - смеясь ответила Елена, рассматривая дочь.
- Ты издеваешься? Ей и двух месяцев нет, а ты уже её сравниваешь её со мной. - зло сказала девушка, проводя по холсту линию карандашом.
- Ой, ну вы просто гляньте на неё - обиделась. - Елена громко засмеялась.
- Ничего подобного. Лучше включи новости. - обиженно сказала Люси, покосившись на подругу.
Елена прошла к телевизору, беря в руки пульт. Девушка уселась в кресло-качалку, включая первый попавшийся канал. Девушка только хотела переключить, как Люси воскликнула:
- Елена, стой, сделай погромче.
- Сейчас...
"- Внимание, сегодня в ночное время в одной психиатрической больнице Сарлиса скончался тяжело больной пациент. С его состоянием врачи боролись около года, пытаясь вылечить его душевную болезнь, но парень не оставил шансов на жизнь. Имя умершего - Теодор Райт. Выражаю своё сочувствие его близких. А всем хочу сказать - берегите себя. "
Елена неподвижно сидела в кресте, упёршись ногами в пол. Девушка резко нажала на кнопку пульта, выключая технику.
- Его всё равно это ждало. - на удивление Елены сказала спокойно Люси, - Его не исправит даже смерть. - с обидой произнесла девушка, смотря на жаркое солнце Калифорнии.
- Точно? - весело спросил парень.
Девушки одновременно обернулись на голос парня. Теодор стоял в проходе с сумкой в руках. На его лице была самая искренняя улыбка, а в глазах отражалось счастье, с которым на него смотрела Елена. Теодор тихо подошёл к кроватке дочки и, посмотрев на неё, произнес любящим голосом:
- Я обещаю, Грейс, мы будем счастливы.