eros
Юнги прижал сопротивляющегося Чимина к стенке. Удивительно, как в таком худом теле умещалось столько сил. Чимин с его развитой мускулатурой должен был быть сильнее, но что-то в нём не давало сражаться в полную силу. Схватив за запястья, Юнги прижал его руки к стене над головой и прижался сам, удерживая. Он смотрел на него по-новому, с вызовом, удовлетворением чужой борьбой, снисхождением и самодовольством, видимо, точно зная, что делает.
— Тебе же нравится, — прошептал он, наклонившись над чужим ухом, и прикусил нежную кожу, заставив Чимина вздрогнуть.
Юнги без особого труда проник коленом между его ног, довольно наблюдая за крепкими, напрягшимися мышцами. Стальные бёдра тут же сжали его, худое, похожее на девичье в контрасте с ними. Колено скользнуло глубже, надавливая на пах. Набухший член отозвался лёгкой, сводящей живот болью. Чимин зажмурился и зашипел, невольно двинув бёдрами навстречу. Юнги наслаждался видом. Казалось, он видел истинное желание, плескавшееся за стеной недоверия, страха и отвержения неизведанной части себя.
Сжав чужие запястья сильнее Юнги качнулся вперёд, грубее проезжаясь коленом по стремительно твердеющему члену. Чимин рвано выдохнул, неосознанно выгибаясь в спине, так и не открывая глаз. Юнги, видя, что тот сдаёт позиции, мягко, противоположно движениям колена, накрыл чужие губы своими. Чимин вздрогнул от контраста их температур. Сам он был разгорячённый недавней борьбой и дрожащим внутри возбуждением, а кожа Юнги, несмотря ни на что, оставалась прохладной. От слишком близко прижатого к нему тела воздуха катастрофически не хватало, отчего хотелось вдохнуть его ртом, чтобы наполнить лёгкие быстрее. Но план был успешно провален, когда, пользуясь чужой невнимательностью, в его рот скользнул юркий скользкий язык. Пресс свело от сильно напрягшихся мышц в ответ на прострелившее живот удовольствие. Чимин снова выгнулся и качнул бёдрами, объезжая чужое колено. Чувствительные соски тёрлись о ткань и тело напротив, заставляя дышать чаще. Сдав позиции и растворяясь в пьянящем возбуждении, идущем отовсюду, Чимин совсем перестал сопротивляться, отвечая на мокрый поцелуй и смелее двигаясь навстречу чужим бёдрам.
Юнги улыбнулся в поцелуй и, оторвавшись, укусил Чимина за нижнюю губу, оттягивая и заглядывая ему в глаза. Отметив про себя, насколько тот поплыл от удовольствия и что сопротивления больше нет, Юнги поменялся с ним позициями и прижался спиной к стене. Встав на колени перед не понимающим, что происходит, Чимином, он быстро расстегнул чужие брюки и стянул их вместе с бельём. Вставший, влажный от вязкой смазки член он нежно обхватил ладонью, невесомо ведя вверх и вниз, размазывая по стволу предэякулят и дразня Чимина, шипящего в ответ на прикосновения. Шершавым, как у кота, языком, Юнги тягуче лизнул от основания до головки, оттянув крайнюю плоть, подул на покрасневший блестящий влагой кончик, скользнул языком в дырочку, посылая по чужому крепкому телу дрожь. Бёдра Чимина снова неосознанно дёрнулись навстречу. Юнги, жарко выдыхая, развёл свои колени в сторону и запустил руку в штаны, неторопливо, но грубо надрачивая собственный, стоящий колом член. Обсосав чувствительную головку и вдоволь насытившись слабыми стонами сверху, он начал брать глубже. Сначала на треть, давая привыкнуть и себе, и Чимину, потом на половину, чувствуя, как член упирается в горло. Расслабляясь и начиная водить рукой в штанах быстрее, он насадился полностью, прижимаясь к коротко стриженным лобковым волосам. Чимин пах невероятно, терпко, мятой и прохладной свежестью, смешанной с теплом тела, и немного по́том. Сглотнув, Юнги удовлетворенно проурчал в ответ на просящий стон. Он выпустил член изо рта, позволяя себе взять воздух и дать жадному взгляду сверху скользнуть по румянцу на своих щеках и по мокрым покрасневшим губам, которые соединяла вязкая нить слюны и смазки с дёрнувшимся от развратного вида членом. Юнги насадился до конца ещё несколько раз, сглатывая, разрешая горлу привыкнуть, а Чимину подойти к краю. Сжав собственный член в штанах, чтобы не кончить раньше времени, Юнги вытащил руки полностью, прижимаясь спиной и головой к стене.
