25
Середина весны, подарила городу солнечные денечки.
Время всё бежит и бежит.
Прошло три месяца.
Алиса. Девочка стала совершенолетней девушкой около двух недель назад.
Этот день рождения был не то что самым ужасным, он был отвратительным...
Flashback
Тёплые лучи солнца наполняли комнату природным освещением через тонкую ткань занавесок. Духота в спальне заставила подняться Третьякову и впустить капельку свежего воздуха.
Итак, приоткрыв окно Лиса поняла, что обратно ложится спать нет смысла, ибо она проспит весь день. Проходя по коридору, ведущему на кухню было подозрительно тихо, что смутило Лису. Но не надолго. Как раз с кухни, стали доносится шептания и шуршания. Родители явно услышали, что их старшая дочь проснулась.
- С днём рождения! - прокричала Милка с букетиком весенних цветов в руках и рисунком.
Пришлось натянуть улыбку, так как совсем не хотелось дарить всем тепло и взаимную искренность. Хотелось пролежать весь день в кровати под одеялом и смотреть сопливую мелодраму.
- Спасибо, мои родные! - Лиса каждого обняла и наградила благодарственным поцелуем в щёчку.
- Какие планы на сегодня? - спрашивает отец уплетая сытный завтрак. Мама как то подозрительно посмотрела на Владимира, будто говоря, чтобы он заткнулся.
- Хочу съездить сначала на кладбище, к дедуле. Потом бабушка просила заехать. И к Егору. - мусоля в тарелке омлет, ответила Третьякова. Настроя на шумную пати не было никакого.
- Брагин говорит, что по прогнозам всё также. Ты разговариваешь хоть с ним или просто сидишь?! Это очень помогает людям в коме, чувствовать наш мир.
Отец давно знает про отношения его дочери с Булаткиным. В какой-то степени ему это не нравилось, возраст и всё такое, а с другой стороны Владимир хотел для своей любимой дочки только счастья. Раз она нашла его в нём, пусть будет так.
- Пап, я знаю.
***
Автобус на котором ехала Третьякова стоял в небольшой пробке, уже около десяти минут. Время коротало и на часах заходит время за полдень. Поздравления так и мелькают на экране нового, подаренного, телефона, но отвечать на них нет желания.
Бабушка встретила внучку с распрастертыми обьятиями и вкусным обедом.
- Ну рассказывай. Как жизнь молодая? Учёба? Жених то появился? - наливая кипяток по сервизным чашкам, начала Ольга Петровна.
- Всё так сложно в последнее время... - Лиса не знает куда выливать все её проблемы. Она боится, что многие отвернуться от её легкомыслия. - Бабуль, я беременна...
Женщина насколько была удивлена, что села чуть ли не мимо стула. Но вдруг морщинистое лицо озарила счастливая улыбка.
- Ой, внученька, как я рада за тебя! - Ольга Петровна подошла к Лисе и добродушно обняла.
- Да, но... Бабуль, человек, которого я люблю уже полтора месяца в коме... Я.. Врачи не дают никаких гарантий на выздоровление. Егора могут отключить от аппаратуры через месяц, так как они не имеют смысл поддерживать его жизнь, находящуюся на тонком волоске. - глаза опущены, как у виноватого ребёнка. - Он даже не знает о...о малыше... - понятно, что щеки застилают слезы.
- Алис, не нужно отчаиваться. Ты ведь знаешь Лёша бы этого не потерпел. Нужно надеяться на лучшее и верить. Он проснётся и у вас будет счастливая семья, как во всех сказках. Просто сейчас в твоей жизни наступил переломный момент...
- А сколько их будет, а? Честно - меня это всё уже так достало. Я устала, у меня нет сил бороться. Моя жизнь - вот это один огромный перелом. При чем не излечимый...
Несчастный рингтон мобильного прервал монолог Лисы. Думая, что это очередное поздравление, девушка хотела скинуть, но звонил неизвестный.
- Ало...
- Здравствуйте. Это Алиса Владимировна?
- Да...
- Это регистратура, больницы ***, Вас беспокоит. Ваш жених, Егор Николаевич, - дыхание сперло - он очнулся. Вы подъедете сегодня?
- Да, да, конечно. Уже еду! - внутри всё запалыхало и уже в предвкушении взрыва.
***
Двери в больницу разлетаются по сторонам, расталкивая людей подходящих к выходу из помещения. Третьякова подбегает к Нине, с которой сблизилась за прибывания тут.
- 2 этаж, 33 палата.
Даже и не нужно было выслушать вопрос. Медсестра тут же поняла, что от неё нужно.
Пролетая пролет лестницы, девушка поднялась на нужный этаж. Нашла нужную палату, подошла и замерла. Сейчас она увидит его, впервые за долгое время, с небесным взглядом, ощутит тепло его рук, услышит любимый голос, который ласкает её слух.
Шаг. Рука тянется к металлической ручке и опускает её. Белая дверь распахивается. И Третьякова встречается с любимыми глазами, цвета океана.
- Привет... - прошептала Лиса, не делая никаких шагов.
- Привет.
Боже, его голос... Он так и вызывает мурашки по коже Алисы. Девушка мягко улыбнулась и закрыв дверь, села на стул возле койки.
- Я скучала...
- Простите, конечно, но... вы кто?
Как описать эти ощущения? Может быть это как выстрел в голову или проснуться с отдышкой после кошмарного сна. Не знаю даже.
Мир рухнул, а вместе с ним и всё желание жить.
- Жизненные показатели в норме, как и состояние больного. То что он потерял память за последний год - это нормально, при таком то повреждении головы.
- Она вернётся?
- Не могу ничего сказать. Может да, а может и нет. - Куликова выдохнула, смотря на блондина, который явно был в замешательстве. - Но попробуйте поговорить, быть может что-то станет возвращаться.
Когда врач покинул палату, пара осталась наедине. Булаткин разглядывал натуру Третьяковой, пока та пускала привычные для неё всхлипы.
- Ну ты, это, не плачь. - парень сел в позу лотоса и взял руку девушки в свою, чуть поглаживая. - Может это и к лучшему, что я всё забыл... - усмехнулся он.
- К лучшему...? - на лице появилась ядовитая улыбка и проскочила горькая усмешка. - Знаешь что... Тебе так легко говорить эти слова, но ты даже не представляешь, что было между нами и что осталось. Ты был таким мудаком. Я тебя ненавидела, но химия, что была между нами поглотила нас. Мы стали единым целым. А теперь...
- Вот давай только не заливай чепухи. Я не умею любить. Такого не могло быть. - сорвался парень. Это тот Егор, которого она помнила как Крид.
- Но...
- Проваливай! - зарычал блондин.
Конец Flashback
Асфальт уже не был покрыт снегом. Ростки травки просачивались сквозь нагретую землю. А ветки деревьев давно уже усыпанны зелёными почками.
Шаркая кроссовками по тропинке, девушка старалась вникать в рассказ Михаила. Но было совсем не до его "интересных" историй про те прожитые полгода, что друзья не виделись.
Но в голове крутилось только одно "он не помнит меня". За какие ж такие заслуги её наградила жизнь нескончаемым горем.
Она потеряла все связи с ним. Поговаривали, что после выписки он уехал из города, на время. И почему-то, ученица приняла решение уехать из этого ада, как только получит диплом. Здесь все будто было проклято. Не мучив ни себя, ни, лишний раз, ребёнка, русоволосая договорилась с Марвиным об уезде.