Ревность
—Мышонок, бабушка звонила, когда ты была в школе,— начала говорить женщина, протирая тарелку,— мы сегодня с папой поедем к ней, крышу надо залатать. Поедешь с нами?
Девушка перелистнула страницу учебника по истории и откусила бутерброд с докторской колбасой, после чего посмотрела на маму.
—Нет, у меня олимпиада скоро,— ответила блондинка, с набитым ртом,— мне готовиться нужно,— после чего вновь погрузилась в чтение.
На кухню вошел глава семьи, утыкаясь взглядом в рабочие бумаги. На носу как всегда очки в тонкой круглой оправе, волосы уложены, серая рубашка с накрахмаленным воротником. Мужчина сел на свое место и прикурил сигарету, из-за чего получил по затылку цветастым полотенцем.
—Сколько раз говорила не курить в доме,— причитала хозяйка, искосся смотря на мужа,— выйди ты на балкон. Потом вся квартира вонять будет. И вообще, какой пример ты подаешь дочери?— Вилена нервно дернула плечами.
Эта женщина относилась к порядку, как к чему-то сверхъестественному. Несмотря на то, что она пропадала со своим мужем на работе в горкоме, в доме всегда кристально чисто и холодильник полон еды.
Альберт затушил сигарету о пепельницу и посмотрел на дочь, которая не отрывала взгляд от книги.
—Да все-все, Вилен,— Ная посмотрела на отца, который тут же ей подмигнул, и улыбнулась,— Да и тем более, Найка знает намного больше, чем мы,— девочка подавилась бутербродом.
Альберт Романовский был очень занятым и важным человеком в Москве, но все равно любил свою семью больше, чем работу.
—Не знаю как вы, но я собираться. Мы с Риткой договорились встретиться через час во дворе,— Ная вытерла руки о домашнюю футболку и вышла из комнаты.
В спальне, она осмотрелась и приняла решение прибрать комнату в ближайшее время. Открыв шкаф, Романовская оглядела его содержимое и выудила оттуда джинсовый костюм и черную футболку с рисунком. Немного туши на ресницы, светлый блекс на губы, высокий хвост и черные солнцезащитные очки в квадратной оправе.
Покрутившись перед зеркалом, она кивнула сама себе и улыбнулась. Ная бросила взгляд на часы и ойкнула, ведь до выхода осталось меньше 10 минут. Накинув олимпийку, она вышла в коридор, где пересеклась с отцом, который поправлял воротник на рубашке.
—Красавица,— сказал он, и девушка улыбнулась. Альберт никогда не был скуп на комплименты для любимых людей.
—Па-а-ап,— протянула она и похлопала длинными ресницами. Альберт посмотрел на дочь,— а ты мне дашь денежку?
—Маленький вымогатель,— сказал мужчина и засмеялся, после чего протянул дочери купюры,— много не пей,— Романовский старший подмигнул, и из спальни вышла Вилена, поправляя голубой шелковый шарфик.
— Так, Ная, еды на пару дней тебе хватит, все в холодильнике,— начала женщина, из-за чего блондинка закатила глаза,— если вдруг что, запасной ключ у бабушки Томы.
—Мам, я все знаю, не маленькая уже,— ответила девушка, и семья вышла из квартиры.
На улице, у соседнего подъезда Ная заметила лучшую подругу Ритку Медведеву, ее старшую сестру Свету и местного хулигана Рому Вяземского. Попрощавшись с родителями, Романовская подошла к друзьям, но вместо приветствия услышала упрек со стороны парня.
—Неужели,— недовольно буркнул шатен,— тебя пока дождешься, скопытишься.
—Ну ничего страшного. Тебя не жалко,— язвительно ответила Ная и обняла подругу,— пойдем, как только родители уедут. Ладно?— все в компании кивнули, а блондинка обернулась, проверяя, стоит ли автомобиль ее семьи или нет. К счастью, черная машина завернула за угол дома и скрылась,— ну всё, можем выдвигаться.