— Давай, Чимин, — голос звучал хрипло, а во взгляде пылала преисподняя, — выеби меня в рот, я разрешаю.
Чимин, словно пёс, услышавший в голосе хозяина одобрение, сорвался с цепи, входя сразу до упора и беря быстрый размашистый темп. Одной рукой он сжимал волосы Юнги, удерживая на одном месте, другой упирался в стену, удерживая на месте себя. Юнги, похоже, был мазохистом, наслаждаясь саднящим горлом, недостатком воздуха и сводящими от растяжения щеками. В большей же мере он наслаждался чужим, более не скрываемым и откровенным желанием. Крепко сжав длинными пальцами бёдра Чимина, он чувствовал каждое сокращение работающих мышц, и от этого в штанах стало совсем тесно.
— Я сейчас… кончу… — сбивчиво сообщил Чимин, замедляясь и вытаскивая член из чужого рта.
Юнги предстал перед ним совершенно растраханным, с призывно расставленными коленями и вздыбленными стояком штанами. Руки, соскользнувшие с чужих бёдер, он покорно убрал за спину.
— Ну же, Чимин. Это мой первый раз, — сообщил Юнги сипло, похабно ухмыляясь. Верилось в это, к слову, с трудом. — Дай мне попробовать тебя на вкус, вдруг мне понравится?
Чимин закусил губу и снова подойдя ближе, принялся быстро дрочить в чужой открытый рот. Первая судорога свела живот, брызнув Юнги на щёку. Тот накрыл ртом головку, не выпуская больше ни капли, и послушно ждал пока Чимин закончит изливаться ему в горло.
— Ты… проглотил?
Юнги в ответ покорно высунул проколотый язык с остатками вязкой спермы и слюны. Чимин смущённо потупил взгляд, замечая, что в чужих штанах вместо привычной тесноты, растеклось тёмное пятно.
— Ты кончил только от того, что тебя выебали в рот?
Но прежде чем Юнги мог ему что-то ответить, Чимин проснулся. Член стоял невыносимо. Ему понадобилась минута, чтобы осознать весь пиздец, который произошёл только что.
И что теперь делать с этим стояком?
Ждать не получится — стоит так, что аж больно.
Перед глазами возникли недавние картинки, подкинутые больной фантазией. Чимин хотел бы проигнорировать то, как тело отреагировало на воспоминания, но не мог. Запуская руку в штаны, он крепко сжал основание, провёл рукой до головки, обводя и лаская её кулаком. С губ сорвался стон, похожий на тот, что был во сне, когда Юнги…
— Ч-чёрт, мгх, — Чимин напрягся, вспоминая чужие слова, тон голоса, влажные звуки, ощущения горячей узости горла. — Блять… — он снова задыхался, как тогда, стоя у стены с прижатым к паху коленом.
«Ну же, Чимин, выеби меня в рот…»
Он снова выгнулся, двигаясь бёдрами навстречу своей руке, и рвано выдохнул со слабым полустоном.
«Я разрешаю».
И Чимин кончил, содрогаясь и забыв как дышать. Оргазм получился такой мощный, что тело будто покинул весь вес, оставив в невесомости и без сил. Опустившись на кровать, он достал испачканную спермой руку из пижамных штанов.
Очаровательно…
Вспомнив как Юнги во сне проглотил всё до капли, он сначала смутился собственным мыслям, но потом, тяжело дыша от недавнего оргазма, на пробу коснулся языком подрагивающих пальцев. Осмелев, он втянул два в рот, слизывая с них собственную сперму. На вкус не так уж и плохо.
