Глава 3
Лин Фень ступила на землю Луана и тут же почувствовала, как внутри неё что-то ёкнуло. Город её детства – пусть и в другом теле, пусть и с другой историей – изменился до неузнаваемости. Где-то в глубине души она ожидала этого, но столкновение с реальностью всегда оказывается сильнее любых предположений.
Она помнила пыльные улочки, дома из потемневшего дерева, скромные лавки, где зазывалы кричали, заманивая покупателей. Помнила уютные чайные, пахнущие жасмином и свежим рисом, запахи выпечки, доносившиеся из булочных, и звон детских голосов, играющих на площадях. Но теперь...
Теперь Луан сиял, словно отполированное зеркало. Новые каменные мостовые, широкие дороги, элегантные здания с яркими вывесками, украшенные золотом и нефритом. Торговые лавки, оформленные по последнему слову мастерства, стеклянные витрины, дорогие шелка, сверкающие драгоценности... Город процветал. Это было очевидно.
Сердце Лин Фень наполнилось гордостью – ведь в каком-то смысле это было её заслугой. Она помнила, как наставляла сестру, делилась знаниями о торговле, внедряла концепции, которые в её родном мире считались само собой разумеющимися. И теперь результат был налицо.
Но что-то было не так.
Люди. Их лица сияли улыбками, но глаза... В глазах их было что-то неправильное. Будь Лин Фень обычным человеком, вряд ли бы заметила, но тело, отточенное годами практики восприятия Ци, словно покрылось гусиной кожей.Поток казался чистым, но искаженным. Прежде ей не доводилось сталкиваться с чем-то подобным, посему она покосилась на осматривающегося рядом Ху Юнфеня, что разглядывал товар на ближайшем прилавке и хитрого торговца, ожидающего удачного момента, чтобы заговорить с юношей.
Задумчивый ее взгляд скользнул по лавке рядом. Заглянув внутрь, Лин Фень обнаружила себя посреди тканей и толпы девушек, что торговались, смеялись, обсуждали последние сплетни и искали подходящий цвет ткани к платью.
Чувство неправильности усилилось. Маленькая Тигрица нахмурилась, пытаясь прислушаться к себе и разобраться, что ее так настораживает – взгляд ее сам собой уперся в работников. Услужливая улыбка, опрятный внешний вид, вежливые скромные манеры.. Прекрасная картина, от которой становилось отчего-то неуютно.
– Старшая сестра? Ты тут? Хочешь купить ткани? - Ху Юнфень, что уже успел купить себе булочку на пару, заглянул внутрь, мгновенно притягивая к себе взгляд.
Лин Фень натянуто улыбнулась, припоминая, что для жителей Царства Людей каждый из небожителей кажется невероятно прекрасным, стоит преодолеть этап закалки Ци, неудивительно, что она мгновенно оказалась окруженной очарованными им дамами, стоило тому заговорить.
– Нет, ничего. Все в порядке, Ху Юнфень. Думаю, мы уже достаточно насмотрелись здесь, пора отправляться к моей старшей сестре....-- она выходит из здания, идет по мостовой, разглядывая прохожих, здания и повозки.
– Тоже заметила, да?.. – парень усмехнулся. – Счастливая судьба может предвещать неудачу, которая может оказаться замаскированной удачей.... Интересно, значит ли, что ложное счастье есть суть истинной печали, но печаль – предвестник грядущего блага?..*
– Когда белый журавль теряет перо, он скорбит, не зная, что это перо станет кистью в руках поэта. Когда золотая рыбка попадает в сети, она отчаивается, не ведая, что эти сети спасут её от пасти речного дракона, – заметила в ответ Лин Фень, соглашаясь. – Так и в жизни смертных – радость и горе переплетаются, как инь и ян в великом круге бытия. Мнимое счастье может быть подобно красивому цветку болиголова, а истинная печаль – горькому корню женьшеня, дарующему просветление.Мудрый не спешит радоваться удаче и печалиться неудаче, ибо знает: все они – лишь тени облаков, проплывающих по поверхности великого озера бытия... Но раз уж мы ударились в философские измышления, младший брат, что ты скажешь о жителях Луана?...
Ху Юнфень усмехнулся, отметив изящность, с которой Лин Фень приняла его протянутую рук, чтобы начать столь деликатную тему как ее родной город, что расцвел так благодаря усилиям ее собственной сестры.
– Работники в лавках двигались, словно механизмы, покупатели тратили деньги с натянутым энтузиазмом, дети на улицах играли, но их смех казался пустым, словно эхо, застрявшее между каменных стен. Даже воздух казался слишком чистым, слишком отточенным, словно кто-то вычистил из него саму суть жизни.. – тихо ответил ей юноша, почтительно следуя за ней следом. – Что это, как не призраки, играющие в жизнь?..
– А ты... видел много призраков, младший? – не удержалась та от шпильки, невольно вспомнив пугающего духа-помощника Ху Юнфеня.
– Достаточно, чтобы порою не отличать живых от неживых, – Лин Фень недоуменно повернула голову в его сторону. но тот отвел взгляд в сторону и откусил от булочки, демонстрируя, что продолжать свою мысль не намерен. Лин Фень сделала мысленную заметку, не сумев вспомнить говорил ли он что-то похожее в оригинале книги: за столько лет существования в этом мире воспоминания о прочитанной книжонке стирались и становились нечеткими, растворяясь в буднях, словно дымка давно минувшего рассвета.
Лин Фень нахмурилась. Её сестра должна была быть здесь. Если кто-то и мог объяснить, что происходит, так это Лин Тень.
Она свернула в сторону главной площади, где находился «Дом счастья Линь» – один из самых известных торговых домов Луана, основанный её семьёй. Здесь она рассчитывала найти следы сестры.