Компания из четырех человек, под взгляды местной пожилой охраны, в виде бабушек, вышла со двора, обсуждая свежие сплетни. Пройдя пару проулков, они завернули в небольшой пролесок, где находилась из база. Старое заброшенное двухэтажное здание, скрытое в листве деревьев. Первый этаж был захламлен, поэтому ребята на втором организовали некое убежище, где они проводили достаточно много времени.
Старый диван, который хотели выкинуть родители Ромы, занимал центр комнаты, пару кресел стояли рядом, напротив импровизированный стол из ненужной покрышки и фанеры, окна завесили тентом серого цвета, чтобы по зданию не гулял ветер, и дождь не был помехой. Рядом со столом стоит металлическая бочка, которая служит неким обогревателем. Компания часто разводит в ней костер, чтобы было освещение и тепло.
Ребят уже ожидали остальные. Ваня Коршунов, среди своих Коршун, парень Наи, достаточно красивый мальчик из обеспеченной семьи, сидел на диване и разговаривал со своим лучшим другом. Стёпа Козырев, для всех Степ, по внешности не отставал от первого, внимательно слушал, о чем разговаривают другие, и курил сигарету. Третьей была Оля Морозова, первая красавица школы, по мнению ее самой, следила за кошкой.
—Всем привет,— улыбнулась Романовская и помахала ладошкой, тем самым привлекая к себе внимание. Все взгляды тут же были устремлены на нее.
—Наконец-то,— закатил глаза Степ,— мы начали думать, что вы не придете.
Рита, которая шла позади Наи, обогнала ее, села в свободное кресло и проговорила:
—Ждали пока родители Найки уедут.
Ваня тут же оживился, услышав эту новость и протянув руки для объятий, пролепетал:
—Мое солнышко сегодня ночует одна?— спросил он у Романовкой, которая тут же закатила глаза,— составить тебе компанию, чтобы не было страшно спать?
Ная криво улыбнулась, поцеловала парня в щеку, села рядом и ответила:
—Не нуждаюсь в защитниках. Степ,— она обратилась к Козыреву. Парень вопросительно посмотрел на Романовскую,— угостишь сигареткой?
Стёпа достал из кармана пачку мальборо, зажигалку и протянул подруге. Ная в шутливой форме отправила ему воздушный поцелуй в знак благодарности. За всей этой картиной наблюдал Ваня. Его раздражало то, что девушка общается с его другом лучше, чем с ним. Сжав кулаки, он недовольно обвел взглядом помещение и положил голову на спинку дивана.
—Отлично выглядишь,— сказал Козырев Нае и улыбнулся. Девушка встала с места, покрутилась вокруг своей оси и тихо посмеялась, после чего посмотрела на Олю, которая до сих пор и слова не сказала.
Присутствие Морозовой раздражало настолько, что блондинка хотела вцепиться в эти рыжие волосы и выкинуть девушку из здания. Ная не понимала, откуда взялась эта неприязнь, но вдаваться в ее истоки не хотела. Все что ей оставалось делать, это терпеть и молчать, ведь Олю в компанию привела Рита.
—Почему у вас тут так тухло?— спросил Ромка,— включайте музыку, зря, что ли магнитофон притащили? И, вообще, где пиво?
Ребята тут же оживились. С соседней комнаты принесли жигулевское, которое поставили на стол, включили песни группы Кино и, разбившись по небольшим группам, обсуждали свежие новости.
—Я слышала, что в городе появился серийный убийца,— спустя несколько часов тишины решила заговорить Оля.
Услышав это, Козырев ухмыльнулся и сделал пару больших глотков пива.
—Устаревшая инфа,— ответил он,— уже нашли 2 жертвы,— взгляды присутствующих тут же устремились на Степа,— все мальчики. После того как он их убил, насиловал каждого.
—Какая жуть,— прошептала Рита и поежилась. Ромка решил не упускать такой шанс, поэтому обнял девушку, за что получил подзатыльник,— в следующий раз, руки оторву. Понял?