— Извращенец, — сказал сам себе Чимин, вытащив пальцы изо рта и закрыв глаза руками. — Я серьёзно только что дрочил на этого паренька после мокрых снов с ним? А потом ещё и облизал с пальцев… — Стало невыносимо стыдно. Мало того, что он никогда не представлял себя с другими парнями, никогда не смотрел гейское порно и не сомневался в своей гетеросексуальности, так ещё и никогда не думал о Юнги в таком ключе. Он привлекал его внимание в пабе своим громким смехом или нестандартным внешним видом, тем, что постоянно ронял посуду, за что ему прилетало на кухне, а потом Чимину об этом со смехом рассказывал Хосок, отхлёбывая миллионный кофе за день. Юнги привлекал тем, как он двигался — плавно, словно кошка, и стремительно, как фурия, если злился. Но никогда в сексуальном плане. Стоило увидеть парня в юбке с ничего почти не скрывающей майкой и тебя накрыло? Какого чёрта, Чимин?
…
Какого чёрта он решил это сейчас вспомнить?
Контекст для воспоминаний, конечно, был таким себе. Откровенно говоря, Чимин стоял в душе, намыливая подмышкой.
В голове неожиданно всплыл образ Юнги, когда у них случился настоящий первый раз.
Это произошло после особенно удачного выступления BTS в одном из пабов, когда Юнги осмелился пригласить Чимина посмотреть на них. С момента их чаепития с моти после, пожалуй, самой странной ночи в их жизни, прошло около четырёх месяцев.
На сцене Юнги действительно преображался и становился Харли. Хотя тогда он ещё не придумал себе этот псевдоним. Он был раскрепощённым, в то же время дерзким, низкий голос местами звучал грубо и агрессивно, маня хрипотцой, местами мягко, сбиваясь на полустон. Чимин с горящими глазами наблюдал за ним, слыша как в висках стучал гул набата. Это его мнимая гетеросексуальность била реквием, уступая в голове место новому лейблу. Какому — Чимина совершенно не волновало. Осознав свои желания, он всё больше уступал им, разрешая трансформировать страх неизведанности в предвкушение открытия в себе чего-то нового.
Юнги, несмотря на то, каким дерзким и заносчивым был в жизни, рядом с близкими людьми был достаточно мягким. С Тэхёном и Чонгуком, конечно, это было редко видно. Чаще всего с ними он либо спорил, либо смущался, либо злился, либо громко смеялся, но особо не откровенничал, хотя в то же время и не скрывался. Кроме разве что сомнений по поводу будущего группы…
С Хосоком они были, скорее, хорошими знакомыми с работы, между которыми постепенно зарождалась дружба, ведь разницы их профессионального статуса больше не было. Юнги теперь работал в баре, отдельно от них с Чимином.
С Намджуном они пока общались поверхностно, если общались. Намджун был таким человеком, к которому сразу не подобраться. Независимый, закрытый, он не спешил пускать всех и каждого в своё личное пространство. Юнги это желание уважал, хотя и был немного смущён такой холодностью в свой адрес.
С Джином они нашли общий язык практически сразу. Оба любили аниме, фандомы, мангу и любили обсуждать это. Причём, если с Хосоком Джин часто спорил по тому или иному глупому поводу, с Юнги они чаще всего соглашались. Пока Джин с Юнги не посмотрели последнюю серию «Атаки титанов», Микаса им не нравилась. А вот Хосоку она приглянулась с самого первого сезона, из-за чего тот всегда злился их вздохам в ответ на «Эрен, не отходи от меня», «Эрен, по вечерам холодно, надень».
С Чимином же Юнги был вообще не таким, каким был со всеми. С ним он был будто более уязвимым, смущающимся. Если в фантазиях подсознание Чимина рисовало Юнги доминирующим, смелым и властным, то в реальности Юнги оказался легко краснеющим, отводящим взгляд и часто вздыхающим неопытным двадцатилеткой.
Ладно, ему было двадцать один.
Но даже первый поцелуй Юнги разрешил не сразу.
— Это… — он приложил к губам Чимина холодные пальцы. — Я ещё ни разу. Я не умею, — и заметно весь как-то сжался, уменьшился в горячих руках.
Сердце Чимина больно кольнуло, разливая по телу умиление и тепло. Юнги хотелось отогреть, обнять, и сказать, что ему нечего стесняться. Не всем же лезть к девочкам (или.. мальчикам) в трусы сразу, как только начали расти волосы на одном месте.
