Там, где нельзя притворяться
## Глава 7
Вечером студия была пустынной, словно замершей в ожидании.
В углу тихо шуршал кондиционер, от зеркал мягко отражался тёплый свет ламп.
Ева шагнула внутрь и остановилась — её сердце будто сделало лишний удар.
Джейсон стоял у центра зала, проверяя музыку на колонке. На нём была простая чёрная футболка, слегка облегавшая плечи, и тёмные штаны. Волосы — чуть растрёпанные, как будто он только что вернулся с пробежки или ветреной улицы. Когда он обернулся, его глаза задержались на ней чуть дольше, чем на ученике.
— Привет, — его голос был спокойным, но в нём пряталось тепло.
— Привет, — ответила она, стараясь, чтобы её улыбка не выдала лишнего.
— Готова к первому занятию для конкурса?
— Посмотрим, — она качнула головой. — Но раз я пришла, значит, попробую.
— Этого достаточно, — сказал он и сделал шаг ближе.
Они начали с базовых движений.
— Смотри, — он показал: лёгкий шаг вперёд, перенос веса, поворот корпуса. — Важно не спешить. Танец — это не бег. Это разговор.
Она повторила, но сбилась на втором повороте. Засмеялась — звонко, чуть смущённо.
— Ничего, — он подошёл ближе. — Давай ещё раз.
Его ладони легли на её талию — тепло сквозь тонкую ткань футболки пробежало по коже, и ей пришлось глубже вдохнуть, чтобы удержать концентрацию. Он направлял её движение, подстраивал ритм, а она всё чувствовала — каждый миллиметр расстояния между ними.
— Так лучше, — сказал он тихо, когда она повторила шаг без ошибки.
Они смеялись, когда она снова пошла не в ту сторону, и его пальцы чуть крепче сжали её талию, разворачивая обратно.
— Мы найдём общий ритм, — добавил он, глядя в зеркало, но глазами — в её отражение.
Внутри него что-то натянулось. В такие моменты он хотел притянуть её ближе, сильнее, почувствовать её дыхание у своей щеки. Но он умел держать себя в руках. Танец был единственной безопасной формой близости между ними, и он боялся разрушить её.
После урока они вышли на улицу. Ночь была тихой, а город казался мягче в свете фонарей.
— Пойдём на набережную? — спросил он.
Она кивнула.
Вода мерцала от бликов. Лёгкий ветер трогал её волосы, принося солёный запах реки.
— Ты ведь не отсюда, — сказал он, не глядя прямо, а будто прислушиваясь к её шагам рядом.
Она замедлилась.
— Нет. — Она сжала пальцы в карманах куртки. — Я приехала сюда… ради него.
— «Него»?
— Моего мужа. Бывшего. — В голосе было что-то ровное, почти безжизненное, но внутри каждое слово резало.
Джейсон не перебивал. Он шёл рядом и просто ждал.
— Я влюбилась… сильно. До глупости. Он был старше, опаснее, чем все, кого я знала. Он… был не из тех, кого выбирают разумом. — Ева горько усмехнулась. — У него были проблемы с законом, и однажды он сказал, что ему нужно уехать за границу. Я поехала с ним. Даже не подумала — а вдруг это ошибка.
Я просто пошла за ним. За границу, в новую жизнь, как мне казалось.
Я не знала его. Не по-настоящему. Он оказался… тем, кто ломает. Сначала красиво, медленно, чтобы ты не поняла. А потом — уже поздно. — Голос дрогнул. — Измены. Ссоры. Постоянное чувство вины. Ложь, как привычка. И я всё равно цеплялась. Думала, смогу исправить
— А потом он ушёл. К другой, — в её голосе не было боли, только тихое воспоминание. — И знаешь… это было как вдохнуть впервые за много лет. Как будто меня выпустили из комнаты без окон. Если бы он не ушёл сам… я не знаю, смогла бы. Может, осталась бы там и сломалась окончательно.
Она улыбнулась чуть печально:
— Но я благодарна. За детей. За то, что у нас остались тёплые отношения ради них. Он помогает, поддерживает их. Это многое.
Джейсон слушал молча. Его пальцы сжались в карманах — чтобы не коснуться её щеки, не убрать прядь волос с лица. В такие минуты он чувствовал, как сильно её тянет к нему, и как сильно тянет его к ней.
— Ты сильная, — сказал он, когда она замолчала. — Даже если сама не всегда это чувствуешь.
— А ты? — спросила она, чуть повернувшись к нему. — Откуда ты пришёл в танцы?
Он на секунду отвёл взгляд к реке, словно проверяя, готов ли сказать всё.
— Я родился в бедном районе. Мама была совсем молодой… Она не знала, кто мой отец, и оставила меня бабушке. Бабушка растила меня одна, но денег всегда не хватало. Иногда я думал, что останусь там навсегда — между серыми стенами и чужими жизнями.
Его голос стал теплее:
— А потом я увидел, как ребята танцуют на улице. Это было… как побег. Я начал повторять. Потом сам выступал — за мелочь, но всё равно это было лучше, чем ничего.
Он чуть усмехнулся:
— Позже я понял, что этого мало, и начал работать в клубах. Да, стриптиз. И я не стыжусь. Это дало мне деньги, крышу, возможность учиться. Это научило меня работать с телом, видеть реакцию людей. Без этого я бы не стал тем, кем стал сейчас.
Они остановились у перил. Её пальцы лежали на холодном металле, его рука оказалась рядом, почти касаясь. Он смотрел на неё в темноте, и в этом взгляде было всё, что он держал внутри — желание, интерес, опасная нежность.
Он мог бы сейчас коснуться её, и она бы не оттолкнула. Но он не сделал этого.
— Когда ты танцуешь… — его голос стал ниже, — я вижу, как ты становишься собой. Это невероятно.
Она посмотрела на него — и в её глазах было что-то, от чего внутри у него всё сжалось.
Они стояли так долго, пока река несла свой тихий шёпот, а внутри у каждого росло то, что уже невозможно было назвать просто танцем.
---