—Да понял, понял,— ответил Вяземский и потер затылок. Не на такие ласки он рассчитывал.
Ная, наблюдавшая за этой картиной, тихо посмеялась, посмотрела на Козырева, после чего, задала ему вопрос.
—Откуда ты знаешь?
—Отец ведет это дело.
—Если что, держи в курсе, по возможности. Страшно это все,— сказала Романовская,— угостишь еще раз?
Стёпа засмеялся и протянул девушке закрытую пачку сигарет. Коршунов будто взорвался. Он резко поднялся со своего места и вышел из комнаты. Ребята переглянулись между собой, и Ная пошла за ним следом.
Ваня стоял у входа в здания и курил, нервно притопывая ногой.
—Что случилось?— спросила Романовская и положила ладонь на плечо парня.
—Ты, блять, считаешь, что твое поведение - это норма?— вопросом на вопрос ответил Коршунов и дернул рукой.
—Что я уже сделала?— Ная непонимающе посмотрела на Ваню, а после перевела взгляд на лестницу, ведь услышала тихие шаги из здания. На ступеньках стоял Стёпа, которого Коршунов не видел.
—Может, ты с ним еще переспишь?— Романовская открыла рот от удивления и пару раз моргнула.
—Вань, ты идиот?
—Я идиот?! «Степ, сигареткой не угостишь?», переглядки эти ваши, улыбочки, поцелуйчики,— психовал Коршунов. Парень покраснел от злости и махал руками.
—Что это за истерика? По-моему, я тебе не давала повода для ревности,— Ная сложила руки на груди и взглядом зацепилась за Козырева, который был удивлен не меньше ее,— может мне теперь вообще ни с кем не общаться? Давай еще к Ритке ревнуй! Я с ней провожу много времени, разговариваю, и, представляешь, мы ночуем друг у друга,— девушка начала закипать. Ее изрядно стала злить вся эта ситуация, еще секунду и правый глаз начнет дергаться,— перебесишься, вернешься.
Романовская кинула взгляд на Стёпу, еле заметно кивнула головой и зашла в здание. Ваня остался стоять на месте, обдумывая услышанное. Ная села на диван и закинула ноги на стол, после чего, обхватив губами горлышко бутылки, выпила половину пива. Рита подошла к подруге и присела напротив нее на корточки.
—Ты чего?
—Я чего? Этот болван меня к Козыреву ревнует!— прикрикнула Ная и показала рукой на Стёпу, который вошел в комнату с парой бутылок пива. Моргнув пару раз, он показал на жигулевское у себя в руках.
Рита нахмурилась, из-за чего между ее бровей образовалась складка.
—Реально болван,— на выдохе согласилась та.
Прошло минут 20, если не больше, но Ваня так и не вернулся. Бегать за ним Ная не собиралась. Пообижается, потом сам приползет, считала она, поэтому даже не думала о Коршунове. Так пролетело несколько часов, солнце скрылось за горизонтом, на город опустилась тьма. Компания приняла решение расходиться по домам.
До дома Ная дошла вместе с Ритой, но как только подруга скрылась в подъезде, Романовская услышала, что ее кто-то зовет. Обернувшись, она увидела Стёпу, который неспешным шагом приближался к ней.
—Можем поговорить?— спросил он и кивнул в сторону больших труб, проводящих тепло в дома, на которые они тут же сели.
—Слушаю,— сказала Романовская и медленно моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд. Она не послушала папу и успела напиться, из-за того, что ее парень испортил настроение.
—Я по поводу Вани,— девушка вздохнула. Почему-то она так и думала,— знаешь, почему он так себя ведет?— Ная отрицательно покачала головой и прикурила сигарету, которая до этого была у нее за ухом. Парень замолчал, в очередной раз, обдумывая свою затею, рассказать этой девушке все.
Романовская посмотрела на Козырева и потянула:
—Ну.
Стёпа вздохнул, ведь от него сейчас зависели чужие отношения.