Чимин взял руку Юнги, прижатую к его губам, и нежно поцеловал, показывая, что можно не бояться. Тот вздохнул и отвернулся, смущаясь, кажется, ещё больше.
Чимин поцеловал его в щёку и в висок, мягко поворачивая его лицо к себе за подбородок.
— Всё хорошо, — сказал он, накрывая чужие губы своими совсем невинно, просто прижимаясь. Этого хватило, чтобы Юнги на эмоциях стал дышать чаще и закрыл глаза. Чимин приоткрыл его нижнюю губу большим пальцем, обхватывая её губами. Юнги не отвечал, застыв. — Приоткрой рот, — прошептал Чимин, радуясь тому как быстро последовал ответ на его просьбу. Он не спеша продолжил едва касаться чужих губ, начавших робко двигаться навстречу его. Несмело и не слишком умело, но идеально подстроившись под ритм. Видимо, у музыкантов это в крови. Чимин услышал, как прерывисто дышал Юнги, и позволил себе отстраниться, обеспокоенный, что что-то идёт не так.
Раскрасневшийся Юнги смотрел на него, прикрыв глаза, задыхаясь.
— Юнги… — выдохнул Чимин, не в силах подобрать слов. Такой открытой и честной реакции на первый и такой невинный поцелуй он ещё никогда не встречал. Может, всё дело было в том, что это их первый поцелуй, а для паренька напротив вообще первый в жизни, а может, в том, что это был Юнги.
Чимин вдруг почувствовал, как в бедро упирался чужой стояк. Юнги, осознав это вместе с ним, двинул бёдрами назад, закрывая лицо ладонями.
— Прости, прости, это просто мой самый первый раз… и твои губы такие мягкие, у меня от поцелуев с тобой искрится кожа, я… — Юнги перестал тараторить только стоило Чимину накрыть его возбуждение рукой, не двигаясь, просто держа. Юнги сглотнул. — Что ты делаешь? — спросил он, облизывая пересохшие губы.
— Хочу помочь тебе, — Чимин почувствовал себя змеем-искусителем. — Там на сцене ты так призывно двигался, — он нажал на чужой член, тягуче оттягивая ткань вниз. Юнги задрожал под его прикосновениями, задерживая дыхание, — твой голос… — Чимин наклонился над покрасневшим ухом, чувствуя, как самого ведёт от того, что происходит. Юнги был таким чувствительным, что в штанах твердело, завязываясь в животе пульсирующим возбуждением, — был таким соблазнительным, от одного взгляда на тебя хотелось кончить, а когда ты шептал в микрофон, казалось, твои губы скользили прямо по моему уху. Мне пришлось прикладывать все усилия, чтобы не возбуждаться, — Чимин расстегнул пуговицу и ширинку чужих штанов, проскальзывая ладонью под тугую ткань. Юнги всхлипнул, толкнувшись в горячую руку. Теперь, когда они были кожа к коже, Чимин мог почувствовать, как мокро было в чужом белье. Собственный член в штанах нетерпеливо дёрнулся. — Ты так течёшь…
— Прости, — сразу шепнул Юнги слабым голосом, пряча лицо и снова толкаясь в ладонь, цепко хватаясь за широкие плечи.
Чимин шелестяще усмехнулся. Само очарование.
— Не извиняйся, я приму за комплимент, — Чимин приспустил брюки с бельём, доставая свой член и пару раз прошёлся по нему кулаком, судорожно выдыхая, не отводя от Юнги взгляд. Тот в свою очередь не мог перестать следить за движениями его руки. Чимин помог ему приспустить бельё, и теперь оба члена были на свободе, истекая смазкой. С мальчишеским удовлетворением отметив разницу в длине, Чимин обхватил оба члена рукой, размазывая предэякулят по обоим стволам.
— У тебя красивый член, — непонятно почему решил сказать он, надрачивая себе одновременно с Юнги, не смеющим отводить горящий возбуждением взгляд от того, что происходило внизу.
— У тебя тоже ничего.
— Он ещё как ничего, — усмехнулся Чимин, — потом покажу тебе.
