Глава 27
Никогда не знаешь, когда в твоей жизни наступит переломный момент. Я приходила к Джози каждый день после учебы, читала ее любимые книги, держала за руку, проворачивала подушку на прохладную сторону и совсем забыла про ее зазнавшегося сына. Джози говорила, что он приходит вечером, когда она уже спит, поэтому даже для нее он стал призраком.
Но один чертов звонок разрушил всю ту прочную стену, которую я строила, потому что знала, что рано или поздно это произойдет. К этому нельзя быть готовым.
-Вы просили сообщить, если состояние Джозефин Харрис станет хуже. Сегодня ночью ее состояние ухудшилось, она не выдержала. Нам очень жаль...
Что она чувствовала в этот момент, совсем одна в своей палате, слышала, как борется ее сердце под писк на мониторе, а потом конец. Было ли ей больно?
Я забываю куда шла, в ушах стоит звон, воздуха не хватает. Я бегу в сторону больницы, от усталости появляется горький привкус во рту, но я ничего не замечаю вокруг, ни людей, ни машин, как будто я осталась одна во всем городе.
-Вам туда нельзя! –срывается голос медсестры, когда я пробегаю через длинный коридор в сторону палаты.
Я останавливаюсь напротив двери и меня словно выводит из транса пронзительный крик. Он настолько раздирает душу что у меня кататься слезы из глаз.
-Там мистер Харрис, он уже час не дает вывезти тело матери в морг. –сообщает медсестра, голос которой я едва различаю из-за головной боли. Все вокруг меня плывет.
«Нужно успокоиться, иначе будет хуже» -говорю я себе и присаживаюсь на скамейку напротив двери. Я делаю пару глубоких вдохов и вытираю вспотевшие ладони о джинсы. Я боюсь войти в палату и увидеть ту картину, которая предстанет пред моими глазами.
Дверь открывается:
-Мистер Харрис вам нужно на воздух, придите в себя. –басистым голосом говорит высокий, седовласый врач.
-Чертовы ублюдки! –кричит Эйден и бьет кулаком по стене.
Он бледный, волосы торчат во все стороны, под глазами пролегли две глубокие синие ямы, а белки глаз настолько покраснели, что на его просто страшно смотреть.
-Эйден. –зову его я и поднимаюсь со скамейки.
Он переводит свой свирепый взгляд на меня, и складывается ощущение, что он сейчас наброситься и начнет меня душить.
-И ты здесь. –хриплым голосом произносит он, а потом разворачивается и просто уходит.
Я иду за ним, совершенно не понимая зачем я это делаю. Его шатает из стороны в сторону, руки трясутся. Эйден выходит за помещения, еле доходит до скамейки, садиться и зарывается руками в волосы. Я не вижу его лица и не знаю, чем ему помочь. Я просто подхожу и встаю рядом с ним приминаясь с ноги на ногу, слезы душат меня, и я не могу собраться чтобы сказать ему хоть что-нибудь.
-Не гони меня, ладно? Она была мне тоже очень дорога. –промямлила я, собравшись с силами.
-Ты ведь понимаешь, что не получишь ни копейки наследства? –спустя долгую паузу произнес он, его голос казался совершенно чужим.
-Оно и не нужно мне. –я села рядом с ним, не подавая виду что его слова были для меня оскорбительны.
Мы еще долго сидели молча, затем Эйден поднял голову и взглянул на меня. Мы впервые за долгое время смотрели друг другу в глаза, словно разговаривая, о чем то, что нельзя предать словами, выплескивая всю боль, которая скопилась в сердце. Затем он вытянул руки и примял мое измученное тело к своему, зарываясь лицом в мои волосы.
-Я каждую ночь смотрел как она спит в надежде что эта ночь не будет последней, а сейчас она лежит там словно окаменевшая. Она говорила, что я должен быть сильным...
-Она сама была самым сильным человеком, которого я встречала.
Эйден отстранился от меня и снова заглянул в глаза.
-Почему она тебя так полюбила, черт возьми?
-Я... я не знаю.
-Она написала мне чертово письмо, когда я пришел к ней пару дне назад, оно лежало на тумбе. –он начал рыться в карманах куртки.
-Это в ее стиле. –сказала я, с трудом вдохнув побольше воздуха.
Эйден бросил на меня испепеляющий взгляд, без слов заставляя заткнуться. Он протянул мне аккуратно сложенный лист бумаги. Я развернула листок дрожащими пальцами.