По дороге ей встретились купцы, торговцы, мастера, но никто не остановился. Раньше бы уже набежала стайка мальчишек, предлагая пронести её вещи, зазывалы с чайных домиков приглашали бы её на лучший чай в городе, а старые торговцы кланялись бы, надеясь привлечь её внимание. Теперь – ничего. Люди просто проходили мимо, слишком поглощённые своими делами, их лица застыли в выражении сосредоточенного благополучия. Лин Фень на это лишь усмехнулась и слабая улыбка коснулась ее губ: воистину, нет ничего более ненадежного, нежели людская память и их почтение.
У дверей «Дома счастья Линь» она увидела первого знакомого человека – управляющего Ву, который ещё в её детстве помогал сестре вести дела. Он заметил её, прищурился, словно пытаясь узнать, и тут же на лице его расцвела широкая, но какая-то неестественная улыбка.
– Барышня Лин Фень! – воскликнул он слишком громко, слишком радостно. – Какая неожиданная честь! Возвращение младшей барышни – это великая радость для всего Луана!
– Дядя Ву, – она почтительно поклонилась, скрывая странное чувство, что поселилось в душе, словно столкнулась с неприятным насекомым. – Надеюсь, вы хорошо питались все это время?.. Столько лет прошло как мы виделись в последний раз...
– Хо-хо, хорошо, хорошо, - добродушно улыбнулся тот, приглаживая белоснежную бороду. – Как я мог не узнать свою драгоценную племянницу, что принесла великую удачу дому Линь!
Что-то в его тоне заставило Лин Фень напрячься. Но она ответила так же тепло, как и всегда:
– А что моя сестра? Все ли у нее хорошо?..
Мужчина чуть замешкался. Буквально на секунду, но этого было достаточно, чтобы её подозрения усилились.
– Ваша старшая сестра... О, она стала великой женщиной! Великим человеком! Все в Луане уважают её, она принесла нам процветание, богатство! – он говорил слишком вдохновенно, слишком восхищённо. Словно заученный текст. Четкий ритм, отточеный слог. Марионетка на вагах умелого кукловода.
Словно она в руках Бей Сяолуна.
От сравнения Лин Фень невольно вспоминает его лица и заставляет себя улыбнуться снова, скрывая мелкую дрожь пальцев, чуть опуская рукава ханьфу. Отчего-то его синие одежды показались неуместными.** Лин Фень нахмурилась, но кивнула:
– Я бы хотела увидеть её. Она здесь?
– О, конечно, конечно! Позвольте, я проведу вас! – управляющий развернулся и поспешил внутрь.
Лин Фень последовала за ним, ощущая, как её сердце бьётся быстрее. Нечто тёмное пряталось за этой красивой картинкой. Но что именно – предстояло выяснить. Она посмотрела на Ху Юнфеня: за внешне беспечным фасадом она успела разглядеть на долю секунды мрачный настороженный взгляд. Как бы там ни было, в подозрениях своих она не одна.
Они прошли через главные залы торгового дома. Здесь всё сияло ещё ярче, чем на улицах. Перламутровая отделка колонн, ковры с изысканными узорами, шелка, развешанные в демонстрационных залах и сильный аромат дорогих благовоний.
Купцы и работники двигались плавно, точно в ритуальном танце. Никто не ссорился, не переговаривался, не пытался обсудить товар или спорить о ценах.
– Она сейчас в своём кабинете? – спросила Лин Фень, перебивая натянутый монолог управляющего.
Тот замешкался, затем торопливо закивал.
– Да, да, конечно! Ваша сестра всегда занята, но для вас – найдёт время! Прошу, следуйте за мной!
Он толкнул тяжёлую резную дверь, ведущую в личные покои Лин Тень. Лин Фень глубоко вдохнула и шагнула внутрь.
И тут же остановилась.
За массивным столом в дальнем конце комнаты сидела женщина. Лицо ее постарело, но все еще сохраняло красоту и благородство – точно как запомнила сама Лин Фень. Глаза сестры все так же сияли внутренним светом, а аромат благовоний окутывал комнату столь изысканно, что, казалось, она окунулась в цветочное поле.
– Сестра... – Лин Фень едва слышно произнесла, не в силах сдвинуться с места.
Женщина медленно подняла голову, улыбнулась, отложив кисть в сторону, встав со своего места и торопливо подошла к ней:
– Давно не виделись, младшая сестра, – Лин Тень тепло улыбнулась ей и, не сдержав чувств, обняла ее. – Я... я ужасно по тебе скучала!
Ху Юнфень за ее спиной издал странный звук и закашлялся, а руки Лин Фень, что уже потянулись обнять старшую в ответ, вздрогнули и застыли.
Запах.
Ее сестра пахла мертвечиной, скрытой за цветами.
* - известное китайское крылатое выражение, родившееся из старой китайской притчи о крестьянине, у которого сбежала лошадь. Позже та вернулась, приведя дикого жеребца. Вскоре его сын, объезжая дикого жеребца, упал и сломал ногу. И снова мудрый крестьянин не спешил с выводами. А когда началась война, всех молодых людей забрали в армию, кроме его сына с больной ногой. Здесь Ху Юнфень иносказательно интересуется у старшей, заметила ли она что в городе что-то не так.
** - синий цвет в китайской культуре – цвет спокойствия, гармонии, обновления и надежды. Здесь Лин Фень ссылается на свое пошатнувшееся спокойствие по прибытию в город.
P.S. Если что у меня есть ТГ где меня можно пнуть - spellmaiden, канал "Книжный мышьяк с чаем". Ну и я с удовольствием пообщаюсь и отвечу на ваши вопросы