Почувствовав, как Юнги вдруг начал закрываться от него и смущаться, он мысленно ударил себя в лоб. Так давно секса не было? Чего ведёшь себя как пятнадцатилетний плейбой?
— Если ты позволишь, конечно, — добавил он слегка смущённо, обводя обе головки большим пальцем. Юнги зашипел, простонав в конце. Спустя пару движений ладонью он кончил, резко дёрнувшись и проскулив, закусывая костяшки пальцев. Чимин отпустил его член, используя его сперму как смазку. Это было так грязно, что Юнги, казалось, чуть снова не начал возбуждаться.
— Можно мне? — спросил он несмело, стараясь отдышаться. Сразу после оргазма он будто снова вернулся в состояние, где возбуждение не туманило и не пьянило разум, разрешая стеснению снова властвовать над ним.
— М? — переспросил Чимин, прикусывая губу. Очень уж отзывался в члене прикованный к нему горячий взгляд.
— Я хочу попробовать… тебя, — Юнги опустился на колени и, не зная, куда ещё деть ослабевшие руки, положил их на сложённые бёдра. Мягкий, опавший член с остатками спермы в штаны он, похоже, убрать забыл.
Чимин покорно подошёл ближе, наблюдая за тем, что Юнги собирается сделать дальше. Тот приоткрыл рот и высунул проколотый язык. От одного вида серебряного шарика внутри родился новый кинк, подбросив уровень возбуждения до критического. Чимин, не успев предупредить, кончил в чужой рот, испачкав пирсинг и в языке, и в губе. Юнги не успел за каждой порцией, часть пролилась на подбородок. Он проглотил то, что успел поймать, вздрогнув всем телом из-за чего-то. Может, вкус был неприятный, может, на полу было холодно.
Юнги потянулся к опадающему члену Чимина, вылизывая его дочиста, что грозило ему новым возбуждением.
И тогда пришло осознание. Эта дрожь после того, как он всё проглотил, была знаком удовольствия. Чёрт, Юнги понравилось то, что ему кончили в рот, и понравилось это глотать. Вот уж чего-чего, а этого он точно не ожидал. Анита всегда брезговала его вкусом. Что-то приятное было от мысли о том, что Юнги не только всё проглотил, но ещё и собрал языком с самого члена после, смущаясь, но не в силах противиться собственным желаниям.
Чимин мягко оттянул Юнги за волосы, объясняя, что член уже начинал вставать снова, а у них не было времени на второй раунд.
Юнги достал из ящика гримёрной, ну как гримёрной, просто какая-то подсобка для выступающих, салфетки, вытер подбородок и свой член, прежде чем убрать его в трусы и натянуть джинсы.
— Чимин. — Тот застёгивал брюки и мягко улыбался ему.
— Это тоже был твой первый раз, верно? — спросил он, негромко.
Юнги молча кивнул, поджав губы и снова отводя взгляд. Кожа всё ещё горела румянцем.
— Тебе понравилось?
Снова кивок.
— Мне тоже, — Чимин подошёл ближе, трепетно целуя чужой лоб, брови, нос и щёки. — Ты такой красивый и отзывчивый, спасибо, что показал мне свою новую сторону, — он немного помолчал. Смущение и уязвимость Юнги в его руках тянула на откровения. — И мою. — Юнги удивлённо посмотрел на него, и в этот момент Чимин снова нежно его поцеловал, стараясь возместить за все эмоции, что тот подарил ему выступлением и тем, что было после.
…
Чимин закусил губу, не разрешая себе стонать, чтобы не было стыдно ни перед кем, кроме себя. Кончив в руку, он сразу смыл сперму под струями душа, будто желая быстрее забыть, что делал только что. Взрослый тридцатилетний мужик дрочил в душе на воспоминания о двадцатилетке в узких джинсах.
Проблема была в том, что это был не какой-то левый двадцатилетка, это был Юнги, которому скоро исполнится двадцать семь и которого Чимину придётся увидеть сегодняшним вечером. Дай Бог ему терпения и выдержки, чтобы суметь заглянуть в глаза без смущения после этого дурацкого инцидента в душе, который был лишь одним из многих за эти четыре года.
Какой позор…