Мысли
Ная сидела и тихо плакала, утыкаясь носом в темную футболку парня, который одной рукой бережно удерживал девушку за талию, а другой гладил по светлым спутанным волосам.
—Стёп, почему всё настолько сложно? Сначала этот Коршунов со своими изменами, потом поцелуй с тобой, оскорбления эти, а теперь еще и Ромка возможно мертв,— заикаясь, говорила Романовская, перечисляя все то, что произошло всего за пару дней.
—Най, Ваня - это просто твоя ошибка, которую нужно вычеркнуть из своей жизни, как страшный сон. А Ромчик жив, я уверен. Сегодня утром, мы же думали о том, что Коршуна возможно Фишер убил, а он приперся живой.
Девушка шмыгнула носом и немного отодвинулась от Стёпы, поднимая заплаканные глаза на него. Она вновь осматривала каждый миллиметр его лица и думала о чем-то своем, после чего улыбнулась потаённым мыслям, и, притянув к себе брюнета за край футболки, поцеловала.
Игнорировать свои чувства, Ная больше не могла. Хоть с одной проблемой давно пора разобраться. Слишком долго она скрывала свои чувства к лучшему другу своего парня. Стёпа настолько въелся в мысли, что девушка не может думать ни о чем другом, кроме как о его серых глазах, слишком мягких губах и жестких темных волосах.
—Могу я узнать, что это такое?— немного отстранившись, спросил парень и заглянул в глаза цвета бушующего океана.
—Ты про что?
—Про это,— ответил он и вновь их губы встретились. Парень, еле касаясь бледной кожи, очертил линию подбородка, провел по шее и зарылся длинными пальцами в светлую копну волос.
Этот поцелуй отличался от прежних двух, он наполнен нежностью, чувствами и эмоциями, которые накопились за все это короткое время. Ребятам хочется выплеснуть, показать то, что они испытывают к друг другу; то, что они не просто друзья, а нечто большее.
Ная, не отрываясь от губ Стёпы, медленно пересела на его колени и слегка надавила на плечи, чтобы тот лег. Брюнет не стал сопротивляться, а лишь положил ладони на бедра девушки и сжал, из-за чего по комнате пронесся тяжелый вдох, который тут же растворился в разгоряченном воздухе. Температура вокруг повышалась с не мысленной скоростью, дышать становилось все сложнее и сложнее, будто вмиг весь кислород закончился.
Слишком жарко, слишком душно, слишком сладострастно.
Они не хотят останавливаться и оба мечтают, чтобы этот момент продлился, как можно дольше, чтобы время никогда не начинало отсчет.
Но, увы, ничего не вечно, так как по комнате раздался стук в дверь. Ребята резко отодвинулись друг от друга, и в спальню зашла Вилена, немного обеспокоенная приходом милицейских. Ная левой зачесала волосы назад и посмотрела на маму, сделав вид, будто ничего не произошло.
—Най,— сказала женщина, но увидев рядом с дочерью соседского мальчишку, осеклась,— ой, здравствуй, Стёп. Не заметила, как ты вошел.
—Добрый вечер, Вилена Платоновна.
Романовская старшая внимательно осмотрела детей и, всё поняв, неловко улыбнулась. Внешний вид Наи и Стёпы говорил о том, что ребята явно не обсуждали поэзию. Не просто так, они сидели красные и со сбитым дыханием.
—Дети, я там покушать приготовила, может поедите?
—Спасибо, но мы не хотим,— ответила Ная и мельком посмотрела на Козырева.
—Ну, если что, все на столе, а я ушла к тетё Оле.
Вилена покинула комнату и плотно закрыла за собой дверь.
—Думаешь, она догадалась?— прошептал Стёпа и посмотрел на блондинку, которая залилась краской так, что даже уши покраснели.
—По-любому,— кивнула Ная и легла на спину,— интересно, мама что-нибудь скажет по этому поводу? Или сделает вид, что все в порядке?— тут же спросила она и перевела взгляд на друга, который пожал плечами.
—Скоро узнаем. Слушай, может, погуляем?
—А ты не боишься?
—А должен?
—Ну-у-у,— протянула девушка и пожала плечами.
Эта идея ей не очень нравится, все-таки какой-то сумасшедший убивает ни в чем неповинных детей с особой жестокостью. Возможно, его очередной жертвой стал Рома - мальчишка с соседнего двора, который постоянно ввязывался в драки и отстаивал честь лучших друзей.
Думать об этом Ная не хочет и всячески гонит подобные мысли из головы, но они как назло настигают каждую секунду.
—А, пошли,— кивнула та,— только я переоденусь для начала,— добавила девушка и открыла шкаф.
Глаза разбегаются от большого выбора. Хочется быть красивой. Решение выпало на блондинку с верхней полки. Белая хлопковая рубашка с огромными рукавами-фонариками, которая на удивление не помята. Мельком осмотрев содержимое шкафа, руки потянулись к черной клетчатой мини юбке.
Ная быстро переоделась, еле уговорив Стёпу отвернуться. После она дополнила образ белыми высокими носками и излюбленными очками.
—Ну как?— спросила девушка и покрутилась.
Стёпа осмотрел девушку пристальным взглядом и кивнул.
—Мы вроде не в школу собрались,— засмеялся он, но заметив злой взгляд Наи, быстро добавил,— ты всегда шикарно выглядишь,— после чего поцеловал девушку в лоб.
Как только ребята вышли из подъезда, Стёпа ловким движением взял Романовскую за руку и большим пальцем провел по тыльной стороне ладони блондинки, за что получил в ответ смущенную улыбку.
Друзья, медленным шагом направились в сторону берега реки Москва, обсуждая документальный фильм о любимой группе Кино, который они посмотрели совсем недавно.
—Найка!— раздалось за спиной, из-за чего парень с девушкой обернулись и увидели Риту, которая при виде друзей, застыла на месте,— вот это приколы... Вы что, совсем охренели?!— прикрикнула она.
—Рит, мы... я...— только заговорила Романовская, но тут же была перебита.
—Ты какого лешего мне ничего не сказала? А как? А давно?— вопросы полетели один за другим нескончаемым потоком,— я в ахуе.
—Ритуля, успокойся, мы можем ответить на твои вопросы позже?— сказал Стёпа и пристально посмотрел на кучерявую, которая тут же кивнула.
—Все, оставляю вас наедине, голубки. Удачного свидания!— попрощалась девушка и, отослав воздушный поцелуй ретировалась.
Ная внимательно смотрела ей вслед, после чего тяжело вздохнула и сказала:
—Скоро вся Москва знать будет.
—И что?
Вопрос Стёпы так и остался без ответа.
До уединенного места ребята дошли только на закате, после чего сели на поваленное дерево у самой воды и направили взгляд на реку, в которой отражались фонари и фары машин.
Слишком тихо, слишком спокойно, слишком безлюдно, слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Где-то в траве стрекотали кузнечики, птицы перестали петь, ведь готовились ко сну, вдалеке слышались проезжающие мимо автомобили, теплый ветерок гулял между кронами еще зеленых деревьев, развивая светлые волосы Наи.
Никто не хотел прерывать столь прекрасную тишину, в которой они так нуждались.
Каждый думал только об одном: это чувство и есть первая любовь?