«Эйден, я знаю, что ты приходишь ко мне каждую ночь. Наверное, потому что боишься тяжелых разговоров со мной. Но мне бы так хотелось с тобой еще поговорить, донести до тебя то, что не все люди вокруг тебя злые и жестокие. Надеюсь со временем ты научишься им доверять. И я прошу тебя, начни с Эми, ведь она этого заслуживает. Ты не замечаешь, но я вижу, как она смотрит на тебя с трепетом и упоением, но ей приходиться носить этот панцирь, потому что ты к ней жесток. Не оставляй ее после моей смерти, но не ради меня, а ради себя самого.»
Я почувствовала, как мои щеки наливаются краской. Я быстро сложила лист и отдала его Эйдену даже не взглянув на него.
-Ты ведь просто убирала дом как обычная прислуга, но, когда ты успела поселить в голове моей матери что ты долбаный ангел, спустившийся с небес ради моего спасения? –в его голосе было столько холода, что у меня по спине пробежали мурашки.
-Я любила Джози так же, как и ты Эйден.
-А кто ты такая, чтобы любить ее?
-Она сделала для меня больше чем родная мать! –я подскочила с места, оскорбленная его упреками.
-Поехали, обсудим все дома. Не нужно уставить тут сцен. –он поднялся с места и пошел к машине.
-Ты в состоянии водить сейчас?
-Закрой рот и садись.
Спорить я не стала. Хотя единственный кто устраивал сцены это был он. Ведь перемены в его настоянии напоминали ураган. Общая боль сменилась упреками, и я даже не поняла, как это произошло. Хорошо хоть дорога до дома прошла в молчании.
Эйден зашел в дом и сразу же направился к бару. С момента, когда я последний раз была здесь, в доме стало холодно и мрачно, все окна завешаны, полки с дисками опустели, а на стеклянном журнальном столике красовалась глубокая трещина.
-Где твоя девушка? –задала я первый вопрос, который пришел в голову.
-Уехала. –сухо ответил он, протягивая мне стакан с виски.
Я делаю глоток, который моментально обжигает горло, и иду к дивану. Я не ожидала что Эйден пойдет следом за мной. Он смотрит на меня выжидающе, с вызовом.
-Так что ты хотел обсудить? –спрашиваю я, делая еще глоток чтобы стать смелее.
-Что ты собираешься делать дальше?
-Ты думаешь, что сейчас я могу об этом думать? Ты сам хоть сейчас можешь думать о чем-либо кроме Джозефины? –меня начинает трясти.
-А ты попробуй, Эми. Всем нам придется как-то жить дальше, теперь тебе не к кому пойти и просить, чтобы тебя приютили и дали денег, навряд ли тебе так фортанет еще один раз.
-Какой же ты подонок!
-Отвечай.
-Я закончу университет и пойду работать, это все мои планы на данный момент. Или ты думал, что я прибегу к тебе?
-Ты не такая уж и дурочка и знаешь, что тебе от меня ждать нечего.
После его слов меня поглотило такое отчаянье, ведь Эйден так и не понял, что все что мне нужно было это любовь. Мне бы так хотелось почувствовать его тепло. Но он не понимал, что он лучше любых денег, шикарной жизни, дорогих машин и прочего. Он бы мой стать для меня целым миром.
-Ты никогда не думал, что твоя мама права? –спросила я, опустив голову.
-Что?
-Ты всегда думаешь, что мне нужны твои деньги, или твоя популярность. Но ты не хотел бы взглянуть на все это с обратной стороны медали?
-На что ты намекаешь?
-Ты мог бы... мог бы дать мне шанс.
Я подняла голову и столкнулась с глазами полными презрения. На лице Эйдена красовалась его фирменная ухмылка.
-О каком шансе ты говоришь? Хочешь остаться здесь? В этом доме? Будешь исполнять мои потребности так же исполняла потребности моей мамы –он делает глоток из своего стакана – Только ты не думало о том, что мои потребности гораздо хуже, чем у моей матери?
-На что ты намекаешь?
-Я не намекаю Эми, а говорю прямо. Если ты хочешь остаться в этом доме то скорей всего не в роли горничной, а в роли обычной шлюхи. Или ты думала, что пробудишь во мне чувства и мы будем милой парочкой? Ты была нужна моей матери, но никак не мне, я не приглашал тебя и уж точно никогда не желал, чтобы ты осталась. Тогда с чего вдруг ты решила, что нужна мне сейчас?
Я подскакиваю с места словно ошпаренная. Выливаю оставшееся содержимое стакана Эйдену в лицо и выбегаю из дома.
О чем я только думала, когда решил, что действительно нужна ему? Этого хотела Джози, но для него я была обычной вещью.
И я больше не могла пойти к Джози и плакать у нее на коленях из-за несправедливости. Ее больше не было, и я не хотела, чтобы вместе с ней из моей жизни исчез и Эйден.