—Он тебе изменяет, поэтому так остро реагирует на все. Боится, что ты ему рога наставишь, так же как и он тебе,— Ная прыснула со смеха. Она догадывалась об этом, но и подумать не могла о том, что это правда.
—И с кем?— она сделала тяжку и выкинула сигарету.
—С Олей. Уже больше месяца,— Романовская молчала и смотрела на носки кед, думая о том, что делать с этой информацией. Делать вид, что она ничего не знает и продолжать водить себя за нос? Или же рассказать обо всем? Только вот подставлять Стёпу, она не хочет.
—Знаешь,— прошептала девушка, привлекая к себе внимание парня, и встала напротив него,— если он так ревнует меня к тебе, то пусть его ревность будет обоснованной,— маленький шаг вперед и блондинка кладет свою ладошку на шею Степа.
—Най, ты же потом жалеть будешь,— тихо сказал Козырев и посмотрел на приоткрытые губы девушки, которая находилась непозволительно близко.
Все слова проигнорированы, преграды стерты, секунда и Романовская накрывает губы парня своими, зарываясь свободной рукой в отросшие темные волосы. Стёпа притягивает девушку ближе к себе за талию, и поцелуй становится более требовательный и грубый. Алкоголь в крови делает свое дело, разум затуманен, эмоции на автомате, мысли только об удовольствии.
Козырев переместил одну руку с талии на позвоночник, в ямку между лопаток и медленно отстранился. Его дыхание было сбитым и слишком тяжелым, взгляд расфокусирован.
—Ты же понимаешь, что об этом никто не должен знать?— спросил Стёпа, пытаясь отдышаться. Все-таки трудно быть подростком и скрывать свое взросление. В штанах слишком тесно, для обычного поцелуя. Может дело в том, что такая реакция не на данную оплошность, а на то, с кем ты оступился?
—Конечно, понимаю,— усмехнулась девушка и поправила челку парня,— зато, не только меня облапошили,— прошептала она и засмеялась. Если бы не ладони Козырева, Ная давно бы осела на землю.
Жалела ли она? Нет. Она отомстила, несмотря на то, что Ваня об этом не узнает. 1:1.
—Пошли, я тебя провожу до квартиры,— сказал Стёпа и, аккуратно взяв Романовскую за талию, пошел в сторону дома.
У двери, Ная пыталась вставить ключ, но из-за сильного опьянения, у нее это плохо выходило. Козырев закатил глаза и, отобрав у девушки связку, он ловко открыл дверь, пропуская блондинку внутрь.
—Спасибо,— сказала она и поклонилась, после чего пристально посмотрела на друга, который, не отводя взгляд и не моргая, глядел на Романовскую.
—Най,— начал Стёпа, но Романовская перебила его, притянув к себе за шиворот и вновь поцеловала. Козырев даже сейчас не стал сопротивляться. Хотел ли он этого? Да. Будет ли он жалеть? Никогда. Придает ли он друга? Однозначно,— так, красотка,— парень немного отстранился и положил ладонь на щеку девушки, после чего они прикоснулись лбами и пытались восстановить дыхание,— не будем заходить дальше.
Романовская кивнула и обняла друга (?), зарываясь носом в его шею. От Стёпы слишком хорошо пахло. Ная хотела простоять так до утра, пока весь алкоголь не выйдет с организма.
—Мне пора,— прошептал Стёпа,— мама будет волноваться.
Девушка отстранилась и улыбнулась, смотря прямо в глаза.
—До завтра?— спросила она, на что в ответ получила кивок.
—До завтра,— сказал Козырев и зашел в квартиру напротив.
Как только соседняя дверь закрылась, Ная вошла к себе, закрываясь на замок. Ее встретила пустая квартира, в которой слишком душно. Быстро открыв окно на кухне, девушка переоделась и легла на свою кровать, внимательно рассматривая плакаты на стене. Что ей сейчас делать с Ваней и Стёпой? Вопросы тучей навалились на опьяненное сознание, из-за чего блондинка уснула, так и ничего не решив.