Одна против всех
Темнота, казалось, становилась всё глубже, когда Александра осталась одна среди расистых стрел демонов. Крики её друзей и родителей всё ещё звучали в её ушах, но теперь это были лишь эхо в пустоте, лишившей её тепла и поддержки.
Демоны толпились вокруг неё, их жестокие глаза сверкали, как умоляющие языки пламени, готовые поглотить всё, что ещё оставалось в этом мире. Они становились одним мрачным подмостьем, и каждое дыхание Александры вселялось в страх, как если бы она стояла перед самим адом.
Но в её сердце бушевала ярость, бесконечная решимость, наполнявшая её силой, от которой перехватывало дыхание. Она знала, что не может отступить, не может позволить себе вечное забвение, когда память о тех, кого она потеряла, горела в ней так ярко.
— Я не отступлю! — закричала она, её голос звучал как гром. Так последние слова прошедших нахлынули на неё, как непрекращающаяся волна.
Сжав меч, она бросилась вперёд, её движения были полны ловкости и грации. Каждый удар был выписан яростью — еще один демон падал, теряя мрак, что его окружал. Она не могла позволить смерти своих близких стать окончательной; она должна была сразиться до конца, даже если её сердце разрывалось от боли.
Пока её меч пробегал сквозь демонов, она продолжала чувствовать взрывы гнева, пронизывающие её сцену. Она знала, что вся эта мощь в ней давала силы. Вспоминая их улыбки и поддержку, она снова обрела силу: когда одна нога сделала шаг, другая следовала за ней, движущаяся в неистовстве.
— За каждого из вас! — кричала она, как будто это могло оживить душ своих друзей. Она пронзала демонов, одно за другим, чувствовать, как их злость уходит, как море под натиском.
Но демонов становилось всё больше. Каждый миг они приближались к ней, смывая гнев, который вновь обострялся в её горле. Александра чувствовала, как её силы истощаются, как одна искра усталости становится непереносимой, но она не могла позволить себе застыть.
Её меч всё ещё искрился, её магия пульсировала с каждым их продвижением. Она вызывала свои руны, прося о помощи, пока свет и тьма сливались в танце. Этот танец был не о покое, это была борьба, единственное, что оставалось в этой безжалостной схватке.
Ловкость, с которой она двигалась, поражала саму её. Это было больше, чем просто физическое — это было проявление каждого её чувства, каждого воспоминания о любви. Она для себя каждая атака, каждое движение стало заключением в пространство, в котором она оставалась в жизни.
Но силы убывали. Она сбивала с ног одного демона, но двое занимали его место. Она толкнула локтем и поймала дыхание, в то время как свет заполнял её вселенную, но мрак снова подавлял её, и злые крики становились всё ближе.
— Эта тьма не может победить! — вырвалось у неё. Она верила в свои слова больше, чем когда-либо. Каждый меч и каждый заклятие выполняли свою миссию: бороться назад, противостоять вынужденно, не подаваться.
Но в этот миг она истощилась. Каждая её ячейка, каждая капля силы была на пределе. Она стояла против этой орды, как последний крик надежды, и груз боли падал на её плечи, её дух был на грани разрыва.
Вдруг одна из теней, обретая форму, бросается к ней. Она смогла вовремя отразить удар, но вырвавшаяся сила сбила её с ног, и каждый звук, каждый вздох казался тяжёлым.
— Не сдавайся! — шептали ей воспоминания о родных. — Мы с тобой, Александра!
Взгляд её потемнел, когда тьма надвигалась, уже готовая поглотить, но в этот момент весь беспорядок и крики словно остановились. Раздался внутренний крик — как туманный зов, который уместился в её сердце.
Александра подняла голову. Ветер откуда-то внезапно вызвал геометрию света. Она поняла, что не одиночеству, но вместе с духами своей семьи и друзей, как петля искусства, она могла свою жизнь поднять.
— Я буду бороться за вас! — вырвалось у неё с яростью.
Она поднялась на ноги, смотря вперед, когда её меч вновь загорелся, излучая магический свет. В этом моменте она поняла: если она останется одной, она сможет использовать свет, что остался с ней.
Собрав все свои силы, Александра бросилась к демонам, движимые энергией, пульсирующей в ней, как страх открыл волны устойчивости. Каждый проколотый демон сочетался с каждым воспоминанием о свете, и пусть одиночество становилось её причиной, она знала, что тьма не сможет одержать верх, пока в её сердце остаётся надежда.
— Я одна против всех! — крикнула она. — Но я ни за что не стану жертвой!
Свет в её душе пылал, и она в этот момент стала символом сопротивления, готовая сражаться за свою память, за своих исполнительных, за каждую волю, что когда-либо была у неё.
Она шла в бой с мечом в руке, и её душа снова ожила, несмотря на всю тьму вокруг. Это была битва не лишь со злом, но и с собственными внутренними демонами, и она сражалась с каждыми ударами, пока её сердце билось в унисон со всем прожитым.
Внутри её таился свет, и, несмотря на одиночество, она знала, что битва только начинается.